• Когда я умру, петь продолжат птицы •

Гарри плохо спал ночью. Он чуть не сорвался на то, чтобы прорвать блокаду входа в гостиную Слизерина, но в последний момент отложил мантию-невидимку в сторону. Мучаясь и вертясь в ужасно душной спальне и неудобной постели, Гарри утром встал разбитым и последним, с удивлением обнаружив отсутствующего Малфоя и его идеально заправленную кровать. — А где наш слизеринский принц? — спросил он у только что встававшего Невилла. Тот удивлённо пожал плечами, взглянув на кровать Драко. — Да кто ж его знает… Может, ушёл полетать? Он в последнее время зачастил с этим. — Полетать? — Гарри с сомнением посмотрел в окно, где снова шёл снег. Погода оставалась отвратительной уже несколько дней подряд. Даже тренировок он пока не назначал по этой причине, а то так недолго подхватить воспаление лёгких. — Он так говорит, когда… уходит вечером с метлой… Точнее, вылетает из окна, — пробормотал Невилл, выуживая с верхней полки чистую рубашку. Рон ушёл в ванную, а Дин и Симус уже спустились вниз, так что в комнате остались только они двое. При Роне всё ещё было опасно говорить о Малфое. Поттер удивлённо выгнул бровь, чувствуя, что точно что-то упускает. — Ла-адно, — протянул он, не замечая особой прыти Драко на тренировках. Да, он играл хорошо, но не более того. Так с чего бы ему каждую ночь наворачивать круги по небу? На завтраке все клевали носами, голоса школьников звучали приглушённо и сонно. Кто-то часто зевал, кто-то пытался проснуться с помощью кофе. Гарри с Роном пришли в Большой зал раньше, чем обычно. Лаванда, к которой Гарри (он и сам в это не мог поверить!) уже привык, чмокнула своего Бон-Бона в щёку и упорхнула к девчонкам. Их отношения стали менее бурными, и они потихоньку учились давать друг другу пространство. — Где Гермиона? — спросил Поттер, оглядываясь. Всё это казалось ему странным. Особенно вкупе с тем, что и Малфоя тоже не было. Не было и Дамблдора, но тот и раньше частенько отсутствовал в школе. — Наверное, курит с утра пораньше, — Рон, уже присаживаясь на лавку, только пожал плечами. Он потянулся за чайником, как вдруг проявил небывалую наблюдательность. — И Малфой с ней наверняка. Они ж у нас теперь не разлей вода, ты заметил? Гарри промолчал, не желая расстраивать Рона ещё больше, ведь… у этих двоих явно не только перекуры. К слову, ни подруга, ни Малфой на завтрак так и не пришли, что было крайне странным. Гермиона, хоть и жила в этом году под флагом протеста, но приёмы пищи не пропускала. Как не пропускала и уроков. А прошло уже два: Зельеварение и Трансфигурация. Учителя, к его удивлению, отнеслись к отсутствию двоих учеников так, будто обо всём знали, но когда Поттер подошёл к Макгонагалл, та лишь строго посоветовала ему заняться учёбой. Уже почти дойдя до кабинета Истории магии, он и Рон увидели, как Дафна подходит к Невиллу, а тот, удивившись, всё же кивнул ей в приветствии. — А ей-то что надо?! — спросил Рон, хмурясь и держась за лямку сумки на плече. — Я сейчас, — пробормотал Гарри, уже двинувшись в их сторону. — Это тебе! — сказала Дафна, вытащив из своей сумочки небольшой красный тюбик. — Это крем… — Крем? — Невилл не понимал, зачем ей он. Да, он давно хотел с ней поговорить, ведь уже прошёл месяц с начала учебы, а она подошла впервые! Он, конечно, тоже не писал и не пытался заговорить, но ему-то ведь сложнее! — Да! Помнишь, в доме Гарри… Короче! — она открутила колпачок и зачем-то понюхала его. — Это хороший крем! С соком граната и экстрактом календ… — Где Пэнси? Прости, Невилл, я прерву вас на минутку, — перебил её Поттер, даже не поздоровавшись. Блондинка недовольно скривилась, оглядев его с ног до головы. Он отвел её в сторонку, чтобы им никто не мешал. — Офигеть, а я должна тебе докладывать?! — Просто скажи! — Гарри терзало нетерпение. Он был выше и смотрел на девушку, которая ходила на каблуках, сверху вниз. Что ж, надо отметить, что она была хорошенькой. Даже очень. — Отстал бы ты от неё! — шикнула Дафна, которая точно что-то знала. — Гринграсс, не зли меня! — он схватил её за локоть, но слизеринка только хмыкнула, гордо задрав повыше подбородок. — Ты не Малфой, вряд ли у тебя найдётся что-то, что заставит меня с тобой иметь дело! Гарри был ошарашен. Да, даже тот факт, что Малфоя перевели на другой факультет, а также и то, что с ним, вроде как, никто не общался из слизеринцев, всё же не убавило его истинного авторитета. Хитрый слизняк! — Вот именно! Поэтому я прошу тебя по-хорошему. Или что, проснулась совесть, решила от Долгопупса кремом откупиться?! — Причём тут это?! — она начинала злиться, но щеки предательски покраснели. Дафна оглянулась на Невилла, который стоял к ним боком, ожидая, когда они наговорятся. — Что вообще побудило тебя с нами тогда пойти?! Или кто?! — он смотрел на неё сквозь стекла старых очков, пытаясь уловить изменения в эмоциях. — Что, неужели вы все до сих пор скачете вокруг Малфоя? — Заткнись, Поттер! — А то что? Ты мне всё равно не говоришь, где Пэнси, тогда я поболтаю с тобой! — Что она вообще в тебе нашла?! Ты же никакущий! — прошипела девушка, с обидой глядя на него. — Такая, как ты, и не поймёт, — обозлился Гарри: разговоры на эту тему его не привлекали. — Она… в туалете, который на втором этаже, — произнесла Дафна, опустив взгляд. Гарри нахмурился. — Который с Миртл? — Гарри, что происходит? — Невилл, не выдержав, всё же подошёл ближе. К ним также поспешил и Рон, который вообще не понимал, что происходит у его друзей. — Я отойду, — бросил он другу. — Если мистер Бинс будет отмечать нас, скажи, что я… да хоть умер, плевать. — Нормально! — Рон ошалело посмотрел ему вслед, а потом обернулся на голос Лаванды. — Милый, ты уже тут? — гриффиндорка потянула его в другой