Вернуться к нормальности

На юге Англии август в этом году выдался необычайно жарким и жители Уилтшира не могли вспомнить такого количества солнечных дней за последние несколько лет. Палящее солнце выжигало луга, сжирая яркие краски растений и только дом Малфоев выделялся серым сырым пятном на фоне желтеющих лугов графства. Авроры, дежурившие у поместья, давно перешептывались о проклятье наложенном на дом, потому что другого объяснения всей той чертовщине, что здесь происходила — не было. Каждый из них, подходя ближе к поместью, ощущал на себе как температура воздуха резко понижалась, становилось на столько влажно, что было трудно дышать, а у самих ворот появлялась дымка сизого тумана закрывающая вид на величественную постройку. Хозяева поместья объясняли это собственной магией дома, пострадавшей от темной энергии жившего здесь какое-то время Волан-де-Морта. Проклятье которое никто не накладывал — невозможно снять.    Все растения вокруг дома, радовавшие когда-то неукротимой буйностью своей зелени, выглядели так словно они росли на пепелище. Широкая дорожка, ведущая от ворот до ступеней главного входа в поместье, покрылась налетом из сажи и грязи и никто не мог объяснить откуда все это взялось, если здесь не было пожара. Вид был настолько удручающим, что дежурившие у ворот не поворачивались лишний раз лицом к поместью. Уж лучше всматриваться в скучные пейзажи полей и редких посадок, чем угнетать себя видом медленно умирающего поместья.    Первыми начавшиеся изменения заметили дежурившие авроры— это было тепло, которое стало появляться у стен забора. Вскоре стали слышны пения птиц рассаживающихся на деревьях вблизи поместья. Рассеивалась туманная дымка и стало видно, что дорожка на самом деле посыпана светлым гравием и вдоль нее растут кусты белых дельфиниумов. По вечерам, когда солнце пряталось за горизонтом, на улице стали зажигаться фонари, а на их мягкий свет слеталась мошкара причудливо танцуя вокруг спрятанного за стеклом яркого пламени. Дом будто возвращался в мир живых, утягивая за собой и всех живущих в нем.    Все дело было в магии. Каждый старый дом обладает своей, накопленной веками, родовой магией. Как тело человека наполняется душой при рождении, так и дом вдыхает в себя энергию жизни с первым переступившим его порог. Такой дом становится похож на слажено работающий организм, в котором целая система клеток и тканей неустанно работают для поддержания жизни тела человека. Задолго до появления в этом поместье самого темного волшебника за всю историю магии, дом был наполнен теплом и светом. Высокие деревья, накрывающие раскидистыми кронами просторные лужайки, были заселены гнездами самых разнообразных птиц. Старый пруд, располагающийся за западным крылом поместья, наполнен зеркальными карпами, а на зиму, когда часть пруда затягивало тонкой корочкой льда, здесь зимовали дикие лебеди. В доме, мечтами о светлом будущем, жила любовь. А потом случилось то что случилось — дом заболел. Темная магия так скоро распространилась, что словно опасная токсичная плесень пробиралась в каждую щель сжирая не только энергию родовой магии, но и заражая всех живущих в доме.    После той ночи в Годриковой Впадине, когда Темный Лорд исчез так и не убив дитя Поттеров, Люциус в приступе истерии, аппарировал в один из оживленных районов Лондона, чтобы лично увидеть то ради чего погибали волшебники. Будто обезумевший он бродил по улицам города всматриваясь в лица прохожих, заглядывая в окна домов, надеясь рассмотреть в них хоть что-то что объяснило бы необходимость приносить в жертву жизни чистокровных. Причудливо одетый бездомный, за которого его принимали прохожие, со спутанными грязными волосами, дрожащий от холода и перепачканный в грязи, напугал в ту ночь своим видом не мало горожан. Вернувшись домой он на несколько дней закрылся в своем кабинете, призывая домашних эльфов ради очередной бутылкой огневиски. Портреты в коридорах перешептывались о том, что их потомок тронулся умом. Сутки просидев у дверей его кабинета и сорвав голос от крика, Нарцисса собрала маленького Драко и отправилась во Францию, приняв твердое решение сделать все ради безопасности своего сына. Она не смогла принять тот факт, что повелителю ее мужа понадобилась жизнь младенца. Прийдя в себя, через несколько месяцев Люциус появился в ее доме на берегу Средиземного моря и обнимая  жену за колени клялся, что ему хватит сил воскресить ее веру в него. Темный лорд исчез, его темная метка замерла, а денег хватило отбелить фамилию древнего рода. Нарцисса простила мужа и дала своей любви еще один шанс, последний. Но Люциус предал их всех снова и в этот раз разбил ее сердце на такие мелкие осколки, что собрать их воедино было уже невозможно.    