Мой сосед

Во рту было очень сухо, полжизни бы отдал за каплю воды. Я прикусил кончик языка, чтобы под ним выделилась слюна. Сглотнув слюну, я понял, что жив, но всё тело ныло, а уши почему-то закладывало. Попытавшись открыть глаза, я тут же их зажмурил: кругом было слишком светло, и под веками скопились слёзы. И вдруг меня погладили по волосам. Господи. Надеюсь, это не доктор решил меня приласкать? Я повернул голову влево, как бы уходя от прикосновения, и всё-таки открыл глаза. Перед моим взором возникло маленькое овальное окно. Ни черта не понимаю. А повернув голову вправо, я, мягко говоря, охуел. Рядом со мной сидел Тэхён. Он улыбнулся и привычно погладил меня по щеке. Если это сон, то пусть бы он длился вечно. Я попытался приподняться, но у меня закружилась голова и появилась боль в боку. — Ш-ш-ш, тише, а то швы разойдутся, — как же я скучал по его голосу. — Я… кхм, — во рту всё ещё было сухо, я чуть не подавился, и Тэ протянул мне стакан воды с трубочкой. Пока я пил, глаза окончательно привыкли к свету, и я осмотрелся. И не мог поверить в то, что вижу. — Мы что, в самолёте?! — Да. — Но… я не понимаю… — я опять попытался встать. — Лежи спокойно! — в голосе Тэхёна появились стальные нотки и он довольно ощутимо прижал руку к моей груди, не давая подняться. В очередной раз я убедился, что ещё плохо знаю его. — Но я хочу понять… — Успокойся, я всё расскажу. Через минуту, — и, снова улыбнувшись, Тэ прижался к моим губам. — Ммм, — его губы были такие тёплые, требовательные. Я нашёл в себе силы и поднял руку, надавливая на его затылок, чтобы продлить поцелуй. — Как же мне этого не хватало. Ну так что, чёрт возьми, здесь происходит? — Начнём с того, что ты мёртв. Официально. Чон Чонгук скончался в тюремной больнице от колотой раны вследствие большой кровопотери. — Подожди, а как же… — Ну что ты такой нетерпеливый? — Тэхён накрыл мой рот ладонью. — Дай я закончу, все вопросы потом. Я сразу решил, что вытащу тебя, а когда придумал каким образом, всё рассказал Намджуну. Самой главной проблемой были документы. На свободе нужен паспорт, причём такой, с которым не будешь трястись от страха на каждой таможне. А значит, паспорт нужен настоящий — новое имя, новая личность, страховка и прочее. Джун разузнал, что единственный знакомый нам человек, который мог это устроить — Бан Лихун. Лишь у него такие связи. — Вот дерьмо! — Мы тоже так подумали. Поэтому и пришлось столько ждать. Бан вышел из комы лишь в прошлом месяце, — Тэхён снова подал мне воды, на этот раз без трубочки, и сунул обезболивающую таблетку. Видимо, понял по моему лицу, что головная боль меня доконала. — Тэ, помоги мне. Он взял меня за руку и немного приподнял, чтобы переместить спинку кресла, дабы я смог принять полусидячее положение. — Я тут же направился в больницу к Лихуну, но меня не пустили его люди. Я жутко разозлился и… — Набросился на них? — я не смог сдержать смех, представляя, как Тэ воюет с подручными мафиози. — Очень смешно. Я что, по-твоему, идиот? Мне пришлось вернуться попозже, но уже с Намджуном. Оказывается, он здорово умеет убеждать. Нам никого не пускал в палату, и я смог спокойно поговорить с Бан Лихуном, ничего не утаивая. Надо признать, мужик он справедливый — поверил и сразу же согласился помочь. Кстати, в него действительно стрелял Шихёк. Бан предложил ему обратиться в больницу, так сказать, за психологической помощью, ну, Шихёк и взбесился. Если честно, то мне его жаль. Тяжело принять тот факт, что в тебя стрелял собственный сын. Да ещё и узнать, что он умер. Не представляю, что он чувствует. — Ничего. Лихун крепкий мужик, справится. — Надеюсь. Что касается свидетельства о смерти, то тюремный врач слегка разбогател. Всё, что ему нужно было сделать — это закрыть глаза, когда на койку вместо тебя положили мёртвое тело. Так что, зафиксировав твою смерть, он почти не врал. И я думаю, через часок, упростив