Бесконечное падение продолжается

***

Чонгук осознает, что забыл фенечку, подаренную младшей сестренкой на полке в душевой только когда выходит из корпуса с ещё не просохшими после душа волосами. Он кидает Юнги пару слов о том, что вернётся через пару минут и летит пулей в спортивный корпус, в котором несколько секунд назад потух свет. Он пролетает мимо сонного, не заметившего его охранника на третий этаж и дёргает за ручку двери в раздевалку. Открыто. Облегченный вздох. В душевой горит свет, но звук льющейся воды отсутствует, поэтому Чонгук без какого-то предчувствия, заходит и осматривает полочки на наличие ярко-красной тонкой ленточки, заботливо сплетенной его пятилетней сестренкой Черён, и, поднимая глаза, останавливается как вкопанный. Тэхен стоит в одном полотенце на бедрах, задумчиво глядя в гладкую и блестящую поверхность плиток на стенах. Все его тело опоясывают синяки и кровоподтёки, живого места на нем нет совершенно.  Находятся они не в жизненно важных местах, словно кто-то тактично подбирал куда и с какой силой его ударить, чтобы он не откинулся и даже смог функционировать. Они находятся там, где их с лёгкостью можно скрыть одеждой, лишь разбитая губа, опухшая ещё больше после горячей воды выделяется на этом фоне. Чонгук замирает, с клубящейся яростью разглядывая его бледную кожу, испещренную травмами. — Что это? — все, что вылетает хрипло из его рта, и Тэхен вздрагивает. — Не твое дело, — сейчас Тэхен не кажется холодным. С покрасневшими пальцами и коленками и лёгким румянцем на скулах. Но его голос похож на сплетенье тонких и острых лучиков снежинки. — Кто это сделал? — продолжает допытываться Чонгук, сам не замечая, как оказывается напротив Кима, едва опустив голову, глядя тому в холодно сканирующие карие глаза. — Не твое дело, — он выдерживает взгляд, и совсем не дышит. — Весьма забавно, что все считают это не моим делом. Что все, что касается команды это не мое дело, не правда ли? — Чонгук едва наклоняет голову, обиженная ухмылка расползается по лицу. — Это не касается команды, — спокойным баритоном произносит Тэхен, — и тем более, это не касается тебя. Чонгук смотрит на Тэхена в безмолвной прострации. Хмыкает. И, позабыв об оставленной фенечке, уходит. На подколки Юнги отвечает ровно ничего и в молчаливом раздражении давит трескающиеся осенние листья под ногами. Он его ненавидит. А того, кто делает ему больно, ненавидит ещё сильнее.

***

Он видит его с разбитой скулой снова. И снова с правой стороны. Но теперь уже не на тренировке, а в столовой, где тот за столиком у окна печатает что-то на ноутбуке. Чимин шутит и его оживленный голос никак не вяжется с холодно-равнодушным выражением лица Кима. Он до сих пор так и не понял, как им может быть комфортно вместе? "Не твое дело..." - всплывает в голове и Чон отворачивается от их столика. Видимо, это действительно не его дело. — Хосок предлагает сгонять в родительский загородный дом на выходных. Море, отдых, алкоголь... — мечтательно потягивается Юнги. — Сейчас зима, — скептически морщится Джин, из-за чего получает тычок под ребра. — Море создано не только для того, чтобы в нем купаться, — философские мысли Юнги подкрепляются концентрированным ругательством, и Джин закатывает глаза. — Конечно, оно создано для того, чтобы Мин Юнги в него блевал, — Джин явно подкалывает его, напоминая всем ту самую ситуацию, когда Юнги, пьяный в стельку, разглагольствуя о законах квантовой физики, не закончив фразу, побежал блевать в воду в начале сентября на их общей вечеринке в честь новых членов волейбольного клуба. — Наверное, портить всем аппетит - это ваш совместный талант, — Намджун глубоко вздыхает и отталкивает от себя тарелку с грибным салатом, — идея с поездкой не так уж и плоха. Всем нужно расслабиться и отметить нашу победу в осенних. Чонгук? — Юнги играет бровями, намекая, что будет весело и Чон вздыхает. — Как скажете, — он продолжает набивать рот пулькогами, рассеянно вглядываясь в донышко пиалы с рисом. — Это реально нужно отметить, — Юнги с победно-ехидным  выражением лица глядит на Джина, — Тем более, что кое-кому дали долгожданный легендарный пас, — Чонгук давится и возмущённо вздергивает брови. Все сдавленно ухмыляются, переглядываясь. Тэхен действительно дал ему пас. Идеальный пас, самый лучший, что он когда либо пробивал. Его рука словно молоток, вбила мяч в подходящей точке почти вертикально в пол на стороне противника. Никто ни разу не видел Чонгука таким счастливым после игры. И ему это продолжают припоминать до сих пор. Чонгук жалеет лишь о том, что после гремящих оваций и победных выкриков фанатов, эмоционально кричал Юнги в ухо "Наконец-то!". И о том, что Тэхен это слышал. Но ни разу не обернулся. — Хосок пишет, что Чимин и Тэ тоже едут, — недовольно оглашает Джин, печатая что-то в общий чат. Чонгук жалеет, что согласился.

***

Море действительно их встречает. Холодное, глубокое, совершенно синее. И есть в этом что-то пугающее. Чонгук поднимает ворот свитера повыше, гремит коробками с алкоголем, занося их в двухэтажный коттедж. Хосок с Юнги на пару с предвкушением раскладывают еду по холодильникам, Джин демонстративно кутается в шаль, читая в огромном кресле что-то невероятно заумное. Намджун вместе с Чонгуком разгружают машину, одновременно переговариваясь насчёт устройства мангала, в тот момент, когда во двор въезжает черный внедорожник. Чонгук останавливается, встречаясь взглядом с Тэхеном, как всегда со странной настороженностью. — Кто это? — Чонгук недоброжелательно смотрит на незнакомого ему парня, который выходит со стороны водительского сидения и открывает Тэхену дверь. — Его парень, — Намджун как-то странно смотрит на высокого брюнета, прежде чем отдать Чонгуку коробку с постельным бельем, — последняя. Скажи Джину, чтобы перестал дуться и сгонял в магаз за одноразовыми стаканчиками. Чонгук бросает последний взгляд на Тэхена и его парня, о чем-то переговаривающихся, и заходит в дом.