Однажды в Шварцвальде: Джером

Я первым открыл глаза и увидел перед собой уже знакомое и любимое лицо. Мы лежали в обнимку, и пока Леон спал, я позволял себе водить пальцами по его телу, оставляя невидимые линии. Он смешно жмурился от проступающих сквозь штору лучей солнца и вскоре перевернулся на другой бок. Его белые волосы сильно разлохматились, и я поцеловал его в макушку. — С добрым утром, соня! — это было моё лучшее утро. — Привет, Румпель, оно станет добрым, когда у меня перестанет болеть голова, — проворчал он. — Однако твои рыжие кудри явно улучшают его, — поняв, что ляпнул, он покраснел и смущенно уткнулся головой в моё плечо. — Правда? Не знал, — я улыбнулся и осторожно поднял его рубашку, медленно проводя рукой по спине, а другой обнял за шею. — Ты такой милый, Леон, особенно, когда краснеешь, — я прошептал ему на ухо. — У тебя есть рассол, — спросил он вдруг.  — Конечно, специально для таких случаев, — я усмехнулся. — Сейчас принесу. Я встал с кровати, накинул легкую рубашку и пошел за рассолом. Леону явно нужно было проснуться и привести себя в порядок после вчерашнего. — Леон, ты уже встал ? — я прокричал с кухни спустя десять минут. —  Если да, то приходи сюда. Он пришел, находясь всё ещё в одной красной рубашке. Я поставил на стол кружку с рассолом. — Спасибо, Румпель, — Леон улыбнулся. Я был рад, что он в хорошем настроении. — Не за что, надеюсь полегчает. Из меня, на самом деле, такой себе повар, но я все же сумел приготовить нам омлет. Скажи, что ты любишь его? — с надеждой спросил я. — Да, обожаю! Как вкусно пахнет, ты волшебник!  — Ам, да, умею творить даже без магии, — я улыбнулся. — Твои вещи лежат на ковре, около кровати, если что.  — Потом оденусь, — бросил Леон. Мы сели за стол, завтракать.  — Говорят, тех, кто смеётся над волшебством, ждет смерть. Это правда?  Неожиданный вопрос, — подумал я. — Можешь испытать на себе, — сказал я, кладя кусок омлета себе в рот. — Правда, не факт, что выживешь, – я криво усмехнулся. — Можно ли как-то отвести беду?  — Конечно можно, для этого нужна человеческая жертва.  Леон внимательно слушал. Я был удивлен, что его интересует эта тема. — Итак, для того, чтобы спасти одного человека, придется пожертвовать другим.  А именно, нужна пентаграмма из крови уже проклятого человека, а также его добровольная смерть, после чего он или она сможет спасти кого-то другого. — Интересно, – произнес Леон, – а где можно взять рисунок пентаграммы? Я нахмурился. — Кого ты хочешь спасти, Леон? После недолгой паузы, он признался. — Сестер Фавмант, они дороги мне. — Это сестры Эулалии, я прав? — Да, так и есть. — Что же, отговаривать я тебя не буду. Ты и сам, я думаю, понимаешь, на что идёшь. С ведьминскими штучками простым людям ой как тяжело, — сказал я серьезно. — Да, Ава говорила, что за магию надо платить. Но зато они будут живы, думается мне это достойная цена. Так где, говоришь, можно найти рисунок? — У меня, Леон. Румпельштильцхен к твоим услугам, дорогуша, — я подмигнул ему. — Она должна лежать у меня где-то в старых свитках или книгах, — задумчиво произнес я. — Пойду поищу. — Спасибо, я буду должен. Чего ты хочешь? — Тебя. И это не шутка, — я улыбнулся. — Мне бы хотелось всего тебя и навсегда себе. — Однако, я лишь попрошу, чтобы ты остался жив. Не важно, что будет и как, просто береги себя. — Постараюсь, — убедительно произнес Леон. — Хорошо, — я доверял ему. — Тогда, думаю, мы можем пойти в мою колдовскую лавку, поискать тот самый рисунок. Я открыл дверь и провел туда Леона. Он осматривал лавку, пока я искал нужную книгу. — Вот, – сказал я, — нашел. — "Руководство по снятию проклятий". Там точно должен быть рисунок пентаграммы. — Спасибо, — он радостно благодарит меня. — Не за что, солнце, — я улыбнулся и отошел закрыть шкаф на замок. Обернувшись, я увидел, как сосредоточенно Леон ищет нужный ему рисунок. Он такой необыкновенный в этой красной рубашке, которая еле закрывает его плечи. Я подошел, прижал Леона к себе и вдохнул запах его волос, как в последний раз, ибо, когда мы сможем увидеться вновь? Я коснулся его шеи губами, постепенно зацеловываю её. Леон начал часто дышать, он откинул голову назад и наконец закрыл эту ненужную книгу. — Джер… — произнёс он на выдохе. Я ещё больше оголил его плечи, потянув рубашку вниз. Проведя пальцами от шеи до ключицы и далее, я лишь силой воли удержал себя от того, чтобы не поставить несколько засосов. Постепенно прижимая Леона к себе всё ближе, я решил посмотреть на его лицо. Оно уже покрылось каплями пота, а его щёки порозовели. Глаза были полуоткрыты, и во всем этом он выглядел самым красивым. Мы оба еле дышали. — Останься, останься ещё ненадолго, — прошептал я ему на ухо. Леон лишь сглатывает и кивает. Я резко разворачиваю его и сажу на стол, одновременно скидывая все книги. Я целую его в губы, до тех пор, пока он не начинает стонать. — Я думаю нам нужно...нужно остановиться. — Тебе надо разобраться с последствиями смерти твоего хозяина? — чуть отдышавшись, произнес Леон. — Да и это тоже, — ответил я. — Но я всё же не хочу отвлекать тебя от твоего дела. Я вздохнул и поцеловал Леона ещё раз, напоследок. — Нам обоим нужно заняться своими делами и проблемами, не думаешь? — я смотрел ему в глаза, проводя рукой по спине. — Да, ты прав, — он соскользнул со стола и пошел в спальню, наверно уже переодеваться. Я остался в лавке, думаю, что буду делать, когда провожу Леона. Нужно бы и правда наведаться в замок, посмотреть, как там обстоят дела, нет ли следов вчерашнего убийства. — Леон, дорогой, — я не хотел напоминать о вчерашнем, но мне нужно было спросить, — А что там с трупом Скэра? Вы случайно не избавились от него? Может, сожгли? — Эм, кажется, нет. Если Оскар не возвращался туда позже, то он там и остался, — сказал Леон. — Я понял, тогда мне нужно бежать в замок, чтобы никто из знакомых Скэра не увидел его труп и не забил тревогу, — сказал я. Мне было тревожно на душе, но главное уже сделано – Скэр мертв. А разобраться с последствиями – это уже дело несложное. — Удачи, — он вышел из спальни и ласково улыбнулся. — Спасибо. Какие у тебя планы? Может, еще вечером встретимся? — спросил я, почему-то чувствую, что ответ будет отрицательным. — Нет, прости, у меня уже есть планы, — он поцеловал меня в щеку, — Я возьму твой плащ? — Плащ? А да, конечно, сейчас принесу.  — Он вроде остался в спальне.  Я и правда нашел его там. Немного замешкавшись, я вынес плащ и отдал Леону. — Спасибо, ну я пойду. Увидимся. Он открыл дверь и вышел. Что же теперь пора заниматься своими делами.