Её «идеально» или Мраморная Принцесса

Стоило Гарри пересечь черту Запретного Леса, как Амелия вновь надела на лицо маску хладнокровия, с которой не расставалась последний год. Раньше это было вынужденной мерой, которую она не могла контролировать из-за злополучного зелья, сейчас же — добровольным решением. Она должна была сделать все, чтоб победить Волан-Де-Морта и помочь любыми доступными средствами. С трудом оторвав взгляд от густо растущих деревьев, скрывших высокую мужскую фигуру избранного, она развернулась и зашагала в сторону здания школы, в котором сейчас находились почти все принимавшие участие в битве. Внутри должны были латать раны пострадавшим и прощаться с погибшими товарищами. Она была бы дурой, если бы допустила мысль, что после всего, что она натворила, все эти люди примут её с распростертыми объятиями. Пусть она и засветилась пару раз перед ними, сражаясь с пожирателями, но этого точно было недостаточно, чтоб загладить все ее грехи перед этими людьми. Пусть привела подмогу… Пусть никогда на самом деле и не была на другой стороне… Но… Слизеринка. Пожирательница. Новая Беллатриса. Правая рука Волан-Де-Морта. Палач. Убийца… Что бы она ни предприняла, всего будет мало, чтоб смыть эти имена из памяти людей. И Амелия вполне отдавала себе в этом отчет. У одной из колонн, за которой находилось последнее более или менее безопасное место на ближайшие пару миль, стоял Сириус, настроение которого оставляло желать лучшего. И Амелия понимала его как никто другой. Единственный оставшийся Блэк был такой же жертвой войны, как Малфой и все её близкие. Он терял друзей и разочаровывался в окружающих… Стоило ему найти крестника, провести с ним пару лет, как тот самолично уходит прямо в лапы смерти из-за какого-то там долга и предназначения. Только вот Сириус уже побывал а Азкабане, а Амелии это только предстоит… — Много погибших? — сухо спросила девушка, смотря куда-то в пустоту, боясь лишний раз показать свое разбитое состояние. — Меньше, чем могло бы быть. — мужчина отвечал чуть более спокойно, но руки, сложенные на груди, чуть сильнее сжались, выдавая его нервозность. — Не зря старалась. — Сколько из оставшихся могут продолжать битву? — Мел все же заставила себя посмотреть на родственника, стараясь, как и он, выглядеть невозмутимой. И Блэк вновь увидел в этой девчушке своего брата. В этих красных и опухших глазах, полных разбитых надежд все еще горела решимость и расчетливость. Она, как и Регулус когда-то, была готова, кажется, на любые жертвы ради исполнения задуманного. Ради долга перед дорогими людьми. — Тех, кто сильно ранен, напуган и выбился из сил, надо как-то вывести куда подальше отсюда, пока не началось новое побоище. Тела погибших так же следует переместить, ведь мы не знаем, как долго продержатся стены школы… Если нужна будет помощь в любом из этих вопросов, можешь спокойно пользоваться моими ребятами. Если взбунтуются, скажи, что я их прибью, как увижу. — волшебница вновь отвернулась, а Сириус подсознательно заметил, что ей идеально бы подошла работа в аврорате. Отличная замена Грозному Глазу… — Если увидишь Грейнджер и Уизли, скажи, чтоб нашли меня. — Как скажешь, малышка. — мужчина поднял руки в знаке капитуляции, медленно и звучно выдохнул, а после так же громко вдохнул и добавил. — Только вот не пытайся опять сама все разрулить и держи меня в курсе. — он попытался выдавить из себя улыбку, но получилось это довольно скверно. — Все же я уже дал обещание одному упертому оленю, что поддержу тебя несмотря ни на что. Мел сдержанно кивнула и ещё сильнее развернула голову в сторону, чтоб мужчина не смог увидеть подступившую к глазам пелену слез. На душе стало немного светлее, ведь она осознала, что упустила одну важную переменную. Может для большинства она и была монстром во плоти, но рядом с ней все же были люди, готовые поддержать её. Пусть и