***
Рон стоял возле Гермионы и смотрел на Гарри в этот момент он закрыл глаза, чтобы вспомнить все… «Рон помнит Чемпионат по квиддичу, на котором он впервые увидел Гермиону, в совершенно другой стороны. Она не была больше заучкой, Гермиона стала прекрасной девушкой. Ему нравилось все в этой девушке: от внешности до ее ума. Он понял одно, он влюбился в нее. Рон много знал о любви от братьев, но впервые сам начал ее чувствовать. Он думал, что все будет прекрасно и она станет его. Только он пропустил один момент, пока он ссорился с ней из-за кота, в это время другой уже показывал ей свои чувства. Каждое их прикосновение вызывало у Рона зависть и говорил себе постоянно, что они это делают, чтобы Гарри успокаивался. Рон переубеждал себя каждый раз, что Гарри не было значения кого держать за руку, ведь ему нужно было чтобы его успокоили. И этим человеком просто была Гермиона. Так само Рон говорил себе, что он волнуется за нее потому, что она друг. Но то, что все это не так он понял на Рождество во время разговора с Джинни. — Рон, почему ты не можешь понять это? — Она не может его любить! Они друзья! Просто из-за того, что она постоянно возле он в их голове появились эти мысли. Все! — Если ты не возьмёшься за голову, то потеряешь ее навсегда и еще друга потеряешь. — Зачем мне такой друг? Он забирает у меня девушку! — Она не твоя девушка, ты только заставляешь ее плакать. А Гарри тот, кто успокаивает ее, тот кто дарит ей улыбку. — Джинны, что мне делать? — Просто отпусти эту ситуацию, пусть они будут вместе. Если хочешь то люби, но с далека. Не устраивай скандалы. Ты прекрасно знаешь какая судьба у Гарри, мама и папа не поймут вашу ссору и будут на его стороне. Рон прошу не думай про себя, думай про других. — Прекрасно, я должен смотреть теперь как он прижимается к моей девушке. — Она не твоя! — Моя! И будет моей, ведь я идеальный вариант для нее. — Для нее идеальный Гарри и все это уже заметили. Все видят как он смотрит на нее. Рон если не хочешь остаться один в этой жизни, тогда прими это. Если хочешь ее видеть всю свою жизнь, тогда прими это. Гарри и Гермиона любят один одного, они пара и скорее всего их смерть только разлучит. — И тогда… — Даже не хочу слушать, что ты скажешь! Просто прими это, или будешь один всю жизнь.» Как это жить и находится возле человека которого любишь, но не иметь возможности признаться? Как это смотреть на то, как твою любимую целует кто-то другое? Как это смотреть на их поцелуи и хотеть убить друга? Никто кроме него не знает как это… Рон попытался ее забыть на шестом курсе, но Лаванда совершенно не была его идеалом. Она не была ей… Он хотел чтобы она была возле него, но не мог… И вот теперь она его поцеловала и ждет ответ. А что сказать? Как убить любовь? Шутка ли это — убить столь прекрасное чувство, которое многими возведено в ранг духовного, сверхчеловеческого и уникального, того, что дано не каждому, что многих на долгие годы подчиняет своей воле? " — Гермиона, я… я попитаюсь. Теперь я знаю правду, знаю что даже если бы я нашел Маховик времени и переместился до того момента как Гарри тебе признался, то это не помогло. Ты уже его любила до того момента, как он тебе сказал. Он взял ее за руку. — Этот поцелуй я всегда сохраню в своей памяти, а теперь пошли спасать мир и твоего парня.» «Вот ты и один, ушел от них и оставил в палатке. И что теперь? Куда идти? И что теперь будет с она? Хотя какая разница ведь она осталась, опять выбрала его. Но почему? Он ведь все время был ужасный к ней, как и он… Я был ужасный к ней, поэтому она меня не любит. Но если бы все изменить, если теперь стану такой как она бы хотела? Она будет моей…» " — Вы вместе? Рон стоял возле Гарри и не мог поверить в слова друга. — Я люблю ее, как и она меня. Я был такой глуп, что не смог все нормально тогда объяснить. Просто решил, что лучше всего будет расстаться. А на самом деле не могу ж без нее, и я хочу от нее детей. Хочу чтобы через двадцать лет в нам в спальню утром забежали дети и разбудили нас с криками, что Рождество наступило. Она все для меня, я хочу добиться мира, чтобы начать с она наконец-то жить. Чтобы быть с она…» Ну конечно, она вместе, а как по другому? Ведь они остались двое, пока он был возле них, тогда у него и был шанс. Ведь после расставания с Гарри, она стала больше времени проводить с ним. Она отделилась от Гарри и стала ближе с он, вот тогда у меня был шанс… «Рон не мог поверить словам Гарри, она беременная… Его любимая беременная от Гарри, то что он боялся — случилось. Опять крики, Гермиона кричит, а ребенок? Может лучше если бы ребенок умер, и тогда она уйдет от него потому, что Гарри будет виноватый в смерти ребенка. Тогда он придет к ней на помощь, и они будут вместе. Мне не придется воспитывать чужого ребенка, и еще Гермиона будет его. Наверное это лучшее решения в этой ситуации» «Рон стоял перед Крестажем и смотрел на Гермиону, которая только что уничтожила его. — Гермиона, можно еще один вопрос? — Да. — Если ты тогда была беременной и потеряла ребенка, ты бы осталась с ним? — Рон, я бы осталась. Потому, что в этом не было его вины. А если бы я знала, что у нас был ребенок, тогда это бы сделало мою любовь сильнее. Я хочу от него детей и поняла это тогда. Я даже думала забеременеть сейчас, чтобы мне от него остался ребенок. Я даже это думала… — Он все сделает, чтобы быть возле тебя, ты это знаешь. А теперь пошли к твоему герою.»Рон и Гермиона - все что между нами...
