love is magic that needs no magic wand

Флешбэк.       Чимин тяжело вздыхает. Он облюбовал один из столов в библиотеке, стоящий у окна, но вид, открывающийся ему, совсем не привлекал юного волшебника. На душе у него скребли кошки. Это состояние продолжалось уже некоторое время. Чимину казалось, что последний месяц тянет его на какое-то эмоциональное дно, откуда не выбраться собственными силами. Пробежав взглядом по почти пустующим столам, за которыми ещё недавно было полно народу, готовящегося к экзаменам, юноша поджал губы, со всех сил стараясь удержаться и не заплакать. Как-то так вышло, что семь лет учёбы пролетели совсем незаметно. Поначалу казавшиеся наказанием, они медленно, но верно стали самым прекрасным воспоминанием о том, как Чимин сумел обрести настоящих друзей, дело, ставшее для него призванием, и самого себя. И, конечно, не всё всегда было гладко даже в последние дни, но... Чимин научился не бегать от трудностей, а бороться с ними и просить о помощи, если она была ему нужна. И вот всё закончилось. Он с успехом сдал ЖАБА, а впереди у него маячила полная неизвестность, которая пугала похлеще самых сложных заклинаний, которые он сдавал на экзаменах по чарам за все прошедшие семь лет. Чимину казалось, что суровая реальность, навалившаяся на него, пытается выцарапать его всеми правдами и неправдами из уютной раковины, в которой он уже привык быть и чувствовал себя прекрасно. Но правда в том, наверное, что быть всегда в ней не получилось бы никак. А Юнги часто повторял, что нужно уметь покидать свою зону комфорта. Юнги. Глаза всё же наполняются непрошенной солёной влагой. Превыше всего Чимин, если быть честным перед собой, боится не столько покидать Хогвартс, сколько потерять связь с другом. С единственным, кому вообще по-настоящему Чимин сумел до конца довериться за долгие годы рядом. Теперь Юнги преподавал чары в Хогвартсе, так что жизнь вот-вот могла развести их в разные стороны. Повести их разными дорогами. Чимину судорожно искал другие пути, какими он мог бы продолжить свою жизнь после школы. Но правда была в том, что ни один из тех, что приходили на ум, не нравились ему, не вызывали никакого энтузиазма и, если честно, заставляли расстраиваться ещё больше. Чимин знал, что он может отправиться в Корею. Матушка давно писала ему, что друзья семьи, держащие сеть магических аптек, нуждаются в хороших травниках. Но это бы значило, что общение с Юнги перейдёт в формат переписки, а потом, скорее всего, вовсе заглохнет и оставит после себя горький осадок потери, который, Чимин уверен, не исчезнет никогда. Был вариант остаться в Англии, попробовать пройти курсы для колдомедиков и фармацевтов, чтобы можно было работать при больнице Св. Мунго, например. Это, по крайней мере, оставляло надежду на то, что встречи с Юнги пусть и будут нечастыми, но всё же останутся привычной постоянной жизни. Чимин тихо застонал, роняя руки на стол, опуская голову как можно ниже, чтобы спрятать от возможных свидетелей свой абсолютно разбитый вид. Какая же глупость, наверное, пытаться строить планы на будущее, отталкиваясь от возможности не потерять одного-единственного человека, а... матушка бы, скорее всего, прочитала ему лекцию о том, что в первую очередь нужно думать о собственном благополучии и возможности неплохо зарабатывать. О престиже будущей работы, в конце концов. Только Чимина заботило совсем иное. Хотя нежелание терять контакт с Юнги можно было как раз записать в пункт о благополучии. Но больше всего Чимина страшило письмо, которое недавно пришло директору от одной сети европейских частных клиник для магов. Они, впечатлившись успехами Чимина, приглашали его к себе на работу. В письме говорилось о том, что планируется открытие нескольких филиалов а Америке. И если бы Чимин согласился, то обязательно стал руководителем одной из них. Какой из Чимина руководитель вообще?! Звучит смешно. И счастье, что матушка не знает об этом письме. Да и директор не спешил распространяться об этом. Они с Чимином решили оставить это в тайне, пока он сам для себя что-то не решит. - Вот ты где. Нашлась пропажа. Чимин вздрагивает, вскидывает голову, когда Юнги садится на соседний стул и уже до боли привычным жестом ерошит и без того растрёпанные волосы юного волшебника. - Ты чего тут в одиночестве? - Юнги смотрит тепло, но цепко, он отмечает каждую деталь, это Чимин точно знает. От друга не скрыть