Идеальный шторм

.

Namjoon

- Зачем ты приехал? Намджуну, кажется, впервые становится стыдно. А еще – таким беззащитным и хрупким Хану он тоже видит впервые. - Мне стало так плохо.. - Поэтому ты нанюхался кокаина, как в старые добрые? От тебя же за километр несет всем этим.., - мальчишка не знает, какое именно из слов будет правильным, от того лишь устало прикрывает глаза, не желая давать состоянию Намджуна какое-то конкретное определение. - Почему ты меня бросил? - Что? - Почему ты ушел, когда ты мне так нужен? Почему сказал что любишь, а затем оставил меня со всем этим? - Намджун.. - Я знаю, что тебе больно. Но мне тоже.. больно. Почему ты меня оставил? - Потому что я – не тот, кто тебе нужен. - Это не тебе решать. - Намджун, я тоже имею право выбирать. Я тоже имею право быть счастливым. - Ты был несчастен со мной? Намджуну бы остановиться и прекратить давить на Хану, но живущий внутри эгоист никак не может успокоиться, не получив свое. - Намджун, я очень устал. Это был не лучший день. Давай отложим этот разговор? - Снова попросишь оставить тебя? - Попрошу дать мне поспать хотя бы этой ночью. - Я прихожу к тебе, а ты снова меня гонишь. Что же это за разновидность любви такая? Намджун слишком поздно замечает блеск в уголках глаз, но слова уже сорвались с губ, сумев ранить даже глубже, чем должны были. - Я все равно не буду спорить с тобой сейчас. И я не прогонял тебя, ты можешь остаться. Отпусти водителя домой и ложись спать. Тебе и без того будет завтра плохо. Слишком мудро со стороны довольно юного паренька потушить разгорающееся пламя всего лишь парой нужных слов, переступив в очередной раз через себя. Стоит ли такая любовь хоть цента? - Почему все бросают меня? – Намджун пытается сориентироваться в незнакомом месте, ища для себя комнату или хотя бы диван. – Почему говорят, что я важен, а потом бросают? - Я все еще слышу тебя. Это мешает. - Я хочу воды! – повышает голос Ким, - Где чертова кухня? Я тут впервые, вообще-то! Мог бы и повежливее.. Хану тяжело вздыхает, прежде чем подняться с постели и вернуться в прихожую. - В моем доме есть свет, иногда, если им пользоваться, то можно найти все необходимое без лишней помощи. Смотри, это – кухня, - ведет за собой Наму, зажигая в квартире свет. – Вот холодильник, в нем есть вода. А сразу за кухней комната, можешь расположиться в ней. Ванна одна, но тоже имеется, прямо напротив. А я в соседней комнате. - Хочу спать с тобой, - капризно поджимает губы тот. - Тебе пять лет? - Ты прекрасно знаешь, сколько мне лет. И это никак не связано с тем, что я хочу спать с тобой. - Просто пей свою воду, - Хану выходит из кухни, не желая больше припираться. Намджун ведь все равно сделает по-своему. Что и подтверждается десять минут спустя, когда мужчина, наскоро приняв душ, забирается к нему, сгребая в объятия и утыкаясь в макушку носом. - Спокойной ночи, - прижимается сильнее, позволяя себе, наконец, расслабиться. Хану в который раз позволяет себя уговорить, возвращаясь на следующий день вместе с Намджуном в Сеул. Лишь просит утром заехать по дороге в клинику, чтобы навестить мать и внести очередной платеж, не позволяя Намджуну даже выйти из машины. В которую возвращается спустя каких-нибудь десять минут с явным на лице удивлением. - Какие-то проблемы? - Впервые за все это время какой-то спонсор вдруг решил оплатить лечение за целых два месяца. - Весьма щедро. - Твоих рук дело? – Хану разворачивается в пол-оборота, глядя Намджуну в глаза. – Я ведь просил тебя не вмешиваться. - Я ничего не сделал, - вскидывает в защитном жесте руки тот. – Честное слово. - Намджун. - Хочешь, я прямо сейчас узнаю имя спонсора и набью ему лицо? Хану улыбается, впервые за долгое время позволяя себе эти эмоции. Не верит ни единому слову, но все же признается себе, что ему (где-то очень глубоко внутри) это даже приятно. Намджун позаботился о его проблемах, при этом найдя способ не делать это самому. - Я буду работать сверхурочно, чтобы закрыть долг. - Просто не бросай меня. Этого хватит. И никто из них не знает, касается ли эта просьба данного конкретного промежутка времени, и сможет ли и сам Намджун не оставить его однажды, только от чего-то Хану очень хочется ему сейчас поверить, что он себе решает все же позволить, переплетая их руки в следующую минуту.

***

Говорят, что правильного выбора в итоге не существует, мы просто следуем тому, который сделали, оставаясь наедине с последствиями того или иного поступка. А еще говорят, что выбор есть всегда. Но возможно ли, чтобы ни один из них тебе не нравился? Намджуну все больше кажется, что в какую бы сторону он ни шел, все равно в конце поймет, что ошибся. Он вернул Хану, добившись вновь того, что для него самого было удобным, а после с головой ушел в работу, все чаще оставляя мальчишку в одиночестве. Вновь загонял себя все большим количеством проектов, не оставляя времени для мыслей о Чимине. Хотя и сдерживался с огромным трудом от хотя бы короткого телефонного звонка. Но он обещал. А данные собою обещания привык сдерживать.

@KNJ_ Какие планы на вечер?

@thegooD_thebaD Нужно закончить очень важный проект.

@KNJ_ Давай фильм посмотрим?

@thegooD_thebaD Хочешь в кино?

