Часть 4
26 ноября 2022 г., 14:23
Джим и Джон снова вошли в смотровую, где находились Дин, Калеб и Мак. Калеб выглядел таким уязвимым и не похожим на самого себя. Джим иногда забывал, что Калебу всего пятнадцать лет, что он все еще ребенок во взрослом мире, хотя и пережил больше, чем большинство взрослых.
Джим с Маком нашли мальчика в почти коматозном состоянии в психиатрической больнице куда их отправила Миссури. Благодаря ее дару, Миссури услышала зов мальчика и поняла, что грядут события, которые изменят всю их жизнь.
Макленд сразу почувствовал непреодолимую потребность защитить ребенка. Он даже пошел против бывшего рыцаря Братства Дэниела Элкинса, который думал, что мальчик одержим. Мак спас Калеба той ночью в больнице, когда Элкинс пытался провести экзорцизм. Позже той же ночью Мак привез ребенка к себе домой и через несколько месяцев официально усыновил Калеба.
Сейчас Калеб не сводил глаз с Дина, которого держал на руках его отец. Подойдя к Маку, Джон наклонился и осторожно забрал сына из его рук. Доктор встал, уступая место. Винчестер сел на кровать, прижал сына к себе, наклонил голову и заплакал в мягкие светлые волосы Дина.
— Папа? — дрожащим голосом прошептал Калеб. Он не знал, что пугало его больше: тот факт, что Дин все еще был без сознания, или то, что один из самых сильных мужчин, которых он знал, сломался. Для подростка Джон был кирпичной стеной, ничто никогда не могло его смутить, Калеб восхищался этим закаленным охотником. И сейчас он был в ужасе от того, что Джон сломался. — О Боже, папа, что-то с Сэмми?
— Врачи отвезли Сэмюэля на рентген, но он еще не пришел в сознание, — сказал Джим.
— Но с ним все будет в порядке, верно?
Джим взглянул на Мака, молча спрашивая, стоит ли ему продолжать, и доктор кивнул.
— Джим… Сэмми поправится, не так ли?
Душа Калеба ушла в пятки от страха. Пастор провел рукой по лицу, опустил взгляд в пол и глубоко вздохнул.
— Врачи делают все возможное. Вскоре его переведут в отделение интенсивной терапии, чтобы они могли следить за ним. Врачи считают, что ему потребуется немного больше времени, чтобы поправиться. Они также обеспокоены тем, что он еще не проснулся. — Джим не знал, что еще сказать.
Мак хотел обнять сына, но Калеб отстранился. Он переводил взгляд с пастора на отца, умоляя их все исправить. Все знали, как сильно Калеб заботился о Дине и Сэме, троих детей связывала трагедия. Каждый взрослый боялся, что очередной трагический исход разрушит не только мальчиков, но и их маленькую, необычную семью.
— Это моя вина, — прошептал Калеб, опустив взгляд в пол.
— Калеб? — Мак снова потянулся к сыну, но подросток вскочил и вылетел из комнаты. — Калеб! — воскликнул доктор, пытаясь догнать подростка.