конец коридора, а Рон и не сопротивлялся. Ему казалось, что их отношения вполне себе могли называться крепкими, хоть они и разрушили их трио друзей. Но в этом он по большей части винил Гермиону. — Я не пользуюсь кремом, — все же сказал Невилл, привлекая внимание Дафны. Она посмотрела на него, раздраженно надув губки. — Знаешь, что, Долгопупс?! Раз я к тебе пришла, будь добр — возьми его! — Дафна всё это время так и стояла с открытым кремом в руках. — Да мне не за чем. Лучше себе оставь. Я пойду, ладно? — Невилл, у которого рухнуло вниз настроение, хотел поскорее уйти прочь. Ему не нужны подачки. Он сделал несколько шагов назад, но девушка двинулась следом, стуча каблучками туфель. — Я, вообще-то, ждала, когда ты подойдёшь! — сказала она, выглядя одновременно рассерженно и растерянно. — Я думал, что тебе это не надо! — парень остановился, с ужасом понимая, что их общение привлекает внимание других школьников. Все с удивлением косились в их сторону. — С каких пор девушка должна делать первый шаг?! Я первая подошла в поезде, пришла на прогулку с Пэнси, первая поцеловала тебя! — последнее она произнесла очень тихо, понимая, что не стоить об этом кричать. — Что же скажут твои друзья, когда увидят тебя со мной? — горько произнёс гриффиндорец, глядя на миловидную слизеринку. Е большие оленьи голубые глаза сейчас сверлили в нём дыру. — Да у всех своя жизнь, Мерлин! Кому какое дело вообще?! Нет, ну если ты не хочешь со мной общаться, то, конечно, что я могу поделать! — она швырнула крем в сторону и, топнув ножкой, развернулась и пошла в обратном направлении. — Гринграсс? — крикнул Тео, вместе со слизеринцами прошедший в коридор. — Чего там у тебя с этим олухом? — Отвали, Нотт! Невилл пошёл за ней следом, быстро подняв крем и даже почти равнодушно пройдя мимо переговаривающихся и смеющихся слизеринцев. Что они могут ему сделать?! Им не запрещено общаться с людьми, учащимися на других факультетах! Он догнал Дафну в тот момент, когда она свернула в полутемный коридор и встала около небольшого оконца с витражным рисунком. — Ты хочешь общаться? — спросил Невилл, вставая рядом с ней. Она дёрнула плечом, кусая нижнюю губу. — Возьмём один проект на Травологии? — ответила вопросом на вопрос Дафна. На прошлом уроке как раз дали задание найти себе пару, и Невилл нервно кивнул. — Л-ладно. — Тогда… увидимся в теплицах вечером? Я принесу свои книги, выберем тему... — говорила девушка. На самом деле, он знал, что проблем на Травологии у Гринграсс не было, поэтому вряд ли она хочет нахаляву получить от него проект. Дафна хорошо разбиралась в предмете, но в любом случае он уже согласился. — Ладно… — Давай в пять во второй теплице? А крем всё же возьми, он хороший, — она кивнула на тюбик, зажатый в его ладони, и коснулась пальцами запястья парня, а затем направилась в сторону кабинета Истории магии. — Спасибо… Он обернулся на неё ровно в тот момент, когда она оглянулась. Невилл зачем-то поднял руку, будто прощаясь, но потом поплёлся следом, ведь урок был и у него.

***

Гарри без раздумий открыл дверь в туалет, в котором они с Гермионой и Роном на втором курсе варили оборотное зелье. Здесь было тихо, а на полу под раковинами снова разлита вода. Пройдя внутрь, он крепко закрыл дверь, прислушиваясь. Обычно, когда здесь присутствовала Миртл, вой и плач слышались даже в коридоре, но сейчас заглядывать в кабинки он бы не решился, да и не пришлось. Из одной кабинки открылась дверь, и Паркинсон вышла сама. Увидеть его здесь она не ожидала, поэтому замерла на месте. — Гарри..? — Узнала? — его голос сочился сарказмом. — К-конечно… — Пэнси поправила юбку, как всегда короткую. — А я уж думал, ты обо мне забыла, — он наблюдал, как девушка подошла к раковине, скинув на неё сумку с учебниками. — Не говори глупостей! — она открыла кран, вымыла руки, закрыла кран, стряхнула с рук капли воды. Подняв голову, встретилась в отражении с пристальным взглядом Поттера. — Что происходит? — Всё нормально, правда… — Нормально?! — У меня что, не может быть личного времени?! — девушка тут же вышла из себя, хотя он не сказал ей ничего такого, из-за чего можно было бы злиться. — Мы за месяц виделись два раза. Тебе надо ещё больше времени? — он скинул свою сумку на пол и подошёл ближе, лишая её шанса на бегство. Раздался колокол, оповещавший о начале урока. Пэнси дернулась, но Поттер придержал её. — Ты никуда не выйдешь, пока не объяснишь, что происходит… — Что ты хочешь?! Что я должна тебе рассказать, дракл возьми! — Не ори, мы говорим спокойно. Она сложила руки на груди, повернув голову влево. Гарри не мог смотреть на неё такую… будто та была сама не своя. — Ну же, девочка моя, ты же знаешь, что мне всё можно рассказать… — он положил руки ей на талию, притягивая к себе. Пэнси только скривилась. — Я тебе не нужен? — Нужен… — она всхлипнула, наморщив носик. — Тогда что случилось? Я тебя чем-то обидел? — Гарри, прижимая девушку к своей груди, прошептал слова ей на ухо. Она отрицательно замотала головой. — Просто… как-то всё навалилось разом… — Что именно? — Гарри почувствовал, как её руки легли ему на талию. Оттаивает. Слава Мерлину. — Да там… семейное… дома… — Ладно… я могу чем-то помочь? — Нет. Он слегка отодвинулся, беря её лицо в свои ладони и внимательно смотря на него. Девушка попыталась взять себя в руки и произнесла: — Не стоит беспокоиться за меня. — Пэнс, я ведь тоже живой… И я, чёрт возьми, без ума от тебя! Почему я должен не обращать внимания на твои проблемы? — Всё в порядке!!! — она упрямо не смотрела ему в глаза. — Пэнс, если один в паре не понимает, вместе они или нет, значит, не всё в порядке! — Вместе?! — Пэнси как-то странно хохотнула, дрожащими пальцами вытирая слезы, бегущие по щеке. — Поттер, мы