@KNJ_ Можно и в кино.

@thegooD_thebaD В твоей квартире отличный кинотеатр

@KNJ_ В моей другой квартире он еще лучше (прикрепляет адрес) Жду тебя там вечером.

Намджун решил попробовать сделать еще один шаг. Решил впустить Хану на свою территорию еще дальше, быть может, из этого выйдет что-то? Наверно, он устал себя мучить несбыточными мечтами о человеке, который его никогда не выберет. Как бы ни сложились обстоятельства. - Добрый день. Это Ким Намджун. Я бы хотел заказать доставку ужина на вечер. И вино. Да, то самое. Пожалуйста, пусть все будет доставлено к восьми. Нет, звоните мне напрямую в случае каких-то вопросов. Благодарю. Отключает звонок, раздумывая, стоит ли преподнести Хану какой-то подарок, но опасается получить его обратно, возможно, не самым вежливым образом, от того решает пока остановиться на ужине и фильме. И своем доме. - Может, слетать с ним в Японию на пару дней? – вопрос, заданный самому себе, остается без ответа, но Намджун не собирается с этим откладывать, вспоминая, что в ближайшие пару недель там должна будет открыться выставка. Хану не любит опаздывать и ровно в восемь тридцать в дверь раздается звонок, сообщающий о его приходе. - Я ведь не опоздал? – скромно мнется на пороге мальчишка. - Даже если бы опоздал, ожидание того бы стоило. Входи. Намджун распахивает дверь шире, пропуская того внутрь, и по одному лишь взгляду понимает, как сильно он впечатлен. - Идем, там ужин и выберешь фильм. Сначала только ванну тебе покажу. Я там, - Намджун слегка лохматит волосы на затылке, - оставил для тебя сменную одежду. В общем, не торопись, я тебя жду. Мальчишка лишь удивленно кивает, оставляя в коридоре рабочую сумку, и направляется в ванну, желая поскорее со всем разобраться. А Намджун открывает вино, разливая по бокалам, и делает первый глоток, словно желая снять нервозность. - Ого, - присвистывает Хану, разглядывая стол. – Зачем так много? - Не знал, что именно ты захочешь, поэтому взял всего понемногу. Проходи. - Пожалуй, тут все, что я люблю. Спасибо. Мне приятно, что ты запомнил, - Хану слегка смущается, принимая бокал из рук Намджуна и присаживаясь за услужливо отодвинутый стул. – Я думал, перекусим за просмотром. - Я никогда с тобой не ужинал вот так. Хочу немного поговорить, а потом перейдем и к фильму. Давай попробуем по нормальному? Вопрос срывается с губ, заставляя Хану поперхнуться напитком. - Что ты имеешь в виду? - Хочу быть с тобой. Из разряда тех самых людей, которые называют себя парой. Нормальной парой. Буду следовать всем твоим указаниям. И обижать тоже не буду. Ты согласен? Согласен ли он попробовать быть с человеком, в которого влюблен до беспамятства, оставаясь навсегда вторым в его сердце и мыслях? Хану согласился бы и на меньшее, лишь бы только Намджун никогда его не оставлял. - Я уже давно согласен на все, даже если ты совсем ничего мне не предложишь.

Jungkook & Jimin

Чонгук обещает Чимину написать, чтобы назначить встречу, но по прошествии нескольких дней все еще томит мальчишку ожиданием. Ему очень страшно открываться перед ним. И самым большим оказывается страх предстать перед Чимином слабым. Человеком, не способным справиться со своей жизнью. Точнее с тем, что от нее осталось. Чимин ведь тоже так и не сказал ему, почему он здесь. Как нашел его. И как много о нем знает. Потому что история о написании книги звучит, конечно, интересно, но хочется более развернутого и правдивого ответа. А еще, Чонгук был почти уверен, Чимин знал о нем больше, чем показывал. Знал, но говорить об этом, от чего-то, не торопился. - И зачем же ты на мою голову свалился? Жизнь иногда слишком сильно бьет нас по и без того незаживающим ранам, но сейчас Чонгуку казалось, будто он самовольно хотел этой боли. Хотел узнать Чимина, хотел наблюдать за тем, как мальчишка работает. Хотел увидеть себя его глазами.

@nobody Давай завтра встретимся?

@Mini_JM Только не говори, что вновь на том же месте..

@nobody Тебе не понравился мой маяк?

@Mini_JM Кажется, ему не понравился я. Немного приболел с тех пор.. И Чонгука вдруг накрывает чувство вины, как если бы этот человек был ему довольно близок.

@nobody Можешь прислать свой адрес?

@Mini_JM Мне стоит тебя опасаться?

