Путь на Янтарь. Часть 8. Финишная прямая.
14 августа 2023 г., 15:05
Бродяга не спеша шёл вперёд, держа ВСС наготове. Выстрелы шли как будто издалека. Звуки не становились громче по мере приближения сталкера. Он остановился и замер, пытаясь оценить обстановку. По мере приближения аномалии в эту часть леса со звуками в лесу начиналась твориться какая-то херня. Краски тускнели, и лес всё больше напоминал какое-нибудь немое кино. Рыжий лес стремительно менялся и становился опасней с каждой минутой. Сталкерское чутьё Бродяги просто вопило и било тревогу, ударяя в мозг, дабы тот дал ногам команду сваливать из этого места как можно дальше и быстрее. Cталкер контролировал этот порыв и не давал панике и страху завладеть собой. Да и подрасшатанная Выжигателем мозгов нервная система не так сильно была подвержена эмоциональным всплескам, как у остальных людей. Была, оказывается, от многолетнего зомбирования какая-то польза, пусть и сомнительная.
Выстрелы со временем совсем стихли, и сталкер окончательно потерял ориентир и шёл скорее по памяти, приметив до этого примерный источник звука. Мимо, по мере того как он продвигался, проносились ветки и стволы рыжих деревьев. Вернее, уже даже не рыжих, а каких-то серых, что ли. Сталкер почувствовал на себе чей-то тяжёлый и пронзительный взгляд. Обернувшись и вскинув винтовку, он пристально осмотрел местность вокруг. Ничего на первый взгляд не было, но постоянно чувствовалось чье-то давящее присутствие. Тело снова обуяла слабость, напала тяжёлая сонливость. Пищание котёнка в рюкзаке снова как будто привело его в чувство. На какое-то мгновение Бродяга заметил периферическим зрением, как нечто похожее на огромное искорёженное дерево шевельнулось вдалеке от него. Он, казалось, даже увидел лицо, смотревшее на него из мглы. Искажённое, оно смотрело на него своими чёрными впадинами глазниц. Стоило ему только повернуть голову и вскинуть ВСС, как это нечто полностью скрылось в тумане. А Бродяга, не тратя время на разбирательства, тут же направился дальше, ускоряя шаг. Что бы ни пряталось в этой мгле вокруг, оно явно было недружелюбным.
Через несколько минут Бродяга заметил отблески оранжевого комбинезона, что промелькнул в кустах по пути его движения. Бродяга замер, а мутант, сидевший в рюкзаке, стал орать громче. Похлопав рукой по рюкзаку, сталкер попытался успокоить котёнка. Сам же медленно опустился на корточки и замер, наблюдая за оранжевой фигурой в кустах. Он уже верно догадался, что этот комбинезон принадлежал Лаборанту. Только вот вёл тот себя слишком странно. Слишком тихо для столь пугливого человека: абсолютно не шевелился и не издавал никаких звуков. Сначала это, может, и внесло какую-то неразбериху, но потом Бродяга всё понял. Тот был мёртв: разорванный костюм и следы крови, которые сталкер всё-таки смог разглядеть сквозь листву, ясно об этом говорили. Подойдя чуть поближе, Бродяга смог разглядеть картину получше. Учёный встретил свой конец.
«Что, чёрт возьми, тут вообще произошло? Сколько меня не было? Кто мог убить учёного?» — мысленно задавал сам себе вопросы Бродяга.
