Гарри Потер переписана история

Гарри смотрел на друзей и не мог понять, что происходит. Двое просто молча на него смотрели и были в своих мыслях не обращая ни на что внимания. Но наверху раздался взрыв: Все посмотрели наверх, откуда валилась пыль, и услышали отдалённый крик.       — Я думаю, что нам нужно поговорить потом, — тихо сказал Гарри. — А сейчас пошли. Когда стены вновь задрожали, он увлёк Рона и Гермиону через скрытое отверстие вниз, на лестницу к Нужной Комнате.       — Гарри, с тобой все хорошо? — спросила Гермиона.       — Сейчас не время, чтобы говорить. Война идет, поэтому нужно все поскорее закончить. Этот ответ разочаровал Гермиону, ведь ей как раз и нужно было поговорить с ним. Почему все время они не могут спокойно стать и поговорить? Почему все время они откладывают разговор на потом? Как только они втроём вернулись в коридор наверху, стало понятно, что за те минуты, которые они провели в Нужной Комнате, ситуация в замке сильно ухудшилась: стены и потолок тряслись хуже, чем раньше, в воздухе летала пыль, а через ближайшее окно Гарри видел вспышки зелёного и красного так близко, что понял: Пожиратели Смерти близки к тому, чтобы ворваться в замок. Глядя вниз, Гарри увидел громаду Пушка, обходящего что-то, похожее на каменную горгулью, сорвавшуюся с крыши, и рычанием выражающего своё неудовольствие. Вот теперь он стоит перед Выручай комнатой ему нужно то место, где можно все спрятать. Шум битвы затих сразу же после того, когда они переступили порог комнаты, и дверь осталась позади. Все было тихо.       — А он никогда не понимал, что любой мог сюда войти? — сказал Рон, его голос эхом отозвался в тишине.       — Он думал, что он был единственным, — сказал Гарри. — Тем хуже для него, что я могу спрятаться тут в любое время, пошли сюда, — и добавил. — Я думаю, что где-то здесь…. Он шел все глубже и глубже в лабиринт, ища вещи, которые он заметил в прошлый раз, когда был тут. Он тяжело дышал, и его душа, казалось, дрожала. Прямо впереди он увидел облезлый старый буфет, в который он прятал старую книгу по зельеварению, а на вершине его, стоял рябой каменный маг, в старом пыльном парике и в чем-то похожем на древнюю выцветшую диадему. Он уже протянул к нему руку и был в нескольких шагах от него, когда голос позади сказал:       — Возьми его, Поттер. Он остановился и обернулся. За ним его, плечом к плечу, стояли Крэбб и Гойл и направляли палочки прямо на Гарри. Через щель межу их ухмыляющимися лицами он увидел Драко Малфоя…       — Та палочка, которую ты держишь -моя, — сказал Малфой.       — Больше не твоя, — задыхаясь, сказал Гарри, сжимая в руках палочку из боярышника. — Кто нашел, тот и хозяин, Малфой. А кто одолжил тебе эту?       — Моя мать, — сказал Дракон.       — И как же это вы пришли без Волдеморта? — спросил Гарри.       — Мы решили, доставит тебя к нему.       — Хороший план, — сказал Гарри. — Так, как вы сюда попали? — он спросил, пробуя отвлечь их.       — Я фактически жил в Нужной Комнатев прошлом году, — сказал Малфой, его голос дрожал. — Я знаю, как войти.       — Гарри? — Послышался эхом Голос Рона где-то с другой стороны стены, — Ты с кем-то говоришь?       — Десендо! — закричал Крэбб Стена начала шататься, и её верхняя часть обрушилась на дверной проход, совсем рядом с тем местом, где стоял Рон.       — Рон! — заревел Гарри, когда вне поля зрения раздался крик Гермионы. Гарри также услышал звук множества падающих вещей с другой стороны разрушенной стены. Он указал палочкой на вал и крикнул:       — Фините! — и всё тут же восстановилось.       — Нет! — завопил Малфой, останавливая руку Крэбба, собирающегося повторить заклинание. — Если ты разрушить комнату, мы можем попрощаться с диадемой!       — Какая разница? — освобождаясь, спросил Крэбб. — Тёмному Лорду нужен Поттер, кому важна эта диадема?       — Поттер пришёл сюда за ней, — объяснил Малфой, плохо скрывая нетерпение. — Это значит….       — Круцио! — произнес Крэбб. Гарри протянулся к диадеме; проклятие Крэбба пролетело мимо, но попало в каменный бюст, поднявшийся в воздух; диадема взлетела вверх, и затем упала на гору вещей, рядом с тем местом, куда приземлился бюст. Крэбб продолжал и стремительный луч алого цвета пролетел в дюйме от Гарри: Гермиона побежала в угол и послала Ошеломляющее заклятье прямо в голову Крэбба. Но не попала, потому что Малфой оттолкнул его.       — Это…это грязнокровка! Авада Кедавра! Гарри увидел, что Гермиона отпрянула в сторону, и вся ярость, кипевшая в нём, выплеснулась наружу. Он выстрелил Ошеломляющим заклятием в Крэбба, тот пошатнулся, и выбил палочку из руки Малфоя; она откатилась куда-то к горе сломанной мебели и костей.       — Не убивайте его! НЕ УБИВАЙТЕ ЕГО! — закричал Малфой приближавшимся к Гарри Крэббу и Гойлу. Они секунду помедлили, но это всё, что было нужно Гарри.       — Экспеллиармус! Палочка Гойла выпала из его руки и исчезла в горе хлама возле него; Гойл по-дурацки подпрыгивал на месте, пытаясь её достать; Малфой отпрыгнул от Ошеломляющего заклятия Гермионы и от Заклятия Полной Обездвиженности Рона, посланного в Кребба, еле успевшего от него увернуться. Крэбб развернулся на месте и снова закричал:       — Авада Кедавра! Рон исчез из вида, чтобы избежать молниеносного зелёного луча. Обезоруженный Малфой сжался за трёхногим платяным шкафом, когда к ним подбежала Гермиона, на ходу поражая Гойла Ошеломляющим Заклятием.       — Она где-то здесь! — Крикнул ей Гарри, указывая на груду барахла, в которой затерялась диадема. — Поищи её, пока я пойду помогу Р…       — ГАРРИ! — завопила она. Рёв позади него вовремя предупредил его. Он обернулся и увидел Рона и Крэбба, бегущих так быстро, как они только могли.       — Что, горячо становится? — на бегу ревел Крэбб. Но он, похоже, не понимал того, что он делал. Огненная стена преследовала их, обжигая гору мусора, тут же превращая её в сажу.       — Агуаменти! — но мощная струя воды, вырвавшаяся из его палочки, испарилась в воздухе.       — БЕГИТЕ! — Закричал Рон. Малфой схватил оглушённого Гойла и потащил его за собой. Крэбб обогнал их всех, он выглядел очень напуганным. Гарри, Рон и Гермиона бросились за ним, когда огонь стал нагонять их. Это был не обычный огонь, Крэбб использовал проклятье, о котором Гарри не имел понятия. Когда они завернули за угол, языки пламени погнались за ними, словно они были живыми, с собственным разумом, с жаждой убить жертву. Малфой, Крэбб и Гойл исчезли из вида, Гарри, Рон и Гермиона встали как вкопанные, их окружали яростные монстры, приближаясь ближе и ближе, вокруг мелькали клыки, рога и хвосты, жара стояла стеной. Гарри с Гермионой даже не поняли, как опять держались вместе за руку и тем самым защищая одни одного. Только через минуту Гермиона поняла, что Гарри взял ее за руку и бежал вместе с ней. Но для нее не это было важно, а только то, что Гарри кричал ей: «Только чтобы с тобой ничего не случилось».       — Что нам делать? — Гермиона пыталась перекричать рёв пламени. — Что нам делать?       — Вот! Гарри схватил пару на вид тяжёлых метал и ближайшей горы мусора и бросил одну Рону, который, потянул Гермиону и посадил позади себя. Гарри перекинул ногу через вторую метлу и, сильно оттолкнувшись от земли, они поднялись вверх, едва не угодив в пасть горящей рептилии. Огонь и дым становились невыносимыми, под ними проклятый огонь сжирал контрабандное имущество учеников, результаты неудачных экспериментов, секреты бесчисленных душ, которые искали убежища в комнате. Гарри не видел, куда побежали Малфой, Крэбб и Гойл. Вдруг Гарри услышал тоненький, жалкий человеческий крик, который вырвался из грома всепожирающего пламени. А потом он их увидел: Малфой держал руками Гойла, который был без сознания, они сидели на горе обуглившихся парт, Гарри устремился вниз.       — ЕСЛИ МЫ УМРЁМ ИЗ-ЗА НИХ, Я УБЬЮ ТЕБЯ, ГАРРИ! — разразился Рон, когда огромная пламенная химера бросилась на них, он и Гермиона затащили Гола на метлу и поднялись вверх, еле удерживая равновесия, пока Малфой усаживался позади Гарри.       — Дверь, быстро к двери, к двери! — кричал Малфой прямо в ухо Гарри. Гарри ускорился, следуя за Гермионой, Роном и Гойлом сквозь завесу чёрного дыма, еле дыша. Всё вокруг них, что ещё не успело загореться, начинало загораться прямо у него на глазах, огненные монстры пожирали всё на своём пути: кубки, щиты, блестящее ожерелье и старую, выцветшую диадему…       — Что ты делаешь, что ты делаешь, дверь в другой стороне! — закричал Малфой, но Гарри круто развернулся и устремился вниз. Диадема падала словно в замедленной съёмке, поворачиваюсь и сияя, летя прямо в открытую пасть змеи, а затем он поймал её, подцепив кистью руки, она повисла у него на запястье… Гарри сидел перед Выручай-комнаты и смотрел как двери исчезали, а Рон и Гермиона, тяжело дыша, сидели рядом с Гойлом и Малфоем. Вдруг замок сотрясло множество громких ударов, мимо пронеслась толпа прозрачных всадников, их головы кровожадно кричали из подмышек. Гарри поднялся на ноги, когда Безголовая Охота проскакала мимо, и осмотрелся: вокруг него всё ещё шло сражение. Он слышал крики кроме тех, которые издавали безголовые привидения. Его охватила паника.       — Где диадема? — спросила Гермиона подходя к Гарри.       — Я ее уничтожил, — ответил Гарри.       — Это значит, что нам нужно только найти змею… Но она остановилась, когда послышались крики и звуки поединка, которые ни с чем нельзя было спутать. Гарри огляделся, и его сердце ушло в пятки: Пожиратели прорвались в Хогвартс. Он увидел Фреда и Перси, которые сражались с человеком в маске и капюшоне. Гарри, Рон и Гермиона побежали на помощь, вспышки заклинаний летали повсюду. Раздался взрыв. Они стояли рядом: Гарри, Рон, Гермиона, Фред и Перси, у их ног валялись два Пожирателя, один оглушённый, другой превращённый. Мир разорвало на множество кусков, Гарри чувствовал себя так, будто он парил в воздухе, он держался за палочку, которая была его единственным оружием, а руками он мог лишь закрыть голову. Он слышал крики своих товарищей, уже не надеясь узнать, что с ними случилось… Затем мир собрался воедино, тёмный и полный боли: Гарри наполовину был завален руинами коридора, который разлетелся на куски. Холодный воздух заставил понять, что у замка снесли одну из стен, горячая липкая кровь текла по его лицу. Он услышал ужасный крик, от которого его передёрнуло, в крике было слышно агонию, которую не могло вызвать никакое проклятье, он встал, покачиваясь, боясь больше, чем за весь день, возможно, чем за всю свою жизнь… Гермиона с трудом поднималась на ноги из развалин, три рыжеволосых мужчины сидели рядом на полу, где только что взорвалась стена. Гарри взял Гермиону за руку, пока они пробирались сквозь камень и дерево, шатаясь и спотыкаясь.       — Гермиона, хочу кое-что сказать, — Гарри ее остановил.       — Ты сам говорил, что не… Он не дал ей договорить, и поцеловал взасос.       — Ты это все, что мне нужно. Я был большим идиотом все это время… я ставил тебя на второе место.       — Гарри…       — Нет, дослушай меня. Я не получал тепло в детстве и то, что знал точнее, узнал от других, я думал этого достаточно. Но нет, это было не так. Я все время тебя не слушал, не ценил, а теперь сожалею в своей жизни только в этом.       — Стой! Гарри, неужели ты не понял самое главное. Если бы ты не признался мне в любви тогда, я бы и так тебя любила. Я любила еще до того, как ты признался.       — То есть?       — Много, что я тебе не рассказала. Но сейчас тебе нужно знать одно. Когда мы были в Тайной комнате, то я поцеловала Рона.       — И вы…?       — О чем ты думаешь? Я его поцеловала и сказала, что это все… все что могу дать ему. Я люблю тебя, и он это понял. Гарри прошу тебя пойми одно, как бы не закончилась эта война. Я буду тебя любить, мне больше никто не нужен. Он обнял ее и нежно гладил по спине, произнося одни слова:       — Я сделаю все, чтобы ты была счастливая.

***

Гермиона закрыла глаза в объятьях Гарри, она знала, что ей много нужно ему рассказать: «Гермиона спряталась в коридоре заде одной колони. Она не могла поверить только, что Гарри ее поцеловал в классе. И это был ее первый поцелуй, это первый поцелуй между ними. Она торкнулась рукой своих губ и чувствовали его вкус на них. Ей это нравилось, она хотела его… Но стоп, а если это все случайность? А если он поддался эмоциям потому, что они просто все время вместе и все… Он точно не могу поцеловать, потому что она ему нравится… Гермиона в это верила…       — Завтра я с ним поговорю, ведь у нас ничего не может быть, мы ж друзья.» «Гермиона не знала, как реагировать на слова Джинны после Бала.       — Ты уверена в этом? — спросила Гермиона.       — Да, поэтому Рон так сильно сегодня кричал, ты ему нравишься и он не хочет чтобы ты была с кто-то. Гермиона села на кровать и начала плакать, Джинны сразу подбежала.       — Что случилось? Ты до сей пир обижена на Рона? Он глуп я знаю…       — Я влюбленна в Гарри, — тихо сказала Гермиона, продолжав плакать.       — Давно?       — Да. Джинни обняла подругу.       — Тогда почему вы не вместе?       — Я боюсь, что его чувства не так сильны и когда у нас не получится… то мы перестанем общаться.       — Гермиона, я не знаю, что сказать.       — Не нужно ничего. Она выбежала с комнаты и побежала подальше от башни Гриффиндора. Она еще не знала, что в этот вечер будет поцелуй с Гарри.» «Она стояла смотря как Гарри уходит, и не могла поверить в то, что услышала. Он ревнует ее Краму. Пока она ее любит всем сердцем, он готов уйти из-за конкурента. Может тогда это не любовь? Тем более если бы любил то сразу, достал с озера, а не пытался всех спасти. Если бы любил, тогда ее пригласил на бал, ведь она этого и хотела. Если бы любил тогда сейчас не ушел… Или может в этом всем она виновата?» «Она злилась и не знала, что делать. Ведь еще вчера она с Гарри сидела в гостиной перед камином и они говорили про детей, а сегодня он уже целуется с Чжоу. Может и правду у него только симпатия ко мне, а я только себе придумала все другое. Он же не может меня любить, ведь я не така красивая как другие и не инициативна. Еще бегаю от него постоянно.» «Она его девушка? Неужели он предложил ей стань его девушкой?       — Это лучшие каникулы в мой жизни, — говорила Гермиона смотря на небо.       — И почему же? — спросила Джинны, которая неожиданно появилась.       — Ты не поверишь! — Гермиона обняла подругу.       — Ты нашла способ навсегда спасти Гарри?       — Нет, но я стала его девушкой. Гермионы улыбкой в этот момент можно было осветить весь город.       — Что?! Джинны начала скакать от радости и обнимать подругу.       — Я уже думала, что он никогда не решится на это.       — Джинны, ты ж не против? Нет проблем?       — Гермиона, ты совершенно глупый человек. Если бы я была против тогда, сделала все возможное чтобы вы не были вместе. Но я безумно рада за вас, вы когда будете говорить другим?       — Не скоро.       — Как это?       — Я не хочу чтобы он Рон знал, ведь боюсь его реакции.       — Знал бы Рон, как сильно ты за он волнуешься. Но ты не думай про него, я все сделаю.       — Ты лучшая. Гермиона обняла подругу.       — Вспомни про это, когда будешь крестную ребенку выбирать. " «      — Как он мог так? Он больше времени обращает внимания другим чем мне? Про все забыл в этом году, просто про все.       — Почему нервничаешь? — спросил Фред, который стоял возле дверей.       — Ты меня напугал?       — Ты не ответила, почему нервничаешь?       — Только пообещай никому не говорит, хотя ты и так не поймешь.       — Ты сначала расскажи. Фред подошел к Гермионе, которая сидела на кровати.       — Это из-за Гарри. Понимаешь он не обращает мне внимания в этом году. Еще постоянно возле он другие девушки. Я боюсь чтобы…       — Его никто у тебя не заберет. За это можешь не думать.       — Почему ты в этом убежден?       — Гермиона, я вижу как он на тебя смотрит. Ну и еще, несколько раз когда я начинал разговор про девушек, он говорил что ему это не интересно. Если не ошибаюсь, тогда вы еще не встречали. Ах да, он это мне говорил еще неделю назад был. Гермиона, он даже не смотрит на других девушек в плане того, что они как-то ему нравятся. Он только про тебя думает. Я все время слышу только, что у тебя ноги красивее, попа красивее…       — Можно без деталей про мое тело.       — Можно, так вот… он тебя любит и всем понятно, что он сделает тебе предложения. У вас будет семья и вы будете счастливы. Но только одна проблема в этом всем есть. Ему сначала нужно победить в этой войне, чтобы потом быть с тобой в мире и спокойствие. Поэтому тебе нужно сейчас терпеть все и просто быть возле он. А от тебе отплатить верностью и любовью, тем более я уверен ты в будущем ему спокойно жить не дашь.       — Зачем ты мне этот все рассказал?       — Ты заслуживаешь на счастья, как и он. Просто хочу чтобы вы закончили учебу, победили и уехали куда-то далеко, чтобы побыть только вместе. Нет, конечно ж потом вы должны вернутся и я буду танцевать на вашей свадьбе. Сразу говорю, подарок будет связан с юмором. Гермиона засмеялась.       — Я другого и не приму. Спасибо тебе, эти слова нужны были мне.       — Я знаю, ты всегда помогаешь всем, пришло время чтобы тебе помочь. Тем более ты нужна Гарри, больше чем вы даже можете думать. Он без тебя не победит, он не сможет без тебя. Гермиона обняла Фреда.       — Я люблю тебя, как брата.       — Ну конечно, место Гарри, как и твое уже никто никогда не займет. Она посмотрела на него.       — Ты ж.?       — Нет, конечно. Я в тебя не влюблен. Извини, но ты слишком правильная для меня. Они двое засмеялись.»