• Когда я умру, петь продолжат птицы •

Утром Гарри проснулся от того, что его начало потряхивать от холода. В панике еле продрал глаза, которые сушило из-за того, что уснул в линзах. Солнце только недавно выглянуло над лесом, а туман продолжал клубиться на земле сизым облаком. Пэнси нигде не было. Натянув на себя влажную после ночи футболку, поёжился и широко зевнул. Схватив палочку, что лежала рядом, медленно побрёл вниз, прокручивая в голове всё то, что случилось вечером. Тело ломило, но сохранило аромат её парфюма, который она не поменяла за эти месяцы разлуки. Злость и апатия кипели в крови. Бесили законы их мира, раздражала собственная немощность. Кто он такой?! Избранный, которому вообще, возможно, суждено умереть в этой войне. Игра зашла слишком далеко, и он не в праве втягивать в неё кого-то. Да, Гарри по уши влюбился в Паркинсон ещё тогда, осенью, но это ничего не меняет. Проведённый вместе вечер лишь укрепил его намерения относительно неё. Ей лучше находиться от него подальше, и это лишь его решение. Плевать на всяких там Забини и ему подобных. В таких мыслях он добрался до школы, не замечая, как некоторые ученики, решившие с утра пораньше выйти на улицу, оглядываются ему вслед. Не заметил, как дошёл до гриффиндорской башни, назвав пароль Полной Даме. Та тоже проводила его обеспокоенным взглядом. Выглядел он неважно: помятый, с красными глазами, двигался рвано из-за того, что тело затекло спать на жёстком, а уж что творилось на душе… В гостиной было немноголюдно, прохладно и привычно уютно. Гарри, ни с кем не здороваясь, поднялся в спальню. Парни уже не спали. Даже Рон. Тот с весёлым воодушевлением читал какой-то журнал, громко комментируя новую форму игроков из Пушек Педдл. Невилл сидел на полу у кровати и пересчитывал неизвестные Гарри семена какого-то растения, распределяя их по маленьким кучкам на пергаментном листе. Дин и Симус перебрасывались теннисным мячиком, заставляя его летать на подобии снитча. Дойдя до кровати, Поттер стянул с себя футболку, с каким-то отвращением швырнув ту на пол. Взгляд упал на заправленную постель Малфоя. — А этого где опять носит?! Парни, оторвавшись от своих дел, оглянулись. Рон отложил журнал и подошёл к другу, задёргивая балдахин и закрывая их от чужих глаз. — А сам-то ты где ночевал?! — С Пэнси. Рон застыл с открытым ртом. — Вы сошлись?! — Нет. — Тогда что… — Я не хочу об этом говорить, — Гарри снимал линзы, поочередно стряхивая их в контейнер со специальной жидкостью. Глаза сушило. Капнул раствор для линз по капле в каждый глаз и проморгался. Стало легче. — Где Малфой? — Да мне по чём знать? Вечером был, а с утра куда делся — без понятия. А что? — А Гермиона? — убрав контейнер в тумбочку, Гарри зажмурился, пытаясь восстановить остроту и так плохого зрения. Перед глазами уж сильно всё плыло. — Я что, их личный охранник? Мы ещё даже на завтрак не ходили, не видел её… — Рон наблюдал за ошалелым другом некоторое время, и потом тихо добавил: — У тебя… кхм… спина расцарапана. — Да? — как-то отчуждённо спросил Гарри, беря в руки полотенце. — Ну и что? — Вы с Паркинсон переспали?! — А что ещё мы могли делать, чай пить?! — он злился на эту ситуацию, но друг как всегда попал под горячую руку. — Слушай… нам вчера кое-что удалось ещё выяснить про… крестражи, — последние слова Гарри произнес шёпотом. — Пошли в ванную! — заговорщески произнёс Рон, взбудораженно округлив глаза. — Ну пошли, если приставать не будешь, — хохотнул Гарри, перебросив полотенце через плечо. — Твой юмор стал похож на юмор Малфоя, тебе не кажется? — Тебе кажется. — Кажется, как же… — буркнул Рон, когда они уже прошли в ванную комнату и закрыли плотно дверь. — Так что там с крестражами? Гарри, повесив полотенце на крючок, подробно поведал другу всё, что узнал за вчерашний день. Гермиона не говорила о том, что рассказать Рону о её родителях — нельзя, поэтому он поведал и об этом. Рон, прислонившись спиной к стене, молча слушал, и когда друг замолчал, только глубоко вздохнул. — И тебе кажется подозрительным, что Малфой взялся помогать? — спросил Уизли после того, как переварил всю информацию и высказался о том, что скрывать такое от друзей — неправильно. Это он говорил о Гермионе и её тайне. — А тебе не кажется? — фыркнул Гарри, прислонившись к раковине бедром. Краем глаза в зеркале увидел следы ногтей Пэнси на своей спине и отвернулся, сжав зубы. — Как-то слишком много «кажется» в нашем разговоре! — Тебе кажется. Тьфу ты! — Странно это всё, вот, что я скажу. Но ведь диадему-то нашли благодаря ему! — помолчав и все еще раз обдумав, справедливо заметил Рон, и Гарри пришлось согласиться. — А что по чаше и медальону? Каков план? — Не знаю. Дамблдор обещал взять меня в Министерство, может, получится выкрасть как-то медальон… А по чаше… Странно, что Малфоя нет с самого утра. Не удумали ли они чего уже… — Слушай, а можно мне с вами в Министерство? Гарри уже включил воду, чтобы сбежала холодная. — Не знаю, я спрошу. — Хорошо, — Рон удовлетворённо кивнул и вышел. Скинув штаны, Поттер встал под прохладную воду, опершись ладонями о кафельную стену душевой. На душе становилось паршиво и тошно. Вода стекала по телу, но облегчения не приносила.

***

— Я пойду с вами! — тихо продолжала спорить Гермиона. С самого раннего утра, когда им только написал короткое послание Сириус на монете, что всё готово, они с Малфоем, тайно выбравшись за территорию Хогвартса, трансгрессировали в Лондон. Терять время на перелет не хотелось. Ариэль спала, поэтому говорить приходилось шёпотом, от этого сцена смотрелась ещё более комичной. Дом на Гриммо со дня рождения Драко, когда они были здесь в последний раз, уже успел преобразиться. Эльфы, которых Блэк выпросил у Нарциссы, активно наводили порядки и делали ремонт. Гостиная изменилась почти до неузнаваемости и пока единственная выглядела как в тех самых журналах, что разглядывал Сириус. Теперь тут стоял огромный современный тёмно-зелёный диван буквой «п», а напротив висел большой домашний кинотеатр с колонками. Даже имелась игровая приставка, а джойстики валялись на стеклянном журнальном столике. Убрались все старые шкафы, камин тоже изменился и теперь был покрыт не коричневым камнем, а облицован белым мрамором. Серые обои, светлый дубовый ламинат цвета слоновой кости, контрастные белые стеллажи с книгами, пластинками и всем тем, что любил сам Сириус. До остальных комнат очередь пока не дошла, разве что кухня теперь пустовала. Оттуда Блэк выкинул всё, что ему не нравилось. Он ждал, пока привезут материалы для отделки и мебель с техникой, а потому ремонт немного задерживался. — Я раздобыл её волосы, поэтому я и пойду! — возражал Гермионе Сириус, качая на руках малышку. Молодой брутальный мужчина в кожаной куртке и бандане на голове качал кроху в розовом одеялке — выглядело это крайне мило. На деле все вышло так: Блэк на удачу отправил Силли, эльфа Нарциссы, во двор Клилендов. Во время нападения Пожирателей Беллатриса зацепилась за кусты растущего шиповника, оставив на ветках несколько своих волос. Сириус предположил такое наугад, но обыск шиповника дал плоды — длинный чёрный волос Беллы удалось раздобыть как раз вовремя. Малфой тем временем пробрался в кабинет Слизнорта и из небольшого бочонка, что стоял в углу, отлил во флягу оборотного. Ровно на двоих. — Какой молодец, поглядите на него! — фыркнула Гермиона. — Грейнджер, может, ты лучше побудешь здесь? Пока они добирались через сквер в дом Блэков, он специально налетел на местного дворника, который выглядел очень неприглядно. Повалив того на землю, потом сильно