не можем быть вместе. Или ты думал, что это возможно?! Гарри будто обдало холодной водой. — Пока что невозможно открыто об этом заявить, я согласен… — Мне никогда не разрешат быть с тобой, даже если бы не было этой дракловой надвигающейся войны!!! — Мы всегда можем сбежать, либо… ты можешь перейти на нашу сторону… — он чувствовал, как его сердце бешено колотится. Пэнси фыркнула, горько усмехнувшись. — А почему ты не можешь перейти на сторону… Тёмн… Того-кого-нельзя-называть, а?! Что тебе терять?! Если перейду я — я лишусь всего!!! Родителей, друзей, дома! Сделав несколько шагов назад, Поттер не очень хорошо улыбнулся, в неверии замотав головой. — Ты в себе? Он убил моих родителей, Пэнси! Я никогда не встану на его сторону! И, если понадобится, я буду тем, кто его прикончит, ясно?! — Вот об этом я и говорю! Поэтому не стоит нам больше видеться! — она дёрнула туго завязанный на шее галстук, слегка расслабляя его, будто ей не хватало воздуха. Гарри не понимал этих метаморфоз. — Разве несколько месяцев назад ты об этом не знала? Что изменилось сейчас?! — он злился. Злился как никогда. — Просто… Теперь я точно поняла. — Ты выбрала его, да? — спросил Гарри, вспоминая, как вместе со всеми увидел на карте находившихся в одной комнате Пэнси и Блейза. И их точки находились слишком близко. — Я… Гарри, я… Ты лучший, правда! — она скривилась, когда к глазам снова подкатили слёзы. — Среди кого, Пэнс?! Что ещё за рейтинги?! Что вообще происходит?! — он, взлохматив волосы, стал нервно ходить напротив умывальника. — Скажи это. Просто скажи. Всхлипнув, она дернулась, будто хотела подойти к нему, но всё же осталась стоять на месте. Сделав глубокий вдох, облизнула пересохшие губы. — Мы не можем… Я не хочу быть с тобой. Гарри с минуту молча смотрел на неё, не веря в услышанное. Он снял очки, потёр переносицу, а потом с размаху швырнул их в сторону. Пэнси взвизгнула, когда раздался приглушённый звон стекла. — Я понял тебя. Я. Тебя. Понял. Медленно, совершенно не чувствуя ног, пошёл на выход из туалета, даже не оборачиваясь. Когда дверь захлопнулась, Пэнси сползла на мокрый пол, укрыв лицо ладонями и зарыдав уже в голос.

***

Дамблдор направился в свой кабинет, посоветовав Гермионе и Драко отдохнуть, а также ожидать, когда он вновь их позовёт. А пока напутствовал продолжать заниматься медитацией, окклюменцией и тренировать анимагические навыки. Тем временем они выкурили по сигарете, молча стоя у перил Астрономической башни и смотря на тусклое, еле пробивающееся сквозь густые облака зимнее солнце, которое уже кренилось к горизонту. Погода лишь немногим улучшилась, хотя бы прекратилась снежная буря. — Кажется, будто это всё произошло не со мной, — через несколько минут произнесла Гермиона, уничтожая окурок палочкой. Драко опёрся о перила локтями, стоя к ним спиной, и выгнулся слегка назад. Он подставлял лицо ветру, который красиво играл с его светлыми волосами. — Это было невероятно. — Что ты почувствовал, когда образ дракона встал перед глазами? — Восторг! — он улыбнулся, мечтательно глядя в небо. — Это… наверное, это лучшее, что могло со мной случиться, Грейнджер. — Я никогда не задумывалась, кем я стану. Но пума — не самый плохой вариант, как думаешь? Оттолкнувшись от перил, Малфой подошёл к Гермионе, притягивая её к себе и смотря в глаза. — Из тебя вышла прелестная кошечка. — Ты дашь мне на себе полетать? Драко рассмеялся, коротко и хрипло. — Грейнджер, ты точно сумасшедшая. Это опасно! — Я летала на гиппогрифе и фестрале. Чем хуже дракон? — она улыбалась ему в ответ, закинув руки на плечи парня. — Когда ты успела? — он в удивлении выгнул бровь. — Долго ли умеючи… — ей не хотелось об этом говорить. Оба этих полёта ассоциировались у неё с Сириусом, и становилось тоскливо. — Хорошо, тогда я подумаю, — пообещал Драко, надеясь, что она забудет об этой идее. — Я… устала… Может, пойдём по спальням? — Звучит так, будто ты приглашаешь меня к себе, — он сделал несколько шагов ей навстречу, пока Гермиона не уперлась спиной в стену башни. Коснувшись кончиком своего носа её, скользнул губами по щеке, согревая кожу горячим дыханием. — Мне кажется, что с этого момента нас объединяет ещё одна тайна… — Жаль, что я не превратилась в дракона. Было бы символично, — она улыбнулась, чувствуя его губы на своей щеке. — Нет, хватит нам одного чудовища. Во всяком случае, твой облик хотя бы миниатюрный. А мне что делать с теми огромными крыльями? Ты же их видела, ну просто космолёт! Гермиона снова улыбнулась. Ну и понабрался же он магловских фразочек за эти каникулы! Она посмотрела ему в глаза, облизнув губы. Ей так много хотелось ему сказать, но слова не срывались с губ. Помолчав, произнесла: — Мне кажется, что только этот облик отражает твою внутреннюю красоту и силу, Драко. Он сглотнул, ухмыльнувшись левой стороной губ, от чего на щеке появилась милая ямочка. Гермиона, встав на носочки, поцеловала его в это место. У Драко в груди полыхнул огонь, приятно согревавший душу и сердце, тем временем мозг точно покрылся туманной пеленой. — Кошечка... моя... Они и правда, будто были двумя представителями семейства кошачьих, ластящимися друг к другу. Никакой пошлости, сплошная романтика. — Мой дракон… — Твой… — снова изнутри всё обожгло, и он сильнее прижал её к себе, не веря, что раньше и вовсе не обращал на неё внимание. Идиот! Если бы знал, что с ней ему будет так хорошо, то ещё на Святочном балу вырвал бы её из рук того болгарина. — Я замёрзла, пойдем в нашу башню? — шёпотом спросила у него Гермиона, мимолётом оставляя короткие поцелуи на гладкой щеке парня. — Не могу поверить, что гриффиндорская башня уже полгода — как и моя тоже, — закатил он глаза, но повёл её за собой, держа за руку.

