Маленький Миша

            Миша ненавидит выходные, вернее те свободные от домашнего задания три-четыре часа в воскресенье. Распорядок недели у Миши такой (если вдруг кому-то интересно):       Понедельник. линейка с поднятием флагов, ведь он патриот! Приходить надо раньше, чем обычно. Разговор о важном, который все считают классным часом. Уроки. Встреча с руководителем проекта. Дом. Еда. Домашка. Сон (не всегда).       Вторник. Уже радует, что уроки в 8 утра, а не как в понедельник. Уроки. Дом. Домашка. Допы. Домашка. Вечером, когда повезёт, когда нет — еда. Сон (не всегда).       Среда. Самый ёбаный день по урокам и количеству контрольных. Всё время что-то впихивают! Уроки. Дом. Допы. Допы. Дом. Домашка. Еда. Сон (не всегда).       Четверг. Тоже дерьмо. Уроки. Дом. Домашка. Допы. Еда. Домашка. Сон (не всегда).       Пятница! Ахуенчик. Уроки. Классный час, на который никто не приходит, а мозги ебут тем, кто приходит. Дом. Домашка. Допы. Дом. Домашка. Еда. И, как всегда, сон. Да-да, сон как всегда, не всегда.       Суббота. Збс. Уроки, на которые не ходит половина класса, а выеб, как ни странно, тех, кто ходит. Дом. Еда. Уроки. Уборка в доме, ведь в остальные дни у Миши школа и допы, он не успевает сделать в частном доме на 7 комнат полную уборку. Или же врач стоматолог, ведь Миша в 15 лет проебал нижнюю челюсть и частично верхнюю, а за счёт неправильного положения зубов и две семёрки. Не рот, а жопа у Миши там. Куда девать 4 восьмёрки, если и семёрки не помещаются? М?..       Воскресенье! До того момента, как брат в семь утра не врубит ебаную приставку, Миша спит. Потом начинается выеб мозгов, ведь родители со своими детьми в сборе! И с самого утра Мишу ебут во все щели, а почему нет?       И сегодня было у Миши воскресенье. Его все так заебали, и это так нечестно!..       Какой-то хуëвый хуев гений дохуя хуйни хуярит, а расхуяривать эту хуеву хуйню надо Мише, а если Миша хуеву хуйню не расхуярит нахуй, хуем по ебалу нахуярят ему! А Миша хуй знает, схуяли должен за хуевыми выхуйками хуйню расхуяривать? «А хуй!» — говорит. Хуйню вашу сами хуярьте и расхуяривайте! А нихуя там! Хуеет он с каждым хуевым днём ахуеннее и ахуеннее. Хуеет по чëм зря! Хуеет и не по чëм зря. И ахуенная мысль ему пришла! А хуй положить, а на всю хуйню! «Вы хуй, и мы хуй!» — решил он. Не, нихуя. Отхуярили его и нахуй послали, нехуй выëбываться, а хуле, действительно?       Решив, что и нехуй, Миша кое-как выжил это воскресенье, всего-то два раза порезался и теперь, обмываясь, глядел на порезы на голени и плече. Кровь такая яркая была, он рисовал её обычно другим цветом. А оно воно как…       И хотел бы Миша вскрыться на совсем, навсегда, покинуть этот мир и больше никогда не слышать этих слов поганых о себе и том, что дорого ему и успокоение приносит. Да вот только знает он, сколько денег на него, и на брекеты, и на врачей, и на всё, всё, всё потрачено. Не потрачено ещё, но скоро будет. И думает, что нельзя же вот так разочаровать людей?       Людей, которые ничего не скрывая сказали, что вообще так-то младших брата и сестру хотели, а он по залëту. Хочется временами создать Мише машину времени и дать отцу пачку нормальных гондонов, чтобы не мучился с Мишей никто. Да хуй там, если он теорему синусов не понял, какая там машина времени?       Ну, а времени на суицид не так много осталось… Надо решаться, думает он. Когда в рот положат 100к, поздно будет. Нечестно по отношению к тем, кто их туда положил. А пропадут же за даром!       Мылит Миша порезы, кровью сочащиеся, жмурится и продолжает. Грустно ему, больно, обидно.       Часто вспоминает он себя маленького, когда единственной проблемой было лишь одиночество и отсутствие схожих с кем бы то ни было интересов. Грустно бывало за то, что чморили его, ведь Миша левша. Ну а там и не было проблем.       И смотрит Миша на свои детские мечты. И больно ему за маленького себя, ох, как больно. Мечты такие простые, а он ничего не сделал. Как бы ему не хотелось быть собой, как бы он хотел начать заново всю жизнь, быть котёнком, которого переедет машина и жизнь закончится, не начавшись. Но это будет его исправный жизненный путь. Это будет его судьба. И никакого суицида.       И Миша снова слышит, как орут на него, ведь он в ванной уже больше 7 минут. Ужас. Кровь не остановилась и даже не думала этого делать, дыра от вырванной семёрки снова кровоточила, разодранные раны от дерматита жгло. Но тяжелее всего было на душе.       Миша устал. Так устал быть разочарованием для маленького себя.       Снова всю ночь не будет плакать. Не взрослый Миша, которому скоро писать контрольную по неизвестной теме, а маленький Миша, который не стал гитаристом, не нашёл друзей, не смог научиться писать правой рукой, не побывал на концерте «ДДТ», ни разу не погулял ночью, не нарисовал граффити, не съездил в Сочи, не стал футболистом. Мальчик Миша, который сидел в этом побитом изрезанном теле и ждал, что когда-нибудь пройдёт дерматит, когда-нибудь уйдёт надобностью пить невкусные таблетки, Миша, который просто хотел бы один съездить в парк.       Маленький Миша, который не хотел стать таким. Который хотел бы отвечать на вопрос:       «Кем ты будешь в будущем?» — Не: «Трупом», а: «Великим музыкантом!»       «Чего бы ты хотел?» — Не: «Умереть», а: «Погулять одному в парке! А потом с друзьями!»       «Чего хочешь от жизни?» — Не «Скорейшего её завершения», а: «Всего по чуть-чуть, жизнь только началась, я многое узнаю и захочу попробовать!»       Плакать будет маленький Миша, который ещё надеялся завести котика, который думал, что родители найдут свой собственный дом, а не дом брата отца, и они повесят его рисунки, заведут русскую голубую, построят домик на дереве и заведут шумных перепëлок. Миша, который мог бы и отречься от этого, только не стать им…       Но у него ничего нет. И как бы ни было больно и обидно, он всё равно такой.       Маленький Миша, закрываясь руками от чего-то, думая, что это как-то поможет, так нехотя, стал Михаилом из 9 «в».       Сколько детских слëз…       Чëрт возьми, неужели печаль перед тем, как спрыгнуть с 15 этажа хуже всей этой тяжести на протяжение всей жизни? Сложно спрыгнуть? А жить так? Неужели легко?       Когда-нибудь глупый взрослый Миша поймёт, что для него лучше и умрёт.