V — значит вендетта

***

Так бывало всегда. Стоило мне с великим трудом навести порядок в своей вселенной и начать в ней жить, как она взрывалась, снова рассыпаясь вдребезги.

— Айрис Мёрдок

Нью-Йорк Октябрь, 2022       Девушка выходит из чёрного автомобиля Porsche и направляется ко входу высотки, полностью принадлежащей её отцу. Вокруг девушки идут несколько охранников. Мишель одета в своё излюбленное чёрное пальто с глубоким вырезом нараспашку, чёрный пиджак и чёрно-синие облегающие джинсы. На носу солнцезащитные очки, несмотря на пасмурную погоду и поздний вечер.       Автоматические двери пропускают девушку внутрь. Мишель быстрым и уверенным шагом идёт по светлому коридору с гордо поднятой головой. Немного кивает блондинке на ресепшене, смотря на неё, будто та никто по сравнению с Мишель. Хотя так и есть… Юная особа вызывает скоростной лифт, и через мгновение двери открываются, пропуская Мишель внутрь. Следом за ней, буквально шаг в шаг, заходят четверо охранников. Девушка не обращает на их присутствие никакого внимания, смотря на экран своего смартфона.       Мужчина в деловом костюме набирает секретную комбинацию кнопок, и лифт быстро поднимается прямиком в кабинет отца девушки.       Мишель выходит из лифта, садясь в кресло напротив своего отца, повернув пальцем правой руки в жесте, что охранникам оставаться здесь больше нельзя. Они быстро уходят, так же тихо и незаметно, как и пришли. Девушка смотрит за спину отца на огни ночного Нью-Йорка. Красиво…       Отец девушки сидит с серьёзным лицом, внимательно изучая какие-то бумаги. Мишель выжидает пару минут. Ничего. Её терпению приходит конец. Бесит… Всё… Абсолютно всё… Девушка нервно постукивает пальцами по дубовой столешнице, пытаясь привлечь внимание своего отца. Бесполезно… Мишель облокачивается на спинку кресла, прикрывая глаза, достав из кармана пальто электронную сигарету и делая длинную затяжку.       Приятно…       Помогает расслабиться… И плевать, что это медленно убивает её изнутри. Плевать, что отец против этого… Плевать на всё и всех. Ведь именно из-за Хайрама убили её Гермиону, маму Мишель, — так считает сама девушка.       Девушка медленно выдыхает клубы дыма. Слишком много дыма… Сладковатый запах быстро распространяется по всей комнате. Мистер Пьемонт отодвигает в сторону какие-то бумаги, сверля дочь серьёзным взглядом. Этого взгляда боятся все до одного. Даже сама Мишель.       — Я пришла, как ты и просил, — небрежно бросает девушка, делая очередную затяжку. Она чувствует, что отец зол. Сильно зол.       — Читай, — откидывает в её сторону бумаги, — и перестань уже курить. Не убивай себя.       Девушка усмехается, назло отцу делая очередную затяжку, беря в руки несколько листов, и бегло пробегается по строчкам текста на них.       Блядство…       Это полная жопа…       «Сенсация! Стали известны подробности убийства Гермионы Пьемонт, жены миллиардера Хайрама Пьемонт…».       «…Женщина была зверски убита в собственном доме в Италии…».       «…Чья же это вражда?..».       «…Киллеры…».       «...Кровная месть…».       Мишель читает через строчку, за что глаза зацепятся. В помещении резко становится душно. Грудную клетку сдавливает.       — Откуда у них это всё?! Кто сказал?! — кричит девчонка. — Они все… — голос слегка охрип, она запивается, — они все будут мертвы! — Пьемонт откидывает бумаги в сторону. Подальше от себя. Снова эта боль и воспоминания… К глазам подступают непрошеные слёзы.       Прошло четыре месяца со смерти миссис Пьемонт. Мишель не может смириться со смертью матери. Сколько бы разногласий не было в семье, как бы они ненавидели друг друга, они защищали друг друга, несмотря ни на что. Так и случилось в тот день. Должна была умереть именно она — Мишель, а не её мать. Гермиона подставила себя под удар пули, оттолкнув дочь. Воспоминания нахлынули с новой силой. Перед глазами пронеслись события того дня в солнечной Италии. Того грёбаного дня. Да будь он проклят… Италия, Сардиния Июнь, 2022       Температура воздуха в Южной Сардинии поднялась выше максимальной отметки. Огромная вилла на побережье принадлежит аристократической семье Пьемонт. Мафиозной семье Пьемонт. Самые жестокие, богатые и уважаемые люди. Их все боятся. От одной фамилии люди приходят в ужас.       