***

Джинни с грустью смотрела на улицу через окно в коридоре учебной башни школы. Уроки давно закончились, но возвращаться в спальню не хотелось. Её мучили сомнения и тоска. В последнее время брат Грейнджер засел в голове, плотно оборудовав там себе небольшой гаражик. Он громко стучал гаечным ключом по извилинам её памяти, напоминая о себе. Его образ постоянно стоял перед глазами: карие глаза со смешинками, лукавая широкая улыбка, прямой, вздёрнутый лишь на кончике нос и волнистые волосы. Не такие, как у Гарри — которые не уложить. И не такие, как у Блейза — стриженные коротким ёжиком. У Дилана они мягкие, от чего их было бы приятно перебирать пальцами. Да, в их последний поцелуй ей это удалось сделать, и помнила она эти ощущения очень отчётливо. Он был взрослым, наглым и сам себе на уме. Но от того казался не менее интересным. Его харизма, обаяние и уверенность во всём, что бы он ни делал — сносили с ног, а также, кажется, выносили мозг. Потому что как ещё назвать тот факт, что он не выходил у неё из головы?! Она слышала его громкий смех, почти наяву видела грязную майку и сильные руки, которые только что перебрали целый мотор от машины. Папе бы он понравился… Эта мысль так её ошарашила, что Джинни даже пискнула и закрыла рот рукой! О чём она вообще думает?! Да и Дилан был бы в восторге от их дома и папиного сарайчика, где тот занимался сборкой и разборкой магловской техники… Нет, ну у неё точно едет крыша! Писал он редко, письма ей передавала Гермиона, но в каждом рассказывал всё, что происходило в его жизни. И Джинни только удивлялась, как у одного человека могло происходить столько за раз! У него было много друзей, хотя и не таких близких, как тот самый Крис Томпсон. Дилан — душа компании. Там, куда он приходил — становилось весело и шумно, а когда уходил — разговоры стихали. Ей это было так близко. Что же делать?! Она ждала его письмо уже больше двух недель, не понимая причину такой задержки. Гермиона пожимала плечами, успокаивая аргументом, что погода сейчас не лётная, поэтому совы автоматически дольше доставляют почту. Но ей так важно получить от него хоть что-то! Хоть строчку… Может, она станет той самой каплей на чаше весов. — Малышка, вот ты где! Джинни вскочила с места, выдернутая из своих мыслей, и посмотрела на Забини. Он даже не улыбался, просто молча смотрел на неё, одетый в школьную форму. — А мы снова общаемся? — в ней вдруг включилась дерзость. — Я дал тебе остыть. Ты ведь обиделась на меня после рождественского письма? — Блейз подошёл ближе. Она промолчала. С каждым его шагом её решимость таяла. Что-то в нём непостижимо притягивало и... подавляло. Только этого она пока не осознавала. — Ну прости… — А что же Пэнси, Блейз? Вы по-прежнему вместе? — Джинни постаралась выдохнуть и успокоиться. — Ты снова начинаешь эту тему, Джиневра?! Я же пришёл к тебе! Она вдруг съёжилась, сделав шаг назад, но уперлась в стену. — Я не хочу делить тебя с ней! — её голос стал совсем мягким, растеряв былую твёрдость. — Ты же знаешь, мы с ней лишь делаем вид… — он сделал к ней ещё пару шагов, вытащив руки из карманов мантии. От него пахло новым одеколоном. Интересно, это она ему подарила? — Ты разлюбил её? — Джинни с ужасом осознала в своём голосе надежду. Дура!!! — Я скучал, малышка, — Блейз улыбнулся, наблюдая за ней, как за мышкой, загнанной котом в угол. По крайней мере, так казалось. — Я… я кое с кем… — пискнула девушка, но он не дал ей договорить, наклонился и поцеловал. Тёплые губы, которые давно сводили с ума, захватили сознание, и руки сами потянулись к его шее. Подрагивающие пальцы касались кожи под рубашкой, а сердце трепетало. Он был с ней!!! Целует её, Джинни! А Пэнси… пускай довольствуется Гарри! Забини приподнял её, опускаясь на подоконник, а девушку усаживая к себе на колени. В коридорах стало темнеть, а людей тут и вовсе не было. Учебный день закончился, и даже учителя давно покинули кабинеты. — Красивая… — его руки скользнули ей под мантию, задирая блузку. Джинни дёрнулась, будто от удара тока, когда