Вопросы и впрямь были актуальные. Вектор с долговцем куда-то исчезли. Учёный мёртв. Контейнер с артефактом пропал. Бродяга всё-таки решился подойти поближе и осмотреть труп Лаборанта. Сталкер многое был готов увидеть: раны от когтей мутантов или следы от аномалии. Но то, что он сейчас видел, не разрешило вопросы, а ещё больше добавило их в и без того странную картину. Чуть подвинув тело, Бродяга обнаружил на теле абсолютно чёткие пулевые ранения. Пара пуль пробило лёгкий бронежилет, а ещё одна попала прямо в голову, пробив забрало шлема и оставив чёткое отверстие с расползающимися в разные стороны трещинами. Тут даже патологоанатомом быть не надо, чтобы поставить бедолаге диагноз. Лаборанта застрелили из чего-то крупнокалиберного. Тут шансов не было. Комбинезоны учёных, конечно, отличные для условий Зоны, но абсолютно не годятся для стрелкового боя. Война – это дело охраны, а не учёных. Только тут охрана не сильно-то и помогла, а скорее даже наоборот. Входные отверстия, похоже, оставлены от пуль девяти миллиметров. Бродяга достаточно повоевал за свою жизнь, чтобы отличать пулевые друг от друга. Вот эта деталь как раз и натолкнула сталкера на мысль, кто мог оставить такие ранения. В округе был только один человек с таким стволом. Вот только довести рассуждения до логического конца Бродяге было не суждено. Поток мыслей остановил чёткий щелчок затвора, раздавшийся позади сталкера.
— Вот это удача! Ну что? Помог тебе твой мутант? Руки вверх, и только попробуй потянуться за стволом. Пристрелю нахрен! — раздался за спиной знакомый голос долговца.
Бродяга не спеша поднял руки вверх. Затем, развернувшись, узрел того, кто был ответственен за весь этот бардак. Боёк стоял метрах в десяти от него, и ствол Грозы смотрел прямо Бродяге в лицо. А за спиной у него болтался тот самый контейнер, что был доверен Лаборанту на сохранение.
— Зачем учёного убил? Он же был абсолютно неопасен. Он бы даже мухи не обидел, — сказал Бродяга в своей привычной безэмоциональной манере.
— Не хотел артефакт отдавать. И вообще, от него одни проблемы. Баба с возу, кобыле легче.
— Так и знал, что одни проблемы будут скорее от тебя. А Вектор где? Тоже мешал?
— Этот сам виноват. Я предлагал ему по-хорошему. Но он упёртый был, как баран. За то и поплатился.
— Идиот! Ты хоть понимаешь, что натворил? Дурья твоя башка. Из-за таких, как ты, все думают, что группировка «Долг» состоит из одних психопатов. Впрочем, сегодняшний пример — это показатель того, что общественное мнение недалеко от истины.
— Пасть закрой! Если бы не «Долг», то всех вас пожрали бы мутанты. Мы щит от этой заразы, что зовут Зоной. А тебя, фанатик, я бы грохнул с удовольствием.
— А чего не стреляешь тогда?
— Не переживай. За этим дело не встанет. Утрясём только один вопрос.
— Ты ещё от меня чего-то хочешь после всего этого. А ещё нас поехавшими называют, — усмехнулся Бродяга, явно намекая на свою бытность бойцом «Монолита».
— Вынужден признать. Без тебя мне отсюда не выбраться. Я знаю, что ты несёшь в рюкзаке. Отсюда даже чувствую этот смрад, что идёт от мутанта, — сказал долговец, указывая стволом на звуки копошения из рюкзака.
— Ты пахнешь не лучше.
— Подвело тебя твоё чутьё сегодня. Иначе бы заметил меня.
— Признаю промах. Ну и что делать будем?
— Как что? Ты с этим отродьем найдёшь выход. А потом...
— Потом ты отдашь мой артефакт и отпустишь? Так ведь? В противном случае, зачем мне тебя отсюда выводить? Какая разница, где подохнуть и как? Хоть в аномалии, хоть от пули в затылок, — вопросительно посмотрел на долговца Бродяга.
— Разница есть! Поверь. Может и отпущу. Но только на артефакт не рассчитывай. Воронин будет рад такому подарку.
— Выслуживаешься, сволочь. Думаешь, он тебя повысит? Или к себе приблизит?
— Не твоё дело. Но ты прав. Такой артефакт дорогого стоит. «Долг» с этой штукой всю Зону под себя подомнёт. Нет, я не могу такую вещицу отдать головастикам. Тем более тебе. Это непростительная глупость. Такой мощной штуке нормальный хозяин нужен. С амбициями и нормальной целью.