извинялся, прикинувшись пьяным. Гермиона, шокировано открыв рот, молча смотрела на это представление. Уже когда дворник, обзывая Малфоя всеми матерными словами, что в избытке имелись у него в словарном запасе, вернулся к своей работе, Драко продемонстрировал пучок волос, который умудрился вырвать. Так они добыли второй образ для оборотного. Этот тип легко мог сойти за одного из Пожирателей, стоило лишь приодеть его, а такого добра в доме Блэка было полно. — Нет! Я вызвалась участвовать в операции, а не быть нянькой! Почему Ариэль вообще у тебя?! — Нарцисса попросила! — пожал плечами Сириус, глядя на племянницу. — К ней там Снейп хотел наведаться, может, не хотела, чтобы дочка отвлекала или… Не знаю. Драко похолодел. Он сидел на диване, разглядывая компакт-диски с играми для приставки. Задержав взгляд на «Марио», резко обернулся на спорящих. — Снейп?! А что ему надо? — Сам бы хотел знать, — проворчал Блэк, скривившись. — Не сворачивай тему! Я хочу пойти! — Так хочешь похвастаться перед братом, что смогла обнести самый защищённый банк в мире? — спросил Сириус, покачивая Ариэль и улыбаясь. Ему поручили звонить Дилану раз в неделю. Они, кстати, неплохо сдружились, даже были чем-то похожи. Оба страдали безрассудством и смотрели на мир через одни призму. Только их разделяли двадцать лет жизни, но никого это явно не смущало. Спелись, как говорится! — Я должна всё проконтролировать! Не могу я вас так просто отпустить! — Кто бы сомневался, — фыркнул Драко, кидая диски обратно на диван и поднимаясь на ноги. — Мы теряем время! — злилась Гермиона, еле сдержавшись, чтобы не топнуть ногой. — Если вы думаете, что мне банально не хватит оборотного, то я вас расстрою! — Чем же это, Карамелька? — спросил Сириус, и на секунду Гермиона засомневалась, спутав Сириуса с Диланом. Она упёрла острый взгляд в Блэка. — Я его убью! Он и тебе растрепал?! — Да ладно, классная детская кличка! — Очень! Но до Робокопа мне далеко! — чересчур сильно воскликнула девушка, и Ариэль завошкалась в одеялке, забрав на себя внимание Сириуса, который принялся качать её вдвойне усерднее. Достав из кармана сумочку, Гермиона засунула в неё почти по плечо руку и поджала губы, рыща что-то в бесконечных недрах чар. — Да где же… Драко смотрел за её потугами, но с помощью не лез. Ибо себе дороже. В итоге спустя несколько минут она вытащила знакомую всем мантию. Малфой прыснул: — Серьёзно?! А Поттер в курсе?! — А где его черти носили, когда он так нужен был?! Сам виноват. — Какая ты логичная. Спёрла мантию-невидимку, пока друг… кхм… — Он сделал свой выбор! — красноречиво посмотрела она на Малфоя, слегка выгнув бровь. — Ка-ак он посмел! — Так! Хватит заговаривать мне зубы! Вы пойдёте под оборотным, а я под мантией! Всё! Сириус и Драко переглянулись. — Послушай, Гермиона, тут кое-что… — начал Блэк, вздыхая, но увидев её взгляд, замолчал. — Передавай Ариэль Силли, и надо выдвигаться! — Так Силли сегодня с Нарциссой! — Как? А кто будет с ней сидеть?! В этот момент в гостиную вошёл Кикимер, и все повернулись в его сторону. Чудо, но выглядел он опрятно, более того — куда-то дел свою излюбленную наволочку. Комбинезончик, сшитый из материала, уж больно напоминавший тот, которым был обшит новый диван, по размеру сидел на его худом тельце. Невообразимые метаморфозы! — Кикимер присмотрит за маленькой мисс Малфой! Для Кикимера это честь! — А я уж думал, что ты умер, — будничным тоном отозвался Сириус, а потом пояснил: — Не видел его несколько недель! Видите ли, я опорочил весь дом! А когда заставил переодеться в нормальную одежду, вообще думал, что довёл его до самоубийства. Жаль, не получилось. Кикимер кидал на Сириуса злые взгляды, но молчал. Невиданное послушание. — Тогда пускай он и последит за Ариэль! Кикимер же вырастил Регулуса, точно справится! — встала на защиту эльфа Гермиона. Кикимер с удивлением поднял голову и вылупился на девушку огромными глазищами. — Маленький Регулус был милейшим ребенком! — отозвался домовик. — Отдай ему малышку! — приказала Гермиона, пальцем указав сначала на Ариэль, а потом на эльфа. — Я бы ему не доверял свою сестру! — вступил в спор Драко, которому Кикимер очень не нравился. — Вы издеваетесь надо мной?! Живо отдал ребенка эльфу и бегом готовиться! — прошипела Сириусу Гермиона. — Иначе я вообще пойду одна! — С ума сошла?! — Грейнджер, не форсируй! — Да торопитесь же!!! В итоге ещё несколько минут они спорили, и в итоге счастливый Кикимер принял на руки малышку, глядя на неё так, будто она была всем тем родовым барахлом, которое он так любил. Странное сравнение, но так и выглядело. — Не уноси её в другие комнаты, пусть спит здесь, — раздавал ему указания Блэк. — Тут коляска, если что. Там бутылочки с водой и смесью… — Кикимер всё умеет! Кикимер всё сделает! — клятвенно пообещал домовик и прошёл к дивану, аккуратно присаживаясь на него. Краем глаза опасливо косясь на телевизор, заботливо покачивал дочку Нарциссы. — Вот и всё! Быстро сделаем дело и вернёмся, не переживайте! — девушка отвернулась от Кикимера с Ариэль на Малфоя и Блэка, заставив посмотреть их на себя. — Принимайте оборотное, переодевайтесь и выдвигаемся! Им пришлось подчиниться, потому что время уже подходило к одиннадцати утра, а ещё ничего не сделано. — Кстати, а кто из вас будет Беллой? Они переглянулись. Сириус выпятил губы. —Я. Ты её совсем не знал ведь? — он повернулся к Малфою. Тот мотнул головой. Беллатриса сбежала из Азкабана в январе 96-го. Она появлялась в их доме несколько раз, но Драко был в школе. А после битвы в Отделе Тайн мать скрыла чарами дом, тем самым перекрыв к нему доступ всем Пожирателям смерти, поэтому пообщаться с тёткой возможности не представилось. Он видел её около дома Клилендов, и показалась она ему безумной. Не настолько Малфой считал себя отмороженным, чтобы рваться с ней общаться. С него хватало Блэка и Клиленда, не говоря уж о Дамблдоре и Поттере. К Грейнджер он уже привык. — Тогда решено. Я тоже давно её не видел, но всё же знаю о ней куда больше. Ещё через десять минут перед Гермионой на лестнице стоял незнакомый мужчина из сквера. Лицо у него испещрено шрамами после акне, из-за чего походило на кожные руины, нос картошкой, волосы редкие и блеклые, но Малфой надел мантию с глубоким капюшоном, и лицо скрывалось в его тени. Минутой позже вниз спустился и Сириус в образе Беллатрисы. Гермиону передёрнуло. Она видела её лишь однажды — в Отделе Тайн, когда и погиб Блэк, и стало даже страшно. Господи, какая она ужасная. Непроизвольно по телу прошла дрожь омерзения. Она была высокой для женщины. Длинные чёрные волосы струились по спине, глаза с тяжёлыми веками презрительно уставились в лицо испуганной Гермионы. Малфой обернулся, увидев тётку в длинном чёрном платье с корсетом. Поверх него Сириус накинул длинную мантию, а на ноги сапоги на невысоких каблуках. Драко хохотнул незнакомым басом и, не узнав его, снова расхохотался. Истерика? — Ты на них ходить-то сможешь? — спросила Гермиона хрипло, игнорируя смешки Малфоя. В руках она сжимала мантию Гарри. — Я люблю эпатаж, — ответил Сириус-Белла высоким голосом Лестрейндж и спустился ниже. Держался он вполне уверенно, а походка изменилась на слегка покачивающуюся, будто его штормило на палубе корабля. — Эпатажный ты наш… Все готовы? — А как мы сможем заставить их открыть сейф? — наконец спросил Блэк, поставив локоть на перила. — Придётся применить запрещённое заклинание. По-другому никак. — Какое же? — Империус. Из-под мантии, думаю, у меня получится, — произнесла Гермиона, пытаясь убедить свой мозг, что это ненастоящая Беллатриса. — Это очень