@nobody Я так не думаю. Жду

Чимин колеблется каких-нибудь пару минут, все же отправляя после Чонгуку свои координаты. Ложится после спать, теплее кутаясь в плед, все еще ощущая неприятный озноб. Проваливается в сон практически сразу, наблюдая какие-то странные картинки, вызывающие не самые приятные эмоции. Словно это он на краю обрыва, разделяет свою жизнь на «до» и «после», выбирая между новым днем и болезненным прошлым. Выбирая между собой и кем-то еще. Кем-то, чье лицо он никак не может разглядеть, хотя и уверен, что наверняка этого человека знает. Настойчивый стук в дверь выдергивает Чимина из сна, за секунду до момента, когда он увидит то самое лицо. Кажется, его состояние ухудшилось, и он с трудом отрывается от дивана, медленно направляясь к двери. - Чонгук? Кажется, время замирает, когда на пороге перед ним возникает его доктор. Не спрашивая, проходит внутрь, кивком показывая мальчишке вернуться в горизонтальное положение. - Я решил, что не могу позволить тебе умереть, пока ты не написал обо мне свою книгу. Ложись, я тебя осмотрю. - Не беспокойся, это простая простуда. - Позволь мне решить. Небольшая сумка со всем необходимым вырастает перед глазами, когда Чимин укладывается на диван. Чонгук уточняет, может ли посетить его ванну, а после оставляет его на короткое время, чтобы унять небольшую дрожь. Для человека, перенесшего операцию на сердце, каждый такой раз не является чем-то, не требующим внимания. - Мне нужно осмотреть тебя. Расскажи, у тебя есть какие-либо заболевания? - Нет, ничего такого. Я просто легко простужаюсь, не более. - Давай-ка температуру измерим. Чонгук прощупывает его пульс, пока ждет характерный звук от градусника, а Чимин устало прикрывает глаза, чувствуя неприятную ломоту в теле. - Температура довольно высокая, сейчас приготовлю лекарство. Поспи потом. Больше Чонгук ничего не говорит, молча отправляясь на кухню, чтобы поставить чайник. Решает, что если до вечера ситуация не изменится, то вызовет скорую для перестраховки. - Не очень вкусно, - морщится Чимин, выпивая поднесенное лекарство. - Если будешь слушаться, отведу в кафе. Смущение. Чимину приятно, что хотя Чонгук и оказывается довольно скупым на эмоции, он проявляет гораздо большую заботу, чем те, кто пользуется лишь словами. - Спи, - Чонгук кивает на подушку, собирая свои вещи. - Не уходи, - просит шепотом Чимин, проваливаясь в сон. - И не собирался, - хмыкает Чонгук, отвечая так же шепотом. Отправляется на кухню, ополаскивая посуду, а после заглядывает в холодильник, натыкаясь на пустые полки. Знает, что не должен, но ноги сами ведут в прихожую, не позволяя совести оставить мальчишку без еды. - И откуда только в тебе все это, Чон Чонгук? – находит ключи от квартиры и тихонечко прикрывает дверь, отправляясь в ближайший супермаркет. Даже на покупку самого необходимого уходит довольно прилично времени, но Чимин все еще крепко спит, когда Чонгук возвращается обратно, занося покупки на кухню. Проверяет его температуру легким касанием, ощущая хоть и жар, но уже не такой сильный. И принимается за готовку, стараясь двигаться как можно тише. Спустя еще несколько часов решает все же разбудить Чимина, заставляя того съесть хотя бы небольшое количество бульона. - Как ты себя чувствуешь? - Немного лучше, но тело все равно ломит. - Это потому что ты долго упрямился. - Ты не ушел, - как-то неожиданно замечает Чимин, отправляя в рот очередную порцию бульона. - Не ушел, - зачем-то подтверждает очевидное Чонгук. – У тебя холодильник совсем пустой, с голоду умереть решил? - Сил не было вниз спуститься. Да и аппетита тоже. - Ничего, скоро это пройдет. Посмотрим фильм? - Посмотрим. Чимин, кивая в знак благодарности, передает Чонгуку пустую посуду, а после, на слегка пошатывающихся ногах, отправляется в ванну, чтобы хоть немного привести себя в порядок. - Выбери что-нибудь, я сейчас. Умывает лицо и чистит зубы, не желая выглядеть совсем уж запущенным, и вскоре возвращается обратно, скромно протягивая Чонгуку чистые домашние вещи. - На случай, если тебе некомфортно, - отвечает на недоуменный взгляд, и сам не понимая, для чего это сделал. - Спасибо, - Чонгук удивлен, но от чего-то это ощущение кажется ему приятным. – Тогда переоденусь, если ты не против. Торопится в ванну, скидывая с себя одежду и действительно ощущая комфорт, переодеваясь в домашние вещи Чимина. Они не совсем его размера, но довольно удобны, и это тоже вызывает какие-то странные ощущения. - Если устанешь – скажи, - просит по возвращении, - я сразу выключу. - Все в порядке. Чимин устраивается поудобнее, подкладывая руку под подушку, а Чонгук размещается на полу, запуская фильм. И уже через каких-нибудь сорок минут слышит мерное сопение Чимина, задерживая на нем взгляд дольше положенного. Тушит везде свет и убавляет звук, раскидывая на полу покрывало и добавляя подушек. Ему не привыкать спать вот так, без особых удобств (за годы, что прожил, словно в забытье, он мало думал о своем комфорте), а находясь рядом с этим парнем он словно вообще забывает о чем-либо. Проверяет его температуру, решая все же Чимина разбудить, чтобы дать очередную порцию лекарств, а после вновь укладывается рядом, наблюдая, как тот засыпает, хмуря лоб. Невольно касается рукой, разглаживая морщинки и замирает от следующего жеста, когда Чимин перехватывает его руку, сжимая в своей. Это странно и неудобно, но Чонгук не решается ее убрать, так и засыпая часом позднее.

