Fluffed Arcane: Better Twin Cities

      Тихий омут вряд ли вызывал бы хоть у одного человека какие-либо хорошие эмоции. У жителей Пилтовера здешние «красоты» вызывали отвращение, а попавшие сюда из нижнего города редко выходили из тюрьмы.       Кейтлин тоже особо тёплых чувств к Тихому Омуту не питала, но миротворцам в любом случае нужно было здесь появляться: иногда заключённых нужно было повторно опросить и часто это было безопаснее сделать через решетку.       Но сегодня у Кейтлин была другая цель. Кирамман спустилась на пятый этаж и пошла к камере номер шестнадцать.       За решеткой стояла девушка в майке и штанах тюремной формы, вокруг ладоней была обвязана ткань, на которой смешалась застывшая и новая кровь; в её ранее ярко-розовых волосах было столько грязи, что они были ближе к фиолетовому; тело было бесспорно подтянутое, но годы в тюрьме всё равно дали свое, от чего местами кожа, которая была до страшного бледная, шла прямо по кости; на лице были десятки порезов от стычек в тюрьме, но большинство из них давно затянулись. Напротив же девушки была стена, которая с каждым новым джебом получала новые трещины. — Чего надо, пилти? — бросила заключённая, не повернувшись к гостю. — Вайолет, у меня есть предложение, — произнесла Кейтлин, встав возле камеры. — Твоё сотрудничество в расследовании в обмен на твою свободу. — И с чего это я должна тебе помогать? — девушка наконец-то взглянула на миротворца, повернув лишь голову. — Во-первых, ты всё равно ничего не теряешь, — парировала Кирамман, глядя в глаза собеседнице. — Во-вторых, ты мне нужна не только как свидетель, но и как проводник в Заун, так что у тебя будет свобода передвижения до тех пор, пока ты будешь на моих глазах. — А если сбегу? — усмехнулась Вай, но Кейтлин её приземлила. — Одним из последних твоих воспоминаний о Зауне, кажется, была «массовая проверка», — лицо Вай резко вернулось к озлобленно-смиренному выражению. — И как же ты собираешься меня освободить? — Если ты мне поможешь, я смогу представить тебя и твое дело Совету. Так как ты поможешь расследованию миротворца, то это поставит тебя в хороший цвет перед Советом, а если ещё учесть, что мы берём тебе в вину, в сущности, мелкую кражу у председателя Талиса, то это тянет в худшем случае на исправительные работы длиной в год, а не восьмилетнее заключение, отчего тебя должны будут освободить, особенно в комбинации с сотрудничестве с миротворцем, — объяснила Кейтлин, и Вай вроде поняла всё, но кое-что вызвало вопрос: — То есть, я невиновна, но мне всё равно надо что-то сделать, чтобы стать опять свободной? — из фразы сочилась ирония над Пилтовером. — Ты мне не поверишь, но я тоже считаю, что это полный бред, — ответила Кирамман. — Штурм Нижнего города при твоем побеге будет не моей инициативой: для освобождения из Омута нужно решение Совета, а при побеге таких заключенных глава миротворцев обязан отправить всех подчиненных в Нижний город на поиски заключённого. А мне влетит за содействие в побеге, что приведет к, в лучшем случае, моему изгнанию из города, так что это в интересах нас обеих. А твоя помощь поможет мне добиться пересмотра твоего дела. — Представим, что я соглашусь. Гарантий того, что после расследования я не окажусь за решёткой после этого, — ноль. — Я могла бы поклясться на чем-нибудь, но клятва — не документ… Знаешь что? Не хочешь — не надо, я продолжу скребсти по сусекам доказательства причастности Силко и его подручных в смерти шерифа Грейсон, а ты продолжишь вечно бить стену в тюрьме, — Вай подошла к решетке и на пару секунд замолчала. — Когда ты выставила ситуацию так, то можно и согласиться, — наконец-то согласилась Вай, усмехнувшись миротворцу. — Устрою тебе экскурсию по Зауну без попыток побега. Но два устных условия: мне надо встретиться с сестрой, это раз; два — я имею право начинать драку, если есть за что. — На второе — нет, — отрезала Кейтлин. Расслабленная ухмылка и приподнятые брови на лице Вай намекали, что выбора не будет, но Кейтлин отказывалась отступать. — Хорошо, попробуем без драк. Посмотрим, сколько мы сможем пройти.

