Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 1.

- Сынок, сколько пальцев? - Четыре. - Слава Иисусу, - вздохнул Торо, садясь рядом, - напугал ты меня. - Я что, долго... - Двое суток. Доктор Сангре уже рукой махнул. Есть, говорит, такие, кто за жизнь цепляется, а этот слаб. - Неправда, - буркнул Серхио, вспомнив разговор в темной комнате. - Конечно, неправда, вот же ты здесь. - Что со мной? - Сотрясение, вроде больше ничего серьезного. Повезло. - А вы как? - спохватился Серхио. - Ничего. Да что мне сделается, я больше в подвале работал. - Кантор цел? - Еще не нашли. - А Орландо? - прошептал лежащий, с ужасом чувствуя, что сейчас заревет. - Жив, жив, лежи. Покромсало, правда, сильно. Он, видишь ли, кольчугу снял, ему в ней колдовать неудобно. - Ой, дурак, - счастливо всхлипнул Серхио. - Рад небось? Знаю, он с тобой подружился, вечно за собой таскал. - Он такой... падре Себастьян, вы смеяться не будете? - Смотря что скажешь. - Он... благородный. Королевская кровь. Я когда не знал, кто он такой, все равно что-то почувствовал. Он и правда король, ну, настоящий. Его любят. - Мда? - приподнявшийся было Торо снова сел и посмотрел на подопечного, - так это из-за благородства ты эмпатию от него словил и в обмороке валялся? - Вы же обещали не смеяться... - Сынок, - вздохнул Торо, - да ты у нас монархист. - А вы нет? - Я - поневоле и только в том случае, когда другого выхода нет. - Ну... он правда такой. Великодушный. Не озлобился, а ведь сирота, в тюрьме три года сидел, бродяжничал, голодал. Такой король будет... - Добрым? - Ну... - Знаешь, он, возможно, и будет. Слава богу, найдется кому вовремя дать совет и удержать от совсем уж полной глупости. Но насчет прочих... Торо грустно улыбнулся. - Меня в юности один кабальеро приказал выпороть за то, что не так поклонился при встрече. - Как это не так? - Меня за крестьянина приняли. Я тогда странствовал, пообносился, на солнце обгорел. - Так чего не сказали? - Молодой был, гордый. Не кричать же мне было - отпустите, я не пеон, а свободный горожанин. Тем более, что на лицо я и правда мужик мужиком. Вот вроде тебя. - Я бы зарезал, - чужим голосом сказал Серхио, - научился бы нож держать ради такого случая. - Да ну его. Дурак он был, тоже гордый, как я, только выше стоял. Вот и нашла коса на камень. Да ты же его знаешь. - А кто он? - Наш командующий граф Гаэтано. Который в штабе сидит.