только ради Гарри, но… Она больше не была одна. Не имело значения, как она закончит эту битву. Рядом с ней всегда будет её Поттер… Пусть и только в сердце. Его незримая тень будет стоять бок о бок с ней, давая надежду на свободу. *** — Они здесь. — Мел всем телом ощутила приближение темных волшебников. Мощная волна магии, исходившей от подчиненных Волан-Де-Морта и его самого, ударила по блондинке ещё парой минут ранее, но она старалась хоть ненамного продлить время физической и моральной передышки. За время противостояния отрядам пожирателей, Малфой буквально кровью и потом выжгла в себе навык определения близости чужой магии. Она научилась чувствовать количество и примерную силу волшебников поблизости. Конечно, на это уходило немало сил и концентрации, так что в полевых условиях такой метод отслеживания был довольно неэффективен. Сейчас же, когда она чувствовала хотя бы минимальную безопасность, опередить этих тварей и не дать им явиться «сюрпризом», было её приоритетом. Стоявшие вокруг нее парни из её отряда, почти сразу окружившие девушку, стоило ей попасть в их поле зрения, были достаточно хорошо натренированы, чтоб и без слов командира почувствовать прибытие пожирателей во главе с Лордом. Да и змеи на руках вполне однозначно давали понять, что «босс» скоро прибудет и им всем лучше бы прекратить любое сопротивление. Каждый едва уловимо затаил дыхание и дотронулся до метки на предплечье, ведь не часто встречался с предводителем темных волшебников вживую. Малфой, до этого сидевшая на обломке стены теперь служившей чем-то вроде стула, поднялась и довольно быстро нашла глазами уже пару гриффиндорцев стоявших неподалеку, что не могло не резануть сердце очередным осознанием, что неразлучная троица уже таковой не являлась. — Грейнджер! Уизли! — она крикнула, обращая внимание оставшихся в здании на себя. — Будьте готовы. — получив одобрительный кивок от обоих, блондинка устало выдохнула. Как и планировалось, раненные ученики, оставшиеся младшекурсники и тела погибших были перемещены по тоннелям в Хогсмид, а оставшиеся на территории Хогвартса уже были готовы к новой волне сражений. Во время эвакуации, в которой Тео с парнями оказывали немалую поддержку, Малфой смогла наконец отыскать брата и после короткого спора, после которого близнец наотрез отказался отходить от сестры хоть на шаг, обговорить хотя бы примерный план действий с Грейнджер, Уизли и другими их дружками. — Они прибудут в течении пары минут. — блондинка говорила медленно, но от этого не менее собранно. Она была готова к любому финалу, но все же не могла успокоить бегающие по всему телу мурашки, что страшно её раздражало. — В здании остались только те, кто готов продолжать борьбу. — констатировал Драко, стоявший рядом с сестрой с недовольным лицом. В голове старшего Малфоя просто не укладывалось, почему его близняшка не покинула школу вместе с остальными. Конечно, её упертости можно было только завидовать, но… разве с нее уже не хватит? Разве она итак не сделала слишком многое? Не пора ли было убираться отсюда куда подальше, пока не стало слишком поздно? Эти детишки итак должны быть ей благодарны, ведь смогли так долго продержаться только благодаря подмоге, которую вызвала Амелия! А Тео? Он куда смотрел? Драко ещё мог понять, что друг не смог остановить эту самоубийцу от прибытия в самый эпицентр сражений, но поддержать её и остаться на второй раунд? У него точно все было в порядке с головой? Пусть Малфой и понимал, что его сестра уже давно не была беспомощным ребенком, но в его глазах она все еще оставалась маленькой принцессой. Он не хотел больше видеть её страданий. Разве он так многого просил? — Пора вспомнить, чему нас учили на совместных тренировках. — Мел улыбнулась и протянула брату кулак в знак единения. — За тобой, хоть на край света, принцесса. — Драко легонько ударил по кулаку близняшки