холодные пальцы коснулись кожи на талии. Так же всё начиналось и в прошлый раз. Тогда, когда её платье было задрано одним рывком, а потом… — Что такое? — Блейз удивлённо посмотрел на неё, нахмурив брови. — Малышка, мы так давно не виделись, ты не соскучилась? — Я скучала, — призналась Джинни, заёрзав на его коленях. — Просто не хочу… — Чего? Меня рядом? — Нет… м-м… секса… — Первый раз всегда неприятный для девчонок. Тебе было больно, но во второй раз будет намного приятнее. Джинни порывисто выдохнула воздух ему в губы, разрываемая сомнениями. Ей хотелось. Но… почему он пришёл именно сейчас? Где он был весь месяц?! Почему даже толком не пытался с ней поговорить? Он даже не узнал, как у неё дела! Но ведь Блейз староста… У него так много дел… Он был занят… Да и она дура, могла бы и сама подойти! Ведь не всегда парень должен делать первый шаг? Вдруг ей вспомнилось, как Гермиона рассказывала о том, как ласков с ней был Малфой. Да, у них ещё не было полноценного секса, но ведь оргазм она получала с ним даже без проникновения. Может, стоит попробовать? Может, сейчас будет лучше? Ему ведь это надо… Ведь он пришёл за этим к ней, а не к Пэнси. Значит, с ней у него ничего нет… Она ответила на поцелуй, пуская в рот его язык. Сердце забилось чаще от предвкушения, а когда рука парня скользнула по её бедру, низ живота скрутило, а дыхание участилось. — Ты хочешь меня, детка? Провидение это было, или только случай, но в коридоре послышались быстрые шаги, а потом и женский крик: — Забини! Мать твою, где ты?! Не успела Джинни открыть глаза, как увидела вышедшую из-за угла Дафну. Девушка была взволнована и всё ещё одета в школьную форму. Заметив их, она удивлённо замерла на месте. Блейз чертыхнулся, недовольно поджав губы. — Чего тебе, Гринграсс?! — он не отпускал пытающуюся слезть с него Джинни, и она стыдливо прятала лицо, отвернувшись. Какой позор!!! — Там у Пэнси… истерика, в общем. Она плачет уже который час… — Что? — Блейз сглотнул, пытаясь в красивом лице Гринграсс разглядеть подвох. Он встал, пересадив Джинни на подоконник. Расправив брюки и мантию, парень отошёл в сторону. — Я сама толком ничего не знаю! Но мне надо уже бежать в теплицы по проекту, а она не успокаивается! Я предложила ей успокоительное, но Пэнс отказывается. Может, к мадам Помфри? — она тараторила, косясь на Джинни, которая чувствовала, как внутри всё обрывается. — Где она? — В спальне. — Сейчас буду. Иди куда собиралась. Он повернулся к Джинни, нервно выдохнув и медленно облизав нижнюю губу. — Иди, — пожала плечами девушка, румянец с лица которой уже сошёл и превратился в болезненную бледность. — Малышка, ты только не обижайся! Я… давай я сейчас всё решу и вернусь к тебе! — М-м-м… — Вот и хорошо! Кивнув, Забини быстро чмокнул её в щёку и побежал по длинному коридору, направляясь в подземелья. Только вот и Джинни не собиралась тут задерживаться. Пытаясь держать лицо, она встала, заправила блузку в юбку и пошла в гриффиндорскую башню, мечтая забраться под ледяной душ. Всё снова повторилось. В который раз она оказалась второй, несмотря на то, что он был для неё первым. Идиотка, какая же идиотка… Джинни не помнила, как дошла до портрета Полной дамы, произнесла пароль, вошла внутрь, не обращая внимания на привычный гомон не стихающих ни на минуту гриффиндорцев. — Джинни, тебе письмо! — к ней подбежал Колин Криви, тот самый, который не давал на втором курсе прохода Гарри. Он по-прежнему ходил с фотоаппаратом, и колдографии у него получались отличные! Она моргнула, глупо уставившись на светловолосого парнишку. — Эй, ты не заболела? — он нахмурился, озадаченно глядя на одногруппницу. — Может быть, — произнесла девушка и взяла протянутое ей письмо. Размашистый почерк, большие буквы, наклон влево. Левша. — Спасибо… Не глядя, куда идёт, она вскрыла конверт, раскрывая исписанный до последней строки лист в клеточку, вырванный из магловской тетради, и прочитала первую строчку. «Лисичка, привет! Знала бы ты, как я скучаю…» Джинни рванула в комнату, еле сдерживая горькие слёзы.