***

- Расскажи, как это будет? - Как я напишу о тебе книгу? - Ну да. Я просто должен что-то рассказывать? - Да. Должен вдохновлять меня. Чимин улыбается, сидя в кафе за столиком напротив. Чонгук намеренно занял соседний столик, делая вид, что они только друг друга узнали. Прошло около двух недель с того дня, когда Чонгук заботился о Чимине. С тех пор они ни разу не заговорили о произошедшем. Сегодня Чонгук решил начать все с чистого листа. - Как часто мы должны будем видеться? – Чонгук неспешно допивает свой кофе, разглядывая Чимина. - Я могу работать в любое время, вдохновение ведь непредсказуемая вещь. Так что ты должен быть готов к моим ночным звонкам и спонтанным вопросам. Или появлениям. - Я буду положительным или отрицательным героем в твоей истории? - А каким ты сам хочешь быть? Чимину странно, но все больше ловит себя на мысли, как сильно ему интересен этот человек. - В своих глазах я навсегда останусь отрицательным. Злодеем, не сумевшим уберечь самое дорогое. - Тогда, быть может, позволишь миру увидеть тебя моими глазами? - Только не говори, что в них я выгляжу хорошим, - Чонгук морщится, словно кофе вдруг становится с привкусом горечи. - Вряд ли злодей беспокоился бы о совершенно постороннем парне. - У тебя стереотипное мнение о злодеях. Может, это был единственный мой хороший поступок? - Скажи, - Чимин все же пересаживается за его столик, не желая больше вот так переговариваться, - сколько жизней ты спас? Хотя нет, не так. Сколько операций ты провел? Скольким людям подарил надежду? Шанс? Чонгук задумывается. За его, пусть и недолгую, практику он действительно успел поработать с достаточно большим количеством пациентов. Все они, не зависимо от степени тяжести, получили от него тот максимум, который лечащий врач способен дать своему пациенту. Тогда почему жизнь отплатила ему так жестоко, забрав самое дорогое? - Когда-то давно я выбрал свое призвание. С тех пор считаю, что это своего рода обязанность – продолжать ему следовать. Так что не могу назвать это плохим или хорошим. Пекарь ведь каждый день печет свой хлеб, но никто не считает его героем. А он буквально не позволяет нам оставаться голодными. И его труд тоже совсем не прост. - Каждый труд не прост. Но твой спасает жизни. - Что ж, если природа наградила меня таким талантом, разве имею я право им пренебречь? Ты не записываешь, - Чонгук кивает на лежащий рядом блокнот, утверждая, не спрашивая. - Пишу на диктофон, - Чимин показывает небольшое записывающее устройство, купленное специально для таких вот целей. - Мог бы и предупредить. - Прости, не подумал, - смущается тот. – Если буду писать под диктовку, упущу много важных моментов. - Например? - Твой взгляд. Твои эмоции, когда ты рассказываешь о чем-либо. Твое настроение, жесты. Волнуешься ли ты? Или тебе скучно? Устал? Или полон энтузиазма продолжать. Я не имею права не обращать на это все внимания. - Спасибо, - от чего-то шепотом отвечает Чонгук. Им, очевидно, не хочется расставаться, но разговор так и зависает на том самом моменте, от чего каждый решает просто еще немного побыть рядом, чтобы удостовериться в своих ощущениях еще больше. - Давай договоримся, - все же прерывает молчание Чимин, - что если вдруг я перейду черту, ты мне об этом скажешь сразу. - Я давно стер все границы. Нет ничего личного. И ничего постоянного. - У тебя есть какие-то планы на завтрашний день? - Я должен с утра отвезти документы для открытия в ближайшем будущем своей клиники. Хочешь поехать со мной? - Конечно, - отвечает быстрее, чем Чонгук заканчивает фразу. – Во сколько мне быть готовым? - Заеду за тобой в девять. - Отлично. Тогда идем? Чонгук лишь кивает, пропуская Чимина вперед, но не торопится расставаться, решая проводить мальчишку. Словно эти минуты так же как-то по-особенному скрасят его вечер. - Ты любишь зиму? - Я мало с ней знаком, - улыбается Чимин, - но снег люблю. Мне нравится, когда большие пушистые хлопья красиво ложатся на землю. Это завораживает. Хотя, наверно, живи я тут постоянно, вряд ли бы восхищался такими моментами. А ты? - Я люблю цветение сакуры. Каждая весна как начало новой жизни. Еще один шанс. - Поэтому уехал из Кореи? - Быть может, пока еще просто к нему не готов? Чимин не находит, что ответить, про себя даже радуясь, что доктор решил не расставаться так скоро. И что позвал его завтра с собой. - Здесь есть еще какое-нибудь место, которое тебя вдохновляет? Ну, кроме маяка? - Тебе не понравилось? - Я этого не говорил, - Чимин торопится с ответом, чтобы не обидеть доктора. – Мне понравилось, - добавляет тише. - В этой стране, на самом деле, много прекрасного. Например, северное сияние. Или белые ночи. Клянусь, я первый год не понимал, что происходит. Словно твой день длится 24 часа. Это очень красиво, - голос Чонгука словно смягчается на последнем предложении. - А это возможно увидеть? Ну, то есть, пока я здесь, я смогу застать что-то из этих явлений? - Да. Можно сказать, сейчас самое удачное время. Но для этого лучше съездить в другой городок. Есть пара мест, что лучше всего подходят. Можем поехать, если хочешь? – бросает невзначай вдогонку, словно это не Чимин только что выразил свое желание увидеть. - Конечно, хочу! То есть, если это не отнимет твое время и не отвлечет от дел, я бы хотел. Да. - Завтра мы посмотрим, как все сложится, и тогда решим. Вот и твой дом. Не мерзни. До завтра! Чонгук уходит как-то слишком быстро, даже не давая возможности Чимину попрощаться с ним, а позже, ночью, присылает пару личных фото, сделанных в прошлые годы. Чимин не любит опаздывать. Еще больше ненавидит ждать. И когда Чонгук обозначил вчера время встречи, то уже точно знал, чтобы будет готов намного раньше него. Вновь просматривает фото, желая поскорее увидеть природное явление своими глазами. Мальчишка, родившийся когда-то в Пусане, чьей самой большой мечтой всегда являлся переезд в Сеул с дальнейшей возможностью выпускать свои книги, оказался вдруг на краю света, в месте, где зима прекрасна настолько, что позволяет не думать о лютом холоде и снежных сугробах, ради человека, с которым даже не знаком, но которому теперь уж точно обязан не только жизнью, но и чем-то большим.