своим и устало вздохнул. — Я уже давно говорил, что всегда буду рядом с тобой. Пора исполнять обещания. Все же у него не оставалось другого выбора, кроме как остаться со своей неугомонной принцессой до конца, прикрывая ее спину. Амелия была упертой и сумасбродной младшей. Драко был её отражением. Они слишком часто расставались. Больше он этого допустить не мог. *** — Гарри Поттер мертв! Слова безумного темного мага больно резанули сердце каждого стоявшего на обломках внутреннего двора школы, а неподвижное тело товарища и вовсе выбило весь кислород из легких. Никто не мог до конца осознать реальность происходящего. Амелия до боли сжала в руке палочку, ни на секунду не отрывая взгляда от лица Гарри, стараясь успокоить бурлящие внутри эмоции. Поттер выглядел совсем живым, точно таким же, как перед своим уходом, разве что был неподвижным, и Малфой просто не могла отделаться от мысли, что в любую секунду он мог подняться и вновь улыбнуться ей. Сердце то и дело пропускало удары, а на глазах появлялась пелена, которую девушка просто не могла контролировать, но брюнет так и не подавал признаков жизни. Было невыносимо больно и страшно. Звуки вокруг девушки превращались в хаотичный набор охов, всхлипов и криков, который разбирать ей не хотелось. Казалось, ещё немного и земля уйдет из-под ног, а сердце окончательно остановится. Все это было какой-то шуткой. Великий избранный не мог так просто погибнуть. Он же надежда всей магической Британии… Он же Гарри Поттер! Мальчик который выжил… В голове сразу начали всплывать все моменты, связывавшие Амелию с этим чертовым избранным: все их споры и соревнования, проделки друг над другом, признания, объятия, шутки, сражения… Перед глазами проносились их первый танец, первый поцелуй, полеты на метле с желаниями победителю, связь ласточки, то, как Гарри поддерживал девушку после смерти Гран… «— Если ты, как и другие, обвиняешь меня в обмане, то спешу тебя расстроить, я не бросал своё имя в кубок. — Я знаю, что это не ты. — Спасибо тебе, Малфой. — Иди к черту, Поттер! Только не думай, что мы теперь друзья. — Не переживай, Малфой. Я не настолько сошёл с ума.» Волшебницу вновь разрывало изнутри. «Я же говорил, будь ты хоть самим дьяволом, я бы все равно не смог перестать тебя любить. Я доверяю тебе, так что нет никаких причин избегать друг друга.» Всего этого просто не могло происходить на самом деле… Она просто видела кошмар… «— Не против имени Джеймс? — Не понимаю о чем ты. Это же имя твоего отца? — А ещё это будет имя нашего первого ребёнка. — Какие ещё дети?! У нас с тобой? — Не сейчас, конечно, но это не обсуждается. — Не помню, когда это я давала своё согласие? — Не переживай, я уже все спланировал. — Ты! Ты! Придурок!» Гарри… «— Я все ещё надеюсь, что ты провалишься уже после первого испытания, тупой львёнок. — Я ни на секунду не сомневался в тебе, надменная змейка.» Хотелось кричать, рыдать и биться в истерике.  «—Вы сегодня неотразимы, мисс Малфой. — Ну наконец-то. Не прошло и ста лет. Постарайтесь соответствовать, мистер Поттер» Поттера… Ее Гарри… его больше не было…  « — Все будет хорошо. Я рядом. — Изи… Поттер, почему?.. Что она сделала? — Я не знаю… — Не смей умирать… Не смей бросать меня… Иначе я сама тебя убью… Достану из земли… Сначала запытаю, а потом… — Обещаю…» … «Я никогда никого так сильно не любил, как тебя, сумасшедшая ты дура.» Его убили…  Мел вновь ощущала все те эмоции, но теперь они врезались в сердце острыми шипами, оставляя после себя только зияющие дыры пустоты. Чертов Поттер… Зачем он все это делал? Зачем бегал за ней, не давая проходу? Зачем спасал из омута её собственных страданий? Зачем говорил о любви? Зачем строил планы на будущее, вселяя в нее надежду? Зачем вернул память? Зачем влюбил в себя настолько, что она готова была вырвать собственное сердце и сжечь прямо на глазах всех людей вокруг? Все