— Как у «Долга»? — догадался Бродяга.
— Представь себе. Ну зачем он тебе? Ты сам подумай.
— Откуда ты вообще знаешь, что это за артефакт?
— «Монолит» во время нашего прорыва на ЧАЭС сильно нам вломили. Мы в курсе, что это за артефакт, и давно его ищем. Разведка в «Долге» хорошо работает. Не сомневайся в этом. Мы знаем гораздо больше, чем ты думаешь.
— Ты даже не представляешь, что это за штука. Лучше отдай её мне. Целее будешь.
— Заткнись! Ты думаешь, я не знаю, почему ты через Рыжий лес попёрся? Ты хотел заставы все обойти, чтобы прошмыгнуть. Но не тут-то было. На меня тебе не повезло наткнуться. Ствол на землю положи, кстати. Он тебе не понадобится.
— В таком месте и без оружия, — сказал Бродяга и аккуратно скинул ствол на землю.
Разговор прервал громкий и протяжный звук, раздавшийся на весь окружающий сталкеров лес. Туман ещё больше сгустился. Звук, похожий на протяжное и заунывное пение, повторился ещё раз. Бродяга посмотрел на долговца: было видно, что тот нервничает. Да и чувствует себя не очень. Долговец на какой-то момент даже чуть не уснул, но волевым усилием переборол себя и снова уставил ствол на Бродягу. Бродяга тоже чувствовал резкую усталость, что накатила на него, но держался лучше, чем Боёк. В какой-то момент у сталкера появилась мысль резко схватить ВСС и застрелить противника. Но быстро пришедший в себя Боёк поставил крест на этой идее.
— Только попробуй. Руки убрал. ЖИВО! — прорычал боец «Долга».
— Да ты не нервничай. Вот видишь? Убрал!
— Это ещё что за хрень? — сказал, озираясь по сторонам, Боёк.
— Cмерть за нами пришла. Слышишь панихиду? По ком звонит колокол? — ответил Бродяга, и на лице его появилась чуть заметная и злорадная улыбка.
— Хрен тебе! Не сегодня. Пошёл! Бери своего мутанта и делай своё дело. А оружие я у тебя пока заберу.
— Да ты не нервничай, — сказал Бродяга и, сняв с себя рюкзак, расстегнул его.
Из рюкзака тут же показалась маленькая кошачья мордочка. Достав детёныша чернобыльской кошки, Бродяга чуть почесал ему за ухом и приподнял немного, выставив перед своим лицом. Мутировавший комок меха уставился на сталкера своими маленькими глазками. Котёнок был довольно крупный, размером почти со взрослую домашнюю кошку. Но то и понятно. Коты Баюны вообще довольно солидные твари.
— Ну что, дружок? Помоги мне. Видишь, в какой мы заднице? Сгинем мы тут с тобой, если не выберемся. Я знаю, ты меня понимаешь, — прошептал Бродяга.
— А я смотрю, вы сдружились. Двигай давай. А я сзади пойду, — сказал, оскалившись, долговец и стволом автомата ткнул куда-то в сторону.
Котёнок смотрел пристально в глаза сталкеру и явно всё понимал. В его взгляде Бродяга отчётливо видел проблески разума. Ему эта тварь казалась даже более разумной, чем психопат с автоматом наперевес, что временно заправлял над ними.
Котёнок затих секунд на десять, а потом повернул голову чуть в сторону и протяжно пропищал. Смотрел котёнок между деревьями в северную часть Рыжего леса. Восприняв это как руководство к действию, сталкер двинул в сторону, куда указывал мутант. Долговец, чуть помявшись, пошёл следом.
