Кто я для тебя

      Лили немного освоилась в школе. Теперь знала некоторых бессмертных по именам, безошибочно находила дорогу в жилое и учебное крылья. В конце недели, пройдя вводный курс и чуть не повесившись от скукоты на уроках Мисселины, Непризнанная была допущена к другим занятиям.       — Наконец-то! — Мими села на кровать и спустила ноги в тапочки. — Тебя столько всего ждёт!       — Что, например? — Лилиан зевнула, не в силах подняться и выбраться из-под тёплого одеяла. Погода не радовала: ветер гонял занавески, а небо стушевалось и вот-вот пролилось бы холодным дождём. Однако ей и такая погода была в радость, ведь девушка и забыла, когда в последний раз ловила лицом капли с неба.       Гибриэлла и Мими наперебой стали рассказывать про занятия. Про заклинания, магию бессмертных, про крылолетство и крылоборство, про водоворот. Каждая наперебой говорила про факультеты Ада и Рая. Лили путалась в терминах и преподавателях, ведь всё ещё была знакома только с Мисселиной, а других лишь встречала в коридорах учебного крыла.       — В школе много Непризнанных. Некоторые демоны до сих пор считают их низшими бессмертными, но наша директриса, миссис Уокер, тоже когда-то попала в эту школу Непризнанной. Она добилась многого, даже была в Совете, но устав от должности заняла место прошлого директора, — беззлобно, хоть и упомянув демонов, сказала Габри.       — А кем можно стать после выпуска из школы? И что за Совет?       Вопрос Лилиан породил новую волну рассказов, и девушки так провели всё утро, чуть не опоздав на завтрак. Пулей собравшись, побежали вниз, в большой зал, где растянулись несколько столов, накрытых к завтраку.       Большой зал влюбил Лили в себя с первой встречи: витражи с изображением библейских картин, украшенный коваными люстрами потолок, столы из дуба и гранитный пол. Она каждый раз заходила сюда с замирающим сердцем и не могла налюбоваться его величием.       Непризнанная взяла рисовую кашу с тыквой и какао. Ели бессмертные то же, что и люди. Она была этому несказанно рада.       — Девочки, — Лили наклонилась к соседкам и негромко спросила, покраснела с головы до пяток, — А кто такой Мальбонте?       Габри и Мими заговорщически переглянулись.       — В школе есть несколько парней, по которым текут все девчонки, — начала бесстыдно Мими, и на удивление Лили, Габри даже не поменялась в лице, всё также улыбалась, поглядывая на новую соседку, — Люцифер, — начала перечислять дьяволица. От его имени у Непризнанной по спине пробежали мурашки, — Дино, — она вставила ещё парочку имён, — и Мальбонте.       — Он капитан команды демонов по крылоборству, — не выдержав и прервав Мими, вставила Габриэлла, — Мальбонте очень сильный метис. Он силен физически, а магия его практически на одном уровне с Люцифером.       — О, да-да, — перебила теперь ангела Мими, глаза её сверкнули, — У него такие сильные руки, широкая спина и стальной пресс! Он проводит много времени на тренировках.       — Благодаря ему и Люциферу, демоны уже который сезон выигрывают, — вновь перетянула на себя нить разговора Габриэлла, — Но он не такой, как другие бессмертные.       — М? — только и успела вставить Лили.       — Ему неинтересны вечеринки. Мальбонте не был ни на одной за всё время, пока я учусь в школе, — рассказала Мими. Лили явно подняла волнующую для обоих соседок тему.       Дьяволица с жаром продолжила свой рассказ, пока Непризнанная молча слушала и доедала завтрак, к которому ни Габри, ни Мими так и не притронулись.       — Тебе нравится Мальбонте, Мими? — Лили решила спросить, оборвав дьяволицу на полуслове, отчего та начала кашлять, подавившись какао.       — Нет, — улыбка на лице Габриэллы стала хитрой, — Она сохнет по Люциферу.       — Заткнись, — пробормотала Мими.       Она залилась краской, и Лилиан отметила про себя две вещи: если Мими и правда нравится Люцифер — то дьяволица явно сумасшедшая, и её соседки не должны узнать, почему она проснулась не в своей комнате в то утро.       — У нас сегодня будет совместное занятие по крылолетству, — обратилась к Непризнанной Габри, пока Мими, опустив глаза, доедала яичницу, — Ты всё увидишь.       На уроке крылолетства ждал высокий, крепкий демон, одетый в плотный спортивный костюм. Он явно был в хороших отношениях с учениками, и это было сразу заметно по разговорам и его манере общения.       Пока Мими и Габриэлла разговаривали с ним по поводу приближающегося зачёта, Лили стояла в стороне — её это не касалось, ведь сама едва могла взлететь на пару метров.       Она вдруг почувствовала лёгкий удар по спине и шелест крыльев, взъерошивших ей волосы. Её обдало жаром, волной горячего пара, и тело запылало. Оглядываясь по сторонам, Непризнанная вдруг наткнулась на взгляд нахальных карминовых глаз. Люцифер сложил крылья, сделав вид, что её не существует.       Его вмиг облепили девушки, что заставило Лили мгновенно расправить плечи и отвернуться.       — Они точно все знают и смеются надо мной, — с грустью и одновременной злобой подумала Лили, разглядывая свои руки, — Только я могла так тупо вляпаться.       Обняв себя за плечи, Непризнанная слушала Геральда. Ветер разыгрался не на шутку, и лёгкая морось щипала кожу. Другие же бессмертные уже давно поднялись в небо и отрабатывали технику полёта, но Лили едва перебивала ветер взмахом крыльев. Она чувствует их слабость, свою слабость, и не могла совладать с собой, дабы собрать всю энергию в крыльях.       Несмотря на это, Геральд понравился Лили. Его команды были чёткими, фразы не замудренными, а советы дельными. Она слушала каждое его слово, стараясь выполнять указания, и вскоре взлетела, оттолкнувшись от земли. Но сильный поток ветра снёс её в сторону. Геральд вовремя схватил Непризнанную за крыло.       — Подожди тут, — сказал учитель, оставив Лили, — Мальбонте! Иди сюда!       Тот самый метис, тот самый Мальбонте, которого они обсуждали за завтраком, шёл в её сторону. На нём были лёгкие спортивные штаны и майка, подчеркивающая все его достоинства: крепкие мускулистые руки, спину, грудь и кубики пресса. Его крылья поражали своим размахом. Вблизи, глаза казались ещё темнее, а зрачки и вовсе утопали в чёрных омутах. Лили почувствовала, как краснеет, и опустила взгляд на кроссовки.       — Это Мальбонте, один из лучших моих учеников, — Геральд обернулся к парню, — Помоги Лилиан научиться правильно взлетать, — скомандовал Геральд и оставил Лили с ним наедине.       Взгляд Мальбонте, добрый и понимающий, вогнал Лили еще гуще в краску. Она смущенно улыбнулась, за что готова была дать себе по лицу, лишь бы прийти в себя и устаканить свои мысли.       — Я Мальбонте, — уголки его губ поползли вверх. Ему явно льстило смущение девушки, — Давай помогу тебе. Покажи мне, как ты взлетаешь.       Лилиан показалось, что под его пристальным взглядом она вовсе не взлетит, прирастёт к земле и не пошевелится. Она стала хлопать крыльями. Ноги перестали чувствовать опору, но вскоре крылья словно потеряли силу, и Непризнанная жёстко приземлилась на траву. Она старалась взлететь снова и снова. Подсаживалась, отталкивалась, прыгала, хлопала крыльями. И, расстроенная своими неудачами, в очередной раз поднялась с земли и провела рукой по лицу. В глазах стояли слёзы.       — Ты чего? — Мальбонте подбадривающе коснулся её плеча, отчего Лили вздрогнула, и её крылья с хлопком раскрылись, — Всё дело в технике.       Мальбонте помог девушке занять нужную стойку. Поправил положение ног, подсказал, как расслабить ненужные мышцы и найти связь с крыльями. От его близости внутри нее всё сжалось, и на каждое его прикосновение тело отзывалось табуном мурашек. А когда Мальбонте коснулся её перьев, помогая сильнее расправить крылья для хорошего размаха, к лицу прилила кровь.       — Попробуй ещё раз. Оттолкнись крыльями, а не ногами, — в очередной раз скомандовал Мальбонте, и голос его прозвучал хоть и повелительно, но мягко. Он терпеливо наблюдал за всеми её попытками, держал ровную интонацию и даже ни разу не упрекнул.       