***

Драко попрощался с Грейнджер на развилке лестниц, нехотя уходя к себе. Он открыл дверь в спальню, находясь в своих мыслях и улыбаясь самому себе. В комнате стояла гробовая тишина. Он замер на пороге, с подозрением вслушиваясь. Пройдя глубже, обнаружил в спальне только Поттера, сидевшего на своей кровати, облокотив локти на колени и понурив голову. Гарри медленно повернулся, и Драко даже сначала не понял, что не так. До него не сразу дошло, что на Избранном нет его круглых очков. С чего бы это? — Гермиона была с тобой? — спросил он совершенно безжизненным голосом. — Да. Не спросишь, почему отсутствовали? — Драко снял зимнюю мантию и открыл шкаф, чтобы повесить на плечики. — Мне плевать. Малфой с удивлением обернулся, хмурясь. — Ты пьяный? — Жаль, но нет. Он и сам выжат, как лимон, поэтому скинул обувь и сел на свою кровать. Надо сходить в душ, но сил не было. Драко слишком много потратил их на два превращения. — По ком траур? — всё же спросил, пользуясь тем, что они были одни. Поттер не пошевелился и не повернулся. Он молчал несколько минут, прежде чем заговорить: — Что между Пэнси и Забини? — Без понятия, — честно ответил Малфой, удивлённо выгнув брови, а потом сведя их к переносице. — Думаю, я знаю, что они делали вчера в спальне Забини, — ровным тоном произнёс Гарри, сидя в той же позе. — Поттер, это чушь! Они только вчера рассматривали ту заколдованную карту, а Драко осознал, что событий за эти сутки прошло столько, что казалось, то случилось неделю назад. — Я тоже так думал, — Гарри хмыкнул, сжимая челюсть. — Пэнси не из тех, кто бы смог изменить, Поттер! — Драко встал, решив, что всё же ему надо сходить в душ. Стянул с крючка сухое полотенце и, закинув его на плечо, подошёл ближе к Избранному. — Не верю, что говорю это, но я видел, как она смотрит на тебя! И я уверен в том, что ты ей нравишься! Гарри поднял голову, и Малфой остро ощутил неловкость. Он не знал, плакал ли до этого Поттер, но его глаза были красными и воспалёнными, а взгляд... пустым. — Она ушла. На целую минуту повисло молчание. — А причину сказала? — Ага. Просто не хочет. Надоел, видимо, — он горько ухмыльнулся. Драко был ошарашен. Не в стиле Пэнси сдаваться просто так. Из-за чего угодно, но точно не из-за Забини! Он ей был не нужен! Поттер продолжил прожигать взглядом пол, и Малфой пошёл в душ. Чуть позже вернувшись в комнату, обнаружил его в том же месте. Переодевшись в магловские вещи, он молча вышел из комнаты. Сам не верил в то, что собирается сделать, но вот уже выбежал из гостиной, добрался до восьмого этажа, прошел в Выручай-комнату и нашёл припрятанную около граммофона сумочку. Пока рукой шарил в её содержимом, снова смотрел на шкаф, прищурившись. Драко не понимал, почему тот его так зацепил. Шкаф и шкаф... Выудив наконец необходимое, спрятал это под толстовку и двинулся обратно. Время было ещё не позднее, поэтому он не прятался, а шёл спокойно. Как всегда ловил на себе взгляды редких школьников, гуляющих в это время по замку. Да и плевать. Полная дама недовольно впустила его обратно в гостиную, и Драко мигом направился в комнату. Зайдя внутрь их спальни, понял, что сильно тут ничего не изменилось с момента его ухода. Кроме одного — Уизли допытывался причины поттеровской печали. Делал это очень топорно и неловко, пытался отвлечь разговорами на другие темы. Но всё было бестолку. — Стаканы наколдовать сможете? — спросил Драко, вытащив на свет бутылку магловского виски. Хорошего виски. Рон на мгновение открыл рот, потом захлопнул его и всплеснул руками: — Да что, мать вашу, произошло?! Один молчит, другой бухает! Гарри молча встал и взмахнул палочкой. Три небольших стакана поднялись с тумбочки и поплыли по воздуху к парням. — Наливай, — сказал он, выглядя так, будто по нему пробежало стадо кентавров. Морально, разумеется. — И за что пьём? — спросил Уизли, беря в руки наполненный наполовину стакан и принюхиваясь. — За дружбу? — А мне тогда что, выйти нахрен на время тоста? — фыркнул Малфой на его глупость. Он поднял стакан, оттопырив мизинец в сторону. Второй рукой держал бутылку. — Давайте за магию. Они чокнулись стаканами и выпили. Драко скривился, долго выдыхая воздух из лёгких, и только сейчас понял, что голоден, как чёрт. — Где ты его взял? Это магловский? — спросил Рон, косясь на бутылку в руках Малфоя. — Дилан? — предположил слегка оживший Гарри. — Нет, в этот раз он ни при чём. — Дилан? Кто это? — Брат Гермионы, — ответил Поттер, снова подставляя стакан. Драко молча всем налил по второй. — А вы его откуда знаете? — Друг, давай всё потом. Сегодня я не готов ни на что отвечать уже, — он положил на плечо Рона руку. Тот выглядел озадаченным, но в итоге просто пожал плечами и кивнул. Они выпили снова. — Фух, закусить бы чем, — пробормотал Драко, кулаком прикрывая рот, в котором сегодня с утра побывал только тибетский завтрак. — Добби! — позвал домовика Гарри, присаживаясь на свою кровать. Малфой прошёл к подоконнику, усевшись на него, а Рон сел рядом с другом. Эльф появился быстро и, как всегда расшаркиваясь в поклонах перед Гарри, раболепно смотрел в его глаза и слушал просьбу. — Принеси нам с кухни чего-нибудь, пожалуйста. — Конечно, Добби принесёт! Гарри Поттер хочет что-то конкретное? Или... — Добби повернул голову и уставился на Малфоя, из-за чего его глаза стали ещё больше, чем обычно. — Бывший хозяин Драко? Малфой фыркнул. Две стопки чистого вискаря уже ударили по мозгам, расслабляя тело. — Привет, крысёныш. Эльф пискнул, ухватившись за свои уши, выглядывающие из-под трёх вязаных шапок. Ну что за чудик, а! — Извинись! — произнёс Гарри, исподлобья глядя тяжёлым взглядом на Драко. Тот облизал