Луна красивая

Испаряющийся в дали дым плавно выходит изо рта татуированной русоволосой девицы; белые слегка заляпанные кроссовки опыляют землю, нервно начиная тереть по ней. Лиза уже как два дня не выходит из Головы Виолетты; А Виолетта из вечерних запоев. Весь день Малышенко состоял по одной тропинке; будто потерялась в лесу и ищет выход, но идёт по кругу каждый последующий раз. Ходила по той лестнице где они встретились в первый раз и где она плакала обнимая колени; где она в первый раз услышала этот грубый но такой приятный голос. После чего она бежала ко второй железной, старой и заржавелой лестнице, где они смеялись смотря видео в телефоне Елизаветы, где Вилка делала опасные для жизни трюки, которые могли привести её к летальному исходу. Паника и страх на лице Лизы это то, что нравилось Малышенко, с помощью этого она понимала что рядом с ней стоит человек, который правда переживает за неё; Каждый раз она проходит эти лестницы, на последней пускает слезу и возвращается домой, где залпом выпивает пол бутылки пива; Облокачиваясь локтями на перила лестницы что поднимается на крышу, Виолетта держала в руках недокуренную сигарету; головокружение и тошнота, слабость; Девушка сама не понимала почему она так схватилась за этого человека. Знакома всего один день, а такое ощущение будто лет тридцать. Девушка выкинула бычок в низ; ноги дали слабину и она повалилась назад, сильно ударяясь головой. Малышенко тихо вскрикнула, на уголках глаз что-то заблестело а потом с этих же уголков глаз полилась прозрачная жидкость, по прежнему сверкая, тем самым давая увидеть своё присутствие. В глазах темнеет и последнее что увидела Вилка это кровь что растекалась по полу, сначало стекая от затылка до веска, а после на рубашку и пол. Открыв глаза было темно, только свет фонарей слегка освещал улицу; включая городскую дорогу. Еле слышные звуки машин проезжающих раз за разом и засохшая кровь на затылке, весках, шее и на многом другом. Аккуратно подняв руку и дотронувшись до затылка подушками пальцев, из уст девушки вырвалось постанывающее шипение, вместе с еле разборчивыми матами. Виолетта робко достала телефон и включила его нажатием на кнопку. На часах 19:35. Малышенко встала с железного пола и немного пошатываясь из-за боли в теле и ушибов во время падения, шла на крышу. Ещё больше она начала шататься на крыше, где даже не было ограждения; этому причина был сильный ветер. Подойдя к краю, она снова приблизилась к стадии грусти и печали, слёзы снова наворачиваются и вновь заблестели на прекрасной физиономии девицы; Нога уже почти спускается вниз, а тело наклоняется вперёд; Знакомые тёплые руки схватили Малышенко и оттащили назад. — Блять, ты ебанулась? — тон голоса дал понять, что человек сильно переживает и нервничает, но в то же время он был полон гнева и на взводе. — сука, кто это? — вскрикнув, проматерилась девушка; — Это Лиза, блять, — девушка уже кричала на Виолетту. Но та уже не обращала внимания на её гнев; она слышала только о том, что это Лиза... — Лиза? — Вилка раскрыла глаза и подняла брови, сложив их домиком и немного приоткрыв рот. — Да, Лиза, нахуй ты это делаешь? А если бы ты упала, — Елизавета на взводе, нервы почти сдают. Дело дрянь, ужас; но Малышенко нужно было лишь ощутить этот на первое усмотрение холодный и безразличный взгляд на себе, который из этих ледяных качеств перерастают в переживание, волнение.. А иногда и в ауру гнева. — Чему ты удивилась, тому что я здесь нахожусь ? — подняла бровь Андрющенко, чьи чёрные волосы быстро отстранился от одной точки в другу, метаясь по её лицу. — повторяю, нахуй ты это делаешь, что ты хочешь? — Лиза сама чуть не заплакала, увидев слёзы на лице младшей. Виолетта медленно приблизилась к лицу брюнетки и накрыла своими губами её губы, что были потресканные и холодные. Та закрыла глаза и умело начала отвечать на поцелуй; после чего Малышенко отстранилась от лица Андрющенко; — Я.. — задержала паузу она. — Я тебя хочу... — вновь жалостно скорчив лицо, начиная снова впадать в печаль. А слёзы накрыли щёки вдоль и поперёк. — Виль.. Котёночек... — подхватив на руки татуированную девицу понесла её с лестницы. — тебе надо успокоиться — Лиза лишь хотела отнести свою возлюбленную к себе домой и успокоить, ведь она думала что та явно подвыпившая.