***
— Ты не будешь с ним встречаться! — зарычала Катя, когда тридцати минутный разговор не привёл ни к чему путному. — Мама, да я люблю его! Он не такой! Хватит! — уже со слезами на глазах кричала в ответ девочка. Она не понимала, почему мама так относится к её чувствам. Она ведь тоже любила. У неё ведь тоже была первая любовь. Почему же тогда Лене нельзя получить эту порцию любви, объятий и поцелуев... — Малыш, да услышишь же ты меня! Я не хочу, чтобы он разбил тебе сердце. Ты заслуживаешь лучшего. — Видя всё такой же упрямый взгляд дочери, Катя решила прибегнуть хоть и к подлому, но крайнему варианту. — Не бросишь его, и тебе совершенно случайно назначат курс витаминов B. — Мам! — негодовала из-за несправедливости Глинская. — Я всё сказала, — поставила точку в разговоре Космодемьянская и начала выходить из комнаты, давая осмыслить Лене всё сказанное. — Я согласна, — "смирившись", прошептала девочка.***
Конечно же бросить так сильно полюбившегося молодого человека Лена не могла, но и уколов не хотелось. На себе витамины Глинской ещё попробовать не доходило, а вот увидеть, как дедушка ставил их к маме, повезло. По её лицу было видно, что это очень больно и неприятно. А также в голове всплывало какое-то ложное и***
— Вань, ты тут? — тихонько проходя в самую глубь библиотеки, шепотом спросила Лена. Днём ей пришла записка от любимого с предложением встретиться в полночь, в самом дальнем углу хранилища книг. Кто-то из старшекурсников даже шутил, что его уже пора переименовать в «угол влюблённых». На удивление Глинской из покоев было сбежать легче, чем она думала. Теперь лишь оставалось найти парня, который по ощущениям специально прятался. — Расстались, значит. Надо будет тебя в театральный кружок отдать, чего таланту пропадать. Так правдиво расплакалась, ходила вся как в воду опущенная, а на деле вот что, — выходя из-за стеллажей заговорила Катя, чем заставила Лену вздрогнуть. — Мам, ты не так всё поняла! — сразу попыталась соврать девочка. — Я думала, он вернуть всё хочет, а пришла чтобы сказать, что ничего у нас уже не будет. Глаза младшей метались из стороны в сторону. Мысль, что мама не врёт и теперь от уколов не отвертеться, не давала ей покоя. — Ой, как не умела врать, так и не умеешь, — вырвалось у Космодемьянской, но, быстро собравшись, он сменила тему. — В покои бегом, горе ты моё луковое. Спасибо, что под страхом девочка не заметила маминой отговорки и лишь медленно и удручённо пошла в комнату. На удивление Басманова и не заикнулась об инъекциях, а лишь успокоила дочь и пожелала ей спокойной ночи. — Малыш, вставай. Укольчик сделаем и на завтрак. — Какой укол? — спросонья не помня предупреждений, спросила Лена. — Неужели ты думала, я шучу? Начнём с B6... И так всю неделю каждое утро и вечер начиналось с истерик и криков Елены. Первые дни даже приходилось просить Олега подержать её. Но всё равно, несмотря на то что такой варварский метод подразумевал под собой наказание, после Катя подарила дочке красивую подвеску и серёжки.