benedictio deorum

Bitter choco decoration

I pretending ideal that everybody wants

Bitter choco decoration

I destroy my personality

(Bitter choco decoration-Pj Sekai eng. transl.)

-Подожди!-надрывистый голос уже начал окончательно срываться, раздаиваясь по царству Эвтюмии-стану сильнее! Я буду хорошим! Не оставляй меня, мама! Взгляд сиреневых глаз встретился с холодным лиловым. -Я не твоя мать. Всё поплыло перед глазами. Последнее, что он узрел-холодный взгляд и скатившуюся по щеке его обладательницы слезу.       Скарамучча резко открыл глаза, лежа в холодном поту. Эти сны.. нет, скорее кошмары начали ему сниться недели с три назад. А прошлое было для него самым страшным и отвратительным кошмаром из всех. Он отрекался от своей прошлой человеческой сущности, отдавая предпочтение своё жестокости и бесчувствию, что бы не испытывать более давней боли. Но всегда, всегда присутствовала в нём та часть, которую он всей своею душой презирал. И вот она как раз таки чувствовала. Чувствовала что-то кроме ненависти и апатии. Радость, печаль, тревогу, надежду.. всё это плескалось словно море, накатывая иногда волной при молочном свете луны. Эта часть была почти человеком. Быстро одевшись во что попало и совершенно наплевав на еду, он направился в Чащу Апам. Для Скарамуччи уединение было очень важной частью жизни, ведь это давало ему просто подумать. Что бы было просто не на кого срываться кроме себя. Забравшись повыше на одно из деревьев благодаря прыгучим грибам, он принял позу лотоса и погрузился в раздумья. Ему стыдно и противно признавать, чего, впрочем, он никогда не сделает, но навык медитации, который он перенял когда-то давно от материВельзевул действительно был полезен.       На самом деле, больше всего он подозревал именно Буер. Из-за неё в нём что-то трескается, что-то не так. По крайней мере за последние.. сколько же лет прошло? Он сбился со счёта. Он не помнил точного возраста, но последний, кто относился к нему хорошо был он. Но он ушёл. Он тоже предал его, впав в небытие. Буер.. она отличалась от тех, кто когда-либо был с ним. Она практически сразу дала ему полную свободу передвижения по Сумеру. Она полностью обеспечивает его, хотя давно могла просто выкинуть его на улицу без средств к существованию. Она говорит спокойно, нежно, словно мать со своим дитя. Она принимает его. А он.. он продолжает отталкивать её. Потому что страшно. Страшно пускать кого то в своё сердце вновь. Поток мыслей продолжил охватывать его, унося подальше от всех невзгод, при этом окуная в новые, известные только ему проблемы и страхи.       Скарамучча и не заметил, как солнце начало заходить за горизонт. Один из немногих плюсов его тела был в том, что он мог находиться в одном положении очень долгое время, не испытывая каких либо неудобств. Но вдруг он почувствовал чьё-то присутствие. И он догадывался, кто же вновь пришёл к нему. -Здравствуй-Нахида улыбнулась-вновь сидишь здесь один? -Какое тебе дело?-начал было огрызаться Скарамучча, но закусил губу, с удивлением понимая, что ей он хамить просто не хочет. -Мне есть дело. Так ты.. подумал над моим предложением?-она сразу перешла к теме, но быстро поменялась и аккуратно продолжила-я не собираюсь тебя торопить. Раздумывай столько, сколько тебе потребуется. -Я..-он не знал, что сказать. Первый раз за долгие годы он не хотел язвить и лгать. Эта девочка.. возможно, она действительно его понимала? Может, это того стоит? Может, он достоин помощи?-я не знаю, что мне делать, ясно?-Он, положив голову на руки, громко вздохнул. -Тогда.. давай заключим договор? Тебе ведь так будет проще?-он взглянул на Нахиду заинтересованным взглядом-ты хотя-бы попробуешь мне довериться. А если я тебя разочарую, ты сможешь уйти в любой момент, и я лично обеспечу тебе комфортное путешествие куда захочешь. Идёт?-она протянула ему свою ручку, выжидающе на него глядя. -Хорошо.. идёт.-они пожали друг другу руки в свете закатных лучей. Ветерок мягко подул, заставляя их посмотреть на уходящее солнце. Оно лизало своими последними лучами вершины гор и деревьев, оставляя земле своё последнее тепло перед тем, как уступить место ночи. Вышеупомянутый ветер трепетал их волосы. Говорить ничего не хотелось. Они просто созерцали то, что не могли бы увидеть другие. С этого дня кошмары отпустили его.