сложно! — возразил ей Сириус-Белла, но когда увидел, что лицо девушки побледнело, чертыхнулся. — Что, совсем Беллатриса вызывает ужас? А если, кстати, там будут министерские? Они нас не схватят? — Все прячемся под мантиями. Гоблинам плевать на наши разборки. Если к ним пришёл хозяин сейфа — они обязаны обслужить его, — ответил Драко. Его вес стал больше килограмм на двадцать, и двигаться оказалось тяжело, поэтому он чувствовал себя некомфортно. — Тогда идём. Фух, Мерлин нам в помощь! — выдохнул Сириус-Белла и, подобрав подол длинной юбки, браво зашагал на выход. — Гермиона, трансгрессируем вместе, дальше держись поблизости, в редких случаях касайся нас или шепчи, чтобы мы знали, что ты рядом. — Так и сделаю, — кивнула девушка, накидывая на плечи мантию-невидимку. Теперь была видна только одна её голова. На ногах сидели излюбленные кеды. Удобно и бесшумно, в отличие от каблуков Лестрейндж! Тьфу, Блэка! Вышли из дома, который скрылся из виду почти сразу же, и прошли мимо удивлённых маглов. Сейчас настала пора выпускных, и, быть может, те подумали, что это мантии выпускников? Хотя кого она обманывала, скорее, их приняли за бродяг. Пройдя в безлюдный проулок, дождались, пока их рук дотронется Гермиона. Через несколько секунд все стояли на Чаринг-Кроссроуд, мимо брели по утреннему унылые маглы, не подозревая о существовании крохотного магического кабачка. В общем зале «Дырявого котла» было почти совсем пусто. Том, сутулый и беззубый владелец таверны, протирал стаканы за стойкой; парочка магов о чем-то шепталась в углу и при появлении их компании отодвинулась в тень. Сириус-Белла, вопреки предупреждениям Гермионы о требованиях безопасности, всё же подошел ближе и показал своё лицо. Это был бы не он, если бы не воспользовался случаем попугать своим видом кого-то. Это ведь так по-мародёрски! — Мадам Лестрейндж, — очень тихо пробормотал Том и подобострастно поклонился Блэку. — Не болтай о том, что я тут, — прошипел Сириус-Белла очень похоже на саму Беллу. Гермиона стояла около Малфоя, ежась от ужаса. Требовалось просто пройти мимо, зачем привлекать внимание! Том проводил их зашуганным взглядом. Малфой двинулся следом, не произнеся ни слова. В Косом переулке было тихо, магазины едва только начали открываться, и покупатели ещё не появились. Извилистая улочка сильно изменилась, теперь в ней трудно узнавался оживлённый шумный переулок, где все они когда-то делали покупки перед поступлением в Хогвартс. По сравнению с прошлым годом ещё больше магазинов стояло с заколоченными окнами, зато открылись несколько новых заведений, специализирующихся на Тёмных искусствах. Кажется, Министерство уже на данном этапе не справлялось со своими обязанностями, раз приличные заведения переставали существовать вовсе. Кажется, патруля не было, но Сириус всё же скрыл своё лицо под капюшоном. Малфой не прятался, ведь вряд ли его собственное новоприобрётенное лицо покажется кому-то знакомым. — Это вы, мадам Лестрейндж? — тут же раздался голос из поворота, ведущегося к Лютному переулку. Оттуда к ним к ним приближался невысокий волшебник с аккуратной причёской. — Это Яксли, он шпион, работает в Министерстве, — Малфой, немного знавший Пожирателей, которые в прошлом году уже бывали в его доме, шепнул это Блэку. Да тот, кажется, и сам его узнал. — Какие люди! Чего хотел? — прошипел Сириус-Белла. Яксли остановился на всём ходу, заметно обидевшись. — Я всего лишь хотел поздороваться, — холодно произнёс тот, — но если моё общество вам неприятно… — Корбан, у меня тут дела! — Очень опасно разгуливать вам тут средь бела дня, ведь сегодня мы на дежурстве от Министерства. И попади вы не на меня… — Ты делаешь свою работу, а я — свою! — Сириус-Белла сделал к Корбану Яксли несколько шагов. — Я не по своей воле тут, так понятно?! — Я понял. Может, мне вас проводить? — раболепно спросил Яксли, склонив голову. Он походил на седого коршуна с его длинным носом. Гермиона скривилась от того, как перед Лестрейндж каждый готов вот так чуть ли не падать на колени. — Сделай милость! — А я думал, позвольте скажу, что после провала в поисках Блэка и осаде дома тех маглов, вы теперь у себя дома… Малфой прищурился. Неужели Волан-де-Морт наказал её за провальную операцию?! — Нас атаковал лучший отряд мракоборцев! А ещё там был дракон, Яксли! — Сириус-Белла словно плевался словами, но в его голосе явно слышалась насмешка. — Думаешь, так просто было?! Ещё и эти слухи о моём братце… Я лично убила его в прошлом году! Откуда бы ему снова взяться?! Думаешь, он воскрес из Арки смерти?! На это Яксли ничего не ответил, а просто шёл рядом по направлению к Гринготтсу. Он, кажется, только сейчас обратил внимание на шедшего рядом Малфоя. — Кто ваш друг? Я его не узнаю. — Это Драгомир Деспард, — неохотно ответил Сириус-Белла. Видимо, Блэк решил, что безопасней выдать его за иностранного мага. — Он почти не говорит по-английски, но всецело сочувствует целям Тёмного Лорда. Драгомир специально приехал из Трансильвании для достижения наших больших целей по свержению Министерства и… Дамблдора. — Что вы говорите? Добрый день, Драгомир! Малфой кивнул, не удосуживаясь что-то выдумывать, и просто протянул широкую мозолистую ладонь работяги-дворника. Яксли подал ему два пальца, будто боялся запачкаться, пожимая руку Драко. Малфой сжал их с такой силой, что тот едва не скривился. — Что же привело сюда вас и… хм… вашего сочувствующего друга в столь ранний час? — Мне нужно в Гринготтс, — ответил Сириус-Белла, и Яксли только кивнул. Кажется, он привык не задавать лишних вопросов и чувствовал опасную грань. Хитрый политик. Скоро они уже стояли на мраморных ступенях перед высокими бронзовыми дверями. — Дальше мы сами. Свободны, Яксли, не смею вас задерживать, — произнёс Сириус-Белла, глядя на Яксли исподлобья. Тот, кажется, только рад был ретироваться, что сразу и сделал. Хотя его никто и не просил их провожать! Они спокойно прошли внутрь сквозь парадные двери. Тут пока что ничего кардинально не поменялось, пока у власти стояло Министерство, которое заключило дружеский договор с гоблинами. Перед следующей, серебряной дверью стояли два гоблина, а над ней начертаны стихи — предостережение для возможных воров. Малфой оглянулся на гоблинов, вдруг вспомнив, как он с отцом пришёл сюда впервые, как раз перед поступлением в Хогвартс. Тогда «Гринготтс» казался ему какой-то пещерой чудес, зачарованным хранилищем сокровищ, хранимых в их огромных сейфах, которых у них тут имелся не один и даже не четыре. Ему и в голову не могло прийти, что когда-нибудь он вернётся сюда грабителем… Но они уже вошли в просторный мраморный зал. За длинным прилавком сидели на высоких табуретках гоблины, обслуживая ранних посетителей. Сириус и шедший чуть позади Малфой направились к старому гоблину, который был занят тем, что рассматривал толстую золотую монету, вставив в глаз увеличительное стекло. Гермиона сквозь мантию коснулась руки Малфоя, заметив, что он стал оглядываться. Плечи Драко, до этого напряжённые, теперь слегка расслабились. Он сжал её руку в ответ и тут же отпустил. Тем временем Сириус-Белла, который отлично вжился в роль, уверенной походкой направился к стойке, громко стуча каблучками. — Мадам Лестрейндж! — изумился гоблин. — Надо же! Чем могу служить? — Я хочу посетить свой сейф, — надменно сказал Сириус-Белла. Старый гоблин отшатнулся. Гермиона огляделась по сторонам: редкие посетители и другие гоблины отвлеклись от работы и таращились на Лестрейндж. — Проблемы?! — нагло прошипел Сириус, когда гоблин продолжал молчать. — Гоблинам всё равно на распри среди