***

      Экко шёл по Линиям, конфеты Иши в кармане джинс, руки в кармане куртки. На сегодня в планах осталось две задачи, одна — зайти к родителям. Вторая — встретиться с тройкой людей.       Нынче часто видеться с родителями у Экко не выходило, у него дела-то в лавке треть для сжирали. Но он к ним заходил, когда мог: он обожал своих родителей. Они были готовы поддержать всё, что ему в голову взбредёт, вплоть до того, что они экономили на еде для себя, чтобы достать Экко книгу про инженерию. И при всём этом смели отказываться от помощи!       Экко довольно рано понял, что оказался довольно везучим для заунита: друзья, наставник, дом, хорошие родители, — для большей части Зауна что-то одно заиметь — настоящая удача, а у него оказался полный набор.       За раздумием об этом Экко подошёл к заведению Бабетты, и тут парень вышел из раздумий: пора взяться за дело. Онпрошёл мимо входа в бордель и вошёл в следующую за входом дверь, которая вела в «служебные» коридоры. Выглядели они, конечно, намного менее опрятными… Но были намного более безопасными для встреч.       Зайдя значительно глубже, Экко открыл очередную дверь, за которой стоял небольшой стол и четыре стула, три из которых уже были заняты.       Во главе стола сидела сама Бабетта, старый йордл, как и подобает её расе, за все эти годы ни на йоту не поменялась. На ней была та же одежда, что и всегда: длинное красное платье и перчатки в цвет к нему. При виде Экко она улыбнулась и кивнула в приветствие.       Рядом сидел Сандерс. Старик, чьи волосы на всей голове были навечно испачканы работой в шахтах и чьё тело было большее самого стола, был единственным долгожителем-шахтером за счёт, по его же словам, тролля в предках. Его наряд был крайне контрастен одежде Экко: одежда была перекроена столько раз, что отдельно нитки будут стоить больше, чем одежда, а обувь была изношена трижды, отчего дешёвые туфли давно превратились в тапочки, которые держатся на молитвах Жанне единых. Сандерс лишь поднял взгляд и кивнул в приветствие, после чего опять уронил взгляд на руки, в которых виднелось что-то металлическое.       Напротив шахтера сидел Койнадер, вастайи-кот и один из самых крупных торговцев Зауна. На его руках блестело одинокое обручальное кольцо, а сам он был одет в довольно приличное пальто и новенькие брюки. Он, зная, кто мог зайти, даже не поднял взгляд.       За столом собрались последние авторитеты Зауна, которые не присоединились к химбаронам, трое из них — «из старой гвардии». — Приветствую, господа, — Экко упал на своё кресло и закинул одну ногу на другую. — Какими судьбами сегодня решили собраться? — Шахтёры, кто работает на химбаронов, говорили, что ублюдки собирают рейд на поджигателей, — сказал Сандерс, захлопнув свой железный кулон. — А ещё начали подробно досматривать добычу на синий порох, какого-то хрена. — Ну, я почти уверен на счёт причины досмотра, — ответил Экко, стукнув пальцами по столу. — Сегодня в Верхнем Городе показали два пресмешных изобретения: перчатка, которая делает пользователя сильнее раз в десять точно, — делала она, по всем проведённым тестам, в пятнадцать раз, но им точность не нужна, — и, считайте, клешня, которая стреляет лазером. — И каким образом суперсила и лазер связаны с камнем, который вызывает взрыв? — спросил Койнадер. — Не поверишь, энергией, — съязвил Экко, разведя руками, — цветом излучения и тем, что из созданием занимались люди, которые ранее создали Врата. — То есть, они отбирают его для создания чего-то похожего на новые изобретения? — спросила Бабетта, закурив. — Сомневаюсь, что у них выйдет, учитывая набор специалистов… — Но вероятность- — начал Койнадер, и его тут же перебил Экко. — Есть, спору нет. Но я знаю, что Поджигатели знают про разработки, — Экко оперся локтем на стол и взглянул на собеседников. — Как минимум потому, что один из них помог задержать чела, который попытался стырить перчатку-усилитель. — Шестерки у химбаронов совсем оборзели… — сказала Бабетта, добавляя в трубку трав. — Не то слово, — Сандерс добавил, слегка откинувшись на спинку стула. — Кстати, Бабетта, у тебя произошло что-нибудь новое? — Ничего такого, — ответила Бабетта, будто отмахиваясь от собеседников своей маленькой ручкой. — Один безумец нес какой-то бред про оборотня в переулках Линий, но… — Ну, Силко уже экспериментирует на людях Сиянием, так что не удивлюсь, если это один из его экспериментов… — Экко поставил все пальцы руки на стол и наклонился к собеседникам. — Кстати, про химбаронов. Слышал от знакомого- — Который Поджигатель? — перебил Койнадер, но Экко его проигнорировал. — …что Поджигатели собираются ударить по «Тиши» в ближайшее время.       Три его собеседника уставились на него в легком недоумении. — Под «ударить» ты понимаешь? — спросил Сандерс, опершись на стол. — Мне откуда знать, я всего-лишь говорю то, что слышал, — ответил Экко с самым расслабленным покерфейсом, на который он мог сподобиться (и сподобиться он мог на крайне спокойный). — Но чем меньше твоих будет на заводах, тем меньше пострадает. — Принял к сведению.       После объявления стол затих на пару минут, после чего голос подала Бабетта: — Есть у кого-нибудь ещё новости или темы для обсуждения?

