Маленькие истории большого мира

— А мне подарили ромашки, — как бы между прочим произносит Антон, помешивая чай. Смотрит на реакцию, но скучающе вздыхает, когда оной не следует: Серёга всё так же что-то бурно обсуждает с Арсом, а Дима вчитывается в меню кафе, ведь, Господи, семья Позовых перешла на правильное питание. — Красивые такие, нежные... Шастун задумчиво ведёт глазами по друзьям и лишь чудом перехватывает секундный взгляд Попова, который тут же отворачивается к Матвиенко, но тот уже переключил внимание на Антона. — Фанаты? — Наверное, — прищуривается, замечая закушенную губу Арса. — Кто бы ещё стал дарить мне букет ромашек? — Ну да. Мне вот носки подарили, — вклинивается Поз, откладывая меню: сегодня голодает. — А чего это ты вдруг? — Да нет, ничего. Просто, — смотрит в голубые глаза напротив, и Попов не отводит взгляд, только чуть щурится, — они мне нравятся. Арс улыбается уголками губ, опуская глаза, но сразу же после смотрит вновь, заставляя сердце Антона биться быстрее. Да нет, не может быть... — И почему именно ромашки? — произносит одними губами, получая смущённую улыбку в ответ. — Наверное, ты очень нравишься тому, кто их подарил, — впервые за всю беседу обращается к Антону, сверкая голубыми глазами: неуверенный, смущённый, но не без хитрого прищура. — Может, этот человек тебя любит, — выдыхает последние слова, закусывая губу, и смотрит, смотрит, смотрит, ловя каждую эмоцию. Шаст облизывает пересохшие губы, не упуская момента, как взгляд Арса ловит это движение. Так это Арсений..? Одна лишь мысль об этом вызывает внутри палитру эмоций: удивление, непонимание и... необъяснимый нежный трепет. — Да брось, Арс, это слепое обожание, ты же знаешь, — осаждает Серёга, но Антон и Арсений не слышат. Смотрят в глаза, открывая нечто новое, что так давно было в мыслях обоих, но под давлением окружающих не могло быть озвучено. И, кажется, первый шаг сделан.