волшебников. Но вы уверены, что за вами не было хвоста, мадам Лестрейндж? Вы в розыске. У вас могут быть проблемы, если… — Если вы будете меня тут специально задерживать — проблемы будут у вас! Я попаду в свой сейф?! — Конечно, — он нагнулся к стойке и в следующее мгновение снова поднял глаза. — Вы должны подтвердить свою личность. Гермиона напряглась. Малфой тяжёлым взглядом посмотрел на Сириуса-Беллу, который стоял, немного покачиваясь и имитируя повадки кузины. — С какой это радости вы взялись проверять личность хозяина сейфа?! — Понимаю ваше негодование, но так гоблины усиливают охрану вашего же имущества! — бесстрастно произнёс гоблин, глядя на Беллатрису сквозь пенсне в золотой оправе. Лестрейндж обернулась на Малфоя, и Гермиона поняла: пришла её пора действовать. Она взмахнула под мантией своей палочкой, нацелилась на старого гоблина и впервые в жизни прошептала дрожащим голосом, боясь, что ничего не получится: — Империо! Словно горячая волна, зародившись в мозгу, прошла по её руке, по сухожилиям и кровеносным сосудам прямо в волшебную палочку. Гоблин, подверженный непростительному, взял палочку Сириуса, всю испещрённую рунами, внимательно осмотрел и заключил: — Ага, всё отлично, мадам Лестрейндж! — Побыстрее! — прошипел Сириус-Белла, у которого, на самом-то деле, всё сжалось внутри от волнения. Оглядев пространство вокруг Малфоя и не зная, где именно стоит Гермиона, подмигнул, будто бы давал понять, что всё отлично! Старый гоблин за прилавком хлопнул в ладоши, и появился другой гоблин, помладше. — Мне понадобятся Звякалки, — сказал старший гоблин. Молодой умчался и через минуту напряжённого ожидания прибежал обратно с кожаным мешком, в котором лязгало что-то металлическое. Он передал мешок. — Хорошо, хорошо! Следуйте за мной, мадам Лестрейндж! — старый гоблин спрыгнул с табуретки, и его стало не видно за прилавком. — Я провожу вас к вашему сейфу. Он показался сбоку прилавка и бодро потрусил к ним, гремя мешком. Сириус-Белла сделал шаг в его сторону, но тут же пришлось остановиться. — Погодите… Богрод! — ещё один гоблин выскочил из-за прилавка. — У нас инструкции, — проговорил он, кланяясь Белле. — Простите, мадам Лестрейндж, но нам даны особые указания насчёт сейфа Лестрейнджей. Он что-то тревожно зашептал на ухо Богроду, но старый гоблин, связанный заклятием Империус, только отмахнулся. — Я знаю об особых указаниях. Мадам Лестрейндж желает посетить свой сейф. Старинное семейство… Давние клиенты… Сюда, пожалуйста… Продолжая громыхать мешком, он засеменил к одной из многочисленных дверей, выходивших в зал. Сириус-Белла шёл, каблуками четко чеканя каждый шаг, за ним побрел Малфой, чувствуя касание руки Грейнджер. Всей компанией они прошли в открывшийся за дверью коридор, грубо вырубленный в скале и освещённый пылающими факелами. Как только дверь за ними захлопнулась, Гермиона сбросила мантию-невидимку, на что Малфой только закатил глаза. Извиняюсь за задержку. Вот продолжение с исправлениями: — Давайте быстрее, не удивлюсь, если кто-то из них может доложить в Министерство о такой интересной посетительнице Гринготтса! Богрод, кажется, нисколько не удивился неожиданному появлению волшебницы. — Богрод, нам нужно быстрее оказаться в моём сейфе! — требовательно прошипел Сириус голосом Беллы. Отступать никто не планировал, иначе всё это зря. Старый гоблин свистнул, и тут же из темноты, громыхая по рельсам, подкатила тележка. Все забрались в неё — Богрод впереди, Сириус, Малфой и Гермиона втиснулись сзади. Гермионе чудилось, что из главного зала доносятся какие-то крики. Если их догонят подоспевшие мракоборцы… Тележка дернулась и покатилась вперёд, набирая скорость. Дальше начался лабиринт запутанных ходов, которые вели всё время вниз. За грохотом тележки ничего нельзя расслышать. Ветер трепал волосы Гермионы, мимо пролетали сталактиты, тележка мчалась куда-то в глубь земли. Девушка всё время оглядывалась. Они ужасно наследили. Сириус-Белла же выглядел до одури счастливым. Было странно видеть счастливую Беллатрису, длинные чёрные волосы которой мотыляло во все стороны. Они летели в лицо Драко и Гермионе, застилая глаза и попадая в рот. Мерзость! Никто из них никогда раньше не забирался так глубоко в Гринготтс. Даже Малфой никогда не спускался к собственным сейфам. Всегда это делал отец, пока сын ждал в холле, а потом и мать уже самостоятельно. Тележка, не сбавляя хода, сейчас же завернула за угол, и перед ними возник водопад, обрушивавшийся прямо на рельсы. Естественно, что затормозить они уже не успевали. Тележка на полной скорости пронеслась под водопадом. Вода заливалась Малфою в рот и в глаза, становилось нечем дышать. Сиденья под ними перевернулись, и все посыпались на рельсы. Было слышно, как их средство передвижения разбилось на куски о стену туннеля, что-то в стороне кричала Гермиона, Драко невесомо заскользил по воздуху и плавно приземлился на каменный пол. — Амортизирующие чары, — отплевываясь, вспомнила Гермиона. Малфой помог ей подняться, и она с ужасом увидела, что Сириус больше не Беллатриса. Он, мокрый насквозь, стоял перед ними в собственном обличье. Мантия сразу стала ему тесной и почти трещала по швам, а из-за корсета он тяжело дышал. Малфой тоже снова вернул свой облик: светлые волосы и идеально чистую кожу. Они посмотрели друг на друга и кинулись ощупывать свои лица. — «Гибель воров»! — подсказал им Богрод, затуманенным взглядом наблюдающий, как Гермиона поднялась на ноги и оглянулась на водопад. Все уже догадались, что это не простая вода. — Он смывает любые чары и магическую маскировку. — Неужели в «Гринготтсе» ждали, что мы попробуем сюда проникнуть, и заранее приняли меры? — спросил Сириус. — Скорее, это дополнительные меры безопасности для сейфов древних родов, — Малфой повел плечом. Гермиона проверила, на месте ли бисерная сумочка и мантия-невидимка. Богрод недоуменно мотал головой: должно быть, вода смыла с него заклятие Империус. — Он нам нужен, — выпятив губы, пробормотал Сириус, разрывая шнурки корсета. — Фух! Без гринготтского гоблина не войти в охраняемый сейф. И Звякалки тоже необходимы! — Империо! — во второй раз повторила Гермиона. Ее голос гулко прозвучал среди каменных стен. Она опять почувствовала, как волна её воли прокатилась от мозга по руке в волшебную палочку. Богрод покорился заклятию. Озадаченное выражение на лице старого гоблина сменилось вежливым равнодушием. Малфой подобрал мешок с загадочными инструментами и посмотрел на потерянную Гермиону, только что применившую непростительное. — Идём дальше! Все двинулись за гоблином. Богрод бежал, пыхтя, словно старый пёс. Наверное, не будь он под Империусом, так бы не смог. — А выбираться как? — спросил Сириус. — Об этом будем волноваться потом. Я думал, что вернёмся тем же способом, но это теперь невозможно, — Драко прислушался. Ему показалось, что поблизости что-то лязгает. — Далеко ещё? — Недалеко… — пропыхтел Богрод. Они свернули за угол и увидели то, что вполне ожидали увидеть. И всё-таки зрелище застало их врасплох. Дорогу к четырем или пяти сейфам загораживал прикованный цепями громадный дракон. От долгого пребывания под землёй чешуя чудовища стала бледной и шелушилась, глаза были молочно-розового цвета. К тяжёлым железным браслетам на задних лапах дракона крепились цепи, приделанные к вбитым в скальную породу кольям. Огромные шипастые крылья тесно прижаты к туловищу, а иначе в развернутом виде они заполнили бы весь подземный зал. Дракон повернул к пришедшим безобразную голову, заревел так, что задрожали каменные стены, и, разинув пасть, выпустил струю огня.