***
Котёнок то и дело вертел головой, указывая путь. Каждый раз, когда Бродяга чуть ошибался с направлением, котёнок кусал сталкера за комбинезон или за всё, до чего мог дотянуться. Если котёнок сильно усердствовал, то получал по носу, но, похоже, сильно на это не обижался. Пару раз он пытался имитировать человеческую речь, но ввиду того, что является детёнышем, а не взрослой особью, получалось не сильно хорошо. А вот что продолжало угнетать и давить на мозги, так это постоянное ощущение чужого присутствия. Что-то смотрело на них из окружающей мглы. И это «что-то» почему-то не нападало, а предпочитало выжидать. Заунывное пение всё ещё иногда было слышно, но оно как будто отдалялось от них, но потом снова приближалось. Каждый раз звучащий заунывный вой всё больше бил по мозгам, подтачивая волю и силы сталкеров. Долговец так и вообще был плох. Силы его покидали, а взгляд был всё более мутным. В какой-то момент он не удержался и нырнул в свою аптечку, достав оттуда шприц с неизвестным содержимым. Вколов себе ударную порцию неизвестной химии, он пришёл в себя через пару минут. Встрепенувшись, Боёк, наконец, решил заговорить. — Слушай, Бродяга. А что это так поёт? — Не знаю. Я советую не проверять. Но если очень интересно, то можешь сходить в туман и посмотреть. — Может, лучше ты сходишь? — долговец ткнул дулом автомата Бродягу в спину. — Тогда сам будешь отсюда выход искать. — Уже и пошутить нельзя, — ухмылялся Боёк. Шутки шутками, а Бродяга всё прекрасно понимал. Верить этой сволочи нельзя. И как только он станет тому не нужен, его пристрелят. И, скорее всего, без малейших сожалений. Но сейчас это была хоть и важная, но отнюдь не главная проблема. Чутьё Баюна пока неплохо работало, и они уже, кажется, достаточно далеко зашли, чтобы утверждать, что выход, скорее всего, уже не за горами. Иногда им приходилось идти по прямой, а иногда петлять, выделывая какие-то непонятные и странные кренделя. Прямо как та псевдособака, которую Вектор и Боёк всё никак не могли убить. И вот, минут через двадцать ковыляния по рыжим зарослям, они, наконец, вышли к небольшой опушке. В тумане прямо по курсу пробивался контур чего-то большого. При ближайшем рассмотрении размытые очертания сложились в силуэт танка. Он стоял на этом месте уже довольно давно. Полностью ржавый, с отпавшими гусеницами и покосившимся стволом. Выглядел он так, словно уже лет сто простоял на этом месте без малейшего движения и шанса ещё когда-нибудь ожить. Бродяга прекрасно помнил разговор с Лесником, и под его описание этот танк как раз полностью подходил. Котёнок, увидев это, запищал и со всей силы вжался носом в комбинезон сталкера. Затем так и вовсе затих, не подавая больше никаких звуков, и даже пытался дышать через раз. Животное боялось, и Бродяга это отлично чувствовал. У него и самого по спине при виде этого танка пробежал холодок. Веяло от этой штуки чем-то неправильным и страшным. Подходить к нему решительно не хотелось. Правда, было в этом остове одно хорошее предзнаменование. Этот танк означал, что они выбрались из аномалии и теперь вольны, наконец, идти куда угодно. Вот только лязгнувший затвор за спиной Бродяги дал понять, что ещё ничего не кончилось. — Ну вот и конец нашего с тобой сотрудничества. Аномалия позади, а вот что с тобой делать теперь? — Уж не отпустить ли ты меня собирался? — Думаешь, что всё так просто? Ну ты сам посуди. Сталкер в форме «Монолита» в таком месте, да ещё при столь странных обстоятельствах. Мало того: ещё и с таким артефактом. Ну неужели ты думал, что я тебя отпущу? — усмехнулся Боёк. — Конечно, нет. Я же не идиот. Просто обстоятельства, сам видишь какие. А ты откуда про артефакт знаешь? В него и не верит-то никто. Очередная легенда. Может, это и не он, а ты