процедуру, тебя кремируют, а Намджун приедет за твоим прахом. — А если врач пойдёт на попятную? — Сомневаюсь. Он получил деньги, а чуть позже найдёт работу получше этой. — Погоди. А откуда тело? — Ты помнишь Пак Богома? — Тэ деловито дотянулся до пледа и прикрыл мне ноги. Я действительно немного замёрз. И как он всё чувствует? — Богома? С которым я служил? — Да. И которому спас жизнь, — Тэхён взял меня за руки, проверяя, холодные ли они. А у меня в груди потеплело от его заботы. — Мне не пришлось его уговаривать. Пак был рад помочь. Он работает в большом медицинском центре, у них в морге много бездомных и невостребованных. Так что он быстро нашёл тело. А этой ночью я привёз его в тюрьму и забрал тебя. Между прочим, я совершенно свободно проехал! Мы дождались, когда будет смена знакомого охранника Намджуна — он отключил камеры. Знаешь, я поражаюсь, откуда у него так много знакомых? Я ещё могу понять, что связывает его с охранником, но что у него может быть общего с парнем в тюрьме? И неужели люди так боятся его, что согласны на всё? — Не поверишь, но это услуга за услугу. Намджун никогда не угрожает и не заставляет — лишь просит. И люди с удовольствием помогают, потому что когда-то сами получили от него неоценимую помощь и поддержку. — Это хорошо. Но для меня главное, что я смог тебя вывезти. — Ну вот, а я был в отключке и всё пропустил. — Ты был не в отключке, а спал. Парень, который тебя пырнул, вколол тебе снотворное. — Вообще-то, можно было всё мне рассказать, и я бы изобразил обморок. — Прости, Чонгук, — Тэ потрепал мои волосы и улыбнулся, — но актёр из тебя хреновый. Тебя не должны были видеть с этим парнем. Ну, а письмо с подробным описанием плана, сам понимаешь, я тебе отправить не мог. — И у меня для тебя ещё одна хорошая новость. — Юнги? — я затаил дыхание. — Да, — Тэхён крепко сжал мою руку и переплёл наши пальцы, — его уже перевели из реанимации, но пока он ещё слаб, предстоит долгое лечение. — Вот старая живучая лиса! — я не смог сдержать улыбку — только сейчас понял, как сдавливало грудную клетку от беспокойства. — Вы обязательно увидитесь позже. Мы вернёмся, когда всё подзабудется. — А куда мы летим и что это за самолёт? — Ну, самолёт предоставлен компанией Бан Лихуна, а летим мы в Париж, у меня там дом. — Тэ, а как же университет, твоя работа? — Да плевать на неё. У меня есть кое-что поважнее. Помнишь, мы мечтали о путешествии? Я думаю, сейчас самое время. Пока придёшь в себя, мы поживём в Париже, а потом я планирую показать тебе всю Францию — она потрясающая. — Тэхён. Я поверить не могу, что ты для меня сделал. — Не только я, ещё Намджун и… — Да, но я не ожидал такого, — Тэ немного покраснел. — Прости, я ведь тебя обидел, послал. — Чонгук, перестань. То, что ты пытался со мной расстаться, было очень благородно, но твоя бравада меня не убедила. Ты серьёзно думал, что я оставлю тебя в тюрьме? Да если бы наш план не сработал, я бы, ломая стену, въехал туда на танке и забрал тебя. — Оу, даже так?! — я притянул профессора за ворот рубашки и лизнул его губы. — И мы бы удирали от полиции, как Бонни и Клайд? Только на танке? — Бонни и Клайд по сравнению с нами — сосунки, — Тэхён прикоснулся своими губами к моим, и они непроизвольно приоткрылись. — Мы круче, да и мой Банни горячее — и он нежно прихватил мою нижнюю губу. Как же я скучал по нашим поцелуям. Я провёл языком по кромке его зубов, а Тэ поймал мой язык и начал его посасывать. Засранец, ведь знает, что меня это заводит. Я почувствовал, как по телу пробежала дрожь, а в паху знакомо потяжелело. Тэхён попытался медленно отстраниться, но я не хотел разрывать поцелуй и чуть прикусил его губу, чтобы удержать. У него вырвался стон, опалив мои губы горячим дыханием, и я всё-таки отпустил его. Мы смотрели друг другу в глаза и понимали, что все это время сходили с ума. Не имея возможности общаться, прикасаться, да просто быть рядом. Нам