рушилось: её уверенность, храбрость, напускная бравада и любое желание хоть как-то сопротивляться. Но… На удивление Амелия не чувствовала желания немедленно разрушить все вокруг или убить всех, кто к ней приблизится. Нет… Она была готова подойти к Хагриду, взять тело Гарри и уйти с ним на другой край света, а с войной пусть разбираются другие: те, кто уже взял на себя роль героев, к которым Малфой себя не причисляла никогда. Она имела полное право на трусость и слезы. Она не была тем стальным солдатом, которым её видели. Не теперь… У всего есть свои пределы. — Держись. — на плечо блондинки легла рука Тео, а после и Драко. Да. Она была не одна, но… — Все будет хорошо, принцесса. — Брат аккуратно стер соленую дорожку с лица сестры свободной рукой. Драко никогда не испытывал особой любви к Поттеру, но он знал о чувствах Амелии. Даже не смотря на близняшку, он всем своим существом ощущал ее разбитое состояние. Она вновь умирала прямо на его глазах, только в этот раз это происходило в разы стремительнее, чем раньше. Такое с ней было после смерти Гран, вот только теперь дорогой человек умер на её собственных глазах… Его маленькая принцесса в который раз должна была испытать страшную боль, которую блондин даже представить себе не мог. Хотя… Когда он вспоминал тот взрыв на поле, произошедший по его вине, внутри что-то ломалось. Безвозвратно. Невыносимо больно. Только вот он смог оправиться от этой боли, узнав, что сестренка все же жива… — Амелия, Драко. — голос отца эхом раздался в ушах, вырывая близнецов из раздумий. — Выходите. — вслед за Люциусом заговорила и Нарцисса. Всё внимание в эту секунду было приковано только к младшему поколению Малфой. Амелия каждой клеткой своего тела ощущала это давление. Пожиратели желали возвращения полезных и сильных союзников, а светлые волшебники просто наблюдали, особо не ожидая от близнецов самоотверженности и верности. — Идите же сюда, я обещаю простить вам некоторые оплошности. — Волан-Де-Морт раскинул руки в привычной манере победителя и оскалился, вызывая этим у Амелии одновременно страх и отвращение. Отчет шел на секунды. Этот ублюдок никогда не славился своим терпением и совсем скоро мог взорваться, пусть и находился в весьма хорошем расположении духа. — Ты готов, братик? — Мел сняла руку Драко со своего плеча и сжала в своей. В этот момент ей, как никогда нужна была поддержка кого-то родного. — Я рядом, несмотря ни на что. — старший близнец притянул сестру к себе и одобрительно кивнул. — Тогда вперед. Амелия кивнула Тео, на что тот ответил ей таким же одобрительным жестом, отходя на несколько шагов назад, и сделала шаг вперед, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. Ее глаза были устремлены лишь на одного человека. Гарри. Её любимого придурка. Упертого оленя, который до последнего боролся ради спасения этого чертового волшебного мира. Глаза защипало, но девушка подавила начинавшийся ураган на корню. Не сейчас. Ещё немного и она сможет дать эмоциям выйти. «Мама, отец.» — Мел постаралась вложить в свои мысли как можно больше чувств, всеми силами убеждая родителей. — «Как только мы остановимся — уходите.» Близнецы шли медленно, не обращая внимания на осуждающие взгляды стоящих вокруг учителей, школьников и остальных волшебников. Те, кто был в них уверен, и так были готовы в любой момент подхватить любой выпад брата и сестры, а до остальных им особо не было дела. Позади уже готовились к атаке представители других школ и стран, Тео с отрядом, Сириус и орден… — Пора. Амелия посильнее сжала руку Драко и они вместе подняли палочки над головами. — Адеско Фаер. Люциус и Нарцисса в последний раз словили взгляд детей и, получив уверенный кивок, растворились в рядах растерянных пожирателей. Отец семейства, ведущий под руку жену старался не оборачиваться на разворачивающееся позади него действо, но, ощутив волну