Гарри Потер переписана история

Наступил июнь, но для пятикурсников это означало одно: экзамены наконец придвинулись к ним вплотную. Им больше не задавали ничего на дом; все уроки были посвящены повторению вопросов, которые, по мнению преподавателей, почти наверняка должны были встретиться им на экзаменах. На уроке трансфигурации они получили расписание экзаменов и ознакомились с правилами их проведения.       — Как видите, — сказала профессор МакГонагалл, когда ученики переписали с доски даты и время всех экзаменов, — вы будете сдавать СОВ в течение двух недель. Утренние часы отведены под письменные работы, послеобеденные — под проверку практических навыков. Практический экзамен по астрономии, разумеется, будет проходить ночью.       — Креме это вам необходимо думать о будущем.       — Можно спросить, профессор? — подняла руку Гермиона. — Когда станут известны наши результаты?       — В июле каждому из вас отправят сову с оценками, — сказала МакГонагалл.       — Прекрасно, — отчетливым шепотом произнес Дин Томас. — Значит, до каникул можно не трепать себе нервы. Гарри представил, как через полтора месяца будет сидеть на Тисовой улице, дожидаясь своих оценок по СОВ. Что ж, подумал он, по крайней мере, одно письмо этим летом ему обеспечено. Гарри не успел ничего понять как время быстро прошло и наступило время заключительного экзамена, по истории магии, был назначен на послеобеденное время. В два часа пополудни пятикурсники вошли в Большой зал и, заняв свои места, стали ждать разрешения перевернуть билеты.       — Пожалуйста, переверните билеты, — сказала профессор Марчбэнкс из-за преподавательского стола. — Итак, начали! Гарри тупо уставился на первый вопрос. Лишь через несколько секунд он осознал, что не понимает ни слова. Где-то наверху, у края высокого окна, билась в стекло муха, и ее жужжание мешало сосредоточиться. Медленно, мучительно он наконец собрался с мыслями и начал писать ответ. Оказалось, что ему очень трудно вспоминать имена; вдобавок он то и дело путал даты. Со всех сторон вокруг Гарри усердно скрипели перья — звук был такой, словно в зале копошатся полчища крыс. Солнце жарило ему в затылок. Гарри закрыл глаза и уткнулся лицом в ладони, так что алое свечение на внутренней стороне век погасло, уступив место темноте и прохладе. Он снова шел по прохладному темному коридору к Отделу тайн, шагал твердо и целеустремленно, иногда переключаясь на бег, уверенный, что уж теперь-то непременно достигнет цели своего путешествия… Как обычно, черная дверь распахнулась перед ним, и он очутился в круглой комнате с многочисленными дверьми…       — Я не хочу… не надо меня в больничное крыло… пожалуйста… Гарри бормотал эти бессвязные слова, пытаясь освободиться от профессора Тофти.       — Со мной… со мной все в порядке, сэр, — запинаясь, сказал Гарри и вытер со лба пот. — Честно… я просто заснул, и мне приснился кошмар…       — Нервное напряжение! — сочувственно произнес старый волшебник, похлопывая Гарри по плечу дрожащей рукой. — Бывает, молодой человек, бывает! Ну ладно, ладно, — мягко сказал старый волшебник. — Я пойду заберу вашу работу, а вы идите-ка ложитесь в постель.       — Хорошо, сэр, — энергично кивнул Гарри. — Огромное вам спасибо! Как только полы мантии старого чародея исчезли за дверью Большого зала, Гарри взбежал по мраморной лестнице, промчался по коридорам с такой скоростью, что портреты на стенах недовольно бормотали ему вслед, прыжками одолел еще одну лестницу и, наконец, ураганом ворвался в двери больничного крыла, заставив мадам Помфри — она как раз поднесла к открытому рту Монтегю ложку с какой-то ярко-синей жидкостью — вскрикнуть от испуга.       — Вы с ума сошли, Поттер!       — Мне необходимо увидеться с профессором МакГонагалл! — задыхаясь, выпалил Гарри. — Сейчас же! Это срочно!       — Ее здесь нет, Поттер, — грустно ответила мадам Помфри. — Сегодня утром ее отправили в больницу святого Мунго. Четыре Оглушающих заклятия прямо в грудь — и это в ее-то возрасте! Странно, что она вообще осталась жива…       — Ее… нет? — Это известие потрясло Гарри.       — Неудивительно, что вы потрясены, Поттер, — сказала мадам Помфри с гримасой свирепого одобрения. — Попробовал бы хоть один из них одолеть Минерву МакГонагалл средь бела дня, встретившись с ней лицом к лицу! Трусость, вот что это такое… самая презренная трусость! Если бы я не волновалась за вас, учеников, я немедленно подала бы в отставку в знак протеста!       — Да, — безжизненно откликнулся Гарри. Не глядя, он вышел в коридор, полный народу, и остановился — его то и дело толкали проходящие мимо ученики, но он не мог заставить себя сдвинуться с места. Паника ширилась в нем, как ядовитый газ, голова кружилась, и он совсем растерялся… «Рон и Гермиона», — подсказал ему внутренний голос. Он снова помчался по школе, расталкивая учеников, не обращая внимания на ругань. Он сбежал на два этажа вниз и был уже на верхней площадке мраморной лестницы, когда увидел, что они спешат ему навстречу.       — Гарри! — воскликнула Гермиона, вне себя от испуга она бросилась на него и обняла. — Что случилось? С тобой все в порядке? Ты не заболел? — Гермиона не отпускала Гарри от себя.       — Где ты был? — требовательно спросил Рон.       — Пошли со мной, — быстро отозвался Гарри. — Пойдем, мне нужно вам кое-что сказать. Гермиона отпустила Гарри с объять и пошла за ним, он повел их по коридору второго этажа. Отыскав пустую классную комнату, он нырнул туда и, как только Рон с Гермионой переступили порог следом за ним, захлопнулась дверь и привалился к ней спиной, глядя на них.       — Волан-де-Морт схватил Сириуса.       — Что?       — Откуда ты…       — Видел. Только что. Когда заснул на экзамене.       — Но… но где? Как? — Гермиона побелела от ужаса.       — Не знаю я как, — сказал Гарри. — Зато точно знаю где. В Отделе тайн есть комната со стеллажами, на которых лежат стеклянные шарики, и Волан-де-Морт с Сириусом сейчас в конце девяносто седьмого ряда… Он хочет заставить Сириуса взять оттуда что-то, очень ему нужное… Он пытает его… Говорит, что рано или поздно убьет! Гарри заметил, что у него дрожат не только колени, но и голос. Он подошел к парте и сел на нее, стараясь успокоиться.       — Как нам туда попасть? — спросил он.       — К-куда?       — В Отдел тайн, чтобы спасти Сириуса! — громко сказал Гарри.       — Но… Гарри… — слабо пробормотал Рон.       — Что? Что? Гарри не понимал, почему они оба смотрят на него так, словно он предлагает что-то немыслимое.       — Гарри, — в голосе Гермионы звучал испуг. — Но как… как Волан-де-Морт сумел проникнуть в Отдел тайн незаметно для всех волшебников?       — Откуда я знаю? — прорычал Гарри. — Вопрос в том, как нам туда проникнуть!       — Но… сам посуди, Гарри. — Гермиона сделала шаг к нему. — Сейчас пять часов… в Министерстве магии полно сотрудников… разве Волан-де-Морт с Сириусом могли пробраться туда так, чтобы никто не видел? Гарри… ведь за их поимку назначена огромная награда… и, по-твоему, они могли проникнуть в здание, битком набитое мракоборцами, и остаться незамеченными?       — Я не знаю, может, Волан-де-Морт воспользовался мантией-невидимкой или еще чем-нибудь! — закричал Гарри. — К тому же я сам много раз бывал в Отделе тайн и никогда не видел там ни одной живой души!       — Ты никогда там не бывал, Гарри, — тихо сказала Гермиона. — Все это тебе снилось, и только.       — Это не обычные сны! — крикнул Гарри прямо ей в лицо, поднявшись с места и в свою очередь делая шаг вперед. Ему хотелось схватить ее за плечи и как следует встряхнуть. — Как ты тогда объяснишь случай с отцом Рона? Откуда, по-твоему, я узнал, что произошло с ним?       — Тут он прав, — спокойно подтвердил Рон, глядя на Гермиону.       — Но это ведь… это почти невероятно! — в отчаянии воскликнула Гермиона. — Как, скажи на милость, Волан-де-Морт мог схватить Сириуса, если Сириус все время сидел на площади Гриммо?       — Наверное, Сириус не выдержал и решил, что, если он на минутку отлучится, большой беды не будет, — взволнованно сказал Рон. — Этот дом надоел ему хуже горькой редьки, вот он и…       — Но почему, — настойчиво сказала Гермиона, — почему, объясните мне пожалуйста, Волан-де-Морту понадобился именно Сириус? Почему он не может без него раздобыть свое оружие или что там ему нужно?       — Не знаю, на это могут быть тысячи причин! — завопил на нее Гарри. — Может, Волан-де-Морту приятно смотреть, как Сириус мучается…       — Послушайте-ка, я вот что подумал, — негромко сказал Рон. — Брат Сириуса был Пожирателем смерти, так? А вдруг он поделился с Сириусом тайной, как добыть оружие?       — Да-да… потому-то Дамблдор и настаивал на том, чтобы держать Сириуса под замком! — сказал Гарри.       — Постойте! — воскликнула Гермиона. — Прошу прощения, но вы оба несете чепуху. У нас нет никаких доказательств, мы даже не уверены, действительно ли Волан-де-Морт с Сириусом находятся там…       — Гермиона! Гарри их видел! — рявкнул на нее Рон.       — Ну хорошо, — сказала она испуганно, но решительно. — Вы только не забывайте, что…       — Что?       — Ты… Я не критикую, Гарри! Но ты немножко… как бы это объяснить… тебе не кажется, что у тебя есть такой пунктик… что тебя вечно тянет кого-то спасать? Он сердито уставился на нее.       — О чем это ты, а? Что значит «кого-то спасать»?       — Ну… ты… Ну, например… вот хотя бы в прошлом году… в озере… на Турнире… ты же не должен был… от тебя не требовали, чтобы ты спасал сестренку Делакур… а ты немножко… увлекся, что ли… Гарри захлестнуло горячей волной гнева: как ей не стыдно напоминать ему об этой ошибке?       — Я согласна, это было благородно с твоей стороны и все такое, — быстро сказала Гермиона. Выражение лица Гарри явно напугало ее до полусмерти. — Все решили, что ты настоящий…       — Очень любопытно, — сказал Гарри дрожащим голосом, — поскольку я отлично помню, как Рон заявил, что я напрасно потратил время, изображая из себя героя… Так, по-вашему, это называется? Вы думаете, я снова корчу из себя героя?       — Нет-нет-нет! — поспешно воскликнула Гермиона. — Я совсем не это имела в виду!       — Ну так говори, что ты имела в виду, потому что мы зря теряем время! — заорал Гарри.       — Я вот о чем… Волан-де-Морт знает тебя, Гарри! Он забрал Джинни в Тайную комнату, чтобы заманить тебя туда, — такие уловки в его духе, потому что он знает: ты обязательно придешь на помощь. И с Сириусом то же самое — вдруг он просто пытается заманить в Отдел тайн тебя?       — Неважно, так это или нет!       — Но, Гарри… Что, если твой сон был… всего лишь сном? Гарри взвыл от бессилия. Гермиона отступила от него на шаг с испуганным видом.       — Как ты не понимаешь! — закричал на нее Гарри. — Это не кошмары и не обычные сны! Зачем, по-твоему, я ходил на уроки окклюменции, почему Дамблдор хотел, чтобы я перестал видеть во сне эти вещи? Потому что они РЕАЛЬНЫ, Гермиона, — Сириуса схватили, я его видел! Он у Волан-де-Морта, и больше об этом никто не знает; стало быть, мы единственные, кто может его спасти, и, если ты не хочешь в этом участвовать, дело твое, но я отправляюсь туда, понятно?       — Но ты сам только что сказал, Гарри, — с отчаянием в голосе возразила Гермиона, — Дамблдор хотел, чтобы ты научился изгонять эти вещи из своего сознания! Если бы ты как следует изучал окклюменцию, ты бы даже не увидел…       — Если ты думаешь, что я могу вести себя так, будто ничего не видел…       — И Сириус говорил тебе, что ты должен научиться защищать свое сознание и что нет ничего важнее этого!       — Ну, знаешь! Сейчас он наверняка сказал бы что-нибудь дру… Гарри замолчал как только увидел что у Гермионы глаза стали мокрые.       — Послушайте, — настойчиво сказала она. — Гарри, ведь нам нужно выяснить, действительно ли Сириуса сейчас нет в штаб-квартире!       — Я же тебе говорил: я видел…       — Пожалуйста, Гарри, прошу тебя! — в отчаянии воскликнула Гермиона. — Прошу тебя — давай убедимся, что Сириуса нет дома, прежде чем отправляться в Лондон! Если его и правда там нет, тогда, клянусь, я не стану больше тебе мешать. Я пойду с тобой и… и сделаю все, чтобы его спасти!       — Сириуса УЖЕ пытают! — выкрикнул Гарри. — У нас нет времени! Гермиона подошла к Гарри и двумя руками взяла его за лицо и они торкнулись один к одному лбом.       — А если Волан-де-Морт нас обманывает? Нет, Гарри, мы обязаны это проверить!       — Как? — спокойнее спросил Гарри. — Как, по-твоему, мы это проверим?       — Воспользуемся камином Амбридж еще раз и попробуем связаться с площадью Гриммо, — сказала Гермиона. — Надо снова отвлечь Амбридж, а Джинни с Полумной могут сыграть роль наблюдателей. Мы их просто попросим я уверена что они не откажут. Пожалуйста, если любишь меня сделаем так.       — Ладно если ты придумаешь способ сделать это побыстрее, я не против, а если нет, то я отправлюсь в Отдел тайн прямо сейчас.

