Не смотри вниз

Чарли стоял на самом краю обрыва и смотрел вниз. “Не смотри вниз”, — так говорят всем, кто испытывает страх перед высотой, но Чарли не боялся. Он глубоко вдыхал тёплый летний воздух и, щурясь на солнце, смотрел вниз — на узкую долину меж двух громад гор. Страха не было совсем — только азарт, только кровь стучала в ушах и сердце сжималось в предвкушении. Хотелось смеяться. Громко — пока весь воздух не выйдет из лёгких. Чарли широко улыбнулся, занёс ногу над пропастью и чуть покачался на месте — лишь для того, чтобы пощекотать нервы. И только услышав знакомый нежный шорох, он широко раскинул руки, оттолкнулся и прыгнул вниз в свой короткий, острый, захватывающий полёт. Раз. В ушах засвистело — воздух атаковал со всех сторон. Два. Тело должно было казаться лёгким, но оно тяжёлым грузом летело вниз. Три. Долина приближалась слишком быстро, чтобы хоть что-то разглядеть. Четыре. Да Чарли и не пытался — он ловил последние мгновения полной свободы. Огромная стая сверхскоростных мурашек бежала от затылка до поясницы. Пять. Он был счастлив. Высокий пронзительный крик раздался в долине, и зелёный пейзаж внизу заслонило, словно серебристым щитом, широкой спиной дракона. Схватившись за кожаные складки у основания шеи, Чарли не сдержался и громко захохотал, переполненный беспричинной радостью и каким-то безумным восторгом. Его серебристый дракон, Шведский Короткокрылый, нёс его вниз к блестящему таинственным серым блеском круглому озеру. У озера стоял Хольм и сверлил его взглядом, который говорил: “Не делай так больше”. Ртом Хольм говорил: — Чтобы выучить Короткокрыла этому трюку, у нас ушло два года и тридцать драконологов. — Не ушло, — усмехнулся Чарли, расстёгивая плотную куртку, в которой было ужасно жарко. — И вообще-то, я справился за две недели. — Пора бы уже ввести какой-нибудь закон о защите магических существ, — не унимался Хольм. “Да, да, — думал Чарли. — И о защите тех, кто магических существ защищает”. На самом деле, спасибо и на том, что их заранее предупредили об участии драконов в испытании на Турнире Трёх Волшебников и даже посвятили в детали сверхсекретного задания. В последний раз драконов привлекали больше десяти лет назад, но здравомыслия у организаторов с тех пор не прибавилось, и Чарли заранее рассчитывал, что в последний момент — скажем, недели за две до начала Турнира — их попросят подготовить ещё одного дракона. И на этот раз он не хотел рисковать и просчитывал всё заранее. Старался думать на два шага вперёд. На пять шагов вперёд. Они с Хольмом рассчитали идеальную высоту, учли расстояние как до земли, так и до дракона, оптимальную скорость с учётом размаха крыльев, и только потом начали испытания. И всё равно Хольм наотрез отказался участвовать в них и был против участия Чарли. — И я всё ещё против, — веско сказал он. — Короткокрыл в заповеднике всего два года, большую часть своей жизни он провёл в одиночестве. Он недостаточно освоился для контакта с посторонними и уж точно — для контакта с детьми. — У нас всё лето впереди, — ощущение свободного падения всё ещё кружило Чарли голову, и он не стал приводить все те веские доводы, которые подготовил вчера вечером для серьёзного разговора с Хольмом. Сейчас солнце светило слишком тепло, небо было слишком синим, а ветер слишком пах летом и свободой, чтобы начинать спор. Вместо этого Чарли принялся расстёгивать пуговицы на рубашке. — Всё лето, Хольм, — сказал он, отправляя рубашку к лежавшей на траве куртке. — Половина драконологов