Мишель лежит возле бассейна, загорая. Солнечные очки кое-как спасают от палящего солнца, которое в это время находится в зените. На голове у девушки — дорогая соломенная шляпа, которая защищает её от возможного солнечного удара. Рядом с девушкой, на небольшом столике, стоит молочный коктейль, который почти что не помогает охладиться. Слишком жарко…       Из дома раздаётся крик матери и выстрел. Девушка подскакивает и со всех ног бросается в дом в одном купальнике и длинной рубашке, попутно хватая свой пистолет из верхнего ящика комода в коридоре, снимая его с предохранителя, беря его двумя руками, держа перед собой. Указательный палец уже на спусковом крючке, готовый в любой момент нажать на него. В запасе всего четыре пули. Немного немало. Но есть.       Мишель встаёт за углом, осторожно выглядывая из-за него, смотря в прихожую. У входа стоит шесть людей в чёрных деловых костюмах. У всех в руках оружие. В нескольких метрах от них, в глубине дома, стоит мама девушки, в руках у которой тоже пистолет.       И, как назло, Хайрама не было. На днях он срочно улетел в Нью-Йорк… Но сегодня должен уже вернуться…       Быстро оценив обстановку, подросток начинает судорожно соображать, что делать. Вариантов мало. Их втрое больше.       — Где твоя дочь? — спрашивает мужчина, который стоял впереди всех. Похоже, он самый главный из этой группы.       — Она уехала вместе с отцом, — лжёт мать. Голос не дрогнул.       — Не ври, сучка! — зло выплёвывает второй. — Она здесь. Обыщите дом, — приказывает остальным людям. — И убейте всех, кого найдёте. А девчонку оставьте мне. Я хочу лично видеть, как она будет страдать, — губы мужчины растягиваются в зловещей усмешке.       Гермиона выстреливает в одного из мужчин. И меньше чем через секунду во второго. Сразу же убивает двоих. Две пули между глаз. Раздаются ещё два выстрела. Одна пуля по касательной пролетает, задев правую руку миссис Пьемонт. Вторая пролетает буквально в миллиметре. Гермиона отскакивает в сторону за угол, шипя от боли и зажимая плечо, откуда льётся кровь, медленно стекая по руке.       — Мама, нет! — кричит Мишель, выходя из-за угла, сразу же натыкаясь на мужчину.       Больше прятаться нет смысла. Выстрел. Ещё один мужчина мёртв. Слабаки и идиоты. На семью мафии напали. Думали, что Гермиона и Мишель не смогут справиться с ними. Стадо баранов. Не более... Люди Монкада. Тупицы.       — Попалась, мелкая сучка. Твой папаша будет знать, как убивать людей из нашего клана, — позади подростка раздаётся хриплый мужской голос.       Мишель вздрагивает от неожиданности. Девушка хочет развернуться, но мужчина хватает её, заламывая и скручивая руки за спиной, и отбрасывает её пистолет в сторону. Мишель взвизгивает от боли. Пьемонт ударяет нападающего головой в челюсть и ногой в пах. Мужчина явно не ожидал такого от девчонки. Мишель, не теряя времени, разворачивается к нему, ударяя его в в висок со всей силы, коя в ней была.       — Соплячка! — кричит мужчина, пошатнувшись. Удар у Пьемонт-младшей оказывается сильным. Не зря же она тренируется.       Воспользовавшись несколько секундным замешательством мужчина, Мишель бросается в строну своего пистолета, хватая его с пола. Но тут мужчина сзади тянет её со всей силы за волосы. Пьемонт взвизгивает от резкой боли. К глазам подступают жгучие слёзы.       — Не смей её трогать! — кричит миссис Пьемонт.       