@nobody Буду через пару минут

Чимин с неохотой возвращается из своих раздумий, читая входящее сообщение. Прихватывает со стола рабочий блокнот и диктофон, все же бросая перед выходом взгляд на себя в зеркало. Кажется, на щеках вот уже который день играет румянец, вызванный таким приятным вниманием доктора. Но переходить черту себе не позволяет, ведь самым важным является то, ради чего он здесь – написать, возможно, самую главную книгу в своей жизни. - Итак, - вместо приветствия бросает Чимин, размещаясь во внедорожнике больших размеров, - с чего начнем? - И тебе привет, - улыбается Чон, разглядывая лицо напротив. – Сегодня снегопад передают, постараемся управиться поскорее. - Расскажи подробнее, что именно ты хочешь сделать? - До того, как ты появился, я принял непростое для себя решение – все же открыть свою собственную клинику. Я и в Корее этого хотел, но обстоятельства многое в моей жизни изменили. А потом произошедшая череда событий все же заставила вернуться к своей цели. Поэтому я изучил все возможные пути и сейчас подаю документы на открытие здесь больницы. - Это значит, - Чимин старается не показывать, как на самом деле к этому относится, - ты не собираешься возвращаться? - Я не думаю о возвращении. Совсем. Мне очень тут нравится. Нравятся люди, их менталитет. Погода за окном. И мое одиночество. Никто не лезет в мою жизнь и не задает неудобные вопросы. - Кроме меня. - Я сам согласился, не беспокойся. Чонгук сосредоточен на дороге, а Чимин – на его ответах. Ему хотелось бы спросить еще очень и очень многое, но от чего-то услышанное расстраивает его даже сильнее, чем он предполагал. - Я тут ненадолго, только передам заверенные копии. Подождешь? - Конечно, - отвечает тот, решая заодно проверить почту. Несколько писем от различных издательств, предлагающих более выгодные и интересные условия, нежели у Намджуна; сам Намджун, сообщающий дату выхода его новой книги, и предупреждающий, что в новостях уже запущена история о том, как молодой и подающий надежды автор покинул страну, отправившись в неизвестном направлении в поисках вдохновения, что должно привлечь к Чимину и его книгам еще больший интерес. Письма о предложении открытия своего фандома, что так же нельзя будет в ближайшем будущем оставлять без внимания, и письмо от Сону, в котором боевая подруга рассказывает о своей новой работе и новом увлечении в лице Главного редактора модного журнала. Она давно оставила попытки добиться расположения Намджуна, хотя мужчина все еще оставался для нее значим, и периодически позволяла себе заводить романы, чтобы хоть немного разбавлять свои серые будни. Новый выбор был весьма неплох, внешность, высокий рост, широкие плечи, а главное – статус в обществе. Хрупкой Сону необходим был кто-то, кто сможет позаботиться о ней, и Чимину лишь оставалось надеяться, что этот мужчина окажется тем самым. Чимин отправляет быстрый ответ, рассказывая о том, где находится, и сообщает, что в ближайшее время отправится на поиски северного сияния «с тем самым доктором», а так же прикрепляет свой новый номер, прося у подруги держать его под строгим секретом, даже от Намджуна (словно тот не в состоянии достать его в любую минуту), после чего замечает приближающегося Чонгука, и нажимает «отправить», чтобы всецело вновь отдать ему все внимание. - Куда теперь? - Покажу тебе одно место. Ты первый, с кем я делюсь, поэтому буду рад услышать, что ты думаешь. А потом нужно будет возвращаться. Снегопады здесь сильные, если затянется, то можем до ночи просидеть. - Тогда имеет смысл запастись чем-нибудь типа перекуса? На всякий случай.., - неуверенно добавляет Чимин, сам от себя такого, видимо, не ожидавший. - Хорошо, - как-то сходу соглашается Чон, - заедем по дороге. Это не занимает много времени, и когда они уже выдвигаются в конечную точку назначения, Чимин замечает, как уже затягивается небо. - Ты боишься природных стихий? – вдруг интересуется доктор. И Чимин ненадолго задумывается, пытаясь отыскать правдивый ответ внутри себя. - Пожалуй, я не так часто с ними сталкивался. Дождь или снег, хотя и случаются в Корее, редко несут за собой что-то опасное. Пожалуй, я даже люблю сильный дождь. Я чувствую себя лучше, находясь дома в такую погоду. Мне кажется, в моменты особо сильной тоски меня успокаивает шум дождя. Словно он смывает все самое плохое. - Словно ничего до этого не было.. Оба замолкают, задумываясь каждый о своем, и это молчание странным образом не тяготит обоих. - Почти на месте, - Чонгук поворачивает налево, кивая в сторону небольшого здания. - Это то самое место? - Оно. Чимин понимает, что Чонгук решил показать ему здание, в котором планирует открытие своей, судя по всему, первой клиники. - Ремонт уже заканчивают. Тут в целом все готово. Проходи, - распахивает шире дверь, приглашая внутрь. – Здесь будет администрация, конечно, слишком ко входу близко, но другого более подходящего места не нашлось. Здесь место для гардеробной, а следом за ней – туалеты. Чуть дальше небольшое помещение под кафе, я не знаю, будет ли тут большой поток, но в любом случае, считаю это необходимым. Все самые необходимые специалисты, процедурные комнаты, и несколько кабинетов для анализов будут располагаться на первом этаже. Более узкие специалисты, а так же помещения, например, для рентген снимков и прочего, уже на втором. Ну и на третьем мой кабинет, кабинеты для персонала, комнаты отдыха и различные удобства для сотрудников, а так же палаты для нахождения тут пациентов. - Почему ты назвал здание маленьким? Оно довольно вместительно. Сколько здесь палат? - Пока всего десять, в каждой по два места. Количество маленькое, но пока это все, что удалось сделать. - Это очень много. Важно ведь начать с чего-то. Мы можем подняться? - Конечно, - Чонгук показывает Чимину направление, продолжая по пути рассказывать, что и где конкретно будет располагаться. - Ты занимаешься сам всем этим? - Так точно. Люблю быть полностью вовлечен в процесс. - Покажешь свой кабинет? - Идем. Чимин замечает, как на самом деле Чонгук рад находиться сейчас здесь. Как сильно ему нравится то, что он делает. И как для него это важно. - Здесь довольно светло, и вид красивый. Должно успокаивать. - Должно быть, это важно в твоей профессии, – Чимин разглядывает уже законченное помещение и разместившуюся в углах мебель в полиэтиленовой пленке, - иметь что-то, что будет дарить