***

      — Площадь Гриммо, двенадцать! Гарри вместе с Гермионой были в кабинете у Амбридж, у них не было много времени. Голова у Гарри сразу закружилась, но он ничего не хотел говорить Гермионе.       — Здесь никого нет, — тихо сказал Гарри. Он ожидал этого, но не был готов к обжигающей волне панического ужаса, которая окатила его при виде безлюдной комнаты. Но, не успев выругаться, Гарри ощутил страшную боль в макушке. Он вдохнул целое облако золы, закашлялся, почувствовал, как его куда-то тащат сквозь пламя, и вдруг с жуткой внезапностью увидел прямо перед собой широкую бледную физиономию профессора Амбридж.       — Ты думаешь, что после двух нюхлеров я позволю еще одному мерзкому маленькому крысенышу проникнуть ко мне в кабинет без моего ведома? Глупый мальчишка! Да после того, как сюда подкинули второго нюхлера, я наложила на дверь особое Сигнальное заклятие против воров! Забрать у него палочку, — пролаяла она кому-то, кого Гарри не видел, и во внутренний карман его мантии скользнула чужая рука. — И у нее тоже! Гарри услышал возню у двери и понял, что у Гермионы тоже силой отняли палочку.       — Хотелось бы знать, что вы делаете в моем кабинете, — сказала Амбридж.       — Я… я хотел забрать свою «Молнию», — прохрипел Гарри.       — Лжец! — Она снова тряхнула его. — Ваша метла находится в подземелье под усиленной охраной, и вы это отлично знаете, Поттер. Вы стояли перед моим камином, засунув туда голову. С кем вы вели переговоры?       — Ни с кем… — сказал Гарри, пытаясь вырваться из ее рук.       — Лжец! — выкрикнула Амбридж. Она оттолкнула его от себя, и он врезался в стол. Теперь он увидел, что Гермиона прижала к стене Милисента Булстрод. Снаружи послышались быстрые шаги, и в комнату вошли несколько здоровенных слизеринцев. Они вели с собой Рона, Джинни, Полумну и, к удивлению Гарри, Невилла — Крэбб сжимал ему горло мертвой хваткой, рискуя задушить его в любую минуту. Во рту у пленников торчали кляпы.       — Замечательно, просто замечательно, — сказала Амбридж, глядя, как извивается Джинни. — Похоже, Хогвартс скоро освободится от всей семейки Уизли! С кем вам было так важно поговорить. Может быть, с Альбусом Дамблдором? Или с этим полукровкой, Хагридом? Сомневаюсь, чтобы это была Минерва МакГонагалл: насколько я знаю, она еще не в состоянии ни с кем беседовать.       — Не ваше дело, с кем я разговаривал, — огрызнулся он.       — Очень хорошо, — сказала она своим самым угрожающим приторным голоском. — Очень хорошо, Поттер… я дала вам шанс признаться добровольно. Вы отказались. Вы вынуждаете меня, Поттер… я этого не хочу, — сказала Амбридж, все еще беспокойно топчась на месте — Но иногда обстоятельства оправдывают применение… Я уверена, министр поймет, что у меня не было другого пути… Заклятие Круциатус развяжет тебе язык, — негромко сказала Амбридж.       — Нет! — воскликнула Гермиона. — Профессор Амбридж… это противозаконно! Но Амбридж не обратила на нее внимания.       — Министр не позволил бы вам нарушать закон, профессор Амбридж! — крикнула Гермиона.       — То, о чем Корнелиус не узнает, ему не повредит, — сказала Амбридж. — Он ведь так и не узнал, что это я прошлым летом наслала на Поттера дементоров, но все равно был очень рад, когда ему представилась возможность его исключить.       — Так это были вы? — ахнул Гарри. — Вы натравили на меня дементоров?       — Кто-то должен был действовать, — прошептала Амбридж, и ее палочка замерла, нацелившись Гарри прямо в лоб. — Они все твердили, что надо заставить тебя замолчать… как-нибудь тебя опорочить… но только я одна предприняла какие-то реальные шаги… правда, в тот раз ты выкрутился, Поттер! Но сегодня тебе это не удастся… нет, не удастся… — И, набрав в грудь воздуху, она воскликнула: — Круци…       — НЕТ! — сорвавшимся голосом крикнула Гермиона из-за плеча Милисенты Булстрод. — Нет… Гарри… нам придется сказать ей!       — Ни за что! — завопил Гарри.       — Нам все равно придется, Гарри, иначе она вырвет из тебя это, так какой же смысл…       — Так-так-так! — с торжествующей миной сказала Амбридж. — Наконец-то мы услышим от нашей дотошной мисс Почемучки кое-какие ответы! Ну-ка, давайте, милая, давайте!       — Я… простите меня, все… — пробормотала Гермиона. — Но… я не могу этого выдержать…       — Правильно, правильно, девочка! — сказала Амбридж, хватая Гермиону за плечи. Она толкнула ее в освободившееся цветастое кресло и нависла над ней. — Ну? С кем Поттер сейчас связывался через камин?       — Он… — всхлипнула Гермиона, не отнимая рук от лица, — он пытался поговорить с профессором Дамблдором. Рон застыл, широко раскрыв глаза; Джинни перестала лягать свою противницу-слизеринку и даже Полумна, кажется, слегка удивилась. К счастью, внимание Амбридж и ее любимцев было целиком сосредоточено на Гермионе и никто из них не заметил этих подозрительных признаков.       — С Дамблдором? — жадно переспросила Амбридж. — Так, значит, вам известно, где он?       — Нет… нет! — прорыдала Гермиона. — Мы проверяли «Дырявый котел» в Косом переулке, «Три метлы» и даже «Кабанью голову»…       — Безмозглая девчонка! Дамблдор не станет сидеть в трактире, когда за ним охотится все Министерство! — закричала Амбридж.       — Но… но мы должны были сообщить ему очень важную вещь! — завывала Гермиона.       — Ах вот как? — спросила Амбридж с новым приливом воодушевления. — И что же вы хотели ему сообщить?       — Мы… мы хотели сказать ему, что оно го… готово!       — Что готово? — настойчиво спросила Амбридж, хватая Гермиону за плечи и слегка встряхивая. — Что? Отвечай!       — Ору… оружие, — выдавила Гермиона.       — Оружие? — воскликнула Амбридж. От возбуждения глаза ее полезли на лоб. — Так вы планировали оказать сопротивление? Хотели использовать свое оружие против Министерства? Конечно, по наущению профессора Дамблдора?       — Д-да, — призналась Гермиона. — Но ему пришлось покинуть школу раньше, чем оно созрело, а т-теперь мы довели подготовку до конца и н-н-не можем найти его и с-с-сказать об этом!       — И что же это за оружие? — резко спросила Амбридж, по-прежнему крепко сжимая своими короткими пухлыми руками плечи Гермионы.       — Если честно, мы и с-с-сами не знаем, — сказала Гермиона, громко шмыгнув носом. — Мы просто д-д-делали то, что в-в-велел нам профессор Дамблдор!       — Отведи меня к этому оружию, — сказала она. — Хорошо, милочка, это будем только ты и я… и Поттера тоже возьмем, правда? Ну, вставай. А вы двое пойдете впереди и будете показывать мне дорогу, — распорядилась Амбридж, направив палочку на Гарри с Гермионой. — Ну же, ведите!