В день суда Нарцисса вошла в зал заседаний с идеально ровной спиной и маской безразличия на своем лице, чтобы не показывать в первую очередь ему уничтожающую сейчас ее заживо боль. Холодный взгляд быстро окинувший зал суда встретился с другим, более тяжелым и не менее уставшим. Посреди зала, закованный цепями в клетке стоял ее муж. Легкий кивок адвокатам и улыбка глазами узнику. Сейчас в этом зале не существовало никого кроме них двоих. На тонких запястьях щелкнули наручники, красивыми тонкими пальцами Нарцисса нащупала массивный золотой перстень с россыпью алмазов на своей левой руке.  Прокручивая его она чувствовала обжигающий кожу, невидимый никому в этом зале огонь исходящий от высеченной внутри кольца простой фразы. Слишком простой для такой драгоценности, как заметила ее сестра много лет назад в день свадьбы Нарциссы и Люциуса. «Всегда». В ней спрятана вся нежность и страсть что были между ними в момент их первого поцелуя, в день когда они решили соединить свои судьбы, когда приносили свои клятвы у алтаря, когда узнали о беременности, и даже когда в их дом вошла темнота… Малфои не снимали обручальные кольца при жизни. И то что сейчас она прокручивала его вокруг пальца говорило больше чем она смогла бы произнести. Она здесь, она рядом, она готова принять свое наказание, но дальше она пойдет уже без него. На секунду задержав дыхание, Нарцисса глубоко выдохнула и сжала в ладони обжигающее магией стянутое с пальца обручальное кольцо. Он почувствовал, не мог не понять что сейчас произошло, но только лишь хмыкнул и сжал кулаки посильнее.    Вернувшись в поместье, Нарцисса лишь единожды зашла в кабинет мужа. Постояв несколько минут у закрытой двери, она с силой нажала на бронзовую дверную ручку и толкнула тяжелую деревянную створку. Быстро переступив порог кабинета и стараясь не обращать внимание на громко возмущающихся родственников мужа из портретов,  догадывающихся что она задумала, Нарцисса подошла к высокому черному шкафу, сдвинула золотую статуэтку готовящейся к броску змеи в сторону и нажала на деревянную панель за ней. Откликнувшись на ее прикосновение из стены выехал спрятанный от посторонних глаз ящик, с хранившимися в нем семейными реликвиями, питающими внутреннюю магию дома. На секунду замерев с вытянутой над ним рукой, Нарцисса разжала ладонь и в повисшей тишине кабинета раздался звук ударяющегося об деревянное дно ящика обручального кольца. Одним легким движением женщина захлопнула ящик и поставила статуэтку змеи на свое место. Вернув эту семейную реликвию в самое сердце дома, Нарцисса нарушила многовековые устои древнего рода чистокровных волшебников. Обручальные кольца возвращались в этот ящик только в одном случае — смерть одного из супругов, до того как их сын успеет обручиться. Все что сейчас сделала Нарцисса никак не подходило под обычай семьи Малфоев. В портретных рамах столпились все жившие в этом доме предки Люциуса, ожидая реакции магии своего рода. Но ничего не происходило. Вышвырнуло бы Нарциссу сейчас из дома или почувствуй она острый укол магии — ее не удивило бы это. Осмотрев беглым взглядом кабинет, в котором так часто пропадал ее муж, Нарцисса взмахнула палочкой и распахнула тяжелые изумрудные портьеры впуская в небольшое помещение дневной свет. Улыбнувшись возникшей в ее голове идее, женщина сменила их цвет на ярко-лимонный и услышав недовольный шепот с портретов обернулась к ним лицом. — Магия рода приняла мое решение, - голос женщины звучал как никогда уверенно, — если вы с этим не согласны — я позабочусь о том чтобы облегчить ваши муки. Первым нарушил тишину портрет прадеда Люциуса, седовласый старец сидел в кресле с резным изголовьем и прокручивал в руках трость с золотым набалдашником. — Родовая магия приняла ваше предложение, миссис Малфой. Старик оскалился в насмешливой улыбке и с презрением, так свойственным его потомкам, продолжил: — Мы подождем когда вы выполните свою часть этого договора. — В семье Малфоев не принято нарушать обетов. Нарцисса щелкнула пальцами и старый портрет, висящий над столом Люциуса, затянуло темной тканью.