покой? - Более чем. Я люблю уединение, поэтому выбрал это место. - Почему до сих пор не расставил все? - Хочешь помочь? – Чонгук и не ожидал, что в следующую минуту Чимин скинет с себя пальто, готовый приняться за любую работу. – Что ж, не жалуйся потом. Они проводят почти два часа за расстановкой небольшого количества мебели, споря о том, как лучше поставить рабочий стол и почему дипломы должны висеть за спиной Чонгука. Каждый видит процесс по-своему, но, как ни странно, желания убивать не возникает ни с одной стороны. - И обязательно купи растения. А лучше я подарю тебе. Даже знаю, какое. - Кактус? – улыбается Чонгук, понимая, что уже, наверно, можно было бы и перекусить. – Схожу в машину, сейчас вернусь. Чимин лишь молча кивает, продолжая доставать из коробок оставшиеся вещи. Развешивает на стенах различные сертификаты и дипломы, поражаясь их количеству, и в какой-то момент осознает, что при этом в коробках не было ни одной фотографии. - На сколько же тебе одиноко.. Присаживается на диван, делая несколько заметок, в том числе, вопросы, на которые хотелось бы получить ответ. - Снег пошел, - Чонгук пытается через плечо заглянуть в блокнот, но Чимин буквально перед носом его закрывает. – Поедем или останемся? - Давай останемся? – Чимин выглядывает в окно, замечая, как люди торопятся по домам, не желая быть застигнутыми непогодой. – Расскажи, как ты понял, что хочешь стать врачом? - Все очень банально и просто. - Может, ты уже готов рассказать мне свою банальную историю? – Чимин принимает из рук доктора подогретый в микроволновке сэндвич и включает диктофон, присаживаясь рядом. - Что ж, раз ты настаиваешь. Пожалуй, я родился, как это принято называть, с золотой ложкой во рту. У моих родителей было все, чего только можно пожелать. Они смогли добиться по-настоящему больших высот в своем возрасте. Поэтому я тоже рос с возможностью получить все, что только пожелаю. Кроме внимания родителей. Я вообще, если честно, мало помню их рядом. Всегда только работники, няни, репетиторы и прочий персонал. Не могу даже сказать, сильно ли меня это расстраивало, или же я просто принимал все как данность. В конце концов, ведь я не знал, что бывает по-другому. Я рос жутким идеалистом. Долбанным перфекционистом, помешанным на идеальности. На желании быть первым. Лучшим. Безусловно, на меня возлагали большие надежды, но я, наверно, с самого детства знал, что по стопам родителей идти не хочу. Как считаешь, это мог быть своего рода протест? - За отсутствие внимания? Возможно и так. Ты хоть раз жалел об этом? – Чимин вновь записывает что-то в свой блокнот, и Чонгука буквально от любопытства разрывает. - Нет. Был бы у меня еще один шанс, я бы снова выбрал свою профессию. - Когда ты рассказал об этом родителям, как они отреагировали? - Как ни странно, они меня поддержали. Хотя не могу сказать, что я рос тем, кто с легкостью тратил их деньги. Я делал все, чтобы получать стипендии, брался за разного рода подработки, с отличием закончил школу, а после и Университет. Посмотри, снег усилился. Будет страшно, но очень красиво. - Страшно? – удивляется Чимин. - Метет так, что ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Кажется, будто ты в каком-то замкнутом пространстве. А если еще и электричество не выдержит.. Чонгук не заканчивает фразу, а Чимин направляется вновь к единственному окну, чтобы рассмотреть, как выглядит сейчас город. - Если завалит, то нас не скоро найдут, верно? – оборачивается на Чонгука, ловя на себе его взгляд. - Верно. Ты же оставил после себя завещание? - Только на книги. Больше у меня ничего нет. - А наследников много? - Только отец, - Чимин выдерживает на себе взгляд Чонгука, словно это какое-то для обоих важное испытание, - и Намджун. - Твой парень? - Нет, - машет в ответ руками. - Близкий друг. Хотя есть еще Сону. - Твоя девушка? - Я – гей, - просто отвечает тот. – И у меня нет ни парня, ни тем более девушки. - А твоя мама? - Скончалась при родах. Проблемы с сердцем. Чонгуку хочется проглотить кружку с кофе, а вместе с ней и свой язык. - Мне очень жаль.. - Символично, не правда ли? Вопрос, не требующий ответа. - А Намджун – он кто? Кроме того, что друг. - У него свое издательство. Можно сказать, он мой агел-хранитель. - На этой почве познакомились? - Нет, когда я еще учился в школе. Эй, это я тут должен задавать вопросы. - Значит ли это, что я не смогу о тебе ничего узнать? - Сможешь. Но узнать тебя гораздо важнее. Электричество все же отключается, сообщая характерным звуком, и Чонгук нехотя поднимается, вспоминая, что в комнате для персонала должны быть коробки со свечами. - Сейчас будет просто отлично для того, чтобы написать что-то стоящее. - Скажи, у тебя есть друзья? – интересуется у вернувшегося Чонгука, поднимаясь с дивана, чтобы помочь зажечь свечи. - Нет. И, пожалуй, никогда и не было. Даже не знаю, почему так вышло. - Не чувствуешь себя одиноким из-за этого? - Вовсе нет. Да и с моей профессией когда мне скучать? Хотя вот тут обзавелся хорошими знакомыми. Возможно, для всего нужно время? К тому же раньше мне многие завидовали – богатый, успешный, когда-то красивый. Естественно, это не слишком располагало именно к настоящей дружбе. - Когда-то красивый? – фыркает Чимин, - ты и сейчас красивый. Хоть картину пиши. Жаль, не умею. - Это сейчас был комплимент? - А сам как думаешь? Сложно скрывать эмоции, когда ты, возможно даже впервые, учишься оголять перед кем-то душу, но Чонгук все же сдерживается от улыбки, лишь кивая в ответ. - Хочешь рассказать еще что-нибудь? Снег, кажется, скоро закончится. - Я всегда ненавидел засыпать в одиночестве. В детстве, когда был маленький, я просил кого-то из работников побыть со мной, пока я не усну, но мои родители запрещали им. Мне было страшно и очень обидно, ведь я не понимал, что плохого в том, что ребенок боится оставаться один. И даже в те редкие моменты, когда мама все же заглядывала ко мне перед сном, она никогда не задерживалась надолго. Я вырос, но ответа на свой вопрос так и не узнал. Зато сейчас я совсем не боюсь одиночества. Оно меня больше не пугает. Чимину кажется, что он проваливается в огромную пустоту, в яму отчаяния, у которой нет дна. Его вдруг окутывает такая сильная тоска, словно в мире больше не осталось радости. - Пора собираться, - Чонгук принимается за уборку, давая понять, что на сегодня с него достаточно воспоминаний. Часами позднее

