Последний из Учих

      Яркие кроваво-красные лучи утреннего солнца уже подминались над крышами домов Ото, когда спокойно сидя на столе в своём кабинете, Саске безразлично осматривал пришедших к нему подчинённых, мельком думая о прошлой ночи с наслаждением и сожалением одновременно. С одной стороны он наконец-то получил то, что так давно хотел, с того самого дня как увидел Пятёрку Звука впервые, но у этого исполнения заветного желания была и другая сторона – сама Таюя и её чувства. Впрочем, эмоции и страдания всех окружающих совершенно никак не влияли на Учиху, но ему почему-то было не по себе от того, что он вчера сделал. Мститель рассчитывал, что секс с Хокумон был лишь дурацким физическим влечением, и, удовлетворив свою похоть, желание касаться Звуковички исчезнет, но, похоже, это оказалось совсем не так.       Войдя в кабинет, так же как и Таюя чудом выжившие: Сакон/Укон, Кидоумару и Джироубо, громко ляпнули тяжёлой дверью. От чего вздрогнув, Саске тут же оторвался от своих размышлений. А уже давно ожидавший их в комнате Кимимаро, которого благодаря своим врачебным умениям, таки смог вылечить Кабуто, молча недовольно покосился на подчинённых. Находящиеся где-то поодаль от него Карин и Суйгетсу мгновенно закончили обмен «любезностями», а Джуго недовольно хмыкнул, наблюдая за пришедшими. Дойдя где-то до середины кабинета нового правителя Ото, трое из Пятёрки Звука, скрипя зубами, невольно поклонились Саске, выражая рисованное уважение, а затем разбрелись по своим углам.       - Все в сборе, можно начинать, - ехидно ухмыльнувшись своими акулоподобными зубами, отметил Суйгетсу, так же как и Учиха, пробежав хитрым взглядом по комнате. На что в ответ лишь поймал на себе два испепеляющих его взором кроваво-красных Шарингана Саске, и тут же, спрятав дурацкую улыбочку, услышал холодный и надменный вопрос:       - Где Таюя?       - Он ещё спрашивает, - тихо на ухо Сакону/Укону с ехидством прошептал Кидоумару, явно знавший о причине отсутствия Хокумон.       Впрочем, не догадаться было сложно, вопли несчетной Звуковички эхом разносились вчера по всему логову, и сегодня с утра уже все обитатели бывшего дома Орочимару знали о том, что сделал мститель с красноволосой, и даже начали острить по этому поводу.       - Вот именно, - в том же тоне ответили близнецы, от чего Карин тяжело вздохнула, с обидой и досадой уставившись на Саске, а Кимимаро злым взглядом тут же заставил Сакона/Укона и Кидоумару заткнуться.       - Я спрашиваю, где Таюя?! – ещё громче, чем в первый раз рявкнул на подчинённых Саске, но так и не услышал дельного ответа ни от кого.       И не удивительно, вдоволь насладившись стонами и душераздирающими криками Хокумон вчера вечером, никто из присутствующих не стал следить за девушкой, что бы осведомиться о её дальнейших действиях. Это было никому не нужно, да и Звуковики достаточно побаивались Учихи, чтобы соваться в его личные дела, поэтому не рискнули даже поддержать Хокумон после случившегося, не говоря уже о какой-либо помощи.       - Я схожу за ней, - серьёзно и безразлично, впрочем как и всегда, где-то примерно через пять минут молчания первым гробовую тишину разорвал Кимимаро.       Ничего не ответив, Саске лишь легко кивнул головой в знак согласия, с растворяющимися в черноте его собственных радужных оболочек Шаринганами, и недовольно сложил руки, чтобы показать, что долго ждать красноволосую он не намерен.       Выйдя из кабинета Учихи, который по закону должен был принадлежать Орочимару-саме, по мнению лидера Пятёрки Звука, а не сопляку лишившему великого Санина жизни так легко, Кимимаро невольно поморщился, его злило то, что реабилитируясь от страшнейшей смертельной болезни шиноби ещё был не достаточно силён, чтобы убить малолетнего наглеца, посмевшего поднять руку на бывшего правителя Ото, но больше всего светловолосого раздражало, а точнее просто безгранично бесило то, что ему приходилось выполнять приказы этого наглого Шаринганистого мальчишки, и тут Кимимаро уже ничего не мог поделать. Быстро миновав лабиринтоподобные холодные коридоры логова, лидер Пятёрки Звука, оказался у комнаты Таюи. Подойдя поближе и легко толкнув дверь, Кимимаро вошёл внутрь. В глаза ему тут же бросился грандиозный беспорядок, оставленный вчера «страстной парочкой», клочки одежды на полу и вся залитая кровью кровать. Почти безразлично пробежав взглядом по пустой комнате, Кагуя сообразил, что Хокумон в спальне не было, и Кимимаро уже хотел было уйти прочь, как прислушавшись, уловил из ванной шум текущей воды.       - Таюя? – подойдя к плотно закрытой двери и грубо постучав в неё кулаком, обратился лидер Пятёрки Звука к девушке, - Саске хочет тебя видеть, - так же безразлично добавил Кимимаро, но ответа и теперь не последовало.       Из ванной лишь по-прежнему слышался звук льющихся дождём из открытого до упора душа капель, и на секунду Кагуе показалось, что ниндзя краем уха уловил слабый всхлип красноволосой Звуковички, но он тут же растворился в шуме падающей воды.       «Может этот ублюдок не только изнасиловал, но и убил её?» - недовольно предположил Кимимаро, понимая, что и такой исход событий был вполне возможен. Которому, несмотря ни на что, даже на то, что он сам частенько угрожал Таюе, всё же не хотелось найти одну из его подчинённых мёртвой. Ещё раз, только теперь уже громче, постучав в дверь ванной кулаком, Кагуя быстро сообразил, что это бесполезно, да молчание было ответом, но в данной ситуации подобный ответ его не устраивал. Выждав ещё пару секунд, лидер пятёрки Звука с лёгкостью выломал деревянную дверь одним ударом ноги, и вошёл внутрь. Но то, что он увидел, оказавшись там, было даже хуже, чем вид разгромленной комнаты. Нет, Таюя вовсе не убила себя, и даже не пыталась этого сделать, она просто молча сидела полностью голая на полу душевой кабинки, и судорожно тёрла уже давно вымытое от грязи и крови тело, от психологического ощущения отвращения как к Саске, так и к самой себе. Свернувшись в маленький бледный комок кожи и костей девушка беспомощно поджав под себя тощие ноги, безмолвно пялилась в кафельный пол пустыми, будто стеклянными, глазами, продолжая руками водить по расцарапанному повсюду телу, как будто пытаясь содрать с себя всё унижение и позор, вместе с ещё не успевшими срастись кусками кожи на ранах. Голова Хокумон была безразлично прижата к холодной стене за спиной у Таюи, ярко-красные, огненные волосы мокрыми и неаккуратными прядями сбегали по плечам и такой же изодранной груди, поддаваясь течению тёплых струй воды просто фонтаном лившихся на девушку сверху. Хокумон совсем не обратила внимания на, буквально ворвавшегося в ванну, Кимимаро, будто его и вовсе тут не было, а дверь по-прежнему была закрыта. Видимо Саске слишком сильно травмировал девушку, так как никогда не позволяющая даже краем глаза смотреть на самый мелкий разрез на её одежде ни одному из шиноби Орочимару, Звуковичка, сейчас сидела перед Кагуей абсолютно голая, совершенно не думая ни прикрываться, ни материться. Ей было уже всё равно.       «Вот мразь, дрянь, пидорас, ублюдок!!!» - мысленно выругался Кимимаро на Учиху словами Таюи, так как это оказалось даже хуже, чем он ожидал увидеть, но виду на свои эмоции даже сейчас не подал.       Кагуе было жалко Хокумон, даже при том, что раньше она его совсем не волновала. Он ожидал, что Саске, убивший великого змеиного Санина, мог сделать что-то подобное, но что бы всё было настолько ужасно, не догадывался даже лидер Пятёрки Звука. Возможно, если бы не собрание, он оставил бы Таюю в покое, хотя сомневался, что просидев здесь даже ещё часов пять, девушка смогла бы самостоятельно прийти в себя, а значит нужно было хоть что-то сделать, иначе Хокумон бы просто умерла так себя изводя, поэтому Кимимаро решил действовать.       - Таюя, нам нужно на собрание, - резко содрав полотенце с крючка и протянув его красноволосой, немного прикрикнул на неё Кагуя, что бы девушка наконец-то обратила на него внимание, но вместо желанных для Кимимаро каких-либо действий носительница Проклятой Печати лишь безразлично подняла карие глаза. И ближе притянув к себе костлявые ноги, крепко обняла их руками, чуть отодвинувшись назад, в ужасе плотно прижалась спиной к стенке душа. С досадой тяжело вздохнув, лидер Пятёрки Звука сообразил, что так он ничего не добьётся – Хокумон не могла сейчас самостоятельно трезво размышлять и действовать. Саске сломал её, унизил, запугал, а значит всё, что красноволосая делала в данный момент, было чисто на уровне сильных пережитых ей совсем недавно эмоций, и Кагуя решил этим воспользоваться.       - Пошли, я сказал, - резко и больно ухватив Звуковичку за руку и буквально силой вытащив её и душа, Кимимаро вновь рявкнул на Таюю, - Саске уже ждёт, - всё в том же приказном тоне добавил светловолосый, вытянув девушку из-под воды. И отпустив запястье, грубо швырнул ей в руки полотенце, что бы Хокумон могла им прикрытья.       - Нет, пожалуйста, нет… - слабым голосом взвизгнула она, упираясь обеими ногами в пол, пока Кагуя силой тащил её за собой, но лишь только лидер Пятёрки Звука небрежно отпустил руку девушки, красноволосая тут же беспомощно плюхнулась на кафель, чисто рефлекторно словив кистями полотенце, затем услышав имя Учихи, в ужасе вздрогнула, прижавшись к махровому куску ткани, будто это могло спасти её от очередной встречи с мстителем, и трясущимся голосом продолжила, - нет, только не Саске, пожалуйста, нет, - по шелковистым, приятным на ощупь щекам Звуковички из красных заплаканных глаз вновь покатились слёзы.       - Одевайся и пошли, или я убью тебя, Таюя!!! – вновь ухватив девушку за запястье, попытался применить на ней психологический ход Кимимаро, но Хокумон, похоже, не попалась на это, слишком уж сильным был теперь её страх перед мстителем, что девушку даже не пугала смерть.       Резко подавшись вслед за больно дёрнутой к себе лидером Пятёрки Звука рукой, красноволосая невольно встала на слабые, почти не держащие её, ноги, и мгновенно повиснув на шее у светловолосого, чего раньше не делала никогда, девушка стала умолять:       - Лучше убей меня Кимимаро, что угодно, только не это. Я не могу пойти туда, не могу видеть его, мне противно, я до сих пор ощущаю на себе прикосновение его грязных мерзких лап, чувствую себя мразью, дешёвой шлюхой, - Звуковичка ещё сильнее обняла Кагую, будто боясь упасть на пол, впрочем, так оно и было. Хокумон уже не могла самостоятельно стоять на ногах, от чего лидеру Пятёрки Звука пришлось усадить её обратно на холодный кафель вместе с собой, так как Таюя будто приросла к нему, неустанно повторяя, - я не хочу, не пойду, нет, пожалуйста, нет… Лучше сдохнуть, чем опять это. Лучше сдохнуть, чем снова увидеть его противную ухмыляющуюся рожу. Пожалуйста, Кимимаро… Лучше убей меня, - и продолжая плакать.       Оказавшись на мокрой, от разбрызганной девушкой воды, плитке, Кагуя хоть и не был сентиментален, но понял, что лучшее, что он сейчас может дать своей подчинённой – это понимание. Не мешая до смерти напуганной и униженной Хокумон себя обнимать, Кимимаро на странность заботливо провёл рукой по её мокрым красным волосам, прижатой к его груди головы, и тихо добавил:       - Успокойся. Я не дам тебя в обиду, - что-то тут же напомнило Таюе слова Итачи. И Звуковичка немного смогла прийти в себя. Сообразив, что делает что-то не то, она быстро отпустила Кимимаро из своих объятий, которому похоже, они даже нравились, и тыльной стороной костлявых ладоней стала небрежно вытирать слёзы, позволив-таки лидеру Пятёрки Звука, завернуть носительницу Проклятой Печати в тёплое и мягкое полотенце.       - Саске и близко к тебе на собрании не подойдёт, я обещаю, - продолжая говорить не свойственную Кагуе ерунду, он осторожно закрепил «цветную ткань» на груди Хокумон, и, взяв красноволосую под руку, медленно помог подняться с пола.       Шаг за шагом идя вслед за Кимимаро и его успокоительными обещаниями, Звуковичка медленно вышла из ванной, что уже само по себе обрадовало Какгую, так как для бесчувственного истукана, на первый раз, он и так уже слишком много сделал для Хокумон. Но счастье Кимимаро было не долгим, лишь только оказавшись опять в спальне, на глаза Таюи случайно попалась вся заляпанная кровью кровать, и, увидев её, воспоминания в голове огненноволосой будто ожили, девушка в испуге дёрнулась обратно к двери, одновременно борясь с рвотным позывом.       - Тише, тише ты, - силой удержав красноволосую на месте, произнёс Кимимаро, и стал так, что бы Таюя почти не видела, так сильно ужаснувшего её, предмета мебели.       Тяжело вздохнув немного переведя дыхание, вновь прижавшись к груди Кагуи, и выждав, пока рвотный позыв чуть отступит, Хокумон вся дрожа пошла дальше, босыми ногами наступая на драные ошмётки от её импровизированной «ночнушки».       «Ксо! А она сильная», - мысленно отметил то, как девушка упорно борется с пережитым ужасом, лидер Пятёрки Звука, доведя Таюю до шкафа, где она хранила одежду, одновременно продолжая закрывать собой, заляпанную кровью, кровать.       - Одевайся, - легонько подтолкнув Хокумон к предмету мебели с какой-то странной заботой, коротко приказал, или даже попросил Кимимаро, не давая девушке развернуться лицом в сторону ужасающих её воспоминаниями предметов.       Чуть покачиваясь от слабости, подойдя ближе к деревянному хранилищу её тряпок, Хокумон с трудом открыла дверцы. Нехотя медленно роясь в шкафу всё ещё трясущимися руками, девушка отыскала один из её стандартных нарядов и стала неумело, будто делала это в первый раз, одеваться. Стоя рядом лидер Пятёрки Звука понаблюдал за ней ещё пару минут, пока носительница Проклятой Печати не сбросила с себя полотенце, а затем тактично отвернулся, сам не зная почему. Впрочем, в отличие от Саске, Кимимаро либо был более воспитан, либо менее похотлив. Да, вид голой Таюи очень впечатлял и его, уже не говоря, о том, что где-то в глубине многострадальной души Кагуи Хокумон нравилась ему и сама, только вот в силу своего характера Кимимаро никогда не смел говорить об этом, он запрещал себе даже думать о красноволосой, не то, что бы вызывающе вести по отношению к ней, как нагло и бесцеремонно сделал это вчера Учиха. Лидер Пятёрки Звука, как и любой нормальный мужик, конечно, хотел увидеть девушку, к которой испытывал не понятные ему эмоции, голой. И ниндзя очень понравилось обниматься ней в душе, но пользоваться для этого слабостью Таюи он не хотел, как и не хотел, что бы этот, по его мнению, «сопливый ублюдок» причинил девушке вообще какую-нибудь боль. И если бы вчера он не был на очередном задании «наглого молокососа», то, наверное, разодрал бы Учиху на миллионы маленьких кусочков, если не из-за любви к Хокумон, то хотя бы из принципов его собственной совести. Однако, это возможно было ещё впереди, ведь теперь, когда то, что сделал Саске с Звуковичкой стало в последней каплей ненависти Кагуи к новому Каге, то несмотря ни на что он абсолютно точно решил убить мстителя, чего бы Кимимаро это не стило.Подождав пока Таюя полностью оденется, ниндзя повернулся и, изображая безразличие, спросил, взяв девушку под руку:       - Ты готова?       Хокумон нерешительно взглянула на него, в её глазах отражался страх и желание бежать отсюда как можно дальше, никогда не возвращаясь, но в силу того, что даже теперь, полностью сломанная Звуковичка сохранила часть своего характера, девушка неуверенно утвердительно кивнула головой. И опираясь на плечо Кагуи, чтобы не упасть, пошла с ним на собрание. Где-то примерно через минут десять добравшись до двери в кабинет нового Каге Звука, Таюя и Кимимаро остановились перед ней. Легко толкнув деревянную преграду, Кагуя вошёл в помещение вместе с Хокумон. Откуда-то с разных сторон послышались нехорошие перешёптывания остальных Звуковиков на счёт красноволосой, и её близости с Саске, но всего пара недовольных взглядов Кимимаро и все сплетники мигом смолкли, а Учиха самодовольно ухмыльнулся, увидев Таюю. Встав со стола, на котором он нагло сидел всё это время, мститель походкой хищника подошёл ближе к Хокумон, и уже хотел было дотронуться рукой до её лица, как девушка тут же испуганно отпустив Кагую, спряталась ему за спину, будто прося защиты. Несмотря на это, Учиха продолжил тянуть кисть в сторону Звуковички, однако коснуться её бледной кожи так и не смог. Путь ему мгновенно преградили острые кости, в одну секунду появившиеся из плеча Кимимаро.       - Тронешь её, и эта рука уже больше ничего не коснется, - зло произнёс он, так, что бы только мститель мог услышать эти слова, а затем добавил, - ты хотел что-то рассказать о новой миссии, так говори, Саске-сама, - с особым отвращением выделил лидер Пятёрки Звука обращение, уставившись прямо в чёрные глаза Учихи.       - Хм… - самовлюблённо фыркнул Саске, убрав конечность от острых как иглы костей. И окинув, до смети удивлённую поступком Кимимаро, Таюю, похотливо-коварным взглядом, развернулся к Кагуе спиной, тем самым давая понять, что лидер Пятёрки Звука слишком слаб, что бы быть его противником, и вернулся к письменному столу. Потом, взяв оттуда несколько каких-то бумаг, начал говорить о миссии.