***

Гарри находился вне себя. Они уже стояли в кабинете Дамблдора, который не высказался против компании Рона в их посещении Министерства. — Отлично! Мистер Уизли, давно пора и вам присоединиться к нам! — Только, сэр, у меня нет с собой моей мантии, — признался Гарри, сжимая пальцы в кулаки. — Да? — директор был собран, но бодр духом. Рон посмотрел на друга, припоминая его утреннюю истерику. Гарри пробыл в душе не меньше получаса, и выйдя из ванной комнаты, забрал у Уизли записку от Дамблдора, доставленную совой. Их поездка в Министерство должна состояться уже через полтора часа после завтрака и сборов. Быстро собравшись, открыл чемодан, перерыв его весь и вывалив все свои вещи прямо на пол. Поняв, что Малфой в очередной раз взял то, что ему не принадлежит, ощутил, что готов рвать и метать. Естественно, о том, что мантию взяла Гермиона, он и подумать не мог. Его раздражал сам факт, что его вещи стали достоянием общего пользования! Кто захотел, тот и взял, и не важно, что разрешения он не давал! Они уже опаздывали, поэтому пришлось наскоро затолкать всё обратно в чемодан, который как на назло не хотел закрываться, и выдвигаться к Дамблдору. — Да, профессор, кажется, Малфой её… одолжил… — Вот как? — Дамблдор приподнял бровь и глянул на часы, которые показывали уже двенадцатый час дня. — Тогда нам пора спешить! Сегодня я открыл камин в одну сторону, чтобы мы могли попасть в Министерство этим ходом. Парни подошли ближе к директору, ожидая дальнейших указаний. — Вряд ли нам сегодня понадобится мантия вашего отца, Гарри. Мы совершим открытый визит, навестим друзей из Аврората, заодно и разведаем обстановку. Если кто спросит, то вы просто планируете пойти в мракоборцы. — А мы и так планируем! — согласно кивнул Рон, и Дамблдор мягко улыбнулся. — Тогда и врать не придётся! Пожалуй, нам пора! По очереди они вошли в камин, называя место: — Атриум Министерства магии Англии! Рабочий день начался всего пару часов назад, а бесконечная толкотня в атриуме была как утром или вечером, когда все спешили домой. Большое количество посетителей Министерства, прибывающих сюда по различным вопросам, не давали спокойно пройти. Гарри подумал, что успел потеряться, и обрадовался, что не забыл снова надеть линзы. Но вскоре увидел оглядывающегося по сторонам Рона и рванул к нему. — Ух! Что тут происходит, да? — спросил друг, и теперь они уже вдвоём высматривали Дамблдора. Тот уже стоял у стойки дежурного, того самого, которому Тонкс представляла Гермиону. — Мистер Хьюз, доброе утро! — поздоровался директор с прыщавым Маркусом, который закивал ему. — Доброе утро, профессор! — ответил тот так, словно всё ещё был школьником. Он даже встал со своего места. Дамблдор протянул ему свою палочку. — Как ваши дела, Маркус? — Всё отлично, отлично! Вы к нам по делам? — Да-а, привёл подрастающее поколение на экскурсию. Видите ли, министр хотел почаще видеть Гарри Поттера, входящим в Министерство. В этот момент Гарри и Рон подошли ближе, и Маркус, открыв в изумлении рот, посмотрел на Поттера. — А я думал, что Гарри Поттер носит очки. Рон фыркнул и покачал головой. — Моя палочка, — протянул ему свою помощницу Гарри, чтобы прекратить этот глупый разговор. Маркус кивнул, принимая палочку и регистрируя её в журнале. — И моя, — Рон отдал свою. — Рон Уизли. — О, а вашего отца я знаю! — улыбнулся Маркус, особо не задерживая на нём взгляд. — Вы все похожи, удивительно, и рыжие! — Пожалуй, мы пойдём, — прервал его Дамблдор, раздав каждому его палочку. Он пошёл прочь, больше не обращая на Хьюза внимания. Парни пошли следом. Оба остались до крайности раздражены этим типом. — Мы пойдём к министру, сэр? — спросил Гарри, догнав директора. — О, разумеется! Это наша цель, — ответил Дамблдор, кивая каким-то своим многочисленным знакомым. Они прошли мимо фонтана Магического братства. Золотые статуи волшебника и волшебницы, кентавра, гоблина и домового эльфа стояли в центре круглого бассейна. Статуи волшебника и колдуньи расположены в центре группы, а другие «низшие существа» смотрели на них снизу вверх с обожанием. Такая ситуация, как прекрасно понимал Гарри, весьма далека от реальности, так как кентавры, считая себя намного более разумными существами, нежели люди, предпочитают не иметь с ними ничего общего, и гоблины тоже плохо ладят с волшебниками. На дне фонтана лежало множество монет: кнаты, сикли и даже галеоны… Табличка возле фонтана гласит, что все брошенные в него деньги передаются больнице Святого Мунго. Гарри помнил, как в день, когда над ним состоялся судебный процесс по делу неправомерного использования магии несовершеннолетним, он пообещал, что бросит сюда десять галеонов, если всё закончится хорошо. Его оправдали, и он исполнил данное себе обещание. Пришла пора в очередной раз пообещать: если они найдут и заберут крестраж, бросит туда пятнадцать галеонов! Как раз столько у него было с собой «на всякий случай»… Из Атриума они вышли в небольшой холл, где находилось около двадцати лифтов. Встав около одного, Гарри нажал кнопку вызова. Ему становилось неловко от того, что каждый проходящий мимо осматривал его с ног до головы. В другой раз он бы просто проигнорировал сей факт, но сейчас требовалось сконцентрироваться на задании, и подобное внимание мешало. Двери лифта распахнулись, выпуская нескольких волшебников, и потому внутрь прошли они втроём. Им нужен был уровень первый: Управление министерства магии. Проехав в безумном лифте, который двигался во все стороны несколько минут, вскоре вышли в коридор под оповестивший голос из лифта. Гарри огляделся. Здесь он ранее не бывал. Этот уровень представлял собой просторное помещение с широкими фиолетовыми ковровыми дорожками на полу, каждая дверь офиса сделана из красного дерева, и на каждой прикреплена табличка с именем владельца кабинета. Дамблдор в своём длинном одеянии тёмно-серого цвета с серебряными звёздами у подола шёл дальше по коридору. Несколько дверей оказались открыты, и работники Отдела с удивлением смотрели на волшебника, решившего почтить их своим присутствием. Он кивал им в приветствии, но ходу не сбавлял. Когда они подошли к кабинету министра, то директор коротко постучал и распахнул дверь. Сидевший в приёмной за горой бумаг Перси Уизли даже крякнул от неожиданности, но быстро взял себя в руки и встал. — Здравствуйте, профессор Дамблдор! Вы к министру? — он скосил взгляд на Рона, который тоже первый раз присутствовал на работе брата. Однако Рон не стал с ним здороваться и отвёл взгляд. — К нему, он на месте? — Нет, к сожалению. Ему и Долорес Амбридж пришлось спуститься на уровень два, там что-то произошло… — Перси отодвинул со стола бумаги и поправил очки. — Может, хотите чаю? Гарри и Рон переглянулись. Если Амбридж там — им тоже надо скорее бежать в Отдел мракоборцев. — Нет-нет, мистер Уизли! Нам как раз нужно встретиться и с Говейном Робадсом. Тогда мы зайдём попозже, если не встретим там министра! Хорошего дня вам! — Дамблдор мирно закончил разговор и развернулся к двери, кивая своим подопечным. Те, не прощаясь с Перси, мигом рванули к лифтам. — Сэр, у нас есть какой-то план? — спросил у него Гарри, когда они скрылись в лифте, пока никто туда не набился. — Лучший план — это импровизация, вам ли не знать? — простодушно ответил Дамблдор, а Рон поёжился. Он-то хотел хоть раз действовать согласно чётко проработанному плану. Но, видимо, не судьба. Как и всегда. — Да, но… — пробормотал Гарри. Голос в лифте объявил второй уровень, и двери открылись. — Отдел магического правопорядка! Они вышли в коридор и сразу поняли: что-то случилось. В отделе стоял шум, туда-сюда бегали мракоборцы в красных мантиях, а также члены патруля. Здесь Рон уже бывал, на этом этаже находился Отдел борьбы с незаконным использованием изобретений маглов, где работал его отец. Но мистера Уизли в коридоре не наблюдалось, дверь в его кабинет оказалась заперта. — Мистер Дамблдор? — к ним вышел Робадс, начальник Аврората. — Не ожидал вас увидеть! — Мои лучшие ученики хотели узнать, что нужно для поступления к вам на учёбу, да и воочию увидеть вашу работу, как я мог им отказать? — улыбнулся