С днюхой, Макс.

***

      Дверь с тихим хлопком закрылась, оставляя меня и Катю в тишине комнаты. Я вздохнул. Ну вот, опять. — И как это понимать? — прошипела Катя, прожигая взглядом дверь, за которой только что скрылся Костя. Ее руки все еще упирались в бедра, и в этой позе она напоминала разъяренную кошку, готовую к прыжку. — Он же Костя. Ты же знаешь, — я пожал плечами.       Это был мой стандартный ответ. Костя был Костей — непредсказуемым, немного странным, но, в общем-то, безобидным. Он был частью нашей компании, и мы как-то привыкли к его выходкам. Хотя, честно говоря, иногда и меня они раздражали. — Знаю я его. Вечно он что-нибудь учудит, — Катя фыркнула, — Тебя хоть не бесит, что он у тебя на кровати валяется?       Бесит. Бесит, конечно. Но я не хотел ей этого показывать. Не хотел снова разжигать этот вечный спор – Костя хороший/Костя плохой. Мне просто хотелось расслабиться и провести свой день рождения, который наступит уже через несколько часов, с друзьями. Я снова тяжело вздохнул, отворачиваясь от Кати. Ее взгляд, казалось, прожигал дыру в моей спине. — Может, позовём ребят и посмотрим какой-нибудь фильм до наступления дня рождения? — я попытался разрядить обстановку, но мой голос звучал немного натянуто. Я не любил конфликты, особенно когда дело касалось кого-то из нас. Это всегда выливалось в длинные и бессмысленные споры, в которых никто не выигрывал.       Катя не ответила сразу. Я слышал, как она тяжело дышит, а затем ее шаги, когда она подошла ближе. Она остановилась прямо за моей спиной, и я почувствовал ее присутствие, словно наэлектризованный воздух. — Ты всегда так его защищаешь, — сказала русая, и в ее голосе была какая-то странная нотка. Обида? Разочарование? Я не мог разобрать. — Я не защищаю его. Просто... я не хочу, чтобы это испортило вечер, — я повернулся к ней лицом, — Мы же все друзья, разве нет? — Друзья? Ты уверен? — Катя поджала губы, — Потому что иногда мне кажется, что ты больше о нем беспокоишься, чем о ком-либо другом.       Ее слова словно ударили меня под дых. Что она имела в виду? Конечно, я заботился о Косте. Мы были друзьями долгое время. Но не больше, чем о других, верно? — Это неправда, — возразил я, хотя в моем голосе не было уверенности. Я задумался. Может быть, Катя видела что-то, чего не видел я сам? Мысль меня немного напугала. — Тогда объясни это, — она указала пальцем на кровать, — Объясни, почему ты всегда прощаешь ему все его выходки? Почему ты всегда ставишь его интересы выше своих?       Я молчал. На самом деле, я не знал, что ответить. Просто.. так было проще. Сопротивляться Косте было все равно, что бороться с ветряной мельницей. Он все равно делал то, что хотел и, в конечном итоге, я устал спорить. — Я.. — начал я, но запнулся. Я не мог найти подходящих слов. Правда заключалась в том, что я не понимал себя. — Не нужно, — сказала Катя, махнув рукой, — Я поняла. Просто... давай будем осторожны. Костя может быть забавным и все такое, но он эгоист. И он не всегда думает о других.       Я кивнул, чувствуя, как тяжесть ее слов оседает где-то в районе солнечного сплетения. — Осторожность – это всегда хорошо, — пробормотал я, отворачиваясь к окну.       Снаружи лениво плыли тёмные ночные облака, отражая мое настроение. Мне не хотелось признавать, но в словах Кати была правда. Костя был как ураган, сметающий все на своем пути, не задумываясь о последствиях. И чаще всего, последствиями приходилось расхлебывать нам: мне, Кате и Кристине. В ее голосе прозвучало что-то такое защитное, что ли. Будто Костя был опасным хищником, а она — маленькой птичкой, пытающейся меня от него уберечь. Смешно. И вместе с тем.. трогательно? Я поморщился, стараясь отогнать эту мысль. Трогательность от Кати.. это было слишком. — Ну да, — она пожала плечами, отводя взгляд, — Просто.. Костя, он.. импульсивный. И часто не думает о последствиях. Втягивает нас во всякую ерунду. А я не хочу, чтобы мы потом из-за него получали.       