Шахматный блицкриг

И все же я была рада услышать то, что Поттер выбрал первый вариант и скинул всю головную боль на свою любимую жену, которая родила ему троих детей и теперь маялась в камере следственного изолятора. Это был самый оптимальный и правильный путь, по которому он мог пойти. От надоевшего балласта, который мы пошатнули на пьедестале непорочности, следовало избавляться. А тут такой замечательный шанс. Громкие заголовки в газетах и любовь народа. «Национальный герой вернулся!». «Глава военного ведомства посадил собственную жену за заказное убийство!». «Никто не уйдет от буквы закона! Даже если твой муж Гарри Поттер, он все равно тебя посадит!». Что-то в таком духе, а там на что фантазии у писак хватит. А когда он ухватится за эту возможность, нам останется сделать только финальный ход и полностью разбить врага. Чтобы Грация не пыталась мне говорить, я верила в идеальный план Малфоя. Не бывает одного гения, в противовес ему всегда должен появляться антагонист способный превратить жизнь оного в сущий ад. И мой отец тут был ни при чем. Личный враг Гарри Поттера – Драко Малфой! И этого убеждения во мне ничто не изменит. Все же, как не крути, но сама судьба выбрали им эти роли, и я склонна верить в подобный исход. Нужно лишь подождать, пока каждый разберется с тараканами у себя в голове и найдет применение той силе, что уже обрел. Хотя… Может статься и так, что Поттер до самого финала, не поймет, что его самым банальным образом подставляют. Это тоже было в моделяции Драко и на этот случай у нас был запасной план действий. По крайней мере, он таковым назывался, пока вообще вся история не пошла по данному сценарию. Поразительно, но я даже подумать не могла о том, что герой войны сделает так много опрометчивых шагов, которые сыграют нам на руку. Тряхнув головой, застегнула боковую молнию на платье и постаралась не думать о том, что сегодня, Поттер сто процентов явится на завтрак. Все же выпустили из-под стражи его всего за сутки. Это я и так прекрасно понимала, все же он был не причастен к тому взрыву. Просто лишний повод попользоваться недоверием высокопоставленных чиновников к зарвавшемуся юнцу. Многим не нравилось, что тридцатилетний мужик уже лезет в политику и делает все наперекор нынешней власти. Даже против Грейнджер-президента так сильно не настаивали. Та знала, как держать нейтралитет и пользоваться всем, что шло в руки. Гарри в этом плане был более твердолобым и считал, что гибкость и переговоры ни к чему не приведут. Так что врагов у него было достаточно для того, чтобы на долгие годы повесить себе мишень на спину. И мы были не самыми опасными из всех. По крайней мере, мы действовали максимально открыто, на глазах у всех желающих. А были и такие, которые не брезговали и самыми грязными методами. Кто на самом деле заказал убийство политиков, во французской полиции и так знали. Но при этом, используя дружеские связи и семейные отношения, как можно было не помочь своему деверю в войне с Поттером. Я же, прознав про это, предложила еще и свою помощь, в обмен на кое-какие грязные делишки. Так что это только маленький мальчик, воспитанный теткой, не понимал, что значит семейная ценность. И почему до сих пор, многие сделки решались не в парадных залах, под прицелом камер, а на яхтах в окружении красивых эскортниц и девушек с пониженной социальной ответственностью. Там уж каждый решал сам, кого он хотел. Но все же, кое-что я понимала лучше, чем мальчики. Власть, которую давала грудь пятого размера, могла посоперничать, даже с тем, чем обладала Грейнджер. Как бы смешно и глупо это не звучало, но у меня была сила, способная перевернуть ход игры. Актерские курсы, привлекательная внешность, кристально чистая репутация, внушительный послужной список и несколько наград. У моего оппонента такого не было. Его слава заканчивалась, едва выйдя за пределы Лондона. Многие англичане, вообще не представляли, что творилось в столице и для них заслуги героя были лишь на бумажке, написанные со слов журналистов. Потому-то и судили о нем, как о простой газетной знаменитости. Всем этим мы беззастенчиво пользовались и вели свою игру так, чтобы никто лишний раз не мог заподозрить нас в нарушении мыслимых, и не очень, границ дозволенного. Напрямую не влияя на прессу и журналистов, мы заставляли общественное мнение складываться так, как выгодно именно нам самим. До каких пор это будет работать, было неизвестно. Но пока подобные мошеннические схемы приносили нам возможность быть впереди, то почему бы и не использовать то, что само шло нам в руки, с такой простотой. Тряхнув