Об этом нам Марья Ивановна не говорила…

Скорая. Кома. "Боже, Боже, Боже, что же нам делать,"- ходила по коридору женщина в сумасшедшем бреду, переодически потрясывая блондина за плечи. "Не переживайте, Вам нужно успокоиться, Ваши бредни все равно нам ничем не помогут!"- не выдержав этого бормотания у себя под ухом, нарушавшее мысли, с ноткой агрессии сказал Есенин. Из палаты вышел врач. Выражение его лица не вызывало улыбки, а с точностью наоборот вводило в глубокое и томное состояние души, при котором не хочется с кровати встать, не говоря уже о каких-то активных видах деятельности. "Я сожалею, но в данной ситуации мы бессильны. Здесь поможет только срочная госпитализация в одну из больниц Москвы. Это стоит огромных денег, если оставить его здесь, то уже через месяц он "сгорит" заживо,"- вынес свой вердикт врач в идеально выглаженном белом халате. "Боже, Сереженька, у меня нет таких денег! Как же помочь ему?"- начала рыдать как маленький ребенок женщина в плече Сережи. "Не переживайте, у меня есть знакомый в Москве, он поможет нам,"- с этой фразой его пошатнуло, он облокотился об стену, прямо за которой лежал его возлюбленной, из-за этого кольнуло в сердце: "помираю"- на секунду подумал Есенин, но все прошло также быстро, как и появилось. Но прошло не бесследно, а оставив вместо себя пустоту, которую мог заполнить только его любимый.

***

      Он дополз до квартиры, сам того не понимая в каком-то пьяном бреду, дрожащими руками не попадая несколько раз в замочную скважину, еле как открывая ветхую дверь с потрепанной обивкой, которую давно пора бы заменить, да руки никак не доходят. Холодными анемевшими пальцами со скрипом задвигая щеколду , на ватных ногах, кое как удерживая равновесие, продолжает свой путь в сторону спальни. Бутылка предательски выскальзывает из его рук, разливая остатки водки по полу. Пьянная туша Есенина подскальзывается на луже спиртного и летит бошкой в шкаф, из которого вот вот вывалится стопка писем. Он "раскладывает" свои золотистые кудряшки на нескольких из них и , мирно похрапывая, засыпает.       Солнце прорезается своими лучами через кружевной тюль, отбрасывая их на заспанное и отекшее лицо блондина. Морща свой нос, Есенин нехотя открывает глаза, приподнимается на локтях и окидывая взглядом всю комнату, понимает в каком состоянии он вернулся из больницы. Опуская свои глаза на пол, где лежали письма, послужившие этой ночью ему подушкой, он начинает рассматривать подписи. Спросонья буквы перед его глазами пляшут с строчки на строчку, а слова расплываются в непонятные кляксы. Но из них он четко может выделить больше половины от Пети… пара троек от мамы, пара от Мариенгофа, но эти… от человека, который когда-то был поддержкой и опорой Сережи, который был готов приехать на помощь хоть на другой край земли, которого так ему не хватало на протяжении 5 лет, но все имеет свойство заканчиваться, как говорится в народе: "прошла любовь, завяли помидоры". Насчет помидоров я правда не знаю, но любовь… Ее больше нет, по крайней мере для одного из них, а если один не испытывает чувств, значит продолжение "банкета" неосуществимо.       Что касается этого человека, это был Петр Михайлович Морозов, человек "чистых кровей", выходец из аристократической семьи, потомственный хирург, а в последствии и лучший врач в Москве.

***

-Петь, ну сколько можно? Зачем нам в квартире столько моих портретов? -Потому что ты мой ангел, а это твои иконы, если ты куда то уходишь, я не могу находиться без тебя, ты должен всегда быть рядом со мной! *** -Петя, встань с колен! Немедленно! Ты совсем ебанулся?! -Да, мой господин. -Какой я тебе нахрен господин?! Все, отказы не принимаются, меня ждут, я должен прочитать свои новые стихи. Хлопок двери. С пока что теплой руки рыжеволосого капает алая кровь, пачкая мраморный пол кухни. Все как в тумане. Зрачки в изумрудных глазах становятся устрашающе маленькими. В правой руке иголка. Зашивает глубокую рану. Без анестезии. Из горла вырывается рык. За этим следуют два часа без сознания.

***

Сережа вспоминает тот ужас что происходил с Петей. Но ради Володи он готов на все. Даже на ночь с обладателем огненно рыжих волос и необладателем извилин в мозгах. Дрожащими руками берет ручку, лист и корявым почерком наркомана пишет: "Дорогой, Петр Михайлович! Прошу Вас о помощи. Моему хорошему знакомом срочно нужно госпитализировать в лучшую больницу Москвы, так как наши врачи в этой ситуации бессильно. Денег у меня нет. Но смогу отплатить другим. В обмен на лечение. С уважением, С. Есенин" Это письмо Серёжа переписывал бесчисленное количество раз из-за дрожащих, как на морозе, рук. В его голове, откровенно говоря, был полный бардак. Иногда проскальзывали мысли: "а что если он не выживет..?".. Петр Михайлович- человек странный, но врач великолепный. Сейчас наплевать на все странности. Балалаечник переживает за Глыбу. Вижу цель, не вижу препятствий