@nobody Я забронировал для нас домик. Отправимся через пару дней. Место не покажу, и не проси.

@nobody Но до того момента позволь мне побыть в одиночестве.

***

Чимин, кажется, исписал уже сотню листов, отмечая про себя что-то о Чонгуке важное. Слишком велик был страх упустить что-то, что могло бы иметь значение. Эти несколько дней он прослушивал записи, вспоминая свои мысли и эмоции, вспоминая лицо доктора, его взгляд. Он, словно художник, не желающий упустить ни единой детали, чтобы в конце его творение смогло передать всю атмосферу каждого упомянутого момента. А еще, очень надеется, что эта поездка позволит им еще больше друг друга узнать. Небольшая спортивная сумка забрасывается на заднее сиденье, и Чонгук лишь удивленно приподнимает бровь. - Это все, что ты взял? - Я не знаю, куда мы едем, поэтому не знаю, какая там будет погода. Я решил, что проще сориентироваться на месте и купить что-то необходимое там. Я могу это сделать сам, если ты не любишь походы по магазинам. - Да нет, я не против. Ехать все равно достаточно долго, как минимум в двух местах остановимся. И надо бы кое-что из продуктов подкупить. - Позволь мне оплатить половину поездки? - Нет. - Чонгук! - Это я тебя пригласил. Так что – нет. - Да, потому что я захотел увидеть северное сияние своими глазами. Ты не должен оплачивать такую дорогостоящую поездку для малознакомого человека. - Брось, мы почти породнились. Скоро узнаешь все мои грязные секреты, считай это платой за их сохранность. - Позволь тогда хоть что-то на себя взять? - Ок, - сдается доктор, не желая и дальше препираться. – У тебя права есть? - Нет. Если честно, я как-то совсем не люблю это. Прости, что тебе придется всю дорогу быть единственным водителем. - Ничего страшного, я не из-за этого спросил. Ладно, пристегивайся, не будем терять время. Наша мини-экскурсия по Норвегии начинается. И Чимин ощущает внутри огромную легкость, словно все события до этого момента никогда и не происходили. Чонгук не соврал, сказав, что дорога выйдет долгой. Но Чимину даже нравится такое вот, своего рода спонтанное, путешествие. - Еще минут сорок и остановимся, там по дороге будет хороший отельчик. Но утром поедем рано, чтобы время не терять. Тогда есть шанс к завтрашней ночи добраться. - Не беспокойся, если нужно, мы можем находиться в дороге и дольше. А вообще, на сколько дней мы едем? - Я все ждал, когда ты спросишь об этом. Я оплатил неделю, но мы можем уехать раньше. Или продлить на пару дней. У меня есть время, так что все будет зависеть от того, насколько тебе там будет интересно. Это звучит настолько потрясающе, что Чимин не решается сейчас ответить что-либо. Лишь делает небольшие заметки в своем рабочем блокноте. - Клянусь, твои записи будут гораздо интересней того, что мы увидим в конце. - Будешь хорошо себя вести, покажу их тебе. Дорога сильно выматывает, но оказавшись в конечной точке своего назначения, Чимин, кажется, забывает обо всем. - Вааа, это дом, в котором мы остановимся? - Да, - Чонгук ловит эмоции на мальчишеском лице. – Надеюсь, ты не против, что немного вдалеке ото всех? - Просто отлично. Идем скорее. Помогает выгрузить вещи, занося их внутрь, а после отправляется вглубь, чтобы включить отопление посильнее. - Мне кажется, я усну без задних ног. Ты устал? – Заносит последний пакет на кухню, наблюдая, как Чонгук задвигает шторы. – Выпьем чай перед сном? - Да, иди пока в душ, а я все сделаю. Тут две спальни, выбирай любую, - кричит вдогонку, доставая пакетики чая и пытаясь отыскать посуду. Оставляет попытки сделать какую-либо приличную сервировку, поэтому просто нарезает лимон дольками, раскладывая на блюдце. Кажется, впервые за долгое время проявляет заботу о ком-то, понимая, как на самом деле сильно по этому чувству скучал. - Какие места посетим сегодня? - Для начала купим тебе теплый костюм, - Чонгук неторопливо отъезжает от домика, направляясь в город. Он запланировал несколько экскурсий, в том числе и прогулку на снегоходах, но, кажется, им выдадут только один, поэтому на сегодня он просто хочет провести ленивый день на природе. - Не