тут автоматом машешь. — Воронин на этот артефакт особый приказ издал. В случае обнаружения любой ценой захватить и доставить на базу. Честно говоря, мы думали, что байки это всё, но тут ты попался. Ты, поди, думал, что всё заставы «Долга» через лес обойдёшь, но не тут-то было. Может, это и не он, но моё дело – доставить, а там пусть начальство разбирается. Но чутьё мне подсказывает, что я не ошибся. — И что вы думаете, что Зону всю с этим артефактом контролировать будете? Как-то не по-долговски. Это же исчадие Зоны, которую вы так стремитесь уничтожить. — И уничтожим. В этом не сомневайся. Вот с тебя сегодня и начну, — сказал боец «Долга» и наставил ствол «Грозы» на Бродягу. — Дурак. Ничего-то вы не поняли. Вернее, ты не понял. Начальство ваше умнее оказалось, — усмехнулся Бродяга. — О чём ты? — А ты сам подумай, дурья твоя башка. «Монолит» разбит и является только тенью себя прежнего. Военные после нескольких попыток перестали совать нос в центр. Командиры группировок затихарились и пока молчат. Чего-то выжидают. Редкие группы уходят в экспедиции и не возвращаются. — И что ты хочешь этим сказать? — Зона сама себя защищает. Ничего вы не уничтожите. Зона пережуёт вас и выплюнет. Вот посмотри на этот танк за моей спиной. — И что я должен там увидеть? — Эти ребята тоже думали, что смогут всё силой решить. И где они теперь? — Заткнись! Ты там не был, чтобы рассуждать. Там столько наших погибло тогда. В этой бойне, в крови тогда зародился «Долг». Ты бы понял, если ты тогда там был. «Долг» нужен. Тогда это стало ясно как никогда. — Зону нельзя уничтожить. И никакой артефакт вам в этом не поможет. — Видимо, на разных языках мы с тобой говорим. Но я другого и не ожидал от того, кто дружит с мутантами. — Если бы не он, то ты бы уже подох давно. — Он спасал свою шкуру, как и ты. То, что среди мутантов встречаются хорошие, это ещё ни о чём не говорит. — Ну и что теперь? Убил учёного! Убил проводника. Меня ограбил и тоже убьёшь. Ты не долговец, ты бандит. — А вот тут ты не прав. Мы не ради наживы это делаем. Мы всех людей спасаем. — Так скоро спасать некого будет. Всех перебьёте. — Заткнись! По тебе точно никто скучать не будет! — прорычал боец «Долга» и нажал на курок. Прогремел выстрел, и Боёк упал на колени, согнувшись пополам. Он успел выстрелить из «Грозы», но очередь прошла мимо, очертив дерево, стоявшее в стороне от Бродяги. Котёнок в руках сталкера ещё сильнее вжался в комбинезон. Бродяга же увидел, как одинокая и немного сгорбленная фигура сталкера показалась из тумана. Выйдя из-за дерева, тот упал на колени, опираясь на своё оружие. Бродяга не стал долго думать и одним рывком подлетел к долговцу, ударив его со всего маху ногой в голову. Тот просто отрубился, без сознания рухнув на землю. Затем, забрав свой ВСС и контейнер с артефактом, Бродяга подбежал к стрелявшему сталкеру, что, казалось, уже почти без сил стоял, облокотившись на дерево. Этим сталкером, к удивлению Бродяги, был Вектор, которого он давно считал мёртвым. — Не дострелил, гад, — сказал Вектор, держась за простреленный живот. Надо сказать, выглядел проводник паршиво. Пулевое ранение в живот. Ничего хуже придумать нельзя. Броник разворочен и весь в крови. Несколько входных пулевых отверстий. Тут, скорее всего, ещё и рёбра переломаны. Комбез ветерана хоть и был отличный, но прямое попадание с «Грозы» не держал. Хотя выстрелы из этой штуки вообще мало какой бронежилет держал. На какой силе воли Вектор добрался сюда, одной Зоне известно. — Держись за меня. Тут до аномалии всего ничего осталось. Выберемся! — Да какой там! Отпусти меня на землю. Ааа, бля... Сука! Больно как! — кряхтел Вектор. — Тут до Пузыря рукой подать. А там и до бункера всего ничего. — Пустое это всё. Сейчас действие