***

   Миссис Малфой распорядилась закрыть на полную реконструкцию западное крыло, съехала в другую спальню и сделала в одном из малых залов студию для работающих в доме дизайнеров. Стены были увешаны примерами дорогих тканей и шелков, под потолком переливаясь блеском кружились зачарованные свечи освещая разложенные чертежи на огромном столе. Деньги решали многое и в этот раз Нарциссе удалось решить несколько важных вопросов. Первое: она смогла нанять известного декоратора из Франции, которого мало волновала история западного крыла и причина его реконструкции. Второе: отдав неприлично большую сумму в качестве благотворительного взноса на восстановление Хогвартса, Нарцисса смогла получить некоторое смягчение испытательного срока для своего сына. С нее самой были сняты все обвинения еще в зале суда, а Драко же еще предстояло доказать, что он заслуживает свободы.    Убедившись в том, что эльфы правильно поняли все ее указания, Нарцисса поднялась в спальню сына и тихонько постучав в двери, стала ждать разрешения войти. В ответ ей была тишина, постучав еще раз Нарцисса открыла двери и громко, так чтобы ее точно услышали, позвала сына: — Драко, я войду? Ей никто не отвечал и распахнув дверь Нарцисса вошла в пустую спальню с идеально заправленной кроватью. Эльф, прислуживающий Драко сказал, что молодой хозяин еще не просыпался, а судя по заправленной постели — скорее всего еще не ложился. К открытому настежь окну был подставлен пуф и, если бы Нарцисса не знала своего сына, то все указывало на то что он сбежал из особняка спрыгнув со второго этажа. Перегнувшись через подоконник, Нарцисса поднесла ладонь лицу, прикрывая глаза от яркого утреннего солнца и стала всматриваться в небо. Высоко над поместьем Драко вырисовывал круги гоняясь за сверкающим снитчем. С самого детства сын Нарциссы бредил небом и квиддичем. Люциус видя в пристрастии сына собственные выгоды, подарил ему первую взрослую метлу в 8 лет и разрешал летать так высоко, как мог подняться маленький мальчик. Для Люциус не было ничего важнее статуса в обществе и когда его сын стал демонстрировать неплохие успехи, он купил ему место в команде Слизерина, не забывая вспоминать об этом каждый раз, когда Драко не оправдывал его ожиданий. Возвращаясь домой, Драко много часов проводил в небе отрабатывая свою технику. Мальчик делал все для того, чтобы отец мог им гордиться. Нарциссе не нравилось это увлечение, но она ничего не могла поделать с упрямым характером своего сына. Несколько раз она просила Люциуса быть мягче в своих высказываниях и замечаниях, но слышала лишь то, что чистокровный Малфой должен соответствовать своему статусу абсолютно во всем. Вторым пристрастием сына стало зельеварение, на котором его часто обходила девочка из семьи маглов. Когда Люциус узнал о том, что его сына по оценкам обходит грязнокровка, он заставил Драко брать дополнительные уроки у своего крестного, потому что никакая магла не могла быть лучше него. Люциус приложил много усилий, что бы вырастить в сыне ненависть ко всему с чем не мог мириться он сам.    — Драко, - позвала сына Нарцисса. Услышав свое имя, Драко направил метлу к раскрытому окну и уже через пару секунд стоял в своей комнате, вытирая рукавом пот с лица. Слегка покрасневшие щеки, взъерошенные платиновые волосы и раздувающиеся ноздри от попыток восстановить свое дыхание — как когда-то перед Нарциссой стоял ее упрямый сын, который не хотел ложиться в постель пока не отработает очередной идеальный, по мнению его отца снитч. Только теперь он и вовсе не ложился спать. — Доброе утро, сын. Нарцисса улыбнулась и протянула ладонь в попытке пригладить торчащие волосы Драко. — Мама, Драко перевел взгляд с лица Нарциссы на конверт в ее руках. — Снова он? Драко отошел от окна к высокому плотному шкафу и раскрыв его дверцы уставился на идеально отутюженные рубашки развешанные на вешалках, будто собирался выбрать одну из них. — Он просит тебя ответить ему. Нарцисса положила конверт из Азкабана к остальным, так и не распечатанным, но аккуратно сложенным письмам от Люциуса, на тумбу у постели сына. — Не знал, что вы общаетесь, - Драко хмыкнул и сдвинул несколько вешалок, изображая большую заинтересованность в одинаковых рубашках, чем в разговоре о своем отце. — У нас все еще общий сын и ответственность за его будущее. — Я не знаю, что ему ответить. Драко снял с вешалки белую рубашку, бросил ее на кровать и начал перебирать висящие в ровный ряд одинаковые черные брюки. — Напиши, что снова летаешь. Нарцисса действительно не знала сколько потребуется сил ее сыну и времени, чтобы простить Люциуса, но и объяснять всю серьезность ситуации при другом исходе у женщины пока не хватало сил.  — Он будет рад, что ты не бросил метлу, - она обернулась к стоящему к ней спиной сыну, понимая что сейчас играет с огнем продолжая упрашивать ответить Люциусу. — Кому-то понадобился пожиратель смерти в команде? Драко нервно сдернул брюки с вешалки и закинул на постель к лежащей там белой рубашке и засунув руки в карманы выпачканных грязью спортивных штанов, посмотрел на мать. — Или в министерстве освободилось местечко в отделе магического спорта? Ехидно хохотнув своей шутке, Драко обошел подошедшую к нему мать и упершись руками в подоконник продолжил высказывать все, что накопилось. — Из-за него я проклят этой чертовой меткой до конца своих дней! Помечен как какая-то домашняя скотина! Из-за него мое имя — это имя преступника! Чего он ждет от меня? Что ему достаточно написать мне несколько писем и я прощу его? Парня начинало трясти, а голос срывался на крик. В его серых холодных зрачках зарождался огонь поглощающей его злости. Нарцисса узнавала в этом взгляде своего мужа. — Нет, это он сделал со мной, он сделал это со всеми нами! Драко со всей силы хлопнул ладонями по деревянному подоконнику. — Я хочу отвечать только за свои деяния! Я больше не хочу играть в игры Люциуса! Я не хочу гнить в Азкабане, мама! Драко перевел дыхание и обернулся лицом к матери. Нарцисса стояла посреди комнаты сына нервно перебирая пальцами кружевной манжет своей блузы. Говорить с Драко в таком состоянии было бессмысленно, сейчас он точно ее не услышит и не сможет понять необходимость обуздать свои эмоции и поступить так как всегда поступали предки его благородного рода. — Тебе нужно просто притвориться. Нарцисса собрала в эту фразу всю жесткость которая в ней была. — Откладывать этот разговор больше нельзя. Нарцисса обошла сына и указав ему на свободное кресло ледяным тоном практически приказала сесть. — Люциус должен передать  свое обручальное кольцо до того как тебе исполниться 19. Драко громко сглотнул и непонимающе уставился на мать. — Но, - начал он и тут же был остановлен взмахнувшей в его сторону рукой Нарциссой. — Ты — Малфой и должен принять волю своего рода. Они, - Нарцисса запнулась и тут же исправилась, — мы, даем тебе время до дня рождения. Ты можешь выбрать с кем связать магию рода, если же ты не сделаешь этого, мы сами выберем тебе подходящую партию. Драко сидел уставившись на мать и пытался осмыслить все что только что она сказала. Родители снова распоряжались его жизнью. — Если я с этим не соглашусь? Нарцисса перевела взгляд с лица сына на парк виднеющийся из раскрытого окна комнаты. — Мама, что ты сделала? Голос Драко прозвучал слишком спокойно и никак не соответствовал злости и разочарованию горящим в нем. — То что должна была. Секунда и в стену полетело кресло на котором сидел Драко. — Снова. Вы снова сделали это со мной!  Обрушившееся на него осознание того, что они снова решают его судьбу причиняло невыносимую боль. Все тело будто жгло огнем. Подойдя к шкафу он стал с силой бить сжатой в кулак рукой по деревянному полотну, он не останавливался пока не треснула кожа на руке и кровь начала заливать светлый ковер на полу. Из неоткуда возник громко пищащий маленький эльф упрашивающий молодого хозяина остановиться. Нарцисса не сдвинулась с места, только с силой зажмурила глаза слушая звуки ударов и писк домового эльфа. Она ничего не может изменить. — Я так люблю тебя, Драко, - почти шепотом произнесла женщина медленно обернувшись в сторону сына. Драко стоял опершись здоровой рукой о шкаф и пытался рассмотреть сквозь слезы, затянувшие глаза мутной пеленой, тонкие струйки крови стекающие с его пальцев. Кажется он сломал запястье, рука невыносимо сильно болела, но это приносило странное садистское чувство удовлетворения. Это не нормально, но когда в последний раз он мог бы назвать свою жизнь нормальной? В его жизни давно не было близких людей с которыми можно было поделиться всем тем дерьмом которое творилось с ним. Даже у придурка Поттера был его верный рыжий дружок и лохматая