головой, я постаралась выкинуть из нее все ненужные мысли. Сейчас было не до того. В первую очередь, следовало показать Гарри, что я ни капли в нем не сомневалась, но и поделать ничего не могла. Если бы сказала, что я свидетель по уголовному делу, которое собираются возбудить против него, то нарушила бы закон и подставила всех. А так он вышел сухим из воды, так как понятия не имел ни о моем статусе, ни о роли в следственных мероприятиях. Оставалось надеяться, на его наивность. Вздохнув, я застегнула мантию и обулась. Перед смертью не надышишься. Делать было нечего и пришлось выходить на завтрак. Но к своему удивлению, под дверьми моей комнаты, точнее подпирая спиной стенку, рядом с косяком, сидел Люпин. Я вопросительно посмотрела на мальчишку, но тот, кажется, даже не услышал открывшейся двери, так что пришлось покашлять, дабы привлечь внимание паренька, который по какой-то неведомой мне причине, решил, что он должен меня дождаться именно тут. — Профессор Форлеска, — тут же подскочил он на ноги, — вы можете мне помочь? — Успокойтесь для начала, мистер Люпин, — покачала я головой, — пойдемте на завтрак, и вы потом мне все объясните. По крайней мере, нет такой проблемы, которая не терпела бы до начала моей лекции. Уверяю вас, перед занятиями я уделю вам двадцать минут. А оставаться голодным в вашем возрасте, плохо скажется на здоровье. — Прошу прощения, но пока мы идем, вы не могли бы ответить на один единственный вопрос, который меня очень волнует, — в его голосе звучала такая паника, что мне даже стало немного совестно. — Хорошо, — с тяжелым вздохом согласилась я. — Вы могли бы дать показания, против Джини? — он с надеждой на меня смотрел. — Простите, я не особо поняла, что вы имели виду, — тряхнула я головой, думая, не ослышалась ли. — Поясните, что конкретно вы подразумеваете под подобным исходом. — Понимаете, — тихо сказал ребенок, — я слышал от крестного сегодня с утра, что его жена пытается все свалить на него. Что это он заставил ее передать чек брату, тем самым втянув их семью в криминальную деятельность. И что она все это делала под давлением, оказываемым мужем тираном и садистом, избивающим ее и детей, по любому поводу. — Погодите-ка, мистер Люпин, — потрясла я головой, — пойдемте, завтрак действительно, может подождать. Малфой, я иду к тебе, тащи свою задницу в спальню, у драной Уизли, совсем потекла крыша. — А вы это кому? — удивленно посмотрел на меня паренек. — Ты этого не видел и не слышал, — подмигнула я ему, — никому и никогда, не рассказывай об этом. Иначе… — Хорошо, если это сможет помочь крестному, то я готов держать язык за зубами, о чем угодно, — покивал паренек. — Ты чего орешь мне в ухо? — Драко в перекошенной мантии появился в дверях своих покоев. — С ума сошла, пользоваться этим в стенах… А это еще что такое? — Заходи, сейчас все тебе объясню, — покачала я головой, — у нас небольшая такая проблемка. Уизли спятила окончательно и бесповоротно. Из плевого дела, где мог бы справится даже начинающий адвокат, она самолично затянула петлю на шее у Поттера. — А Грейнджер об этом знает? — вздернул бровь блондин. — Крестный все еще на нее обижен, за разрыв с Роном, — покачал головой оборотень, — так что он ни хочет ни с кем это обсуждать. А кроме профессора Форлеска, я больше не придумал к кому обратиться за советом. — Давай-ка, еще раз все то же самое, что мне в коридоре сказал, — я стянула мантию и рухнула в кресло. — Нам надо понять, сколько есть времени. — Сегодня утром, крестный связался со мной, — тихо сказал паренек, труся под взглядом профессора зельеварения и алхимии, — он сказал, что возможно на некоторое время пропадет из моей жизни и не сможет со мной связываться. А причина в том, что его жена пытается свалить на него всю вину за взрыв яхты, о котором он даже не слушал толком. Джини рассказала всем, что это он заставил ее передать чек брату, тем самым втянув их семью в криминальную деятельность. И что она все это делала под давлением, оказываемым мужем тираном и садистом, избивающим ее и детей, по любому поводу. — Она совсем мозгов лишилась? — удивленно протянул Драко. — Ты же понял, что сделала эта ненормальная дура? — тихо сказала я. — Поясняю, мистер Люпин, она подтвердила версию следствия и дала показания под протокол о том, что ваш крестный был заказчиком массового убийства с целью… Я понятия не имею какой. Но просто уже одно это, ставит вашего крестного в невыгодное положение. Мистер Поттер может не только лишится работы, но и загреметь в тюрьму. Все же это были непростые люди. — Потому я и обратился к вам, с