27 декабря 2022 г., 10:29
Гермиона стояла возле Рона и смотрела на Гарри. Они действительно ему не договаривали, она закрыла глаза и вспомнила разговор в Тайной Комнате.
«Гермиона шла заде Рона, держав палочку перед собой.
— Не понимаю, как он убил сам змею ведь если шкура такая большая, то представляю какая была змея.
Рон остановился и посмотрел на Гермиону.
— Почему он?
— Что?
— Почему ты всегда его защищаешь, всегда за он волнуешься? Почему всегда он? Понимаешь, я долгое время пытаюсь найти ответ, но не могу. Ты не та которая побежит за славой. Ты с ним не потому что он красивый…
— Рон!
— Дай мне закончить. Так вот, он не красивый и всегда ты у него на втором месте. Почему все это видят кроме тебя? Почему он?
Гермиона удивленно смотрела на Рона.
— Я люблю его, — тихо промолвила Гермиона закрыв глаза. — Любила все время, — она подошла к Рону.
— Как давно?
— Рон, на первом курсе вы всегда были возле меня. Ты еще мог сказать, что плохое и обидеть меня, но он никогда. На втором курсе, он каждый день приходил ко мне в больничное крыло. Ты знал об этом?
Рон промолчал, ведь он даже не знал этого.
— Он приходил ко мне и рассказывал что было интересное на уроках, читал книги… он был рядом со мной. Я чувствовала его присутствия все это время. Еще тогда он часто брал меня за руку и после этого для нас это стало как защитой. Когда мы брались за руки, я понимала, что мне уже не страшно. Когда он брал меня за руку, я чувствовала тепло. Но было тепло не на руку, а в здесь, — Гермиона положила свою руку посередине грудей. — Я думала, что это просто привязанность и все. Я думала, что он меня защищает как сестру. Я запретила себе даже думать о любви к нему. Но все поменялось…
— Третий курс?
— Тогда, я впервые поняла, что волнуюсь за он не просто так. Мое волнения появилось от третьего курса и сейчас оно во мне. Только потом я поняла, что это любовь. Я долго боролась собой, потому, что не знала твоей реакции.
— Ты знала?
— Знала, что у тебя есть чувства ко мне. Тогда эта ревность до Виктора не была просто так. Я знала и еще больше начала бороться со своими чувствами. Я не хотела сделать тебе больно. Потом думала, что может у меня есть чувства к тебе, но извини меня… ты мне как брат, который все время со мной ссорился.
— Извини меня за все эти ссоры.
— Я не обижаюсь на тебя, ведь половина была из-за ревности до Гарри?
— Да, особенно на шестом курсе. Лавандою даже начал встречаться, чтобы ты ревновала, но только себе сделал лучше.
— Ты еще был с она, потому что хотел просто с кто-то встречаться, — Гермиона улыбнулась.
— Да, в этом ты права.
— Рон, я люблю его. Но и ты мне дорог. Поэтому я была, попросила Джинни чтобы она с тобой поговорила.
— Если бы я был против, ты бы осталась с ним?
— Да.
— Ты просто, хотела сделать все так, чтобы оно не было больно для меня.
— Я хотела, чтобы ты был готов ко всему.
— Гермиона, если бы я не был таким дураком и не обижал тебе все время. Если бы я первым признался чувствах чем Гарри, ты была со мной?
— Нет, — Гермиона закрыла глаза чтобы не видеть реакцию друга.
— Даже когда, он тебя бросил ты была возле он, потому что любишь. Даже сейчас когда мы можем умереть, ты не ушла, а осталась…
— Я люблю его, — у ее глаз начала идти слезы. — Мне уже не важно вместе мы с ним или нет, хочет он быть со мной или нет, но я люблю его. И мне больно всегда когда мы ссоримся или, когда он идет против меня. Я боюсь его потерять.
Рон обнял подругу, она сразу обняла его в ответ.
— Я и тебя люблю, но как брата… это все что я могу.
— Мне этого достаточно. Если хочешь знать, то я в начала передумал с вами идти, но когда узнал что вы расстались, то решил, что у меня появился шанс. Но тогда в палатке, я видел твои глаза и понял, что никого не появится этот шанс. А вернулся потому, что понял самое главное. Дружба самое важное, что есть в этой жизни. Именно эти слова мне сказал отец, когда я приехал на летние каникулы в Нору и сказал, что больше не хочу з вами общаться из-за ваших отношений. Я был глуп.
Она подняла голову и посмотрела ему в глаза, их губы были так близко, что нужно было несколько сантиметров, чтобы они соединились.
— А сейчас ты меня любишь?
— Люблю, так же как ты Гарри. Но для меня то, что ты любишь его намного важнее. Я понял, что мне достанется, только смотрят на тебя, а ему все другое…
Не успел Рон закончить, как Гермиона поцеловала его в губы. Это был быстрый поцелуй, но тепло которое было в нем, расставило все на свои места.
Гермиона начала поцелуй и его ж закончила, после чего отошла на один шаг от него и посмотрела в глаза Рона.
— Ты дал право быть счастливой мне, и при этом смотрят на это счастья со стороны. Рон, ты только этим достаточно объясняешь свою любовь. Я хочу чтобы ты был счастливым и нашел того, кто тебя будет любить всю жизнь. Но этот человек не я. Извини, но этот поцелуй все, что я могу тебя дать и оставить. Я хочу чтобы сегодня ты захоронил свою любовь, чтобы сам мог жить.»