против, если начнем нашу программу с завтрашнего дня? Я хочу еще немного отдохнуть. Пожарим мясо сегодня? Вино? - Камин и разговоры? Я согласен. Ты вовсе не обязан развлекать меня, мы здесь, в общем-то, ради природного явления. Не хочу тебя утруждать. - Это не трудно, просто сегодня хочу отдохнуть. Чимин согласен на все, а потому лишь молча следует за Чонгуком, выбирая несколько для себя вещей и тихонько добавляя к ним теплый свитер белого цвета, что очень подойдет Чонгуку. Это кажется странным, но оба совершенно не спорят касаемо уровня прожарки мяса или дополнительных гарниров. Они сходятся и в выборе вина, словно прожили вместе как минимум добрую половину жизни. Два абсолютно разных человека на выходе оказываются будто дополнением друг друга. И это не может не удивлять, оставляя после себя какое-то непонятное послевкусие. - Послезавтра должно случиться то, ради чего мы здесь. Отсюда должно быть хорошо видно, так что не беспокойся. А завтрашнюю ночь проведем в обсерватории. Я обо всем позаботился. - Тогда позволь мне позаботиться о тебе, - Чимин находит это время самым правильным, доставая припрятанный за диваном пакет. – Вот, возьми. Чонгук не сразу протягивает руки, а после, принимая от Чимина вещь, с какой-то особой трепетностью раскрывает упаковку. - Если тебе не понравится, то можешь просто выбросить. Захотелось, чтобы ты чувствовал себя уютно, надевая его. - Спасибо, - коротко бросает Чонгук, осторожно перебирая свитер в руках, словно наслаждаясь его мягкостью. – Ты сегодня ни о чем меня не спросишь? - Спрошу, конечно. Только вопросов так много, что я не знаю, с какого следует начать. - Например? - Например? – задумывается Чимин. – Например.. занимался ли ты каким-нибудь видом спорта? Когда ты родился? Любишь ли ты цветы? Дом у озера или квартира в самом центре? Веришь ли ты в судьбу? Или считаешь, что человек ее строит сам? День или ночь? Любишь ли путешествовать? Или ты.. - Достаточно, - машет руками Чонгук, улыбаясь. – Этого уже слишком много. Я вижу, ты подготовился. Что ж, немного расскажу тебе. День или ночь? – задумывается ненадолго. – Пожалуй, ночь. Ночью все кажется более искренним. Настоящим. Я родился первого сентября. Я думал, ты знаешь. Люблю этот день. Я занимался разными видами спорта, напомни показать фото своей коллекции наград. Тогда и расскажу подробно. Дом у озера..Хм..Я выберу, пожалуй, оба варианта. Хочу иногда суеты, а иногда сбегать ото всех. Что? Могу себе позволить. Чонгук улыбается, и Чимин ощущает, как невольно и его губы растягиваются в улыбке, словно это – что-то само собой разумеющееся. - Верю ли я в судьбу? Раньше я считал, что сам ее строю. Считал, что могу плыть против течения, идти против толпы. Воевать со всем миром за что-то, что имеет для меня значение. Но в один момент все изменилось. Возможно, тогда я и перестал быть таким самоуверенным. Это не значит, что я боюсь. Или что больше не смогу бросить ей вызов. Но теперь я знаю, что есть вещи, которым просто суждено случиться. Даже если на край света от них сбежишь. Чимин понимает, о чем говорит Чонгук, но самый главный вопрос задать так и не решается, откладывая откровенный разговор в очередной долгий ящик. - А ты веришь в судьбу, Чимин? - Верю. - Так просто? - Ты хочешь большего, я понял. Возможно, ты осудишь меня, но я скорее отношусь к тем, кто просто принимает все, что с ним случается. Я не буду воевать, не буду спорить. Если мне дано что-то пройти, я приму это и постараюсь справиться. Это тяжело и очень выматывает, но без этого, считаю, я не был бы здесь.. - Вот черт, - прерывает, хотя и не планировал, Чонгук. – Посмотри, - указывает в панорамное окно, спиной к которому сидит Чимин. - Что там? – оборачивается мальчишка, теряя, кажется, дар речи в следующую минуту. – Это оно? Чонгук оставляет вопрос без ответа, но хватает его руку, утягивая за собой, и по пути подбирая их куртки. - Боже, как же это прекрасно, - спустя несколько минут шепчет Чимин, вглядываясь в небо. - Кажется, есть что-то более прекрасное, - шепчет в ответ Чонгук, разглядывая его лицо в этот момент. .