Team B

Это больно - быть в тени других людей, больно после каждого выступления слышать замечания и глотать ком в горле, пытаясь удержать жгучие слезы внутри, больно и страшно... Юнхен каждый день остается в компании допоздна, пытаясь хоть на йоту улучшить свои навыки, как в танцах, так и в пении, но если парни по группе говорят, что есть сдвиги в положительную сторону, и постоянно теребят его по волосам в знак одобрения, то директор Ян настроен диаметрально противоположно. Поэтому не остается ничего другого, как продолжать, превозмогая усталость, тренироваться и еще раз тренироваться... А по ночам без сил падать на кровать и забываться кратким и беспокойным сном. - На фоне остальных ты незаметен... Он слышал об этом не раз, но пока не в силах изменить данную ситуацию, как бы не старался. Ханбин постоянно твердит им: "Не халтурьте, даже если вас позади остальных не видно!" Он всегда учит их делать все на уровне, требует оттачивать движения до идеальных, и Сон старается, ведь он не имеет права подводить остальных. Кто знает - может, еще одного шанса у них не будет, поэтому он танцует и поет на каждом концерте как в последний раз, но судьи то ли не обращают внимания на его потуги, то ли он, и правда, незначительная личность в команде. Других причин он не видит. Биты музыки наполняют комнату, а он старается попасть в ритм и выполнить пару танцевальных движений, но из-за тяжелого трудового дня руки и ноги плохо слушаются его, отдаваясь на любое резкое движение ноющей болью, отчего лицо искажается гримасой... Но Юнхен лишь кривит губы и упорно продолжает тренировку, которую можно назвать больше пыткой. В ушах звенит, предметы начинают плыть перед глазами, но, на мгновение зажмурившись, он качает головой из стороны в сторону и еще яростнее пытается сделать пару сложных разворотов, будто доказывая самому себе, что нет ничего невозможного. "Ты сможешь", - мысленно проговаривает вокалист, поправляя кепку на голове, невольно вспоминая, как эту фразу часто повторял Чжинхван, помогая Юнхену освоить азы в танце и пении, когда он только присоединился к группе. Всю предыдущую жизнь он был уверен, что непременно станет актером, будет сниматься в рекламе и ситкомах, но все произошло не то чтобы с точностью до наоборот, но и не так, как он планировал. Потому нет времени быть мямлей, ведь очень много всего на кону - большая ставка, определяющая будущее. Но сражение против своих же друзей... Это ранит и выбивает из колеи, это кажется противоестественным, но и уступать не хочется. Глупая гордость или дух соперничества - сложно сказать, что движет ими больше. Сон вытирает тыльной стороной ладони испарину со лба и пытается улыбнуться собственному отражению в зеркале, но получается лишь оскалиться, поэтому он решает бросить это гиблое дело и продолжает тренировку, сосредотачиваясь только на движениях и игнорируя мимику. В голову приходят мысли о прошлой битве, когда во время тренировки его похвалил сам Квон Джиен. Тогда он, и правда, был горд собой и чувствовал, что может покорить любого, но после выступления перед судьями он наблюдал сплошной игнор в свою сторону, от которого внутри все противно сжималось, а сердце каждый раз, когда кто-то брал микрофон в руки, противно ныло в ожидании чего-то, но... ничего не произошло. При этих воспоминаниях становится как-то пусто, а чувство никчемности начинает зашкаливать, грозясь вылиться в истерику, но, прикусив губу, Юнхен, не выключая музыку, прислоняется спиной к прохладной поверхности зеркала и глубоко дышит. Ему всегда кажется, будто стоит еще каплю потрудиться, приложить чуть больше усилий - и получится не хуже, чем у остальных. А после медленно приходит осознание - все совсем не так. Жизнь - вечная борьба, вечная тренировка. Ему страшно. Ребята говорят, что дальше будет еще сложнее, что будет много трудных моментов, которые придется пережить... Если он выдыхается сейчас, то как быть дальше? Он прижимает колени к груди и опускает