***
Через несколько минут прибыл врач. — Я доктор Мазерс. — Он протянул руку Джиму, потому что Джон не обращал ни на кого внимания. — Я пастор Джим Мерфи, это Джон Винчестер, отец Дина и Сэма. Доктор посмотрел на Джона. Медсестра сообщила, что это семья трехлетнего мальчика, который чуть не утонул. Мазерс окинул взглядом небольшое помещение, прежде чем снова обратить внимание на Джима. — Мне сказали, что я должен проверить двух молодых людей. — Да, — Джим откашлялся. — Калеб очень расстроен всем, что произошло сегодня, и ему нужно было выйти. С ним его отец, они должны скоро вернуться. — Пастор молча молился о том, чтобы Калеб не сбежал. До того как подросток стал жить с Маклендом, он часто сбегал от приемных родителей. Кивнув, доктор обратил внимание на маленького пациента. — Мистер Винчестер, — спокойно и успокаивающе позвал Мазерс, — мне нужно осмотреть вашего сына. Джон не ответил, даже не поднял голову. — Дайте я попробую. — Джим шагнул вперед и опустился на колени рядом с другом, положив руку ему на плечо. — Джонатан, они должны проверить Дина, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Джон… — Винчестер поднял голову и посмотрел на пастора. — Нам нужно, чтобы ты положил Дина на кровать. — Я не оставлю его, Джим, — хрипло сказал Джон. — Джон, тебе не нужно уходить. Но доктор Мазерс должен проверить его. Винчестер кивнул, и Джим помог ему встать и отойти от кровати. Джон осторожно уложил сына на матрас, и отошел к изножью кровати, положив руку на ногу сына. — А где Калеб? — казалось, только сейчас он вспомнил, что подросток был в комнате. — Он с Маклендом, — ответил Джим.***
Мак уже и забыл, как быстро может бегать его сын. Всего несколько раз с тех пор, как Калеб вошел в жизнь Мака, мальчик был настолько напуган чем-то, что хотел убежать. Эймс отчаянно надеялся, что Калеб избавиться от этой привычки. Раньше подросток часто сбегал из дома, таким образом стараясь убежать от боли. К счастью, экстрасенсорная связь Мака с сыном помогла довольно легко выследить его. Калебу еще предстояло научиться ставить блоки. Мак чувствовал боль Калеба. Он знал, что подросток в видении видел то, что случилось с Сэмми. Доктор также знал, что Калеб всегда чувствовал вину за то, чего не мог изменить. Потеряв сына из виду, он на мгновение остановился и мысленно потянулся к мальчику. По спине прошла волна дрожи, когда он понял куда пошел подросток. Мак нашел нужный коридор и помчался по лестнице к двери с надписью: «ДОСТУП НА КРЫШУ».***
Калеб стоял на краю крыши, глядя на парковку маленькой больницы. Больница была трехэтажным зданием, не такое высокое, как некоторые из мостов, на которые любил забирался Калеб, но с нее открывался вид на город. Когда Калебу было шесть лет, он видел как его отец убил его мать, а потом застрелился сам, и это навсегда оставило шрамы на душе ребенка. Затем умерла его бабушка. И хотя она умерла от сердечного приступа, Калеб все равно чувствовал себя виноватым. А потом в видении он видел, как погибают его приемные родители, и через два дня они умерли. Тогда Калеб хотел покончить с собой. Он думал, что смерть следует за ним, затрагивая любого, кто приближался к нему. Он смутно помнил, как в полицейском участке хотел застрелиться, и соцработник, Эйб Салливан, успел вырвать у него пистолет. Калеб помнил эхо выстрела, когда Эйб отвел ствол пистолета от головы подростка в последнюю секунду. Этот инцидент произошел на глазах у судьи и нескольких полицейских, и привел Калеба в психиатрическую больницу, где его накачали наркотиками до почти коматозного состояния. Именно там Мак нашел его и буквально спас не только от себя самого, но и от Дэниела Элкинса, предыдущего Рыцаря Братства, который был убежден, что Калеб — демон. Во второй раз мысль о самоубийстве пришла Калебу в голову на первую годовщину смерти его родителей, уже после того, как он стал жить с Маком. В тот день Калеб был