надеждой на то, что вы можете как-то изменить ход расследования, так как вы ключевой свидетель, — взмолился мальчишка. — Она не может этого сделать, — с тяжелым вздохом сказал Драко и застегнул наконец-то мантию в правильной последовательности. — Ее показания больше не имеют важности. Теперь слова Уизли будут иметь вес, так как она свидетель первой очереди. Все что могла леди Форлеска, доказать факт встречи и неразвлекательного характера данного мероприятия. Что это попытка устранения политических или бизнес конкурентов. Но теперь, когда у следователей есть весомые слова жены, главного подозреваемого по делу, косвенные доказательства утрачивают свою надобность. Можно сказать, что теперь ее роль в этом деле вообще не нужна. Они использовали показания Линерии и больше упоминать о них не станут. С этого момента все будет сконцентрировано вокруг показаний вашей тетки. — Но разве с этим ничего нельзя сделать? — на мальчике лица не было. — Почему мой крестный должен сидеть за то, чего не делал. Я уверен, это драная овца, вытягивающая из него деньги, подстроила все так, чтобы посадить его и потом жить на широкую ногу. — Что ты имеешь виду, объясняй более связно, — опять покачала я головой. — Гарри узнал, что она тратила огромные суммы денег на бесполезные вещи для своей семьи, — тихо начал мальчик, — за последние полгода она купила им двадцать два телевизора новейшей модели. Семнадцать микроволновок и сорок пять соковыжималок. Все это добро точно не использовалось той ненормальной семейкой. А потом, один из моих приятелей нашел в объявлениях информацию о продаже вещей, которыми якобы пользовался мой крестный. И это как раз те самые телевизоры, микроволновки и соковыжималки. Они продавали их в десять раз дороже, а в комплект клали волосы героя. Это же… — Молодец, — подпрыгнула я на месте, — давай напрягай мозг, что еще в подобном стиле, они выкидывали за последнее время. Мы можем доказать, что Уизли коллективно решили заработать на именитом зяте и подставить его. — Ну, еще был момент, что он с ней поскандалил из-за акций, — почесал тот макушку, — Гарри хотел отдать их мне, так как они принадлежали семье Блэк, а Джини настаивала на том, что это должно остаться внутри семьи и ее дети заслуживают их больше, чем какой-то уродец. Они тогда впервые поругались, и крестный поднял на нее руку, влепив пощечину и велев выметаться к матери, коли такая умная. — А это плохо, факт побоев она доказать сможет, — вздохнул Драко, — но хотя бы за дело. Сирот у нас жалеют, так что сторона обвинения не сможет полноценно использовать эту версию. Надо будет проработать с адвокатами. — Вы на самом деле мне поможете? — он во все глаза смотрел на нас. — Если его посадят, — усмехнулся блондин, — то это будет главная потеря для всего общества. Как не крути, но именно имя Поттера, внушает страх и не позволяет преступникам всех мастей орудовать на территории нашей страны. Если мы лишимся подобного защитника, будет очень и очень плохо. Потому да, мы поможем тебе и сделаем так, чтобы твой крестный не сел. Но для этого, тебе сейчас придется сделать очень тяжелый выбор. — Я готов на все, ради него, — тут же пылко заявил пацан и поднялся на ноги, сверкая желтыми глазищами, — если бы не крестный, меня бы уже давно убили, как неблагонадежного элемента, и не посмотрели бы ни на что. — Надо же, а ты понимаешь, что мы чувствуем, — фыркнула я. — Лин! — Драко тихо проорал такой интонацией, что я аж поперхнулась, только он так умел, повышать голос, наоборот снижая его. — Прости эту идиотку, продолжай. — Так вот, он спас меня, когда правительство подписало указ об убийстве, — покачал головой юный оборотень, — их не смутило даже то, что я был полностью стабильным и никогда не оборачивался. И все же, лишь заступничество Гарри помогло мне выжить. Теперь мой черед отплатить ему добром, так что я готов сделать все! Даже лжесвидетельствовать, если это поможет. — Не стоит бежать впереди паровоза, никто не заставляет тебя идти на такие радикальные шаги, — покачала я головой, — все что от тебя потребуется, отрепетировать свою роль так, чтобы зал рыдал от доблести и чести. То есть, перевожу, все что ты сейчас нам рассказал, надо приукрасить, возвести в гипертрофированную степень умиления и жалостливости и после этого вывалить на слушателей. При этом у тебя должен быть образ нежного ангелочка, который и мухи не обидел за всю свою жизнь. — Тогда почему вы говорите, что мне придется выбирать? — он удивленно на нас посмотрел, своими огромными глазищами. — Потому что после этого обратной дороги уже не будет, — усмехнулась