обжигающего воздуха, ударившей по спине, все же оглянулся. И в этот момент он уже не знал, бояться ли ему за детей или их самих. Из палочек близнецов в небо устремился голубой поток пламени медленно обретавший форму птицы. Они стояли, взявшись за руки, как всегда любили ходить в детстве, и Люциусу даже на секунду привиделось, будто он увидел их совсем маленькими, машущими ему в знак прощания. Будто он просто уходил по делам, а они оставались в безопасности дома, в ожидании его скорого возвращения… Да. Ему уже давно пора было признать, как сильно его дети выросли и окрепли. Они стали сильнее чем он сам, умнее, порядочнее и находчивее. Драко, который раньше часто обращался за помощью к отцу, стараясь привлечь внимание, стал достойным наследником, о котором отец и мечтать не мог. Его сын возмужал, окреп и набрался серьезности, достойной статуса главы рода. Его действия больше не были импульсивны, и Люциус мог больше не переживать за неразумного сына. Но… Он так и не отпустил руку сестры, которая всегда была и останется его главным приоритетом. И волшебник был горд за него, ведь это именно то, чему он его учил с детства. А Амелия… От мысли о дочери сердце Люциуса пропустило удар. Когда его малышка только родилась, он хотел ей светлого будущего. Малфой хотел обеспечить ей счастливую жизнь, где она бы ни в чем не нуждалась; жизнь полную всеобщей любви и веселья, в которой любая её прихоть незамедлительно бы исполнялась. Но он не смог… Его маленькая принцесса повзрослела гораздо раньше, чем Люциус смог это осознать. Он не смог спасти её от всей тьмы этого мира, даже наоборот: в итоге именно он подтолкнул её к самому краю пропасти собственными руками, и его дочурке пришлось справиляться со всеми невзгодами самой. Его Амелия оказалась в разы смелее, чем он сам… — И когда наши дети стали такими сильными? — мужчина наконец оторвал взгляд от огненной птицы, помня просьбу детей. — Кровь Блэков. — Нарцисса посильнее сжала руку мужа и потянула его за собой, уводя в сторону Запретного Леса, всей душой веря в своих детей. Она обязательно устроит скандал, как только это все закончится. Всем троим. Лишь бы они остались целы и невредимы. *** — А теперь попробуй это. — близнецы направили огненную птицу прямо в сторону толпы пожирателей, метя прямо в их предводителя, но тот, будучи довольно сильным волшебником, смог отвести атаку в сторону. Это было вполне ожидаемо… Птица медленно теряла свою форму, растворяясь в воздухе. Драко знал, что одних его сил не хватило бы на длительное удержание заклинания, а сестра была не в том состоянии, чтоб геройствовать. Они оба были морально и физически измотаны… Но… В глазах его принцессы больше не было и доли сомнения или пустоты. Да, она была полностью разбита, но что-то не давало ей сдаться. Взгляд блондина невольно устремился на безвольное тело избранного, и сердце защемило. Пусть этот придурок и не был ему другом, да Драко его даже близким знакомым он назвать не мог, но… Это все же был Поттер… Они были знакомы так много лет… Что же творилось с его маленькой принцессой, раз уж даже самому Малфою было так паршиво.? — А вы какого Мерлина там встали?! — откуда-то из-за спины раздался голос Тео, прибывавшего в не самом приятном расположении духа. — Ставьте защиту, идиоты! Или вы тут помереть решили? — Если хотите нашего подчинения, то боимся разочаровать. — рядом с братом и сестрой Малфой встали рыжие близнецы вместе со своей младшей, принимая боевую стойку, которой когда-то сама Амелия обучала отряд Дамблдора. — Одну розовую змеюку уже вытравили, вы следующие. — голоса ребят, хоть и были громкими и уверенными, но все же подрагивали, выдавая усталость и страх. Никто не хотел умирать. — Может Гарри и нет с нами, но мы продолжим его борьбу. — Амелия узнала голос Долгопупса, доносящийся чуть поодаль. Стоило блондинке оглянуться, как она заметила