***

      Родной дом Экко кипел жизнью: его мама, Матильда, готовила ужин (благодаря сыну и она, и её муж не голодали никогда), а его отец, Реджи, помогал как мог жене и накрывал параллельно на стол.       Матильда невероятно гордилась своим сыном: Экко стал одним из самых больших людей в Зауне, но всё ещё будто оставался заботливым собой. Да и с Паудер встречаться начал!..       У двери раздался стук, и оба взрослых удивлённо обернулись: Экко говорил, что он может задержаться, но сейчас определенно было «рано». Реджи взял в руки лом и с Матильда сместился в комнату сына и открыл окно: через него было ближе всего добежать до лавки Экко.       Через пару моментов стук кончился. И дверь тут же прогнулась под чьим-то ударом. Матильда выглянула в окно и, не увидев засады, выпрыгнула на улицу. Буквально тут же на неё попытался наброситься бугай, но он тут же получил перелом черепа от влетевшего лома. Тут же Реджи вылез из окна вслед за женой и добавил контрольный удар ломом в колено нападающему, после чего хотел побежать за женой, но из-за уже оббежавших дом напавших понял, что спину лучше не поворачивать. — Ну что же, молодняк, — Реджи взял лом на манер так привычной ему кирки и встал в защитную стойку, — сейчас покажу, как до Вандера с вашими разбирались.

***

Экко неторопливо шёл к дому родителей, когда услышал какую-то суету в подворотне в семи минутах от дома. — Если ты не перестанешь сопротивляться, то я просто стану жёстче, шлюха, — произнес ублюдок с химтековым протезом. Экко тут же двинулся к бугаю, но как только услышал «Пожалуйста» слишком уж знакомым голосом- — Эй, — обратил внимание Экко, стукнув железной подошвой. — Уйди, не твоё- — насильник, не поворачивая голову, получил пинок, которой с размаха загнал его кадык в гортань, а самого бугая Экко взял за шкирку и со всей силы приложил его об пол, и насильник отправился к праотцам.       Экко тут же откинул труп и упал на колени возле мамы. — Что случилось? — спросил Экко, сняв с себя куртку и накинув её на Матильду. — В дом… — прохрипела женщина из-за ранее пережатой шеи. — Ворвались бандиты… Все в химтековских протезах… — Отец где? — Его окружили… Когда я побежала к тебе…       У Экко начали трястись руки. Он давно думал переселить родителей к Поджигателям и опоздал с предложением. — Найди… — Папа остался там, чтобы защитить тебя, — ответил Экко, помогая матери забраться к нему на спину, — поэтому он мне в лоб даст, если я тебя тут одну оставлю- — Да где этот идиот? — раздалось со стороны улицы, отчего Экко выхватил с пояса убитого нож и встал возле входа. Парень слышал только одну пару ног, так что… — Ему нужно было просто принести одну суку! Как можно было так проебаться! — и это стало его последним словом: как только он заглянул в переулок, где был Экко, дружок бугая получил нож прямиком в шею, после чего был затянут и оставлен в подворотне со своим другом. — Я знаю место побезопаснее, а папа уже, скорее всего, не у дома…