в отпусках, а мы торчим здесь всё лето из-за этого проклятого Турнира. — Решил устроить себе мини-отпуск за счёт заповедника? — Хольм расслабился, принимая условия и соглашаясь отложить разговор. — Здесь не положено купаться. — А я рискну, — Чарли отправил ботинки и брюки в общую кучу. “Кто бы сомневался”, — говорил взгляд Хольма. Его рот говорил: — Отпуск, так отпуск. Вода в озере была холодной и очень прозрачной. Можно было разглядеть водоросли и мелких рыбёшек на самом дне, а также каждый палец собственной ноги. Плавать в такой воде — немного жутко и в то же время занимательно — особенно, если заплыть на середину и тренировать зрение, вглядываясь в тёмное дно глубоко внизу. Вода была холодной — долго не поплаваешь. Её холод постепенно смывал пену азарта в мыслях Чарли, выравнивал сердцебиение и дыхание. Это было озеро спокойствия и умиротворения, озеро второго дыхания. Прозрачное, как стекло, и холодное, как камень. Хольм не заплывал далеко. Он вообще редко соглашался на любой мало-мальский риск, даром что драконолог. Наверное, поэтому они и сработались. Чарли больше не соревновался с напарником в том, кто круче. Теперь он всегда был круче. Чарли лёг на спину и посмотрел в высокое ярко-синее небо. Ни единого облачка. Великолепная безмятежность. Холодная вода остужала мысли, остужала и тело — долго не поплаваешь. Хольм уже сидел на берегу, когда Чарли выходил из воды. — Замёрз? — бросил он. — Это озеро всегда холодное. Никогда не прогревается, слишком глубокое, — усмехнулся Чарли. Хольм чуть нахмурился и поднял на него глаза. — Замёрз, — констатировал он, глядя на руки Чарли, покрытые гусиной кожей. Несколько неестественно долгих секунд он рассматривал его плечи, грудь, живот, а затем отвернулся. Чарли подошёл к куче своих вещей, вытащил рубашку и вытер холодные капли со спины и плеч, выжал волосы. Этот быстрый, неуловимый взгляд Хольма согнал улыбку с его лица и теперь тяжело оседал куда-то в область желудка. “Один взгляд ничего не значит”, — думал Чарли пару лет назад. Он никогда не придавал особенного значения подобным взглядам — до тех пор, пока те не мешали ему выполнять свою работу, они мало что значили. Но один взгляд тянул за собой ещё один, и ещё — и как только Чарли казалось, что вот теперь он точно разглядел что-то в серых глазах Хольма, тот отворачивался и молчал, словно ничего и не было. “Два года, — думал Чарли. — Он молчит уже два года”. Хольм сидел, положив голову на колени, и смотрел на воду. Его худые плечи поднимались и опускались в такт вдохам и выдохам — почти незаметно, но различимо. В такой позе его острый позвоночник был похож на хребет дракона, и Чарли мучительно думал, как поступить с этим открытием. — Нельзя отпускать Короткокрыла на Турнир, — драконья спина разогнулась, и Хольм обернулся. — Он и не поедет, я готовлю его для резерва. — Лучше начать готовить для резерва кого-то ещё, — Хольм серьёзно посмотрел на Чарли. — Сам же знаешь — с тех пор, как Гебридский Чёрный поселился на его территории, он контролирует его перемещения даже на этом горном клочке. И мы не знаем, что будет, если Короткокрыла увезти. — Вот и узнаем, — хмыкнул Чарли, спрашивая себя, куда делся весь научный интерес Хольма. — Чёрный на охоте по несколько дней, сутками сидит где-то, поджидает добычу, он и не заметит отсутствия Короткокрыла. Вода в озере покрылась мелкой рябью, на лицо Хольма набежала внезапная тень — над их головами пролетал Гебридский Чёрный. — Заметит, — Хольм снова пристально посмотрел