Соперник

Ребёнок родился недоношенным уже на следующий день. Осложнений в развитии или еще чём не наблюдалось, только вес для обычного ребёнка был мал, но для недоношенного стабилен. Родился мальчик, назвали Мэдокой. Имя дал Огай, что означает «спокойный». — Осаму-у! — протянул входящий в палату Мори, — ну как самочувствие? — Вполне, ребёнок-то жив? — сонно отвечал Осаму. — Ага, врачи сказали, что без осложнений, только вес мал для обычного дитя. — Как назвал? — Мэдокой! — «спокойный»? — Угу, — все это время Огай лучезарно улыбался, ведь наконец увидел любимого после стольких часов разлуки. Его не пускали к шатену, даже ребёнка не сразу выдали (что и понятно, сначала его надо запеленать и т.д). — мне сказали, что тебя уже сегодня вечером должны выписать, потому что у тебя, что удивительно, не возникло осложнений со здоровьем, как и у ребёнка. Это же какое-то чудо, Осаму! — Мг, мг, — кивал на все Осаму, — иди к Мэдоке, я хочу спать. — Как скажешь, милый. *** Уже вечером доктора сообщили, что Осаму может быть свободен. Также сообщили ему о некоторых побочных эффектах после беременности (послеродовая депрессия и все такое) Шатен кивнул на все, что ему сказали, двинулся к выходу. Вещи ему давно выдали, он уже был не в больничном халате. Так как все нужные документы уже отдал и взял Огай, Осаму просто оставалось выйти из роддома. Но стоило ему ступить и шаг за порог, как прогремели хлопушки, раскатилась красная дорожка, а прямо на встречу парню вышел его муж с огромным букетом цветов, ярко улыбаясь. Так как парниша был еще достаточно сонным, такой ярой реакции у него не было; наоборот, он встал в ступоре. Его мозг еще не отошел от боли во время родов да и от всего этого. — Осамушка, я очень рад, что ты мой муж! И теперь я вдвойне счастлив! Ведь теперь в моей жизни есть не только одно золото, а два — ты и Мэдока! — тараторил Мори с растянутой улыбкой до ушей. — Слишком уж ты счастлив, — буркнул шатен. — А ты нет? — Не то чтобы нет, я очень ждал нашего ребёнка. Просто сейчас я очень устал, поехали домой. — А, ну хорошо, мой любимый! — закончил тёмноволосый и быстро сменив мину, направил взгляд на подчиненых. Они сразу все поняли и, кивнув, открыли дверь в лимузин. — Зачем ты так заморочился? — спрашивал  Осаму уже в машине, хрупкая соломенку, что всегда лежала в салоне. — Так это же наш первый ребёнок, я хотел тебя удивить! — взял руку Осаму в свои Мори. — Ага, и последний. — отрезал шатен. — Чего ты такой вялый, Осаму? — Я сильно устал, а еще и ты с этим всем. Я даже не представляю, что будет дальше. — обеспокоено тараторил Осаму. Мори выслушал все с удивлением на лицо, но когда парниша закончил "скороговорку", растянулся в улыбке, опустив голову. Челка упала на лицо. — Не волнуйся, мой милый. Я уже все продумал, вплоть до четырехлетия нашего сына.