Гермиона, быстро прицелившись, дабы не попасть в Мишель, выстреливает в мужчину, державшего её дочь. Девушка падает, быстро поднявшись и сориентировавшись, и хватает пистолет. Только вот мужчина до сих пор жив. Мисс Пьемонт с разворота ударяет его в пах ногой. Незнакомец сгибается, а Мишель за пару секунд оказывается рядом с матерью, попутно делая три выстрела. И все мимо. Пуль больше нет.       — Хватит с меня этого цирка! — выкрикивает главный из мужчин, сразу же делая четыре выстрела в сторону Мишель и Гермионы.       Миссис Пьемонт отталкивает дочь на пол, прикрывая её собой. Все четыре пули попадают в Гермиону. Смерть наступит буквально через минут пять, если не раньше.       Для Мишель всё происходит как в замедленной съёмке. Она поворачивает голову, видя, как мужчина делает выстрелы. Чувствует, как мама отталкивает её, прикрывая собой.       — Не-е-е-ет! Мама, нет! — вопит Мишель, падая рядом с матерью и зажимая ей раны.       Раздаются ещё три выстрела. Трое мужчин с глухим ударом падают замертво. Мишель поднимает заплаканное лицо, видя своего отца на пороге. Он убирает пистолет в кобуру, осматриваясь.       — Пап… Мама… Мама… она, — захлёбываясь слезами, в ужасе кричит Мишель. — Она мертва, — шепчет девушка, мотая головой и не веря в реальность происходящего.       Хайрам быстро подходит к жене и дочери, присаживаясь на корточки.       — Я не смог вас уберечь, — тихо произносит мужчина. — Они за всё ответят, — он запинается. — Я обещаю, Мишель.       Хайрам быстро подходит к жене и дочери, присаживаясь на корточки.             Мужчина обнимает дочь, прижимая к себе и пытаясь её успокоить. Тело девушки бьёт мелкой дрожью, руки трясутся, ноги ватные, а сердце бешено колотится в груди.       Мишель мотает головой, пытаясь выкинуть тот грёбаный день из памяти.       Больно.       Грудную клетку сдавливает.       Девушка слышит вибрацию телефона отца, сразу же метнув взгляд в ту сторону. Мистер Пьемонт берёт телефон в руку, внимательно прочитав сообщение.       — Посылка доставлена. Он твой, — говорит мужчина.       — Хорошо, — отвечает девушка, поднимаясь на ноги и сжимая руки в кулак. Все мышцы напрягаются.       Вдох.       Выдох.       Нужно собраться с мыслями.       Мишель скидывает с себя пальто, оставив его на стуле, и направляется к лифу.       Третий этаж под землёй с хорошей звукоизоляцией. Девушка выходит из кабинки светлого лифта, направляясь по тёмному коридору к железной двери, рядом с которой стоят четверо мужчин в строгих костюмах.       В помещении пахнет сыростью. Холодно. Плевать. Это месть.       Мишель на мгновение замирает перед дверью.       «Пора», — про себя проговаривает Пьемонт, толкая железную дверь внутрь. Та со скрипом медленно отворяется.       Комнатка была небольшой. В центре стоял стул, на котором сидит Тейлор Монкада. На голову надет холщовый мешок чёрного цвета. Руки связаны, скручены за спиной и крепко привязаны к спинке стула верёвкой. Ноги привязаны к ножкам стула. Такое жалкое зрелище… Он ничтожен… Нужно преподать его родителям урок. Так сказать, мальчишка послужит рычагом давления.       Пьемонт подходит к длинному столу с арсеналом всевозможного оружия — от небольших лезвий до пистолетов. Не долго думая, Мишель берёт лезвие. Подойдя к парню, которому было около двадцати четырёх лет, Пьемонт снимает с его головы мешок. Монкада медленно приходит в себя после оглушающего удара по голове. Перед глазами всё ещё картина помутневшая.       — Так-так-так, — медленно протягивает девушка, скользя взглядом по парню, останавливаясь на его лице, — какие люди. — На лице Мишель появляется странная зловещая улыбка, не предвещающая ничего хорошего. — Ну и чего же твоя семья добилась? — задаёт риторический вопрос девушка, проводя лезвием по шее сидящего. Из небольшого пореза начинает стекать кровь. — Тебе осталось жить максимум минут тридцать.       Тейлор начинает дёргаться и кричать, пробуя подняться с этого грёбаного стула. Кровь стекает по шее, пачкая одежду и капая на пол.       — Отпусти. Иначе они убьют и тебя, как и твою мамаш… — не успел Монкада договорить, как Мишель ударила его по лицу несколько раз, разбив нос, вероятно, сломав переносицу, и губы в кровь.       — Заткнись! — рявкает девчонка, проводя лезвием по руке от самого плеча до кисти, надавливая. Кожа расходится в стороны, из открытого пореза хлыщет кровь, стекая по длине всей руки. Девушка ведёт ещё ниже к ладони и, надавив со всей силы, отрезает палец. Тейлор кричит, вырываясь и оскорбляя девушку всевозможными словами, которые только знает. — Иначе дальше будут уже не пальцы, — зло усмехается девушка. — Это ещё цветочки по сравнению со средневековыми пытками или теми же снятиями ногтей. Хм… или электрический стул? — как вопрос говорит девушка, в глазах пляшут чертята, а губы растягиваются в зловещей улыбке. — Жаль, его нет, — наигранно грустно вздыхает девушка. — Хотя… кто мне помешает его сделать? Розетка вон там, — кивает на противоположную стену за спиной парнишки, — провода можно принести. А на стуле сидишь ты. Что-то металлическое? Конечно, есть. Видишь, как всё просто? — усмехается Пьемонт, наклоняясь ближе к парню.       — Ты не сможешь, — зло выплёвывает он, ехидно усмехаясь.       — Ну почему же? Возможно, я не успею до твоей смерти. Но кто же мне помешает придумать что-нибудь пострашнее стула, м? — Девушка смотрит на него с такой серьёзностью и уверенностью в себе, что в глазах Тейлора можно прочитать настоящий, живой страх. — Знаешь, как больно проводить горячим утюгом по открытым частям тела? О, нет, лучше. Полить тебя стоградусным кипятком, а потом мучительно сдирать одежду вместе с кожей до мяса. Ты будешь ходячим трупом. Вроде ещё жив, но уже начнёшь разлагаться. От тебя останутся куски мяса. Кровавое месиво. Ладно, хватит с меня пустых разговоров. Меньше слов, больше дела, как говорится, — хмыкает Пьемонт.       Девушка подходит к столу, берёт узкий нож с небольшим закруглением, медленно поворачивается к парню, зло улыбаясь краешками губ, и идёт к нему.       — Нет! — изо всех оставшихся сил вопит Монкада, дёргаясь на стуле, ножки которого слабо шатаются, но не дают упасть.       — Д-а-а, — шепчет Мишель, резко вонзая нож в ноздрю парня, проворачивая его внутри.       Слышится хруст ломающихся косточек. Сначала медленно, а через пару секунд кровь уже хлыщет. Тейлор кричит, дёргаясь и вырываясь. Девушка глубже вгоняет нож.       — А теперь поговорим. Зачем ваши люди убили мою маму? — спрашивает Мишель, смотря на парня. Тот молчит. — Говори. — Пьемонт прокручивает нож, разрезая плоть изнутри уже полностью.       — Соплячка, — задыхаясь, зло выплёвывает он. — Им нужна была не твоя мамаша, а ты. — Монкада закашливается, заливаясь зловещим смехом, от которого становится не по себе.       — Зачем им нужна была я?       — У… убить тебя в отместку твоему чокнутому папаше. Хотя, почему же убить? — Мишель достаёт из заднего кармана джинсов нож и вонзает его в бедро парня, слыша ответный скулёж. — Они бы тебя пытали, — сквозь зубы говорит Тейлор, — а может, продали бы в самый грязный бордель.       — Хватит! Заткнись! Ты слишком жалок. Надо бы то же самое сделать с твоими родителями. Только вот им электрический стул не помещал бы. Поверь мне, — девушка притягивает его ближе к себе за грудки, — они будут страдать.       Мишель разворачивается и, подойдя к столу, берёт в руку пистолет. Выстрел. Выстрел. Выстрел. Тейлор кричит, вырываясь. Крик переходит на дикий полувой. Монкада выплёвывает кровь, которая вперемешку со слюной стекает по подбородку.        — Тебе осталось жить минут… пять, не больше. Они будут самыми мучительными в твоей никчёмной жизни.       — Ты сдохнешь, тварь! — из последних сил пытается крикнуть Монкада, но выходит лишь тихий полустон. Девушка усмехается, выходя из комнаты, запирая за собой дверь.       — Отдайте маленький подарочек его родителям, — даёт распоряжение Мишель, уходя прочь отсюда.