я, — ты должен будешь до самого конца гнуть линию о том, что это Уизли подставили твоего крестного и использовали его как ширму, для своих грязных дел. — Как только ты откроешь рот обратного пути не будет, — подтвердил мои слова Драко, — если хоть что-то в показаниях будет излишним или наигранным, вся защита тут же развалится. Ты должен рассказывать это не как заученный текст, а как собственные переживания и эмоции. В большинстве своем свидетели прокалываются именно на том, что заучивают события нужного дня, буквально дословно и это выглядит ненатурально. Я уверен обвинение будет задавать несколько контрольных вопросов, меняя местами формулировки, но оставляя суть неизменной. Если сможешь подготовится к такому, то Поттер не сядет. — А откуда вы все это знаете? — удивленно протянул Люпин. — Ну, знаешь, в свое время, мне пришлось побегать по судам, — усмехнулся блондин, — и тот факт, что меня взяли преподавать сюда, говорит лишь о том, что я очень хорошо запомнил, как правильно отвечать на вопросы в суде. — Простите, что напомнил, — тут же стушевался ребенок. — Полно тебе, в какой-то степени, именно Поттер и его заступничество сыграли большую роль в том, что меня и мать освободили, даже без компенсации, — отмахнулся тот. — А пока вернемся к нашим баранам. Сейчас тебе придется решить, кого конкретно ты будешь хоронить в прямом смылся этого слова. Делу дали ход и обязательно должен быть виновный во всех бедах, иначе это не будет иметь никакого толку и все пойдет по пятому кругу. — Джини, — без зазрения совести отозвался оборотень, — она заслуживает сесть, и я готов приложить все усилия, чтобы это сделать. Так что я уже знаю, на кого буду валить все беды. Тут меня учить не надо, я ее ненавижу, и это взаимно. Найдется много свидетелей того, как она меня оскорбляла и унижала прилюдно. Моим словам обязательно поверят. — Ладно с этой проблемой разобрались, — кивнула я, — теперь слушай внимательно. Если будут спрашивать зачем ты связался с Малфоем. То отвечай только одно. У него лучшие адвокаты в стране, которые могут вытащить из любой передряги. А уж с условием того, что твой крестный невиновен и никогда бы не пошел на такой шаг, они справятся с ложными обвинениями Джини Поттер в мгновение ока. Потому, какие бы отношения не связывали двух мужчин в прошлом, ты принял решение, которое должно помочь в настоящем. А вся детская вражда должна остаться в школьных годах. — Спасибо вам, без вас я бы не знал, что делать, — тут же расцвел ребенок. — А теперь беги завтракать, у тебя еще пятнадцать минут, со всем остальным мы разберемся, не сомневайся, ведь мы лучшие профессора на все времена, — помахала я рукой. — Я вот даже не знаю, радоваться этому или огорчаться, — после того, как дверь захлопнулась, тихо протянул Малфой, — это слишком просто и подозрительно, для того чтобы быть правдой. Все идет само к нам в руки и от этого немного не по себе. — Ну, его можно понять, — кивнула я, — мальчик рос не в лучших условиях. А когда у Поттера появились собственные дети, ему пришлось делить его с кем-то. В тот момент, когда у тебя отнимают единственного близкого и родного человека, запоминаешь навсегда. — Думаешь, он отождествил образ рыжей с тем, что его жизнь пошла под откос, и родной крестный отстранился и стал для него чужим? — Малфой уселся на подлокотник моего кресла. — Тогда в суде он устроит грандиозное представление. — Паренек не идиот, — усмехнувшись, я прижалась головой к его руке, — и прекрасно понимает, что скоро грянет война. Уизли будут валить все на Поттера, а у того не хватит духа врать, смотря в глаза судье. Потому он пошел по пути наименьшего сопротивления. И решил, что начнет атаковать первым. А во всей Англии, единственный человек, которому чхать на статус и влияние Поттера, это ты. Вот он и решил добраться до тебя, используя меня. Прекрасный ход. Не находишь? — Наши с тобой отцы, гордились бы подобным ребенком, — он потрепал меня по волосам, — и все же, это слишком просто. Чтобы завершить подобным образом противостояние и стереть всю рыжую семейку, за один ход. — Ну, тут виновато неумение оных держать язык за зубами, — пожала я плечами, — никто бы не подумал, что они сами себя похоронят. Но они это сделали. — Пожалуй, ты права, — согласился Драко, — я слишком много думаю там, где это не надо. У них нет мозгов, чтобы строить нам козни и вставлять палки в колеса. — Вот именно, — рассмеявшись, поднялась из кресла и потянула того за руку, — пошли завтракать, а то до обеда не дотянем. — Пошли, — улыбнулся мне блондин и подал мантию. — У нас все впереди!