на Чарли. На склоне блеснуло серебристое пятно — это Короткокрыл расправлял крылья, и его серебристо-синие чешуйки переливались на солнце. — Ты просто боишься, — улыбнулся Чарли. — Боишься, что дело провалится, что твои расчёты ошибочны, и дракон промахнётся, не подхватит в полёте своего участника Турнира. — Мои расчёты верны, — отрезал Хольм, потянулся за рубашкой и накинул её на плечи. Чарли несколько секунд молчал, выдерживая паузу. — Так проверь, — наконец, сказал он. * * * Хольм стоял на краю обрыва и смотрел вниз, судорожно сглатывая. — Не смотри вниз, — велел ему Чарли. — По моей команде — прыгай вниз и считай до пяти. На счёт пять хватайся за дракона. — Инструкции? Ты будешь давать мне инструкции, которые я же и составил? — фыркнул Хольм. Его и без того всегда бледное лицо побледнело ещё сильнее. — Я буду ждать внизу, — Чарли проверил исходную позицию дракона. — Аппарируй, если что! — На такой скорости и в подобных условиях аппарация невозможна! — гневно заметил Хольм. Чарли пожал плечами — шутка же — сел на метлу, плавно слетел вниз и дал условный знак Короткокрылу. Раз. Он увидел Хольма, падающего с обрыва вниз, и внутри будто что-то оборвалось. Будто сердце в груди сдавило в холодных тисках. Два. Дракон, оттолкнувшись от камней мощными лапами, распахнул крылья и полетел навстречу. Три. Хольм падал вниз, широко раскинув руки. Четыре. Чарли напрягся и крепче сжал в руке палочку, держа наготове в голове заклинание, замедляющее падение. Пять. Дракон подхватил Хольма и, сразу снизив скорость, понёс вниз. И только когда Хольм встал на землю, чуть пошатываясь от пережитых эмоций, Чарли сумел, наконец, расслабиться. Едва ощутив твёрдую почву под ногами, Хольм широко улыбнулся. — Расчёты верны, — он снова смотрел на Чарли тем самым взглядом, от которого делалось не по себе. — Но Короткокрыл никуда не поедет. — Разве ты не выяснил лично прямо сейчас, что он прекрасно подготовлен? — Чарли смотрел на медленно приближающегося к нему Хольма, с какой-то отстранённостью понимая, что на сей раз тот не прячет свой странный взгляд, а смотрит открыто. — Не спорь со мной, я эксперт по Шведским Короткокрылым, — усмехнулся Хольм. Он подошёл совсем близко и остановился — медлил, оценивал обстановку. Время замерло, и Чарли ждал. Ждал момента, когда время продолжит свой ход. В голове было тревожно и пусто. Хольм тихо выдохнул — Чарли почувствовал кожей его тёплое дыхание. Тревога шевелилась в груди тяжёлым ожиданием катастрофы, предотвратить которую мог бы простой шаг назад, но Чарли замер, не двигался. Он видел, как шевельнулись ресницы Хольма, как его взгляд стал ещё ближе, а затем почувствовал, как губы коснулись его губ в мягком скользящем поцелуе. — Расслабь рот, — тихо сказал ему Хольм и предпринял ещё одну попытку. Чарли поднял руки и провёл ладонями по спине Хольма, по выступающим рёбрам и позвоночнику — острому, словно хребет дракона. — Теперь расслабь челюсти, — Хольм говорил таким серьёзным тоном, словно выполнял официальную процедуру, но его руки едва заметно дрожали. — Снова инструкции? — Чарли опустил руки и сделал шаг назад. — Инструкции никогда не бывают лишними, — Хольм попытался усмехнуться. — Кроме тех случаев, когда они не требуются. Проглотив горький плотный ком в горле, Чарли призвал метлу и полетел прочь. “Не смотри вниз”, — так говорят всем, кто испытывает страх перед чем-то новым, и Чарли действительно боялся посмотреть вниз — в долину, где остался стоять рядом с ровной гладью озера Хольм.