Ее слова резанули по сердцу. Ерунда.. Неужели она так относится ко всему, что между нами происходило? Ко всем нашим приключениям, спонтанным решениям, безумным идеям.. все это для нее было просто «ерундой»? — Ты жалеешь? — вырвалось у меня прежде, чем я успел обдумать вопрос. — Жалею о чем? — Катя удивленно посмотрела на меня. — Обо всем. О том, что мы вообще с Костей связались. Обо всем, что мы делали вместе, — сказал я и повернул голову к сестре.       Она нахмурилась, словно пытаясь понять, что я имею в виду. — Не говори глупости, — наконец сказала она, качая головой, — Было весело. Просто.. сейчас все стало немного сложнее. — Сложнее, говоришь? — переспросил я, — То есть, когда мы все вместе развлекались, было весело, а сейчас, когда.. — я запнулся, не желая произносить это вслух, — ...когда все стало сложно?       Катя опустила взгляд на свои руки, нервно переплетая пальцы. — Дело не в этом, — пробормотала она, — Просто.. ты не понимаешь. — А что я должен понимать? — я нахмурился, — Что Костя – это ходячая катастрофа, а мы должны убирать за ним? Что наши жизни – это один сплошной аттракцион безумия, и ты внезапно решила, что хочешь сойти с него?       Тишина повисла в комнате, густая и тяжелая. Я наблюдал за Катей, ожидая ответа, но она молчала, лишь сильнее сжимая свои руки. Наконец, она подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза. — Я боюсь, — тихо сказала она. — Боишься? Чего? — я удивлённо поднял брови. Ее слова застали меня врасплох. — Всего, — ответила девочка, — Боюсь того, что мы делаем. Боюсь последствий. Боюсь того, что однажды мы перейдем черту и все разрушим.       Я смотрел на сестру, пытаясь понять ее слова. Я всегда считал Катю самой смелой и безрассудной из нас четверых. Она всегда была готова на все, всегда первая бросалась в самую гущу событий. И вот теперь она говорит, что боится? — Но ведь ты всегда любила и хотела это с самого детства, — сказал я, — Адреналин, риск, ощущение свободы. Разве нет? Мне приходится делать вместе с вами ради тебя. — Любила. Раньше. Но сейчас.. — Катя покачала головой, — Сейчас все по-другому. — Что изменилось? — Детство закончилось, Максим, — Катя тихо ответила и подняла взгляд на меня, — Тебе буквально через несколько часов исполняется восемнадцать.       Ее слова заставили меня задуматься. Слова, которые слетали с губ четырнадцатилетней девочки. Но, может быть, Катя права. Может быть, пришло время двигаться дальше. Русая тихо вздохнула и опустила взгляд.       «Я всегда думала, что смелость — это отсутствие страха. Но сейчас я понимаю, что смелость — это умение идти вперед, несмотря на страх. И сейчас я боюсь, что у меня этой смелости больше нет. Осталась только дрожь в коленях и ком в горле. И это ужасно. Боюсь.. это странно, да? Наверное, они привыкли видеть меня впереди всех, смеющейся, идущей напролом. Я всегда говорила, что жизнь — это риск, игра, и что бояться глупо. Но сейчас.. сейчас что-то изменилось..»       Я опустился на кровать, чувствуя, как в горле пересохло. Восемнадцать лет.. Цифра, которая еще вчера казалась такой далекой и манящей, сегодня давила на меня, словно бетонная плита. Восемнадцать лет —это ответственность. Это принятие решений, которые повлияют на всю твою жизнь. И я вдруг осознал, что не готов к этому. — Говоришь так, будто это тебе скоро восемнадцать, а не мне, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более спокойно, — Но что именно изменилось? Почему ты больше не хочешь этого? — Я не знаю, как объяснить, — наконец произнесла Катя после недолгого молчания, не поворачиваясь ко мне, — Просто раньше мне казалось, что это круто и весело. Но сейчас я вижу, что это не игра. Это может быть опасно. По-настоящему опасно.       