Венсеро

Февраль, 2002. — Не смотри на меня так, Драко. Гермиона крепко сжимала в руке палочку, с которой впервые ощущала связь: пятнадцатидюймовая, с сердцевиной из волоса фестрала. Она наконец полностью покорилась девушке и та глубоко выдохнула и широко раскрыла глаза, чувствуя эту власть. — А как мне на тебя смотреть? — Не так осуждающе. Малфой ухмыльнулся прежде, чем ответить хрипловатым голосом: — На что только ни способны глупцы, ради воплощения своих желаний. Прошло немыслимое количество дней, пока Гермиона безуспешно пыталась подстроиться под новый мир, где правителем был Волан-де-Морт. Тот, чьё имя раньше боялись даже произносить, сейчас управлял волшебным миром. Девушка прошла тернистый путь от отрицания и пылающего гнева до безэмоционального принятия. Можно сказать, она смогла адаптироваться к новой реальности. Смогла выжить. Но, увы, немногие были способны на это. Невилл, Рон, Римус, да и в целом Орден, предпочли смерть клятве верности перед Лордом. Гермиона почти не плакала, глядя на зелёные вспышки, застывающие в глазах её друзей. В ней будто что-то сломалось тогда. Она сдалась? Теперь окончательно? Малфой за шкирку привёл её к ногам нового правителя. Теперь она — его игрушка. Мёртвая внутри, но живая снаружи. Месяц назад смерть Теодора Нотта от руки одного из приближённых Лорда вывела её из комы сожалений. Она не плакала никогда так долго, как в тот вечер. Проснувшись рано утром на следующий день, Гермиона с опухшими глазами четко знала, ради чего просыпается теперь. Ради чего нужно это всё. Она даже сама не знала, почему именно смерть Тео так повлияла на неё. Руки Драко скользнули под серую хлопковую рубашку Гермионы и стали плавно спускать её по белоснежной кожи. Ухмыльнувшись, он стянул и с себя костюмную жилетку. — Я не люблю тебя, Малфой. — Угу. — Зачем тогда это всё нужно? — Не знаю, — честно ответил он. — Мне кажется, мои чувства к тебе — это единственное, что напоминает о прошлом. Его пальцы сомкнулись на её подбородке. Драко наклонился и поцеловал девушку. — Ты глупец, — сквозь поцелуй прошептала она. Он не ответил, лишь сильнее углубил поцелуй, чувствуя, как Гермиона прижимается к нему. Её тело словно растворилось в нём на мгновение, а потом так же внезапно она оттолкнула его. — Я не люблю тебя! Ты меня слышишь? Драко сжал губы и коротко кивнул, отодвигаясь. Гермиона тут же подскочила и направилась к выходу из комнаты, так напоминавшей десятки других комнат в особняке Малфоев. — Гермиона, — позвал Драко её, когда она уже стояла в дверях. — Да? — девушка резко обернулась. Малфой смотрел на неё серьёзным и злым взглядом одновременно. — Что будет с Джинни и детьми? Гермиона наклонила голову. — Малфой, думай о своей шкуре. Не надо лезть в нашу жизнь, — через секунду после сказанного она пулей вылетела из комнаты.

***

— Эйда, прошу тебя! Хватит брызгаться! — сквозь смех пробормотала Джинни, закрывая лицо руками. Девочка со всей силы плескала воду из своей маленькой ванночки, наблюдая за реакцией матери. Гермиона с улыбкой наблюдала за этим зрелищем, представляя, как был бы рад Гарри видеть это, будь он жив. — Мерлин, ты сведёшь меня в могилу! — пробубнила Джинни, стирая с щеки пушистую пену. — А что такое могила? Эйда вдруг нахмурилась и серьёзным взглядом посмотрела на мать. Уизли заметно напряглась. — То место, куда приходит человек, когда умирает, — ответила Гермиона, всё ещё глядя с улыбкой на Эйду. — Папа тоже там? — Да. — Тогда я хочу пойти туда! — Пойдешь, когда станешь достаточно взрослой. Девочка надула губы, но через секунду отвлеклась на булькающую игрушку рядом. Джинни от напряжения ковыряла ногтями полотенце в руках, рассматривая пустым взглядом дочку. — Всё хорошо? Рыжеволосая быстро кивнула, переводя взгляд на Гермиону. — Ты уже точно решила сделать это? — резко перевела она тему. — Джинни, не думай об этом. Всё будет хорошо. Ваш дом никто не найдет, уж я позаботилась об этом. А когда Эйда и Уильям вырастут, они смогут позаботиться о тебе и себе. — Так говоришь, будто прощаешься. Девушка пожала плечами.

***

«Могу представить, как ты злишься на меня» — промелькнула мысль в голове прежде, чем она отвернулась от его пылающих глаз. Он молчал, словно ждал чего-то, а потом тихо произнёс: — Не уходи. Посиди со мной. Это прозвучало так неожиданно, что Гермиона на мгновение в растерянности застыла. Она не нашла, что ответить, а Малфой просто взял её за руку и потянул к себе. — Я должна идти… ты же знаешь… Он кивнул, с силой сжимая её ладонь. — Побудь со мной ещё минуту. От его бархатистого голоса по спине пробежала волна мурашек, а сердце забилось так сильно, что, казалось, оно вот-вот выскочит из груди. — Я думал, ты умерла, когда пропала, — пробормотал Драко, зарываясь лицом в копну волос Гермионы. — я думал, что больше никогда тебя не увижу. Гермиона чуть отстранилась и посмотрела на него. Глаза её были красными от уже высохших слёз. — Мерлин, давай потом поговорим об этом?! Мне сейчас вообще не до этого, — выдергивая ладонь из его цепких рук, прошипела девушка. — Если ты сейчас уйдешь, то умрёшь. — Я убью Лорда! Это стоит всех страданий, через которые я прошла. — Не убьёшь. Не сможешь. — Тебе откуда знать? — Гермиона, пожалуйста… Хмурясь, она качнула головой, чувствуя, как начинают подкашиваться ноги. — Прощай, Малфой, — отвернувшись от его белого, как чистый лист, лица, она шагнула навстречу прохладе улицы, прикрыв глаза от теснившего в груди страха. Сегодня случится то, ради чего она была рождена. Сегодня она отомстит за своих друзей. Сегодня всё решится. Что бы сказал Гарри, будь он жив? Похвалил бы он её? Или сказал бы, как она наивна, полагая, что сможет убить самого опасного и сильного волшебника среди нынеживущих. Она — последняя надежда Ордена. И она справится со своей последней задачей. Чего бы ей это не стоило. Громкий звук, от которого даже деревья в округе вздрогнули, привёл её в чувства, и она, наконец, открыла глаза. — Что? Алые капли медленно окрашивали белоснежный снег под ногами. Боль в груди с каждой секундой становилась сильнее, отключая все остальные чувства. Гермиона даже не поняла, в какой момент упала. В какой момент, её руки вытянулись вдоль тела, бессильно рухнув об землю. Последним, что она успела увидеть было спокойное лицо Малфоя, который медленно приближался к ней и опускал палочку обратно в кобуру. Драко чувствовал, что она вот-вот издаст свой последний вздох, но это не останавливало его. Через несколько секунд её тело обмякло, и он смог стянуть плащ с её плеч, приподняв постепенно холодеющее тело. Больше она не сопротивлялась, не двигалась, не старалась освободиться от его хватки, но Малфой всё равно не отпускал её, будто боялся, что сейчас она встанет и убежит. Он знал, что если отпустит её сейчас, то потеряет контроль.