***

      Мишель заходит в пентхаус, хлопнув дверью, и направляется в свою ванную комнату. Включает подсветку на зеркале, решив обойтись только ей. Сбрасывает с себя всю одежду и смотрит на отражение в зеркале: на щеке всё ещё остаётся кровавый след — кровь того парнишки, которого она пытала; мёртвенно-бледная кожа; синяки под глазами. Мишель хмыкает и встаёт под горячие струи воды, которая обжигает и отрезвляет одновременно, помогает привести сумбурные мысли в порядок.       Пьемонт прикрывает глаза, лбом облокачиваясь на холодную поверхность тёмной стены, и устало вздыхает. Девушка выдавливает на руку гель для душа, натирая им тело и смывая запах крови и смерти, въевшийся в кожу. Она до красноты сцарапывает кожу ногтями и трёт её мочалкой. Затем берёт шампунь и выдавливает его на волосы, растирая до пены. Вода вместе с шампунем медленно стекает по телу.       Выключив воду, Мишель выходит из душа и обматывает тело банным полотенцем.       Зал огромного пентхауса освещают лишь языки пламени в камине, танцующие лишь в им известном танце, и огни ночного города, попадающие в помещение через панорамные окна. Тени от пламени падают на стены различными узорами.       Мишель уже который час сидит на диване, забравшись на него с ногами, растягивая фужер красного вина и смотря на языки пламени, полностью уйдя в себя. Словно она находится не здесь, а где-то далеко-далеко, где гуляют призраки прошлого, счастливого, недосягаемо далёкого прошлого. Как же здесь всё напоминает о матери…       — Если бы ты только была сейчас со мной, мамочка, — с грустью шепчет девушка, сильнее сжимая ножку бокала. — Я устала…       К глазам невольно подступают жгучие слёзы, медленно стекая по щекам. Перед глазами невольно всплывает бездыханное тело матери. Эти четыре месяца — самое ужасное время в жизни Мишель. Девушка хочет вычеркнуть их из памяти, словно их не существовало вовсе.       С того самого дня девушка холодными одинокими ночами просыпается от кошмаров. Она заперта в клетке собственного разума, вновь и вновь во снах переживая ужасные события жизни. Ей ничего не помогает: ни таблетки, которыми её пичкали и к которым её организм быстро привыкал; ни наркотики, которые в один момент она стала употреблять; ни большое количество алкоголя; ни сигареты. Хотя… сигареты, наркотики и алкоголь немного помогают. Они убивают её изнутри, на небольшой промежуток времени отключая разум и давая отдохнуть, расслабиться и отвлечься от реальности, где простые люди — лишь пешки в игре «больших» людей. Таких, как, например, её отец, да и она сама.