Дамблдор и, кажется, только сейчас Робадс заметил прибывших со старым волшебником учеников Хогвартса. — Да что вы? Это всё, конечно, замечательно, но у нас сегодня форс-мажор, — как-то грубовато и нервно произнёс начальник отдела, оглянувшись. — Быстрее, быстрее, собираемся! — А что случилось? — спросил Гарри, которого разрывало любопытство. Он точно ощутил, что хотел бы пойти сюда работать. Его прямо тянуло помчаться вместе со всеми! — Гарри Поттер? Честь для меня! Гавейн Робадс! — он протянул руку, и Гарри крепко её пожал. Робадс тихо рассказал: — Это секретно, Дамблдор. Но от гоблинов поступило срочное сообщение, что Лестрейндж в Гринготтсе. — Беллатриса Лестрейндж?! — уточнил Рон, и Робадс неохотно кивнул. — Да. Но по нашим данным она никак не могла оказаться сейчас в Косом переулке. Гарри повернулся к Рону, и тот понимающе кивнул. Дамблдор же выглядел так, будто ничего особенного не происходило. — Тогда не смеем вам мешать! Но говорят, у вас министр? Робадс, уже сделавший шаг, чтобы уйти, снова кивнул. — Пройдёмте, он в моем кабинете. Он быстро рванул по мраморному полу в сторону своего отдела, ловко лавируя между суетящимися волшебниками. Им навстречу вылетела Тонкс и замерла прямо перед Дамблдором. — Здравствуй, Нимфадора! — Здравствуйте, профессор! Директор кивнул Гарри, и тот понёсся вместе с Роном за Робадсом. — В Гринготтсе твой брат, Тонкс, — очень тихо оповестил девушку волшебник. Та нахмурилась, волосы её стали ярко-красные от возбуждения. — Драко? — Да. А ещё Гермиона Грейнджер. И, возможно, Сириус Блэк, но в этом я наверняка не уверен. Сделай так, чтобы их не поймали. — Так это они проникли в Гринготтс?! — ошарашенно спросила Тонкс, оглядываясь. — Но зачем?! И как?! — Ты знаешь достаточно, действуй! — кивнул ей Дамблдор и, похлопав её по плечу, пошёл в сторону, что-то беззаботно насвистывая. Робадс вбежал в свой кабинет как ошалелый, за ним тут же ввалились и Рон с Гарри. — Руфус, мы срочно отбываем! — почти выкрикнул начальник Аврората, хватая папку с документами. — Группа 305! Все к лифтам! Около десятка мракоборцев пронеслись по коридору, и вскоре стало тихо. — Здравствуйте, — первым подал голос Гарри, когда понял, что на них смотрят. Лицо у Амбридж скривилось так, будто она съела разом три лимона или понюхала что-то, что давно протухло, а не увидела бывших учеников. К слову, Рон тоже скривился в ответ на её розовое, облегающее далеко не идеальную фигуру безвкусное платье. — Гарри Поттер! Какая честь! — чересчур обрадованно поздоровался с ним Руфус Скримджер, закончивший общаться по камину, кажется, с гоблином Крюкохватом. Тот негромко говорил о том, что подозрительная Беллатриса Лестрейндж в компании незнакомого волшебника спустилась к своему сейфу с гоблином Богродом. Почему вдруг гоблины решили сообщить об этом в Министерство — Гарри не имел ни малейшего понятия. — Да-а, мы тут… на экскурсию, — промямлил Поттер, кивая на Рона, не сводившего взгляда с Амбридж. Та снова пискляво прочистила горло, и Уизли передернуло от воспоминаний. — На экскурсию?! Одни?! А что, в Хогвартсе уже закончилась учёба?! — она улыбалась, но теперь походила на улыбающуюся жабу. — Они со мной, Долорес, не переживайте, — в кабинет прошёл Дамблдор, давший Тонкс все инструкции. Амбридж будто передёрнуло от удара тока. — Профессор Дамблдор? Сегодня что, как-то звёзды сошлись, что все решили посетить Министерство? — спросил Руфус и вышел поздороваться. Дамблдор протянул ему здоровую руку, пряча проклятую под длинным рукавом. — Думаю, Министерство должно радоваться, что молодое поколение желает в дальнейшем прийти к вам на обучение для построения карьеры. Мистер Поттер и мистер Уизли хотят поступить в Аврорат обучаться на мракоборцев. — Правда? Соглашусь, для нас это было бы прекрасно — получить молодое пополнение в лице ваших… — Руфус задумался, — …лучших учеников. — Для этого надо усердно учиться и не прогуливать школу, — едко заметила Амбридж, видимо, обидевшись на то, что её Дамблдор проигнорировал. — С этим у нас нет проблем, — не полез в карман за словом Гарри. Шрамы от отработок в её кабинете до сих пор украшали его запястье. Он впервые так долго остановил на ней взгляд с момента посещения кабинета Робадса и только теперь понял, почему друг пихал его в бок. У неё на груди, красуясь, висел небольшой медальон. Теперь они уже вдвоём смотрели на неё во все глаза. Но Амбридж оказалось сложно этим смутить. — Я помню ваше усердие, — в тон ему ответила Долорес, поправив розовый палантин. Гарри сжал в руке посильнее палочку. — Сегодня, я так понимаю, не лучший день для нашего визита, — вздохнул директор, осматриваясь. Наверняка он тоже заметил медальон. Более того, Гарри к нему почти что тянуло, как магнитом. Какая-то особая магия? Но он буквально чувствовал его! — Что вы! Мы можем пройтись по отделам вместе! Покажем молодым людям, как работают сотрудники! Думаю, мистеру Поттеру и мистеру Уизли будет это полезно! Как и нам! — у Скримджера явно имелись свои планы на то, чтобы его увидели в компании Дамблдора и Поттера. — Долорес, сопроводите нас? Амбридж натянуто улыбнулась ему и кивнула, сделав пару мелких шажков. — Разумеется!

***

— Твою мать! — крикнул Драко, и все они отбежали за угол. Пламя опалило большую мраморную колонну, за которой они стояли, и температура воздуха повысилась. — Он… почти ослеп, судя по глазам! — И от этого только сделался ещё злее. Однако у нас есть средство с ним справиться. Он знает, что бывает, когда появляются Звякалки. Давайте их сюда, — ответил им Богрод. Драко передал гоблину мешок, и тот вытащил оттуда целую кучу мелких металлических инструментов, которые при встряхивании издавали громкий звон, точно крошечные молоточки били по наковальням. Богрод раздал всем по такой штуке. — Вы знаете, что надо делать, — сказал Богрод. — Он привык, что за шумом следует боль. Он отойдёт в сторону, а я приложу ладонь к двери сейфа. Они осторожно выглянули из-за угла и двинулись вперёд, гремя Звякалками. Шум отдавался от скалистых стен, усилившись до того, что у Гермионы в голове всё загудело. Дракон опять хрипло заревел и попятился. У Малфоя по коже бегали мурашки. Он видел, что тот весь дрожит мелкой дрожью. Подойдя ближе, Малфой разглядел у него на морде жуткие шрамы и понял, что дракона приучали бояться Звякалок при помощи раскалённых мечей из гоблинской стали, другая бы не пробила чешую дракона. Он будто чувствовал этого дракона, и ему стало его жаль. Гермиона снова направила палочку на Богрода, когда тот замер, будто оцепенев и забыв, что надо делать. Старый гоблин подчинился, приложил руку к деревянной панели, и дверь сейфа растаяла в воздухе. Перед ними открылось нечто вроде пещеры, забитое от пола до потолка. Там громоздились золотые монеты и кубки, серебряные доспехи, шкуры неведомых животных: одни в колючках, другие с обвисшими крыльями, а также драгоценные сосуды с зельями, даже череп в короне. — Ищите, быстро! — сказал Сириус, и все бросились в пещеру. Гарри, когда рассказывал о воспоминаниях, которые показал ему Дамблдор, подробно описал им чашу Пенелопы Пуффендуй. Но если в сейфе хранился какой-то другой, неизвестный им крестраж, никто и понятия не имел, как он может выглядеть. Впрочем, они едва успели осмотреться — позади глухо звякнуло, дверь вернулась на место и запечатала их в сейфе, в полной темноте. Сириус вскрикнул от неожиданности. — Что за дела, Богрод! — Такие правила, я не имею права смотреть, что делает хозяин сейфа! — донёсся до них очень приглушённый и до боли умиротворённый голос Богрода. Все переглянулись. — Что ж… — Гермиона огляделась, зажигая на палочке Люмос. Драко и Сириус повторили это действие, и в следующее мгновение сейф осветили три ярких голубых огонька. — Думаю, надо поторопиться, времени очень мало! — поторопил всех Сириус, на котором по швам трещало платье Беллатриссы, а если быть точнее — платье его матери, которое он откопал в одной из комнат. Видимо, Кикимер сохранил! — Слушайте, может, вот это? А-аа-аа! — он почти заорал от боли. Малфой, отошедший подальше, посветил в его сторону и увидел, как у него из