настолько переполнен эмоциями, что прогулял школу, и неожиданно для себя самого оказался на краю моста, а внизу текла бурная река. Калеб вернулся домой поздно ночью, так и не сообщив Маку, где был. Когда подросток наконец вернулся домой, Мак уже успел себя накрутить. Он хотел знать, где Калеб был, но подросток стал агрессивным, отказываясь говорить что-либо приемному отцу. Напуганный таким всплеском злости Мак попытался мысленно прочитать сына, и на него накатил ужас, когда он поймал мысли сына о самоубийстве. Калеб был так взбешен тем, что Мак залез ему в голову, что бросился на него. Эймс легко скрутил подростка, ни разу не попытавшись дать отпор. Когда сила Калеба иссякла, Мак притянул сына к себе, и они оба рухнули на пол, мальчик сломался и заплакал. А потом уснул на руках Мака прямо на полу гостиной. На этот раз Калеб стоял на краю трехэтажного здания. Внизу он увидел Лэндровер отца и Импалу Джона. В мыслях снова пронеслись картины из видения, и по щекам подростка покатились слезы. Он вспомнил, как Дин прыгнул в пруд, как он сам вытащил Сэмми из воды. Перед глазами проносились события последних часов и минут, как Дин выскользнул из его рук и потерял сознание от шока. И Калеб не мог этого вынести. Не мог смотреть, как дорогой человек умирает, поэтому сбежал. Макленд отчаянно пытался добраться до своего сына. Он знал что Калеб чувствует себя виноватым если с родными что-то случалось. И сколько бы Мак, Джим и Джон ни уверяли подростка, что он не злой, и произошедшее в его жизни это всего лишь трагические обстоятельства, Калеб все равно чувствовал себя оскверненным. Когда Мак открыл дверь на крышу, то чуть не задохнулся от ужаса. Его сын стоял на краю здания и смотрел вдаль. — Калеб? — прошептал он, пытаясь успокоиться и замедлить шаг, чтобы не испугать сына. — Сынок? — Это все моя вина, — ужасающе спокойным голосом сказал подросток. — Нет, Калеб… — сказал Мак, подходя ближе к обезумевшему сыну. — Ты не понимаешь, Мак. У доктора екнуло сердце, когда Калеб назвал его по имени, вместо «папа». — Мои родители и бабушка, мои приемные родители, а теперь и Сэмми. Мак, я не могу с этим справиться. Все страдают из-за меня. — Сынок, Сэмми не умер. Ни в чем ты не виноват. Я же говорил тебе… — Ты говорил мне то, что я хотел услышать! — рявкнул Калеб, перебивая отца. — В это верит Джим! Ты убедил Джона, чтобы он доверил мне своих детей, и посмотри, что произошло! — Плечи Калеба задрожали, пока он пытался взять эмоции под контроль. — Мак, всем будет лучше без меня! Мак чувствовал эмоции Калеба, подросток одновременно умолял о помощи и пытался убедить себя сделать этот последний шаг. — А как насчет меня, сынок? Думаешь мне будет лучше без тебя? — хрипло спросил Макленд. — Ты был в моей жизни всего два с половиной года, но я уже и не могу вспомнить, какой была моя жизнь без тебя. Калеб, ты важен для меня, и я даже не понимаю как жил, пока ты не вошел в мою жизнь. Так скажи мне, сынок, по-твоему мне будет лучше без тебя? — Он подошел ближе. — Ты моя жизнь, я люблю тебя! Ты ни в чем ты не виноват. Но ты можешь изменить то, что делаешь сейчас. Пожалуйста, сынок, я не могу потерять тебя! — дрожащим голосом сказал Макленд. Он чувствовал, что подростку так хотелось верить, что он важен, но все еще ощущал страх, что может потерять своих близких. Мак сделал последний шаг, обхватил Калеба за талию и дернул к себе. Они оба свалились на крышу. Приподнявшись и не отпуская сына, Мак с трудом отступил на несколько футов от края, пока не уперся спиной в дверь. Калеб обмяк в его руках, и Макленд прижал мальчика к своей груди. — Я держу тебя, сынок, — прошептал Мак, уткнувшись носом в макушку сына. До него начало доходить то, что только что произошло, и Мак задрожал. Он крепче прижал к себе Калеба и заплакал. Он сидел в такой же позе как Джон ранее, прижимая к себе своего ребенка. И только теперь понимал, что чувствовал его друг.