губы, выставляя вперёд ладони. — О! Прости, маленький предатель, что обидел тебя! — Малфой! — рыкнул Гарри. — Ой, да шуток не понимаете что ли?! — Драко налил себе третью стопку и опрокинул её в себя в два больших глотка. — Сейчас напьёмся без закусок, и это будешь виноват ты, Добби. — Ты издеваешься? — прищурился Рон, который уважал маленького эльфа. Как минимум за то, что тот осмелился помогать Гарри на их втором курсе, хотя сам в то время прислуживал Малфоям. — Добби, он мудак. Не слушай его! И принеси, пожалуйста, нам еды, — уставшим голосом попросил Гарри, снова опустив голову. — Добби всё сделает! — и он исчез, щёлкнув длинными пальцами и скосив недобрый взгляд на Драко. Тот не обратил на это внимание. Через несколько минут на подносе на тумбочке стояла корзинка с пирожками, рулетами, пирожными и тостами. Что ж, с этим уже можно было выжить! Дверь в комнату открылась с грохотом, и в неё влетела всполошённая Гермиона. В пижамных коротких шортах, майке и халате. Малфой сначала засмотрелся, а потом его кольнула ревность. Вот сейчас же все увидят твои ноги, Грейнджер, прикройся! — У нас истерика!!! Парни повернули к ней головы, не сразу поняв, о чём речь. Гермиона пояснила: — Джинни! — По шкале от нуля до десяти? — спросил рациональный Малфой, закинувший в рот тост с красной рыбой. — Одиннадцать! — Она говорила что-то? — спросил Рон, вскочив на ноги. Гермиона мотнула головой, но в руке она держала какой-то смятый листок. Драко, спрыгнув с подоконника, облизал пальцы и взял его в руки. Он не собирался читать, по первому слову поняв от кого это и сделав первые выводы: — Твой брат что-то учудил? — Нет! Он ей уже чуть ли не в любви признаётся! А она рыдает! — растерянно пробормотала Гермиона, кусая заусенцы на большом пальце. Драко отдал ей письмо, думая. — Как попасть в вашу спальню? Ты сможешь её как-то привести к нам? — спросил испуганный Рон, а потом нахмурился. — Твоего брата и Джинни знает? — Естественно! Она же праздновала с нами Рождество! И сейчас у них переписка, — быстро ответила ему Гермиона, почти не солгав. Гарри с удивлением слушал, как они общаются. Вот так общая проблема их сплотила, и друзья терпят присутствие друг друга. — Грейнджер, иди в комнату и открой мне окно, — произнёс Драко, вытащив из своего шкафа аккуратно приставленную к стеночке метлу. Она кивнула, выбегая из спальни парней, а Малфой привычным движением прыгнул на подоконник, распахнул створку и на ходу вылетел в вечернюю темноту. — Похоже на то, что он так делает не первый раз, — пробормотал Рон, закрывая окно. — Не удивлюсь, — ответил ему Гарри, которого сильно разморило. Вихрем влетев в комнату девочек, где оказались и Лаванда с Парвати, Малфой спрыгнул с метлы, тут же направившись к Джинни, лежавшей на кровати. Запыхавшаяся Гермиона, которая только-только вбежала в комнату, приняла его метлу, глядя, как Драко присел у кровати рыжей. — Ну и что мы рыдаем? Та притихла, услышав чужой голос. — Мы тоже не смогли её успокоить, — вполне себе искренне произнесла Браун, шокировано наблюдая Малфоя у них в спальне. Они многозначительно переглянулись с Патил. — Уизли, если ты не поднимешься, я сам тебя подниму, — не увидев реакции, Драко хмыкнул, осмотрелся и быстрым движением схватил девушку в охапку, поднимая на руки. Он был с виду худым, но силы в нём оказалось достаточно. — Эй! — до неё наконец дошло, что происходит, и она слабо засопротивлялась. — Поздно, я предупреждал. Пошли тебя лечить. Грейнджер, метлу забери. Гермиона поплелась следом, с удивлением увидев, как он спускается с их лестницы: словно катится по ледяной горке. Держа Джинни на руках, он даже не пошатнулся, а когда на лестницу ступила Гермиона, у неё под ногами сразу появлялись ступеньки. — Отпусти! — шмыгнула носом Джинни, заплаканная и опухшая. Драко опустил её, внимательно оглядев. — Там твой брат, Уизли, так что советую фильтровать слова. Пойдёмте, — он забрал метлу и пропустил девушек вперёд. Гермиона обняла подругу, с глаз которой ручьём катились слезы. — Джинни! — Рон выскочил из комнаты им навстречу, перехватывая сестру в свои объятия. В комнате их уже ждали пять стаканов, наполненных чуть больше, чем на половину. — Сажай её рядом с Поттером, изолируем плакс от нормальных людей, — произнёс Драко, но тут же получил от Джинни тычок в бок. — О, миледи, как ваше самочувствие? — Ты можешь проявить понимание? — шикнула на него Гермиона, но тут обнаружила, что и друг сидит с таким лицом, будто кого-то похоронил. — Что... что вообще происходит? — Как говорит Дилан: без рюмки не разберёшься! — Драко протянул ей стакан, и она с подозрением принюхалась. Убедившись, что виски отличный, сделала глоток и скривилась от горечи. Раздав всем стаканы, Малфой снова выпил, чувствуя себя определённо лучше. — Ну что? — спросил он у вновь притихших. — Я изменила твоему брату! — снова заплакала Джинни, держа дрожавшими пальцами пустой стакан. Рон подавился напитком, выплюнув его на пол. — Только не говори, что с... — Гарри на неё нехорошо посмотрел. Она съежилась под его взглядом и кивнула. — Джинни! Господи, что произошло? — Гермиона села рядом с ней, сидящей на кровати, прям на колени на полу. — Когда он рядом, у меня будто помутнение! — Не у тебя одной, похоже, — пробурчал Гарри, сжав зубы. — Я ничего не понимаю... — пробормотала Гермиона, потирая лоб, взмокший после беготни и алкоголя. — Я тоже, — согласно кивнул Рон, опираясь плечом на каркасную балку кровати Гарри. — Не вечная ли это насмешка любви, что женщина не может любить того, кто любит её? — процитировал Драко вспомнившуюся фразу. Все повернули к нему голову, уставившись непонимающими