обожжённых рук выпал украшенный драгоценностями кубок. Ударившись об пол, он рассыпался целым дождем кубков. В один миг десятки одинаковых кубков раскатились по всей пещере, и настоящий уже невозможно было отличить. — Это что за херня! — разорался Блэк, дуя на пальцы. — Кажется, тут какие-то защитные заклинания… Либо они знают, что мы не хозяева сейфа, — предположил Драко, оглядываясь. — Судя по всему, всё, до чего мы дотронемся, будет обжигать нас и умножаться, и если их станет слишком много, нас просто задавит тяжестью золота! — Так, ничего не трогаем! — отчаянно крикнул Сириус, но в этот самый миг сам же подпрыгнул на месте — каблук его сапога прогорел насквозь, коснувшись раскалённого металла. — Стой, не двигайся! — Гермиона схватила Сириуса за руку. — Только смотрим! — сказал Драко, ловя лёгкий приступ паники. — Помните: чаша золотая, довольно маленькая, с двумя ручками, на ней выгравирован барсук, — напомнила Гермиона. — Жирная крыса… — пробурчал себе под нос Сириус. Они осторожно поворачивались вокруг своей оси, освещая все углы и закоулки, но совсем ничего не задеть оказалось невозможно. От прикосновения Малфоя посыпались поддельные галеоны, пополнив груду кубков на полу. Теперь в пещере буквально некуда было ступить, от раскалённого золота веяло жаром, как из кузнечной печи. Свет волшебной палочки скользил по щитам и шлемам гоблинской работы, наваленным на полках до самого потолка. Драко поднимал палочку всё выше, и вдруг луч выхватил из темноты предмет, при виде которого у него замерло сердце и задрожала рука. — Вон она — там, наверху! Сириус и Гермиона посветили туда же. В тройном луче искрилась маленькая золотая чаша, принадлежавшая когда-то Пенелопе Пуффендуй и перешедшая по наследству Хэпзибе Смит, у которой её украл бесчестный Том Реддл. — А как мы её достанем, если ничего трогать нельзя? — поинтересовался Блэк, задавая вполне логичный вопрос. — Акцио, чаша! — крикнула Гермиона, но ничего не произошло. — Да, а говорят, что ты лучшая волшебница! — подстегнул Сириус, за что тут же получил тычок в бок. Из-за этого Блэк коснулся очередной статуэтки, и сотни её копий стали размножаться и падать на пол. — Твою ж!!! — Вы совсем там?! Думайте, как её достать!!! — гаркнул на них Драко, ощущая, как сквозь брюки ему припекает ноги. — Погодите! Секунду! Секунду! — Гермиона пошарила в складках мантии, вытащила расшитую бисером сумочку и, покопавшись в ней, достала сверток. — Это сегодня принесла сова! Дамблдор написал, что лучше нам взять её с собой, когда мы пойдём на дело… — И как нам поможет шляпа?! — после продолжительной тишины недоверчиво спросил Сириус. Драко и вовсе смотрел на девушку так, будто у той не все дома. — Распределяющая шляпа… — Гермиона закусила губу, пытаясь не разрыдаться. Если они умрут тут и не принесут директору ещё один крестраж — это будет их большой проигрыш. Мало того, что они тут скончаются, так ещё и подведут Гарри! Такого отважного и сильного! Слёзы блеснули в глазах, но вдруг Гермионе показалось, что шляпа стала тяжелее. Драко чертыхнулся, но заметил какой-то блеск внутри шляпы и опередил Грейнджер, заинтересовавшись. — Что там? — он протянул руку, автоматически двигая кучу золотых двойников монет и кубков, щитов и доспехов, но пальцы всё же коснулись рукояти, инкрустированной рубинами. Потянув за неё, вытащил наружу меч. Гермиона, у которой по щекам непроизвольно бежали слезы то ли от страха, то ли от боли, приоткрыла рот в удивлении. — Это… — …меч Гриффиндора, — закончил за неё Сириус. Драко недоверчиво осмотрел меч, на лезвии которого выгравированы слова на гоблинском. — Меч дается истинному гриффиндорцу лишь тогда, когда он очень нужен, — пробормотала Гермиона, на что Малфой громко хохотнул и случайно задел ещё что-то из золотой груды сокровищ. — Блядство!!! — Дотянись мечом до чаши!!! Драко дёрнулся, повернув голову в ту сторону. — Если подцепить мечом за ручку… Только как я туда доберусь? Малфой был высоким, но и его роста не хватало, а стоял он к чаше ближе всех. От заколдованных сокровищ расходились волны жара, у него по лицу и спине катился пот. Он мучительно пытался придумать, как добраться до чаши, и тут за дверью взревел дракон и загрохотали Звякалки. Вот теперь они по-настоящему попались: выйти из сейфа можно только через дверь, а там, судя по всему, собралась целая орда гоблинов. Кажется, по какой-то причине они решили поймать Беллатрису, пока не подозревая, что её тут нет. Лязганье зазвучало громче. Малфой, взяв себя в руки и проклиная всё на свете, сказал: — Грейнджер, думай! Подними меня, в конце концов в воздух! Она тут же взмахнула волшебной палочкой и произнесла: — Левикорпус! Малфоя вздёрнуло в воздух за лодыжку. Взлетая, он ударился о какие-то латы, их раскалённые добела копии тут же посыпались на пол. В сейфе и так уже становилось опасно тесно. Сириус и Гермиона отскочили к двери, вопя от боли и налетая на другие предметы, которые тоже начали множиться. Злосчастные взломщики кричали и барахтались в прибывающей лавине раскалённых сокровищ. Драко подцепил клинком ручку чаши. — Империус! — взвизгнула Гермиона в отчаянной попытке защитить себя и Блэка от обжигающего металла. — Либеракорпус! — крикнул Драко. Он грохнулся на растущую гору сокровищ, и меч вылетел из руки. — Держите! — завопил он, еле выдерживая боль от ожогов. — Где меч? На нём чаша! Звяканье за дверью стало уже оглушительным. Поздно, слишком поздно… — Есть! — Сириус поднял меч обож жёнными до крови руками, но дернулся, когда в шею прилетел кувшин, оставляя большой ожог. Золотая чаша сорвалась с клинка и взлетела в воздух. Малфой, громко матерясь, нырнул за ней и успел-таки схватить. Она обожгла ему руки до мяса, но он не выпустил её, хотя сверху на него посыпались бесчисленные сверкающие чаши. Дверь сейфа распахнулась, лавина пышущего жаром золота и серебра вынесла Драко, Сириуса и Гермиону во внешнюю пещеру. Почти не чувствуя боли от ожогов из-за адреналина, Малфой сунул чашу в карман и потянулся за мечом. Оскальзываясь на раскалённом металле, поднялся на ноги и понял, что нужно быстрее прорываться. Подняв с пола Гермиону, огляделся. Их и гоблинов разделял дракон. — Чары отвода глаз! Нас не должны узнать! — вспомнила Гермиона, направляя палочку на Малфоя и Блэка, а потом и на себя. — Вовремя ты… — кивнул Сириус, прячась за колонной, которая скрывала их от глаз гоблинов и, кажется, подоспевших мракоборцев. — Мы не нападаем! Не стреляйте в них! — прокричал он. Драко и Гермиона кивнули. В них же летели струи белого огня. Из-за угла выбежали несколько волшебников в красных аврорских мантиях. — Точно не стреляем?! Может, хотя бы защищаться будем?! — закричала Гермиона, пригибаясь. Прикованный дракон взревел, и над головами гоблинов прошёлся огненный вихрь. Волшебники, пригибаясь, умчались, откуда пришли. Малфоя, видимо, охватило вдохновение, а может, безумие. А, возможно, сочувствие и солидарность. Он направил волшебную палочку на железные ножные кандалы огромного зверя: — Релашио! Кандалы со стуком упали. — За мной! — Малфой бросился к слепому дракону, на бегу выставляя щит от летящих в них заклятий из толпы гоблинов. — Малфой, что ты, сукин сын, делаешь? — орал Блэк, выбегая за ним следом в длинном платье матери. — Освободим его! — С ума сошёл?! — крикнула Гермиона, замерев на месте. — Я сейчас обращусь! Залезайте на меня, поняли?! Ты же хотела на мне полетать?! — Твою за ногу! — чертыхнулся Сириус, едва отбиваясь от заклятий, летящих в их сторону. — Быстрее!!! К их облегчению, превращение Малфоя не заняло и десяти секунд. Его размеры значительно уступали габаритам местного дракона, а чешуя была переливчато-перламутровой, молодой и здоровой. Где-то послышались крики удивлённых волшебников и сбитых с толку гоблинов, не понимающих, откуда здесь взялся ещё один дракон?! — Давай, Гермиона, залезай скорее! — поторопил её Блэк. Местный дракон ещё не понял, что наконец-то свободен. Гермиона наступила на сгиб задней лапы Малфоя и почувствовала, как Блэк подхватил её за бедра, помогая подтянуться и перелезть на спину анимага. Чешуя его, хоть и казалась