Флешбэк

Неделю назад

      «Мишель идёт по узкой лесной тропинке, смотря по сторонам и уходя в чащу леса. Тёмные тучи заволокли небо, туман крутится у ног, медленно поднимаясь вверх. Что-то это ей напоминает. Будто она была здесь когда-то давно, только не может вспомнить, когда именно. Странное чувство дежавю возникает, когда Пьемонт вглядывается вдаль, пытаясь понять, что же там находится. А пока видит лишь нечёткие очертания каких-то квадратов.       Подойдя ещё ближе, Мишель в ужасе сглатывает, заламывая пальцы на руках. Она оказывается на кладбище. Могилы хаотично разбросаны; в воздухе витает смрадный запах гнили и сырой земли; дует холодный ветер, пронизывающий до костей. Девушка ступает медленными шагами прямо, словно её какая-то невидимая сила тянет туда. Пьемонт чувствует, будто правой ногой зацепляется за что-то холодное, и инстинктивно опускает взгляд вниз. Крик срывается с её уст, когда она видит, что рука мертвеца держит её за ногу, утягивая за собой в могилу. Этим мертвецом оказывается её мама, одетая в белое платье-рубашку. Кожа её посеревшая, облегающая кости; тонкие бледные губы искривились в зловещей усмешке; чёрный влажные волосы прилипли к лицу.       — Ты должна была умереть, не я, — зло бормочет Гермиона. — Поэтому я заберу тебя с собой.       — Нет! — кричит Мишель, падая на землю и пытаясь вырваться из цепкой хватки. — Отпусти! Ты не моя мама! Нет! — вопит девушка, цепляя ногтями за землю и пытаясь выбраться из ямы, ногами отпихивая Гермиону.       Пьемонт бьёт мертвеца по костлявым рукам, но всё бестолку. Гермиона утягивает дочь за собой. Мишель задыхается, кричит, машет руками, чувствует, как ей в рот попадает земля вперемешку с червями, которые расползаются внутри. К горлу подкатывает удушающий ком.       Мишель резко садится на кровати; в горле застревает крик, так и не вырвавшись наружу; пальцы сжимают простыни. Тело дрожит, сердце с бешеной скоростью колотится в груди.       — Это всего лишь сон, — себе под нос шепчет девушка и тянется за телефоном, чтобы посмотреть время: 6:27 — показывает экран смартфона. Слишком рано, но она больше не сможет заснуть».       Полностью уйдя в свои мысли, Пьемонт отдалённо слышит какие-то шорохи и шаги.       — Пап? — качнув головой, зовёт девушка, поднимаясь с дивана и ставя фужер на стеклянный столик, и вытирает слёзы. — Это ты? — в ответ тишина; Мишель шмыгает носом. — Пап?       Позади девушки раздаётся звук снятия пистолета с предохранителя. Мишель полностью безоружна. Медленно повернувшись, девушка видит перед собой Себастьяна Монкада — глава ещё одного клана мафии и отец Тейлора.       — Где мой сын? — спрашивает мужчина, наставляя дуло пистолета в сторону головы девушки.       — Хах. Твой паскуда мёртв. Какая же была радость пытать его. Он так громко кричал и просил пощады. А потом та-а-ак медленно и мучительно умирал. Так же как будет умирать вся твоя семья и весь твой клан. Все до единого, — играть на нервах мужчины было не самой лучшей идеей, но как же девушке хотелось его позлить. Раз уж ей суждено умереть от рук врагов, то хоть позлить их надо.       Раздаётся выстрел. Пуля попадает прямиком в колено девушки. Мишель кричит, сгибая ногу.       — Я убью тебя сам. Ты будешь умирать в ещё больших муках. Будешь просить отпустить тебя до твоего самого последнего вдоха. Потом я отправлю тебя по частям твоему папаше.       — Хочешь убить меня? Убей. Но знай: вся твоя семья и все твои люди будут мертвы. Мой отец найдёт каждого и убьёт.       Позади девушки слышатся шорохи. Мишель инстинктивно поворачивается на звук. Перед ней стоит мужчина в чёрном. Удар. Через секунду Пьемонт теряет создание, падая на пол, как тряпичная кукла.