Когда Лилиан в очередной раз упала на землю, чувства накрыли её с головой — в глазах стояли слёзы от собственной глупости и нахлынувшей обиды. Метис перехватил её запястье и не дал уйти. Она закатила глаза и смахнула слёзы. Её крылья дрожали на ветру. Но Мальбонте держал её крепко.       Было страшно не взлетать, а падать. Лили до одури боялась высоты и не могла собственноручно переступить за созданную черту. Метр, два или три, но не выше — сердце сразу же начинало бить в тревожный колокол, и легкие лишались доступа к кислороду.       — У тебя будет вся жизнь бессмертного, чтобы научиться, — сказал Мальбонте, смотря Лили прямо в глаза, — Но уверяю, ты полетишь быстрее, чем думаешь. Нужно только…       — Стараться? — перебила его Непризнанная. Обида захлестнула её с новой силой, и Лили, от слёз, зажмурилась. Её тело остыло, а ветер терзал его холодными порывами. — Я стараюсь! Хватит на сегодня!       И, вырвавшись, Лилиан ушла прочь. Побежала в школу, чтобы скорее оказаться в своей комнате и выплеснуть всю обиду, но чтобы никто больше не видел её слабости. Небо разрывалось грозой, яркая вспышка озарила серое небо, и начал лупить дождь. Перья, волосы, одежда… вмиг всё стало мокрым, крылья потянули к земле.              Тем же вечером Непризнанная ушла в библиотеку. Мисселина задала прочитать Священное писание, а это оказалось писаниной на бесконечное количество листов. Лили села за стол между книжных полок, куда не задувал ветер, и открыла книгу.       Библиотека была огромных размеров с очень высокими потолками, с которых свисали громоздкие люстры. Они придавали изысканности всему интерьеру, несмотря на свои внушительные размеры. Сотни тысяч древних книг умещались на высоких дубовых стеллажах. Всё было выполнено в тёмных оттенках в каком-то особенном стиле, будто вобравшем частичку и Небесной, и Пресподней архитектуры.       В библиотеке было тихо, был слышен лишь шелест книг и завывание ветра. Дождь стих, принеся с собой студёную прохладу. Небольшая настольная лампа мерно мерцала, освещая страницы книги. Лилиан забралась на стул с ногами, скинув ботинки, и плотнее закуталась в тёплый кардиган. Всё же в библиотеке было довольно холодно, что не удивительно, ведь старые книги должны храниться в холодном помещении.       — И как это всё запомнить, — пробормотала себе под нос Лилиан, подперев голову кулаком и нависнув над книгой, — Неужели это кому-то интересно…       — Вообще-то, совсем неинтересно.       Голос за спиной заставил Лили вздрогнуть, и она выпрямилась, наблюдая, как Мальбонте садится рядом и тянет её книгу к себе.       — И усилилась вода на земле изоядно, да так, что все горы высокие покрыла, какие были под всем небом, — прочитал он скучающе и зевнул, — Мисселина любит грузить историей.       — Угу, — сконфуженно ответила Непризнанная. Ей вдруг стало стыдно перед Мальбонте за то, как она ушла с крылолетства.       А он словно прочёл её мысли. Закрыл книгу и оставил её на краю стола, а затем смело схватил пальцами её подбородок и развернул лицом к себе. Взгляд метиса, его бездонные чёрные глаза лишили Лили возможность сделать вдох.       — Я чувствую, что ты расстроена, — произнёс он негромко, и Непризнанная кивнула.       — Это твоя сила? Телепатия? — спросила она. Губы Мальбонте растянулись в улыбке.       — О чём ты?       — Ведь у каждого бессмертного есть сила. Ты можешь читать мысли? — переспросила Лилиан, и покраснели даже кончики её ушей.       Она почувствовала себя глупо, задав этот вопрос Мальбонте. Но он вырвался сам, бесконтрольно, и слова уже нельзя было забрать обратно.       — Нет, я чувствую это по твоей энергии.       Взгляд Непризнанной, такой растерянный и полный вопросов, немного смешил метиса. Она словно маленький ребёнок — только познаёт мир и теряется в новом. А здесь, в школе, на Небесах и в Аду, непознанное абсолютно всё.       — Ты права, — кивнул Мальбонте, освободив её лицо и откинувшись на спинку стула, — У каждого есть своя сила, но я не телепат. Я говорю про энергию. Люди называют её аурой. По ней можно прочесть настроение или же узнать о присутствии даже за километры. Твоя энергия очень яркая. Я запомнил её ещё тогда, когда зашел в класс на урок Мисселины.       — Почему я тогда ничего не чувствую? — Лили развернулась к нему лицом. В глазах её плескалось целое море грусти. Она не могла признать свою слабость.       — Ты просто не знаешь, что нужно чувствовать, — ответил Мальбонте расслабленно, и его спокойствие понемногу стало передаваться Непризнанной.       Метис рассказал, что энергию можно услышать, ведь она имеет свой запах, или почувствовать кожей. Это может быть легкое покалывание или даже целый разряд тока. Энергия может завязаться на языке определённым вкусом. У каждого бессмертного она своя особенная, отличающая его от других.       Увлечённая рассказом Мальбонте, Лили потеряла счёт времени. Ночь поглотила школу, и лампа уже освещала лишь краешек стола. Книжные полки утонули во тьме и казались стенами зловещего лабиринта. Ученики стали расходиться по своим комнатам, библиотека понемногу пустела.       — А как почувствовать энергию другого бессмертного? — Лили полностью накрылась кардиганом, когда холод начал щипать за стопы.       — Легко. Дай руку, — Мальбонте, казалось, вовсе не реагировал на изменение температуры, руки его были теплыми. Он сжал ладонь Лили, — Ты не чувствуешь мою энергию, потому что я закрываю её от других. Но подожди немного…       Всё, что происходило вокруг, вмиг осталось на втором плане. Лилиан распахнула глаза, чувствуя, как ток от прикосновения Мальбонте проникает в неё, бежит по венам и задаёт собственный ритм её сердцу. На языке завязался вкус крепкого чая с бергамотом, горького грейпфрута и темного шоколада. Одно только прикосновение словно открыло для неё новый мир ощущений, и Лили не скрывала восторга от того, что чувствовала.       — Это… — Непризнанная запнулась, взглянув на метиса, что с легкой улыбкой наблюдал, как она смакует его энергию. — Это невероятно! Это и есть энергия?..       Мальбонте молча кивнул. А когда вкус бергамота растаял, а шоколад стал горчить, Лилиан сжала его ладонь сильнее, будто цепляясь за последние капельки пережитых эмоций. Сердце взволнованно билось, девушка не удержалась и накинулась на Мальбонте с объятиями. Тот прижал её к себе, позволив забраться на колени.       — Спасибо, — выдохнула она ему в шею, обвив её руками и закрыв глаза. Энергия Мальбонте словно разбудила её собственную, и Лили чувствовала, как в венах бурлила её сила.       Она вдруг отпрянула от него, стыдливо опустив взгляд, ведь бесцеремонно набросилась на метиса, не поладив с собственными эмоциями. Мальбонте лишь кивнул.       — Хочешь, буду заниматься с тобой? — спросил он вдруг, когда Лили встала, вздрогнув от холода в ботинках, и взяла в руки книгу, — Быстрее научишься летать. Занятия с Геральдом для Непризнанных проходят всего два раза в неделю — этого мало.       Недолго думая, Лили закивала. Она прижала к груди учебник, рассыпавшись благодарностями, и улыбка не сходила с её лица.       — Тогда до завтра? За два часа до заката, — напоследок спросил Мальбонте.       — Да, — немного взволнованно ответила девушка, уже в предвкушении завтрашнего занятия с Мальбонте.       Вернувшись в комнату, Лилиан рухнула на кровать, совершенно обессиленная. Мими красила ногти, напевая себе что-то под нос, а Габри готовилась ко сну. Прикрыв глаза, Лили прислушалась. Малина заиграла новыми красками, приобрела особенный, яркий кисло-сладкий вкус и словно тонула в крепком чёрном чае. Теперь-то Непризнанная поняла, что к чему. Габриэлла ощущалась иначе. И с первой попытки Лили не удалось расслышать её энергию, но когда девушка села к ангелу на кровать и положила ей руку на плечо — тут же была накрыта волной из сладкой орхидеи и персиков.