Сквозь века.

Темное помещение в одной из частей подземки метро, было довольно сырое и темное. Небольшая размеров комната, если её можно было так назвать, освещалась множеством свечей. В центре у стены стоял большой стол с разбросанными на нем разнообразными чертежами и всякими заготовками, неподалеку расположился шкаф с книгами. А единственная одноместная кровать в углу комнаты была занята раненой девушкой, рядом с которой сидел недавно уснувший принц. Нуада несколько часов безотрывно следил за состояние Анариэль, обрабатывал и залечивал рану всевозможными лечебным травами. Принц не понимал, как она может все ещё любить его после всей той боли что он ей принес. Когда он снова увидел её танцующую подле Элемнтала, давно забытое чувство кольнуло, казалось бы уже давно холодное сердце. На крыше он так не хотел выпускать её из своих объятий, но ум говорил, что это не правильно, что он должен исполнить свой долг. Только предки знаю как ему было больно ранить её, но Нуада думал, что это её остановит, заставит одуматься и увидеть в нем монстра. Но как же глубоко он ошибался… Рия стала плакать во сне, с силой сжимая покрывало и шепча что-то нечленораздельное. От шороха проснулся рядом дремавший Нуада, приложив руку ко лбу девушки… очень сильный жар, больше похоже на лихорадку. Только он собирался встать за новым отваром, как тонкие пальцы девушки сомкнулись на его запястье. — П-прошу н-не у-уходи… Н-нуда только н-не снова…. Эльф впал в ступор на несколько секунд, но потом, улыбнувшись лег рядом, аккуратно чтобы не потревожить только затянувшуюся рану, притягивая к себе все ещё всхлипывающую девушку. — Я рядом, все будет хорошо. Больше я тебя не оставлю мой свет — гладя ту по шелковистым волосам, шептал мужчина. Спустя пару минут Рия затихла, уткнувшись носом в плечо эльфа, и жар спал сам собой. Принц все также лежал рядом, мягко обнимая за талию и наслаждаясь теплом родных объятий. Но ничто не длится вечно и вот Анариэль медленно открыла и стала невидящим взглядом осматривать комнату. Девушка не понимала, как осталась жива… ведь, тот удар кинжала должен был оборвать её жизнь. Но вскоре её недоуменный взгляд зацепился за эльфа, что лежал рядом и все это время наблюдая за её реакцией после пробуждения. — Н-нуада… Где мы? И почему я все ещё жива?— быстро начала спрашивать его фиолетовоглазая, начиная подниматься на локтях. Улыбнувшись, Нуада уложил её обратно, прикрыв шерстяным одеялом. — Мы в моем убежище под Ньюерком. Я не мог позволить тебе умереть, ведь… ты мне очень дорога Рия. Следующие несколько минут они провели в молчании, но оно не казалось тягостным и давящим, а наоборот таким нужным, чтобы все обдумать. От слов принца, сердце беловолосой забилось быстрее, а легкий румянец покрыл бледные щеки. Она дорога ему… только от этой мысли ей стало намного легче. И давний камень спал с её плеч. Но от мыслей её вывел мягкий голос Нуады. — Спасибо. — ответом принцу послужил непонимающий взгляд фиолетовых глаз— Ты спасла меня… даже после всего того, что я натворил… ты до сих пор любишь… монстра… — Ты не монстр Нуада! — резко возразила девушка — Пусть ты и совершил много ужасных поступков, я как и мое сердце никогда не отвернусь от тебя… ведь мы темные эльфы любим только раз. На этих словах она хотела отвести взгляд, чтобы он не увидел, как она покраснела. Но Нуада аккуратно обхватив пальцами её подбородок, не дал этого сделать. Он всматривался в её сияющие нежным фиолетовым цветом глаза, а после наклонился и нерешительно накрыл её губы своими. Поцелуй был нежным и робким, принц вкладывал в него все чувства, что за все годы знакомства он испытывал. Анариэль же поначалу не понимала, что происходит, но потом стала охотно отвечать на ласку принца. Поняв, что она не против, Нуада смело углубил поцелуй, слегка сжимая её в объятиях. Только когда воздух в легких закончился, они позволили себе отстраниться. На лице принца сияла довольная улыбка и маска холода и ненависти, наконец, спала с его лица, делая его более мягким и спокойным. Анариэль же смущенно улыбалась, но была рада, что весь тот ужас теперь позади. Так они и провели всю ночь вместе, упиваясь теплом друг друга. The End.