обоим тяжело далось расставание. Тэ покосился на мой стояк: — Даже не думай об этом. Пока рана не заживёт, никаких упражнений. Четыре месяца воздержания давали о себе знать. Мне оставалось помолиться о скорейшем выздоровлении, ибо я собирался наверстать упущенное. Теперь меня зовут Ким Чонгук. Тэ не стал менять моё имя, оно ему нравилось. Он пошутил, что теперь в зависимости от обстоятельств, мы можем притворяться мужьями, братьями, родственниками, ну или просто быть однофамильцами. Лично меня устраивал первый вариант. Я сделал Намджуна официальным партнёром, а ещё он теперь новый босс — мне на работе светиться не стоит. Так что, формально не имея работы, я имею доход. Неплохо. Кстати, Намджун пригласил ту девушку из супермаркета на свидание, но не через два месяца, как пророчил Юнги, а… через три с половиной. Что странно: девушка дождалась. Мы остановились в маленькой уютной гостинице на окраине Бордо. Тэ был прав, Франция оказалась великолепна. По всему номеру плыл яркий аромат роз, но не из-за цветов. У нас закончилась смазка, а в ванной — слава тебе Господи! — оказалось масло для массажа. Почти весь день я был за рулём, мы осматривали достопримечательности, и у меня немного побаливала спина. И сейчас, после бурного секса, Тэхён делал мне массаж, сидя верхом на моей заднице, и втирал масло в плечи. Я лежал в позе звезды и наслаждался — у Тэхёна всё же волшебные руки. Он пересел чуть ниже и прошелся костяшками пальцев вдоль позвоночника, надавливая где нужно. И мои ягодицы не обошёл стороной. Я уже почти заснул, но вздрогнул от тихого стона, сообразив, что издал его я. Пальцы Тэ вовсю блуждают между моих ягодиц? Я чувствовал, как он потирает моё расслабленное отверстие, и подумал было остановить его, но нервные окончания так приятно покалывало, что мне хотелось только одного: чтобы он продолжал свои манипуляции. И ещё я понял, что несмотря на усталость, снова завожусь — всё тело покрылось мурашками. Я выплыл из неги, когда понял, что Тэхён просунул в меня палец на одну фалангу. — Эй, ненасытный! — я свёл ноги вместе и услышал позади смех. Тэ накрыл меня своим телом и зашептал на ухо: — Кто бы говорил, — он потянул зубами за мочку уха, а затем припал влажными губами к моей шее, оставляя засос. — Что будем делать вечером? — было так приятно ощущать на себе вес его горячего тела. — Может шахматы… на раздевание? — даже не видя его лица я чувствовал ухмылку в голосе. — Н-е-ет, я опять проиграю, как вчера. Давай я просто не буду одеваться, — я еле сдержал улыбку, вспоминая нашу вчерашнюю партию. — Жаль, Гуки, — Тэхён заразительно рассмеялся, — ты был такой милый, когда пытался сосредоточиться на игре, будучи в одних носках. Легко соскользнув с моего масляного торса, он звонко шлёпнул меня по заднице и улёгся рядом на боку. Сильные пальцы массировали голову, шею, перебрались на плечо, прощупывая кончиками вязь татуировок. Он не сразу заметил, что я наблюдаю за ним: за мягкой, лёгкой улыбкой; тёплым взглядом карих глаз. — Чонгука, всё хорошо? — между бровями залегла хмурая складка. — Угу. — О чём ты думаешь? — О том… о том, что в моей жизни было много плохого… — Эй, Гуки, ну зачем ты, — он обеспокоенно приподнял голову, — ведь теперь всё хорошо и… — Тэ, дай договорить, — я коснулся пальцами его подбородка, — нет, в моей жизни было хорошее, но и много плохого. Но сейчас, я думаю о том, что каждый дерьмовый момент вёл меня к тебе. И я благодарен судьбе. Вот о чём я думаю. В его взгляде было столько всего намешано. Мне казалось, что он сейчас ухмыльнётся или от неловкости момента скажет, что это слишком приторные слова, но он просто смотрел на меня и смущённо улыбался. Плакать он конечно не собирался, но в его глазах отчётливо блестела влага. Я притянул его к себе и крепко обнял. А ещё — я не стал говорить об этом вслух — меня переполняло безграничное счастье, но думаю, Тэхён и так это чувствовал.