уверенные взгляды Гермионы и Рона, которые были в любой момент готовы вступить в бой. И ей стало так… спокойно… Казалось, она заразилась этими слабоумием и отвагой истинного гриффиндорца. Больше не было такого давящего чувства в груди, не дававшего нормально двигаться и мыслить. Она наконец вернулась в рабочее состояние… — Сперва надо убрать лишний мусор и расчистить путь для Хагрида. — волшебница говорила тихо, собирая все оставшиеся силы для атаки. Стоявшие рядом волшебники переглянулись и положительно кивнули, готовясь в любой момент начать нападение на стоявших перед ними пожирателей. Больше не было разделения на светлые и темные стороны, взрослых и студентов, сильных и слабых… Было только желание пережить этот ад и выиграть. — Бамбардо! — стоило Амелии кивнуть в сторону близнецов Уизли, как огненный шар прилетел в остатки колонн обрушивая их на темных волшебников. — Выиграем время, чтоб Хагрид вместе с Гарри смог добраться в безопасное место. — Малфой выставила палочку вперед, готовая отразить любой удар, летевший в свою сторону. — Инсендио! — Драко опередил сестру, нанося одну атаку за другой. — Не переживай, я тебя прикрою. — он улыбнулся Амелии и отпрыгнул в другую сторону, помогая другим ребятам с более многочисленной группой нападавших. Да… Даже если сегодня был последний день жизни, Мел не жалела бы ни секунды. Она наконец избавилась от того разъедающего чувства одиночества и беспомощности… Если ещё оставался шанс на победу, она не собиралась сдаваться. Ради Гарри. Ради своих парней, которые в нее верили. Ради родителей. Ради близких. Ради самой себя. Из палочек её соратников вырывались всевозможные заклинания, обрушивая на пожирателей мощную волну магии, в то время, как Амелия вместе с отрядом расчищали дорогу полувеликану, быстро смекнувшему план подростков. Младшая Малфой не стеснялась использовать непростительные заклинания на глазах у всех присутствующих. Ей было глубоко плевать, что именно они могли о ней подумать, ведь сейчас шла война, а как говорили маглы: на войне все средства хороши, и если не убьет она… никто не убьет… — Девочка моя, что же ты делаешь? — предводитель пожирателей стоял неподвижно, даже не стараясь уклоняться от атак светлой стороны. На его подобии лица рос оскал, не предвещавший ничего хорошего. — Ты лишь продлеваешь бессмысленное кровопролитие, которое приведет только к вашим смертям. Мел стояла посреди поля боя смотря прямо на своего мучителя, боковым зрением следя за передвижением Хагрида. Мир вокруг превратился в калейдоскоп из вспышек и взрывов с поднимающейся пылью и летящими во все стороны обломками. Но… Страха больше не было. Она была готова на любой ход. Разве был резон сдерживаться? Все равно будущего у нее не было… Так хоть в настоящем повеселится от души. — Том Реддл, кажется? — она ухмыльнулась, замечая, как довольная улыбка постепенно уходила с лица волшебника. — С момента вступления в ряды пожирателей до сегодняшнего дня, я ни секунды не была верна тебе. Каждый мой вздох, каждое движение и каждая мысль были направлены только на приближение твоей мучительной гибели. — в жилах закипала кровь, а тормоза окончательно отказали. Хагрид уже почти пересек ещё одну колонну, сокращая расстояние, разделявшее его от безопасности. Чертов увалень… Почему нельзя было двигаться быстрее? Вена на лбу Малфой невольно вздулась от раздражения и других эмоций, которые захлестывали молодую волшебницу. — Или ты действительно думал, что я буду служить кому-то вроде тебя? — она громко рассмеялась, ощущая как окончательно слетает с катушек, медленно превращаясь в собственную тетку. — Да я лучше сдохну сопротивляясь тебе, чем буду вечно жить как твоя шавка. — мимо девушки пролетел очередной луч заклинания, но она даже не думала обращать на это внимание. Ещё немного. Боковым зрением она видела, что Хагрид почти добрался до друзей