Я нахмурился. О чем она говорит? Что могло произойти, чтобы так сильно изменить ее мнение? — Значит, ты просто переросла это? —спросил я, наклоняя голову в бок.       Катя наконец повернулась ко мне. В ее глазах я увидел смесь грусти и вины. — Возможно, — ответила она, — Возможно, я просто поняла, что есть вещи важнее, чем адреналин и риск.       Я молчал, не зная, что сказать. Я не понимал ее. Молчание повисло между нами, тяжелое и давящее. Я смотрел на Катю, пытаясь понять, что кроется за ее словами. Она всегда была бесстрашной, отчаянной, жаждущей приключений. И вдруг, вот это? Наши размышления и бегущий поток мыслей вдруг прервали приближающиеся шаги в коридоре. Дверная ручка вновь дернулась, и в проёме показались Костя и Кристина. На их лицах читалось не меньшее замешательство, чем в моих мыслях. Кристина первая нарушила молчание, нервно кашлянув. — Ну что, поговорили? — девушка одарила взглядом сначала Катю, а потом меня. — «Поговорили»? — переспросил я, чувствуя, как напряжение в комнате сгущается с каждым словом. Костя и Кристина обменялись взглядами, и я понял, что они что-то знают. Что-то, чего не знаю я.       Катя опустила глаза, избегая моего взгляда. Она казалась маленькой и потерянной, совсем не похожей на ту дерзкую и уверенную девочку, которая была несколько часов назад. — Ах.. разговор.. — Катя вздохнула, осознавая, что тема их беседы перешла от переезда к чему-то другому. Она слегка кивнула и подняла голову, встречаясь взглядом с Кристиной, — Да, мы поговорили. — И что решила наша отважная искательница приключений? — вдруг отозвался Костя и, сделав шаг вглубь комнаты, сел на кровать рядом со мной.       Мои брови дрогнули, а тишина, повисшая в комнате, была оглушительной. Я повернул голову, чтобы посмотреть на Костю. Странно, что он спросил именно это, а не о чем-то другом. Не о переезде, например. Я встряхнул головой и нахмурился ещё больше, мой взгляд был с упреком устремлен на шатена. — Ты что, подслушивал? — с подозрением спросил я, не сводя взгляда с Кости.       Он откинулся на кровать, заложив руки за голову и ухмыльнулся. Его ухмылка была на грани насмешки и чего-то более зловещего. — Подслушивал? Нет, что ты. Это не красиво. Просто у меня очень хороший слух. Да и стены здесь, знаешь ли.. не очень-то и толстые, — Костя говорил со своей обычной улыбкой, — Да и вообще.. это грубо - подозревать меня в подслушивании, Макс!       Сразу после этих слов Костя легко пнул меня в бок ногой. Я невольно отшатнулся и схватил рядом лежащую подушку, мгновенно ударяя ею лицо парня и задерживая её там. — Завались, — я громко фыркнул и надавил подушкой на лицо Кости. Со стороны это выглядило так, будто я собираюсь задушить его. — Кхе.. — Костя тихо кашлянул и отодвинул подушку от своего лица, прежде чем мягко улыбнулся.       Кристина и Катя, наблюдавшие за этой сценой, переглянулись. Рыжеволосая тихо хмыкнула и закатила глаза. Скорее не от раздражения, а от облегчения, ведь напряжение в комнате немного исчезло. Она перевела взгляд на Костю, который поправлял волосы рукой. Катя заметила взгляд девушки и сделала шаг ближе к ней, тихо шепча. — Все в порядке?       Кристина вздрогнула от неожиданности, словно очнувшись от раздумий, и слегка покраснела. — Да, конечно. Просто.. забавно все это, — она неловко улыбнулась и отвела взгляд.       «Все в порядке? Не знаю. Честно, не знаю. Я запуталась. Костя.. Макс.. Катя.. Эта напряженность.. Она давит на меня. На кухне я правда забеспокоилась за Костю, а сейчас..сейчас все снова в тумане. Сейчас он снова такой, какой всегда. С этой глупой ухмылкой и маской экстраверта. Как долго он будет держать все воспоминания и проблемы в себе? Ведь после того, как он выговорит все, что накопилось.. все будет в порядке. Наверное. Нужно просто.. разобраться в себе и дать волю своим чувствам..»