стимуляторов закончится, и кирдык мне... Ай, мля! Я за вами шёл, чтобы суку эту прищучить. Думал, сам помру, так и ему жить не дам. Ещё и лес этот вокруг... Не отпустит уже. Аномалия рядом... Он рядом. — Кто? — спросил Бродяга. Не успел он получить ответ на свой вопрос, как по всему лесу пронеслось заунывное пение. Звук был совсем рядом, и, кажется, даже можно было расслышать шаги, как что-то большое ходило вокруг них. Только вот из-за тумана было совсем ничего не видно. Настолько густой он был и становился всё гуще с каждой минутой. Затем опять заунывное пение. От этого пения у сталкера стали слипаться глаза, а ноги становились ватные. Очнулся он от укола, что поставил ему еле живой Вектор. От резкого жжения, что прокатилось по венам, Бродяга резко пришёл в себя и мог отчётливо слышать голос проводника. — Я не дойду. Эта тварь не отпустит. Да и даже если отпустит, то ты меня с таким ранением не дотащишь. Я по дороге умру всё равно. Так что бери артефакт, мутанта этого и иди к Пузырю. Судя по картам лесника, от этого танка надо восточнее взять. Там не пропустишь... Всё, иди. Хотя подожди. Отдай Сахарову результаты исследований. Чего зря добру пропадать. А то обидно, что зря подохли, — срываясь на шёпот, сказал обессиленный проводник и передал свой ПДА Бродяге. Возможно, Вектор был прав. Он уже почти хрипел и дышал через раз. Жизнь покидала проводника, и это уже было ясно. Бродяга его точно не дотащит. Поэтому он забрал всё, что смог утащить, и, оставив Вектора у дерева, со всех ног ломанулся в сторону Пузыря.***
Через какое-то время, открыв глаза, Боёк таки очнулся. Вокруг стояла полная тишина. Дышать было тяжело, и дело было не только в тумане, что полностью накрыл его. Рана, полученная от выстрела, была хоть и серьёзная, но не смертельная. Бронекостюм спас долговцу жизнь. Ощупав себя, тот понял, что отделался только парой сломанных рёбер. Нащупав рядом с собой свою Грозу, он использовал её как упор. Чуть приподнявшись, он обомлел от увиденной картины. Рядом, облокотившись на дерево, сидел Вектор. Над ним возвышалось огромное человекоподобное нечто высотой метра четыре, а то и больше. Худощавое, с тонкими и длинными конечностями. Всё тело было покрыто древесной корой. Из-под коры торчали кости и какие-то отростки. Монстр просто стоял и осматривал труп проводника. Немного пошебуршав по телу своей ветвистой рукой, нечто поняло, что сталкер мёртв. Утратив к трупу интерес, оно повернуло свою голову в сторону только что проснувшегося долговца. Увидев чёрные, как две большие впадины, глаза, долговец тут же вскинул Грозу и выпустил всю обойму в монстра. Пули, застревая в древесной коже, похоже, не нанесли никаких повреждений и совершенно не впечатлили чудовище. Боёк попятился назад, выстреливая одну обойму за другой, но это было бесполезно. Монстр, чуть накренив голову набок, посмотрел на сталкера и пронзительно запел. Долговец, выронив из рук оружие, упал на колени. Силы покидали его, и руки вместе с ногами становились ватными. Превозмогая усталость, он полз назад, пока не упёрся в танк. Почувствовав остов машины, он решил, что, может, получится укрыться внутри танка. Поднявшись на ноги, он трясущимися руками, цепляясь за броню, лез наверх. Монстр же даже не думал преследовать долговца, а просто стоял, наблюдая за тем, как тот взбирался на танк. Туман через минуту совсем настиг это место. Четырёхметровая фигура чудовища полностью растворилась во мгле. Добравшись до люка танка, боец «Долга», обернувшись вокруг, больше не заметил ничего: ни монстра, ни леса. И даже от танка можно было разглядеть разве что только люк на башне, над которым нависал сталкер. Аномалия добралась до него, и он был в её самом центре. Боёк затих на минуту, пытаясь понять, что происходит и как действовать дальше. Глухую тишину вокруг нарушил скрип люка под его ногами, что начал открываться.***