вместе с Гарри на руках. Их не тронули. Еще немного и они будут в безопасности. Ей надо было выиграть еще немного времени… — Как умно, малышка Малфой. — Волан-Де-Морт вновь ухмыльнулся, заставляя табуны мурашек пробежать по спине девушки. — Только со мной такие трюки не пройдут. — он молниеносно развернулся в направлении, где сейчас был великан, и поднял палочку. Нет. Как она могла забыть. Этот чертов ублюдок мог прочесть каждую мысль в её голове, стоило ему только захотеть… Только не это… Тело девушки пришло в движение ещё до того, как она сама смогла это осознать. Амелия не могла потерять Поттера ещё раз. *** Амелия пришла в себя быстро, жадно глотая ртом воздух, будто выныривая из глубокого озера, в котором пробыла длительное время. Перед глазами все ещё стояла легкая дымка от взрыва, но постепенно зрение прояснялось, и она смогла осмотреть окружавшее ее пространство. Она находилась в светлом, буквально белом, помещении, будто состоящем из облаков. Там не было стен или потолка, только бесконечный горизонт, уходивший куда-то за пределы её зрения. На секунду ей даже стало смешно… Именно так она и представляла себе загробный мир. Боли не было ни в момент попадания заклинания в её тело, ни сейчас. Она скорее ощущала невероятную легкость впервые за несколько лет. Все же, кто бы что ни говорил, в её понимании мира, именно быстрая смерть была самым настоящим счастьем. Секунда и конец. Ни боли, ни мучений. Только пустота и мягкое приземление по ту сторону. Но… Малфой не была убита горем из-за собственной смерти, что её все же немного удивляло. Сначала было даже как-то смешно. Она так долго думала, что не переживет сегодняшнюю битву, что в итоге все же откинулась… Но потом пришло чувство вины… Перед родителями и Драко, с которыми, хоть и попыталась восстановить хорошие отношения, но так и не смогла провести побольше времени. Не сумела стать той утонченной леди, какой её хотела видеть мать… Не оправдала всех ожиданий отца… Так и не сказала Драко, что искренне его любит и ни за что не винит и не обижается. Не сказала, что он был и остается одним из самых дорогих людей в её жизни. Не успела с ними нормально извиниться за всё… Амелия чувствовала вину за то, что так и не успела нормально попрощаться с Тео и отрядом, ставшими ей второй семьей. Не дала последних наставлений и не пригрозила жить правильно, а не то вернется с того света и устроит им взбучку. А теперь даже присмотреть за ними никто не мог. Как же эти остолопы без нее справятся? Малфой даже представить боялась, что сейчас могло происходить с ее лучшим другом после всего этого светопредставления… Ведь Тео… Он правда был для нее семьей… Каждый раз был рядом несмотря ни на что… выручал… спасал… подбадривал… Мел могла только надеяться, что ее смерть не сломает его… Что он сможет выкарабкаться так же, как смог после кончины Изи… И ещё… Она не поблагодарила гриффиндорцев и Сириуса за поддержку… Не прикончила Сивого и Диггори… Но… Она не жалела о своем решении ни секунды. Повторись все опять, волшебница поступила бы точно так же… В конце концов, она же девушка избранного! Ей было просто необходимо хоть немного погеройствовать в этой решающей битве! Набрав в грудь побольше воздуха и вздохнув нарочито громко, Амелия стерла с глаз подступившие капельки слез и повнимательнее осмотрелась, замечая ранее неподвижную фигуру, стоящую к ней спиной. Эта фигура казалась смутно знакомой, но, где волшебница её видела, все никак не могла сообразить. — Извините, вы… — немного поколебавшись, спросила блондинка, специально не заканчивая фразу, чтоб вывести незнакомку на диалог. Фигура медленно пришла в движение, поворачиваясь к Амелии лицом. И остатки земли под ногами куда-то растворились. — Давно не виделись… — на лице собеседницы Амелии расцвела до боли знакомая улыбка, а глаза загорелись шальным огоньком. — Как поживала, Малфой?