***

      Скар сидел со своей девушкой на пороге дома и прогонял речь в голове: они вчетвером собирались сегодня дать речь и наставления перед рейдом, на случай, если с «главным квартетом» что-то случится. До возвращения Экко было ещё довольно много времени, он с родителями заранее редко расходился, так что времени у Скара было ещё прилично… Или он так думал. — Скар! — крикнула ему Ева, а на её лице было подозрительно обеспокоенное лицо. — Экко вернулся, сказал взять тебя и идти к лазарету.       Скар обернулся к девушке, от которой получил ободряющую улыбку, и пошёл к лазаретам вслед за Евой. Когда они вдвоём подходили, оба услышали крики Паудер, отчего ринулись в лазарет. — …то?! Кто посмел такое сделать с тётей?! — крикнула Паудер Экко, её глаза искрились гневом, а она сама уже нависала над Экко. — Ставлю на Силко, учитывая то, что я отказался от перехода под его эгиду три раза за последний месяц… — ответил Экко, пытаясь справиться со своим гневом, но безуспешно. — Что произошло? — влетели в лазарет Скар и Ева, испуганно глядя на своего лидера и Паудер. — Увальни химбаронов влетели в мой дом, забрали папу, и один из ублюдков попытался изнасиловать мою ма, — ответил Экко, его голос дрожал от злости. — И где он? — спросил Скар, начав разминать руки. — С праотцами, — ответил Экко, взглянув на Скара и Еву. В глазах парня читалось желание сжечь напавших заживо, и оба вошедших честно не были уверены, как он ещё не рванул это делать. — Скар, ты мне нужен завтра рано утром, думаю, эти сволочи будут торговаться на жизнь па. Ева, сделай одолжение, собери всех, начнём собрание пораньше. — Я пойду с вами завтра! — Паудер глядела на Экко так, что отказать ей было сложно, но… — Пау, — взгляд парня говорил о его эмоциях в разы красочнее, чем его поведение, — доставай всё работающее оружие, какое у тебя есть. Когда мы уведём всех работников завтра, от заводов должны будут остаться руины и ничего более, — Экко не любил излишней демонстративности, но если уж химбароны решили выкобениваться по-крупному, то пора идти ва-банк.       Экко, Паудер и Скар пошли на площадь, а Ева полетела собирать народ, и в течение пятнадцати минут все жители базы собрались на площади. Экко вышел в самую середину и начал говорить. — Многие знают, по поводу чего это собрание должно быть. Завтра будет запланированный рейд «Тиши», — начал Экко, и в ответ на это получил кивание всех слушающих. — Но собрание перенесли на пораньше из-за другой проблемы. На дом моих родителей напали шестёрки химбаронов, из-за чего отец, смею утверждать, у них в заложниках, а мою мать попытались изнасиловать, — народ начал возмущённо обсуждать, но, увидев поднятую руку Экко, со временем притихли. — Моя мама сейчас тут, и по словам медиков не успела пострадать, и это единственное, почему я могу сейчас хоть сколько-то спокойно говорить. Если у кого-то из вас ещё остались родственники в основном Зауне, которыми вы дорожите, ведите их сюда, — Экко услышал несколько «Так точно» и «Хорошо!» из толпы, после чего продолжил. — План мы обсудим более подробно с добровольцами на рейд, но я хочу сказать одно: раньше я… просил вас щадить шестёрок химбаронов, если вы как-то их устраняли, и сам этому правилу следовал: я считал и считаю, что Зауну лишние жертвы не нужны. Но я знаю, что следовать этому до того, как увижу отца живым, я не смогу, поэтому требовать от вас того же не смею.       Все поняли, что под этим подразумевал Экко: Поджигатели могли идти в полный разнос против химбаронов на грядущем рейде. Скар и Ева бросили пару слов по поводу своих областей, квартет выслушал новости от собравшихся (парни слышали вой в закаулках, что в пределах возможного, но учитывая слух про оборотня-), и всех, кто на рейд не записал, отпустили по своим делам. Остальные переместились к «школе», где было больше всего стульев. — Задача, думаю, понятна: лишить завод работоспособности. Но я тут подумал… и решил, что если заводы устранять, то полностью, — произнёс Экко, усевшись на учительский стол. — Паудер, сколько ты взрывчатки насчитала? — Около шестидесяти гранат, но их надо подготовить, смеси для коктейлей Зиггса хватит на бутылок тридцать, для Скелетницы есть парочка снарядов. — Делимся на две группы: первая занимается взрывчаткой, лидером будет Паудер, — произнёс Экко, указав на голубовласку. — Вторая устраняет охрану и выводит тех, кого Сандерс не отговорил от отгула. — Ещё что-то? — спросил один из добровольцев. — Маски вы все получили, в них быть обязательно, — Экко убедительно глянул на каждого из присутствующих. — Наши позывные все знают? — получив уверенные кивки, Экко развёл руками и легонько хлопнул. — Тогда встретимся на месте в назначенное время. Всех вас убедительно прошу привести родственников сюда, потому что случится может всякое, с масками в таком деле может случится что угодно. Если кто-то всё ещё не уверен в своих навыках на ховерборде, лучше сообщить об этом сейчас.       Не получив ничего на последнее, Экко оглядел собравшихся и выдал последнее напутствие. — Берегите себя, что на рейде, что до и после него, не уверены в своих способностях — возьмите кого-нибудь ещё, считаете, что что-то опасное может случится — орите всем. На этом всё.       К моменту, когда все остальные разошлись, четвёрка осталась на месте. — Скар, завтра собираемся рано утром, за час до обычного открытия, — практически приказал Экко, взглянув на вастайи. — Ева, помоги по возможности Пау с подготовкой, кей? — Хорошо.