Произошла яркая вспышка, и лесной пейзаж сменился ярким звёздным небом. Это было первое, что Бродяга увидел перед собой, когда со всего маху влетел в Пузырь. А ещё что почувствовал, так это полёт. Всего мгновение полёта, а затем глухой и мгновенный удар. Резкая боль согнула его пополам, и Бродяга ещё какое-то время просто лежал и вслушивался в звуки вокруг. Ночная Зона всегда полна звуков. Шелест травы и листьев деревьев вокруг. Гул ветра. Где-то вдалеке разносился собачий лай. Возможно, слепые псы. Достаточно далеко, можно было не беспокоиться. Карканье ворон: но это уже ближе. Когда боль стихла, он открыл глаза и обнаружил себя на крыше старой автобусной остановки. Его выбросило в пространство где-то над ней. Удар, который почувствовал сталкер, был следствием падения с высоты нескольких метров о бетонные перекрытия остановки. Несмотря на это временное неудобство, Бродяга был рад, так как осознал главное. Он выбрался из этого проклятущего леса. Котёнок, до этого сидевший тихо, вдруг зашевелился и запищал. Высунул свою морду из-под плаща, а затем кубарем выкатился и уселся рядом, нюхая свежий ночной воздух Зоны. Чуть приподнявшись, Бродяга нашарил рядом тот злополучный контейнер с «Воландом», что за всё время путешествия стал уже почти родным. Опираясь на него спиной, сталкер уселся рядом. По телу пробежала такая приятная немота, как будто ему вкололи в спину добротный шприц с новокаином. Непосредственная близость с артефактом сказывалась. Приятная как раз потому, что спина от падения дико ныла. Но, ощупав себя, Бродяга убедился, что ничего не сломал. — Отдохнём немного и двинем к бункеру учёных. Ты даже не представляешь, как я устал, — разговаривал с котёнком сталкер. Тот, как будто всё прекрасно поняв, улёгся рядом и, закрыв глаза, принялся дремать. Или только делал вид, что дремлет. Сталкер не стал его тревожить и, чтобы не терять времени даром, достал ПДА Вектора. Тот был изрядно потаскан, и было видно, что повидал всякое. Интересно, чем занималась его группа, прежде чем попасть в аномалию. Практически все записи были зашифрованы. Но вот что привлекло особое внимание Бродяги. Все последние записи имели прошлогоднюю дату. То есть последняя запись датирована прошлым годом. Неужели группа не вела никаких записей в процессе исследований? Тогда о каких записях говорил Вектор? От размышлений Бродягу отвлекло голосовое сообщение, что пришло не абы от кого, а того самого долговца, который сопровождал группу. Сталкер долго рассматривал треснувший экран, прежде чем решил проиграть сообщение. Включив запись, он не услышал практически ничего, кроме тишины. Когда запись почти подошла к концу, раздался такой оглушительный крик, что динамики ПДА аж разорвало, а экран погас. Бродяга с перепугу аж выронил ПДА, и он с треском упал на бетонную плиту. Котёнок вжался в бетонное перекрытие и бешеными глазами смотрел на Бродягу. Это что должно произойти с человеком, чтобы он так кричал? Об этом Бродяга даже думать не хотел. Хоть Боёк и был сволочью, но заслужил ли он такую участь? В этом даже после всего произошедшего Бродяга был не уверен. Сжав покрепче ствол «Винтореза», сталкер закрыл глаза. Затем, придя в себя, огляделся вокруг. Остановка была на пустой и заросшей дороге. Отсюда было отлично видно весь Лиманский заповедник. Туда Бродяге больше не надо. Дальше дорога уходила влево и вела в Лиманск. Там тоже делать было нечего. А путь Бродяги лежал в противоположном направлении. В сторону озера Янтарь. Тут было уже не так далеко. Собрав всё вещи и засунув котёнка в рюкзак, он вышел на дорогу. И никого на горизонте. Вот и ладушки, вот и хорошо.__________