взглядами. — Шекспир! Гермиона цокнула языком и повернулась к подруге. — Ты не можешь изменить Дилану, потому что вы формально пока не вместе официально, так? — Грейнджер, это не так работает! — запротестовал Малфой, потому что его бы не устроил такой расклад в их отношениях, хотя он и сам не предлагал ей встречаться. — Начнём с другого: Забини сделал что-то против твоей воли? — спросил обозлённый Гарри, которому не помогал виски. Кровь кипела. — Не против... — Забини? — Рон открыл рот, а потом закрыл лицо ладонями, долго выдыхая гласные: — Во-о-оу... — Успокойся, Рон, ничего уже не изменишь! — огрызнулась Гермиона, не смотря на друга. — Да, вот что бывает, когда твой рот приклеен к девчонке, а друзья в это время живут свою жизнь! — саркастично пробурчал Драко, выбирающий себе пирожок. — А сам-то! — фыркнул Гарри. — Может, и про вас с Герм расскажем?! — А про тебя и Паркинсон?! Или ты рассказывал эту свою маленькую тайну? — не остался молчать Малфой. — Не произноси её имени, — Гарри сжал кулаки, еле сдержав себя от того, чтобы не кинуться на нахального Малфоя, жующего пирожок. Даже Рон не ел! — Я правильно сейчас понял? — начал Рон. — Джинни и Забини, Джинни и какой-то Дилан, Гарри и Паркинсон, Гермиона и… Малфой? Вы ебнулись все? — Любовь зла, — пожал плечами Драко, и Гермиона прищурилась, глядя на него. — Ты сколько выпил?! — По-прежнему тебя боюсь, Карамелька, так что я ещё не пьян, — растянулся в улыбке Малфой, из-за чего Гарри истерично хохотнул, ладонью потирая лоб. — Придурок. — Господи... — Гермионе казалось, что она попала в дурдом, и она одна адекватный человек. И еще Рон был пока в себе. Удивительно, как тот умудрялся не орать и держать себя в руках. Тут он налил себе полный стакан виски, быстро опустошая его. А, понятно как. — Он всё это время игнорировал меня, хотя я думала, что мы теперь и не будем вместе… — всхлипнула Джинни, вытирая нос рукой. — А сегодня подошёл, я поверила ему, что он скучал... Все замолкли, слушая исповедь. — В первый раз было больно, а сегодня я подумала, что должно быть уже и не так... Рон, заливавший в себя ещё один стакан, молча уставился на сестру и резко сел с ней рядом. — Джин, милая, только не говори, что ты с ним уже... — он смотрел на сестру, но она молча кивнула. Тут Уизли сорвался с места и, громко хлопнув дверью, вышел. — Что было дальше? — спросила подругу Гермиона, поглаживая её по предплечью. — Мы только поцеловались, но тут прибежала Гринграсс и сказала, что у Паркинсон истерика уже несколько часов! И он снова, уже в сотый раз ушёл к ней, оставив меня!!! Гарри медленно повернул к ней голову, внимательно слушая и внимая каждому слову. — А потом мне передали письмо от Дилана... И я просто ненавижу себя! Я будто его предала! — Дилану не обязательно это знать. К тому же, я не думаю, что он тоже держит обет воздержания, — пробормотала Гермиона, но услышала очередное фырканье Драко. Тот тоже поддерживал с братом Гермионы переписку и знал несколько больше, нежели девчонки. — Да он с неё магловские иконы скоро писать будет, какие другие бабы, Грейнджер?! Джинни снова залилась слезами. — Спасибо, помог! — буркнула Гермиона, обнимая подругу и поглаживая её по спине. Джинни закатывалась в истерике, громко икая. — Уизли! Забудь Забини! На полном серьёзе тебе повторяю это! — сказал ей Драко, повышая голос. — Он не променяет Пэнси на кого-то. Даже на тебя. Поверьте, я знаю, о чём говорю. — А что же насчёт Пэнси? — спросил Гарри. Малфой скрежетнул зубами. — Тебе тоже надо всё по сто раз повторять, Поттер?! Очевидно же! Вы расстались, она из-за этого рыдала, а Забини побежал к ней! Только вот неизвестна причина, которая побудила её уйти от тебя! Вы вообще хоть разговаривали о чём-то или только трахались по углам?! — Закройся! — прорычал Гарри. — Вы расстались? — охнула Гермиона. Она посмотрела на Драко, читая в его глазах то же самое, что вертелось на языке у неё: как всё успело развалиться за сутки, что их не было здесь?! — Сам не понимаю, что произошло. Но я никогда не перейду на вашу сторону, Малфой! — Гарри вскочил на ноги и стал мерить шагами комнату. Драко выглядел ошарашенным и удивлённым. — Охуеть! Спасибо, что предупредил! А то я как раз хотел дать тебе буклетик из нашей секты! — Что, тоже потом ей скажешь, чтобы выбирала сторону, когда тебя позовут обратно? — сквозь зубы прошипел Гарри, кивая на Гермиону. Малфой некоторое время молчал. Желваки на его челюсти ходили ходуном. — Меня не позовут, — позже сказал он. Гермиона посмотрела на Драко, часто дыша. — А если позовут, Малфой?! Ты же нас всех заложишь! Сколько ты всего за это время подслушал, сколько полезного сможешь рассказать?! — Гарри явно несло не в ту сторону. Он не верил ни единому слову. — Информация о том, что ты еблан — им и так известна. — Как смешно! Вот так эти волшебные, поистине удивительные сутки закончились скандалом. Правильно было просто уйти из комнаты и не возвращаться, а не тащить виски этому кретину. Не делай добра... Конечно, их опасения имели почву, но... Малфой посмотрел на Гермиону, и его сердце сжалось. Сможет ли он защитить её? Вдруг и правда его заставят вернуться? Что, если будут шантажировать матерью? Что ему останется делать, кроме как снова вернуться на ту сторону?! — Так... — Гермиона встала на ноги, хлопнув ладонями по бёдрам и тяжело вздохнув. — Нам всем нужен сон! Расходимся! Она потянула за собой Джинни, и та покорно встала. — Грейнджер... — Драко подошёл к ней, и в его глазах она прочитала бурю эмоций, сотканных из страха, переживаний и… мольбы. — Я жду тебя, — сказала она одними губами, и у него отлегло от сердца. Нет, для них ещё не всё потеряно.