***

      Этим утром Линии были довольно заняты: все шли упахиваться на работы за гроши, но пусть это и были гроши, без них прожить было невозможно. Но даже так, во всей толпе образовалась «пустая» зона, в середине которой Севика и бугаи, которых к ней приставил Силко, шли в бывшую лавку Бензо. Севика была уверена, что справится с мелким пацаном сама, но Силко всё равно приставил к ней троих идиотов.       Пространство перед лавкой было довольно пустынным в сравнении с остальными Линиями, но лавка была барахолкой, так что тут по определению было мало людей. Севика махнула своему конвою остаться за дверьми и зашла в лавку. В ней было… на удивление темно, из-за чего у владельца виден был лишь его блонд. — Дарова, предательница, чем обязан? — ядовито кинул Экко, не повернувшись к ней. — Предательница? — Кто же ты, если продала не только Вандера Силко, но и весь Заун наркоманам? — на лице парня расцвела стебущая ухмылка, и он наконец-то взглянул на неё. — Не понимаю, как можно тебе доверять, если ты уже предала своего бывшего лидера. — Много себе позволяешь в сторону того, кто может лишить твоего отца жизни в миг, — огрызнулась Севика, вставив свой нож в стол. — И ты много себе позволяешь для той, кто оказался на территории того, чьих родителей твои союзники украли, — ответил Экко с небольшой задержкой, и под конец фразы раздался входной звонок. — Я СКАЗАЛА НИКого- — попыталась гаркнуть Севика, но резкий удар в затылок прекратил её речь, и её сознание быстро начало исчезать. — Спокойной ночи, — шепнул Экко ей на ухо, и после этого правая рука Силко отключилась.