покрасневших уголков глаз, расстроенного выражения лица, переживания, которое, наверное, очень ощутимо даже в том, как он сидит. - Кнопка, ну ты чего? Желание зареветь в голос, совсем не по-взрослому, сдавливает горло Чимина - не вдохнуть, не выдохнуть. Он кусает губы, мотая головой. Рот открывать сейчас может быть небезопасно. Совершенно не хочется, чтобы Юнги подумал, будто он великовозрастный ребёнок, с которым нужно нянчиться. И раскрывать собственные переживания вдруг кажется неловким. Хотя Чимин не считает преступлением нежелание потерять Юнги. Юнги прищуривается, осматривая Чимина ещё более пристально. Но больше не допытывается. - Я с тобой потом поговорю, - обещает он. - А сейчас тебя ищут директор и профессор Ирвинг. Так что ну-ка, оставить слёзы. - Зачем они меня ищут? - всё же находит в себе силы спросить Чимин. - Не сказали, - Юнги поднимается и протягивает ему руку. - Пойдём вместе выясним. * - О, Юнги, ты нашёл его, - Ким Намджун, директор Хогвартса (самый молодой за всю его историю, кажется) и бывший его выпускник, поднялся из-за стола. - Проходите, проходите. Профессор Ирвинг - та самая прекрасная женщина, которая открыла для Чимина мир трав и огромный интерес к растениям, как магическим, так и совершенно обычным, - встретила его тёплой улыбкой. Она была уже в годах, но не растеряла той живости и молодости души, которая так привлекала студентов и заставляла проникаться к ней самыми тёплыми чувствами. Профессор всегда с тёплым снисхождением относилась и к шалостям студентов, и к даже невыполненным заданиям порой, каждый раз отмечая, что прекрасно помнит, как это - быть юной. - Добрый день, директор, профессор, - поздоровался Чимин, проходя к большому директорскому столу и присаживаясь на стул рядом с женщиной. - Добрый день, мой мальчик, - отозвалась профессор Ирвинг. - Поздравляю тебя со сданными экзаменами. - Спасибо, - Чимин улыбнулся, склоняя почтительно голову. Ему внезапно стало будто легче дышать. В окружении знакомых и важных ему людей все страхи отступали, пусть и не уходили совсем. Юнги замер позади него, ладонями устроившись на чиминовых плечах. Этот полный поддержки жест вызывал улыбку, которую пришлось прятать в уголках губ. - Мы позвали тебя, чтобы обговорить один очень важный вопрос, - произнёс Намджун. - Видишь ли, у профессора Ирвинг есть некоторые новости. Женщина кивнула, протянула руку Чимину, и тот безропотно вложил в её тёплую чуть шершавую ладонь свои пальцы. - Я говорила раньше, что в Хогвартсе мне работается лучше всего, - произнесла она, глядя в глаза Чимину, - но жизнь, как водится, вносит свои коррективы. Мне предложили работу в одном частном магическом колледже в Норфолке. Там живёт моя дочь с мужем и детьми и, если честно, мне бы хотелось проводить с внуками больше времени, чем я могу позволить это теперь. Место преподавателя травологии освобождается, но я не могу доверить его никому другому, кроме моего лучшего ученика. Если ты, Чимин, конечно, этого захочешь. Чимин чувствует, как Юнги чуть сильнее сжимает его плечи. Волнуется. Переживает. Сам Чимин словно оглушён этой новостью. Ему и горько, что школа потеряет такого прекрасного преподавателя, но одновременно кажется, что это тот самый момент, когда сбываются все мечты. Он не может даже двух слов сейчас связать, чувствуя себя максимально глупо. Весь день чувствует себя какой-то размазнёй, а сейчас наступил, кажется, апогей этого состояния. Его изумлённое молчание толкуется директором иначе. - Ты можешь подумать несколько недель, если хочешь, - замечает он. - Но желательно ответ дать как можно скорее. Чтобы на летних каникулах успел пройти аттестацию в министерстве и стал полноправным преподавателем. Я был бы счастлив видеть тебя в коллективе нашей школы, Чимин. - Я тоже, - негромко, но твёрдо звучит за спиной. - Очень счастлив. Чимин чувствует, что больше сдерживаться не в силах. Он втягивает голову в плечи, зажмуривается и плачет. Больше не имеет смысла письмо, лежащее в ящике директорского стола. Не имеют смысла метания и выбор возможного пути. А самое главное, ему будет позволено остаться тут, где его настоящий дом. И это не только замок, нет. Это и крепко держащие его руки, которые не раз подхватывали его во всех возможных смыслах, не давая упасть. - Согласен, - сквозь слёзы шепчет Чимин, вытирая свободной рукой мокрые щёки. - Я согласен. Спасибо вам за оказанное доверие.