на них голову. Неторопливо считает до десяти, как в детстве учила мама, говоря, будто это помогает успокоиться и начать трезво мыслить... Сейчас, даже если и не помогает, он продолжает это делать. Все тело покалывает, но Юнхен пытается не акцентировать на этом свое внимание, только обнимает себя за плечи, начиная напевать себе под нос песню, с которой им предстоит выйти на очередной раунд. Как стать весомым звеном? Как помочь своей команде? Как не тянуть всех назад? Как совладать с самим собой? Он постоянно пытается найти ответы на эти вопросы, но постоянно заходит в тупик в своих размышлениях, потому и тренируется ежедневно, стараясь забыться, отточить все до автоматизма, чтобы в нужный момент тело не подвело, ведь все, что он может сейчас - выкладываться вдвойне. - Так и думал, что найду тебя здесь, - раздается над его ухом голос, в котором сквозят нотки тепла и радости. - Поздно уже, домой не собираешься? - Просто хотел еще раз повторить танец и все, - устало отвечает вокалист, поворачивая голову в сторону Чживона, натыкаясь взглядом на приветливую улыбку. - Охотно бы поверил тебе, но чутье подсказывает, будто бы мне не стоит с тобой соглашаться... Опять раскис. Рэпер даже не спрашивает, а утверждает об этом, обнимая одной рукой расстроенного Сона, чувствуя, как в груди неприятно ноет от чужой боли, которая отчего-то ощущается, как своя собственная. - В чем дело? И не заливай, будто бы все хорошо, я на такое не ведусь, - сжимая плечо одногруппника, усмехается Бобби, чуть встряхивая того, пытаясь приободрить. А Юнхен отмалчивается. Он родителям-то не рассказывает о том, что творится на душе. Ему хочется быть достаточно сильным, чтобы пережить данный период жизни самостоятельно, не доставляя никому проблем... То ли это юношеский максимализм звучит внутри него, то ли что-то еще - он и сам не знает ответа. Но искренность Чживона действует слишком подкупающе, а еще теплая ладонь, аккуратно прижимающая его к рэперу, становится весомым доводом. Быть или не быть? Рассказать или промолчать? - Я не хочу быть слабым звеном, не хочу тянуть группу вниз, быть балластом и обузой для остальных... Директор дал довольно четко понять, что пока мои желания не совпадают с действительностью, поэтому мне стоит приложить еще больше усилий. Поэтому я прихожу сюда после совместных тренировок... Видимо, оттого же и выгляжу днем гаже обычного, но такова плата за возможность, за один шанс дебютировать... Так что незаметных звеньев быть не должно, ведь их легко заменить на более прочный и яркий сплав. Юнхен замолкает и удрученно смотрит на носки кроссовок, чувствуя, как сердце предательски громко стучит о ребра, грозясь вырваться наружу, а в горле опять стоит противный ком, жгущий и вызывающий горечь до слез. Он смог признаться Чживону в том, в чем порой боится признаться себе, произнес вслух слова, от которых пытается убежать... А в ответ он слышит только тихий смех, когда чужая рука с силой сжимает его плечо. - Дурак, все совсем не так. Мы вместе добьемся всего, ты не слабое звено, не дефектный или... что ты там еще себе напридумывал... Даже не смей думать об этом, ведь если бы это было так, то разве выбрал бы я тебя? Бобби неторопливо прижимается носом к щеке Сона и ведет им вдоль скулы, зарываясь ненадолго в его волосы, чтобы после легкими, почти невесомыми поцелуями спуститься к губам и чмокнуть сначала в верхнюю, затем в нижнюю, так ненавязчиво, просто обозначая свое присутствие рядом и безмолвную поддержку. - Ты одна из составляющих частичек, которые составляют единство, именуемое "TEAM В". Через секунду Чживон добавляет, стараясь произнести фразу как можно серьезнее: - А еще ты самая яркая звезда для меня. Теперь Юнхен уверен - он справится, сколько бы времени и сил на это не ушло. Ночью, когда ты будешь смотреть на небо, ты увидишь мою звезду, ту, на которой я живу, на которой я смеюсь. И ты услышишь, что все звёзды смеются. У тебя будут звёзды, которые умеют смеяться!