всезнайка Грейнджер. Драко же был один. Блейз, Нотт, Панси которых он считал своими друзьями, отдалились от него сразу же как узнали о намечающемся захвате Хогвартса. Им было страшно. Тупые прихвостни Волан-де-Морта живущие в его доме, его отец, тетка — все они показали что страх порабощает любого и он не исключение. Страх заставил принять метку, страх заставил отремонтировать чертов шкаф, страх привел его на Астрономическую башню, страх и только страх нашептывал ему соврать тетке и прикрыть гребаного Поттера… Страх и сейчас проникал в каждую клетку его тела, затягивал узел вокруг его горла подсказывая, что он снова в его власти. Так почему бы не послать все то, чего он так боялся к черту? — Страха больше нет. Медленно, растягивая каждое слово, Драко произнес это так словно читал оберегающее заклинание. — Милый, - Нарцисса нерешительно шагнула к сыну, но Драко резко отшатнулся от шкафа и подняв глаза на мать спокойно произнес: — Не стоит. Я все услышал. И указав перепуганному домовому эльфу следовать за собой зашел в ванную комнату. Нарцисса  смахнула набежавшие слезы и больше не говоря ни слова, отправилась к главному камину поместья.    — Молодой хозяин должен быть осторожен! Пропищал эльф очищая магией руки Драко выпачканные кровью. — Монти услышал как хозяину больно и сразу пришел к нему, - маленькое существо старательно склеивало расползающуюся кожу на сбитых костяшках Драко и не унималось в высказывании своих претензий. — Монти стало так страшно, - маленький эльф всхлипнул и закрыл глаза длинными ушами, — Монти вспомнил как было больно хозяину когда здесь был тот страшный волшебник и подумал, что он снова вернулся. Эльф стал заливаться слезами и уже совершенно точно забыл о том, что очищал раны и дергаясь в всхлипах ткнул своей палочкой Драко в кровавую рану. Парень зашипел от боли и тем самым дал новый повод для затянувшейся истерики эльфа. — Монти не хотел делать больно хозяину! Драко увернулся от дергающегося в истерике эльфа и поймал того за ручонку с жатой в ней тонкой волшебной палочкой. — Монти, если ты сейчас не поможешь мне, то можешь уходить, - серьезно произнес волшебник. Шмыгнув носом, эльф быстро успокоился и принялся очищать кожу от крови, параллельно проверяя кости запястья на переломы. — У хозяина сместились кости, Монти надо вернуть их на место. И проведя палочкой по запястью эльф стал нашептывать заклинание. Руку дернуло от резкой боли, но уже через секунду Драко почувствовал окутывающее его всего облегчение. — Монти , - Драко снова ухватил эльфа за маленькую ладошку, — тебе не нужно больше бояться, тот злой волшебник никогда тебе не навредит — он умер. Монти серьезно посмотрел своими огромными глазами на Драко, так словно он сказал сейчас самую большую глупость на свете. — Монти не боится того волшебника, Монти боится потерять своего хозяина, - и снова всхлипнув эльф уткнулся сидящему на пуфе Драко, в колени.    Кое-как успокоив Монти и убедив эльфа в том, что он больше никогда не станет «бить шкаф», Драко открыл краны и встал под душ. Разбираться в том, что именно пообещала мать роду сняв свое кольцо при жизни — не было сил. Он понимал, что магия возвращается в их дом, но не мог подумать, что Нарцисса предложит в замен этого его раннюю женитьбу. Не то чтобы браки по договоренности среди их круга кого-то удивляли — нет. Многие волшебники договаривались о помолвке своих детей еще при их рождении, обеспечивая тем самым безбедную жизнь многим поколениям вперед. Но Драко был сыном Люциуса, волшебника сумевшего отвертеться от очерняющей связи с Волан-де-Мортом, восстановившимся в глазах общества и подкупившим большую часть Министерства, поэтому, для Драко была подготовлена другая судьба. В планах Люциуса его сын должен был стать самым желанным женихом и получить огромнейший выбор наиболее подходящей партии для их семьи. Теперь, благодаря своим родителям, Драко должен жениться хоть на ком-то, до своего девятнадцатилетия. Только кто согласиться связать свою жизнь с бывшим пожирателем смерти на испытательном сроке? Оставалось полагаться на все еще не оскудевшие от стольких откупов в виде благотворительных взносов банковские счета.    Вернувшись в свою комнату, Драко уничтожил магией вещи лежавшие на постели, задернул плотные шторы и укрывшись с головой уснул. Позже, обо всем этом он будет думать позже.