мягкой, на деле оказалась твёрже камня. Сириус ловко запрыгнул следом и сел позади девушки. Тут Малфой громко взревел, поняв, что они оба уселись меж его гребней. Второй дракон навострил уши, не ожидая услышать сородича. Драко снова открыл пасть, не зная, есть ли у драконов свой язык. Но тот, кажется, что-то понял, потому что ещё секунда — и до него дошло, что он больше не привязан. Дракон с рёвом поднялся на дыбы. Малфой сделал то же самое, но на пару секунд раньше. С его зрением всё оставалось в порядке, поэтому ему не требовалось тратить время на то, чтобы сориентироваться в пространстве. Гермиона изо всех сил уперлась коленями в броню, цепляясь пальцами за крупный гребень их личного дракона. Развернулись крылья, сшибая визжащих гоблинов, точно кегли. Драко взмыл в воздух. Сириус и Гермиона распластались у него на спине, чтобы не задеть головами потолок. Малфой метнулся к выходу в туннель, гринготтский дракон рванул за ним, как за спасительной путеводной ниточкой. Гоблины с воплями швыряли в него кинжалы, но оружие отскакивало от бронированных боков — это Блэк выставил на них всех щит. Мракоборцы кричали заклятья хором, но промахивались или делали это не одновременно и не так сильно, как требовалось. Многовековому дракону с его огромной броней было всё равно, а Малфой успел первым оторваться от погони. — Не пролезем, Малфой, ты слишком большой! — закричала Гермиона, и тут он распахнул пасть и дохнул огнём, плавя стены и потолок туннеля. До этого момента из его пасти выходил только дым. Кажется, научился!!! Малфой всей своей мощью протискивался в дыру. Гермиона и Сириус зажмурились от жара и пыли. Они чуть не оглохли от грохота камней и рёва двух драконов. Им оставалось цепляться за гребни из последних сил, каждую секунду ожидая, что сейчас они свалятся на пол с огромной высоты. Вдруг Драко услышал голос Гермионы: — Дефодио! — она помогала анимагу расширять отверстие туннеля. Второй дракон тоже рвался вверх, к свежему воздуху, прочь от вопящих и лязгающих гоблинов и мракоборцев. Сириус взялся помогать Гермионе, разбивая потолок на куски заклинаниями Долота. Они миновали подземное озеро, и два громадных рычащих зверя словно почуяли впереди свободу. Местный дракон расчищал себе дорогу огнём, и от его жара тёк пот по спинам Сириуса и Гермионы. Драко замолотил шипастым хвостом, сзади рушились гигантские сталактиты, крики гоблинов и лязг металла затихали вдали. Наконец совместными усилиями заклинаний и драконьей мощи они проломились из туннеля в мраморный зал. Люди и гоблины шарахнулись в разные стороны. Здесь оба дракона смогли как следует расправить крылья. Драко повернул рогатую голову ко входу, второй сделал то же самое, учуяв запах свежего воздуха, и они взлетели с разницей в одну секунду. Неся на спине Сириуса и Гермиону, Малфой сорвал с петель металлические двери, вывалился в Косой переулок и поднялся в небо, сопровождаемый рычанием гринготтского дракона. Каждый прохожий задирал голову, удивлённо глядя на двух крылатых громадин, взлетающих в небо. Им повезло, что сегодня грозовые тучи лежали низко, и вскоре им удалось скрыться из виду. Сириус захохотал, словно умалишённый, заставив Гермиону вздрогнуть. Второй дракон летел за ними, что не входило в их планы. — Малфой, от него надо оторваться!!! — крикнула она, нагнувшись к дракону. Тот повернул к ней морду, а потом посмотрел на дракона, летевшего чуть позади. Да, ещё бы знать, как от него оторваться, когда размерами Малфой уступал ему почти в два раза! — Будем аппарировать! — крикнул Блэк, отцепивший руки от большого гребня и раскинувший их в стороны, будто не мог надышаться свободой. — Что?! — переспросила девушка, так как до неё плохо долетал голос сидящего позади Сириуса. Она повернулась к нему, хмурясь. — Мне не послышалось? Аппарировать?! — Малфой, слышал?! — заорал Блэк, сильно стуча кулаком по мощной спине. Драко повернул к ним голову, и в драконьей морде, в которой чётко прослеживались его черты, появилась эмоция неверия. Его зрачки сузились. — Аппарировать будем, превращайся!!! Их личный дракон взревел, кивнув, и второй дракон поддержал его своим рыком. Кажется, он определённо был счастлив вырваться из подземного многолетнего плена. Тем временем тело Малфоя-дракона начало уменьшаться, и Гермиона крепче вцепилась в гребень. Блэк же обнял её за талию, что выглядело совершенно неуместно, но иначе они все расцепятся и потеряются. Миг — и дракона больше нет, а есть подросток, на спине которого сидит девушка и молодой мужчина. Комично до предела, если забыть про страх! Они даже не успели испугаться свободному и очень быстрому полёту, как их всех перенесло в неизвестном направлении. Следующий час Гарри и Рон бродили за Дамблдором, Скримджером и Амбридж, как коровы на привязи. Где-то было и, правда, интересно, как например в Отделе магического транспорта. Там им удалось побывать в трансгрессионном испытательном центре и увидеть тренировки. Однако Дамблдор всё снижал шаг, и парни не понимали, чего он тянет. Да и не выдавалось ни единого шанса подойти незаметно к Амбридж, тем более незаметно снять медальон. Но им на выручку пришла Тонкс. Их отряд уже возвращался из Гринготтса, громко обсуждая то, что произошло. Компания с министром уже стояла в главном холле Атриума, когда им навстречу мчались мракоборцы во главе с Робадсом. — Невероятно! Драконы! — Пускай теперь этим занимается бюро исследования и изолирования драконов! — Или связываются с Румынией и их специалистами по отлову! — Что произошло?! — в никуда спросила Амбридж, которая, видимо, считала, что все должны перед ней отчитываться. — Неизвестные вломились в хранилище Лестрейндж! — почти весело крикнула Тонкс, но тут же споткнулась на ровном месте и полетела в их сторону, хватая Амбридж за плечи ровно в тот момент, как пальцы здоровой руки Дамблдора вдруг вывели в воздухе незамысловатый узор. Тонкс была отличным мракоборцем, но с координацией у нее точно имелись проблемы, и поэтому подножка легко сбила её с ног. В этот момент Гарри почти подпрыгнул от силы упавшей вместе с Амбридж под ноги удачи! Они с Роном кинулись к вопящей Амбридж, которую придавила тоненькая Нимфадора, создавая ещё больше суматохи. Долорес пыхтела и барахталась, как черепаха, лежащая на спине. Она так раскраснелась и орала, что слышал, наверное, весь Атриум. К ним кинулся и Скримджер, Дамблдор же продолжил стоять, даже не сдерживая улыбку. Гарри боясь, что Малфой и Гермиона могли ошибиться, и на самом деле подлинный медальон лежит в той самой пещере, потянул его за цепочку, помогая встать Амбридж. Магия притяжения на медальон не действовала, ошибки быть не могло! Амбридж и не заметила, как с её толстой шеи сорвалось украшение. К тому же, там висело ещё несколько кулонов на других цепочках. Безвкусица. Но оставалось надеяться, что она не сразу заметит пропажу. Схватив его, Гарри тут же спрятал в кармане школьных брюк и принялся поднимать с пола Тонкс, которая причитала: — Как же так! Я же не могла оступиться на кафеле!!! — Ты-то? Думаю, могла, — ответил ей Гарри, моля удачу за то, что так всё повернулось, потому что он уже стал терять надежду на успех операции. Когда всех поставили на ноги, скандал только набирал обороты. Амбридж тяжело дышала и тыкала пальцем в девушку-мракоборца. — Я отправлю тебя на переаттестацию! Как ты вообще сдала экзамены! — Ну-у, — протянула Тонкс, пожимая плечами, — не всё мне далось легко! — Тонкс! — рявкнул Робадс, придерживая лифт. — Бегом в отдел! Совещание! Амбридж кинула на него злой взгляд, явно уже строя план мести. Тонкс рванула к лифтам, на ходу кивнув Дамблдору. Тот проводил её по-отечески тёплым взглядом. — Что ж! Пожалуй, нам пора! В Хогвартсе скоро начнётся обед! Я целый день мечтаю о тушёной говядине! — сказал он, откланиваясь перед министром. Тот выглядел вполне себе довольным и даже предложил проводить их до каминов. Проходя мимо фонтана, Гарри ссыпал в него всё, что лежало его карманах. Кажется, этот метод точно работал и даже приносил удачу! Ещё один крестраж у него в кармане! Оставалось надеяться, что у Малфоя и Гермионы всё получилось.