***

      Тяжёлое, медленное, сбивчивое дыхание. Медленный вдох. Шум в ушах. Пульс бешеными ударами отдаётся в висках, будто пробивая голову насквозь. Горло саднит. Сердцебиение понемного приходит в норму. Из-за пыльного воздуха подступает удушающий кашель.       Мишель медленно поднимает тяжёлые веки. Перед глазами всё плывёт. Во всём теле чувствуется ноющая боль. Попытавшись рукой дотронуться до головы, Пьемонт понимает, что запястья связаны и скручены за спиной. И тут она всё вспоминает: что с ней случилось и где, вероятнее всего, она находится.       — Твою ж мать! Сука! Блять! — ругается девушка, чувствуя металлический привкус во рту, и сплёвывает на пол тёмную кровь.       Сердце начинает бешено колотиться, норовя вот-вот вырваться наружу, пробив грудную клетку. Мишель резко вскакивает на ноги, пошатнувшись и чуть не упав обратно. Сфокусировав зрение, Пьемонт осматривает подвальное помещение: от мигающей лампочки, висящей на потолке и противно трещащей, исходит тусклый свет; пыльно-земляной пол; голые бетонные стены; напротив неё — тяжёлая железная дверь, запертая на несколько замков.       Взглядом найдя какую-то маленькую железяку, торчащую из пола, девушка, пошатываясь, подходит к ней, присаживаясь на корточки и начиная тереть о неё запястьями, дабы разрезать пластиковые фигни на них. Через несколько минут ей удаётся высвободить руки.       Неожиданно железная дверь отворяется с противным скрипом, и в помещение входит Себастьян Монкада. Сам. Собственной персоны.        — Ну, привет, пташка. Как видишь, роли поменялись. Но вот ты, в отличие от моего сына, не прикована к стулу. И, наверное, я не буду отрезать тебе конечности. Хотя… кто знает, кто знает… — мужчина начинает зло смеяться. Мишель от такого смеха ёжится, тут же вскакивая на ноги. Табун мурашек пробегает по телу, заставляя девушку вздрогнуть.       — Ты будешь гореть в Аду! — зло шипит Пьемонт. — Вместе со своим жалким сыночком и со всей семьёй.       — Неужели? — усмехается Монкада, наступая на Мишель.       Девушка пятится назад, но почти сразу же ударяется о стену. Отступать некуда. Остаётся только нападать. Мишель хочет ударить его, но удар оказывается слишком уж предсказуемым, так что Себастьян хватает девчонку за руку, откидывая на пол. Пьемонт сильно ударяется головой о стену, падая и упираясь руками в пол. На месте удара сразу же выступает кровь. В глазах темнеет. Дрожащей рукой она дотрагивается до места удара.       Мужчина пинает девчонку. Мишель кричит от сильной боли, хватаясь за место удара, закашлявшись и переворачиваясь на бок. Снова удар, который проходит по рёбрам примерного в районе лёгких. Пьемонт начинает задыхаться и кашлять.       Удар за ударом осыпаются на девушку. Мишель выплёвывает сгустки тёмной крови на пол, пытаясь руками прикрывать лицо от многочисленных ударов и делать ответные удары, из которых выходили лишь бесполезные махания руками в пустоту.       — Это ещё не значит, что я проиграла.       Девушка отхаркивает кровь, медленно поднимаясь с пола в тот момент, когда Монкада пинает её ногой под рёбра. Мишель вскрикивает, падая обратно. Всё тело, скручиваемое судорогами, дрожит от неимоверной боли. Сил подняться больше нет.       Это, похоже, конец. Она унижена и оскорблена.       — Мой отец придёт за мной. И за вашими жизнями. Он убьёт вас всех до одного, — тихо произносит Пьемонт.       Взгляд помутневший. Её всю трясёт. Ей страшно за свою жизнь, как никогда не было раньше. Девушка видит лишь мутные очертания мужского силуэта перед собой, который достаёт из кармана раскладной нож и вонзает ей прямиком в живот, наслаждаясь осипшим криком девушки. Мужчина вновь и вновь наносит удары ножом, видя, что девушка находится на последнем издыхании. Из коридора доносятся выстрелы и крики людей. Себастьян напрягается, понимая, что Он пришёл за дочерью. Мишель слышит знакомый голос.       — Папа… — одними губами шепчет девушка, пластом падая на пол. Больше не осталось сил. Совсем…