Пьянее бокала Полуденной смерти

После того вечера рутина захлестнула с головой. Дилюк все так же продолжал вести дела в таверне и выполнять ночную работу Полуночного Героя. Однако, теперь он старался быть более осторожным при встрече с капитаном кавалерии. Он пристально следил за каждым его движением, за каждым словом, выцепляя всевозможные намеки. Подозрительное затишье вызывало смешанные чувства, отчего нутро Дилюка начинало трепыхаться и приходить в беспокойство каждый раз, когда было хоть одно упоминание про тварь Мондштадта или самого Кэйю. Но про новые жертвы не появлялись, а вскоре слухи стали сходить на нет, будто терроризирующее по ночам жителей существо попросту испарилось в ночной дымке. Зато теперь разговоры больше склонялись к Осеннему фестивалю. Сбор урожая был на носу и большинство жителей стремились к тому, чтобы успеть запастись на зиму и переждать холодные времена, чтобы вернуться к посевам с весной и оттаявшим снегом. Подметая опавшие листья возле таверны, Дилюк часто начал слышать разговоры про фонари и угощения. Многие жители, особенно молоденькие девушки обсуждали музыку и платья на фестиваль. Забот хватало и помимо основных обязанностей на Рагнвиндра ложились заботы о подготовке таверны к концу месяца. Ведь во время фестиваля основным местом посещения помимо площади, являлась его таверна, а значит нельзя было ударить в грязь перед жителями. Опавших пожелтевших и покрасневших листьев становилось все больше. Жители начинали преображаться, одеваясь в более осенние и теплые тона. Многие достали шарфы. То здесь, то там начали появляться флажки с забавными рожицами или милыми привидениями на них. – Мастер Дилюк.. – от того, каким тоном это было произнесено, Дилюк медленно выдохнул. Ему повезло, что он стоял за стойкой спиной к девушке и она не увидела, как он закатил глаза. Кажется Донна совершенно не понимает отказов. – Я вас слушаю. – он повернулся к ней, стараясь выглядеть соответствующе возложенным на него ожиданиям. – Я хотела бы.. Ну.. – Донна мялась и Дилюк заметил, что эта отчаянно краснеющая девушка, желающая его соблазнить, пришла в таверну в платье со слишком откровенным декольте. И кажется совершенно без белья. – Согласитесь ли вы пойти со мной на Осенний фестиваль? – Вынужден отказать. – Дилюк слабо покачал головой. Он не мог оставить таверну на одного лишь Чарльза, да и не было совершенно никакого желания и сил идти на фестиваль. – Очень жаль. – Донна вздохнула. Кажется и в этот раз ей не удалось привлечь внимание любви всей ее жизни. Хотя она видела, как он смотрел на ее декольте. После ухода девушки, Дилюк постарался всецело посвятить себя подготовке к фестивалю, до которого оставалось не так много. Наконец город преобразился окончательно. Возле каждого дома появились тыквы с вырезанными на них рожицами. На окнах были расклеены маленькие черные летучие мыши, а от подоконника к подоконнику были развешаны яркие гирлянды и флажки. Каждая лавка торговала леденцами и конфетами, дети в ярких и забавных костюмчиках бегали от двери до двери, прося конфет. С наступлением темноты зажглись многочисленные свечи и улицы наполнились теплым светом. На площади заиграла музыка и наряженные жители пустились в пляс. Одетые в причудливые костюмы или же в обычные платья с накидками поверх, они радовались и веселились. Даже проказник ветер подхватывал мелодии музыкантов, кружа в танце листву и развевая волосы девушек. Как Дилюк и ожидал, с наступлением вечера в таверне начали собираться жители. Многие желали не только выпить, но и попробовать особые фестивальные напитки. Даже детям и подросткам нашлось место, ведь в меню появились напитки на основе тыквы и ягод. – Сладость или гадость? – Дилюк обернулся. В таверну вошли Кли и Альбедо, одетые как маленькая ведьмочка и загадочный фокусник. Вид маленькой непоседы невольно заставил слабо улыбнуться. – Я выбираю.. – Дилюк облокотился на барную стойку, делая вид, что действительно раздумывает. В детстве ему всегда приносил удовольствие ритуал сбора конфет во время фестиваля. – Сладость. В подставленную корзинку высыпались конфеты и леденцы. – Спасибо, Мастер Дилюк! – широкая улыбка озарила личико ведьмочки. – Благодарю вас. – Альбедо кивнул хозяину таверны. И, к своему удивлению, тоже получил леденец на палочке. – Кхм. Спасибо. Можно пожалуйста тыквенный латте и горячий яблочный сидр для нашей маленькой ведьмы? Дилюк кивнул, тут же принимаясь готовить напитки. И хотя в названии яблочного сидра предполагался алкоголь, специально для фестиваля был придуман рецепт для несовершеннолетних. Подав стаканы с напитками, Дилюк тихо подсказал Альбедо, что на втором этаже еще остались столики, где можно было бы отдохнуть. Благодарный алхимик кивнул и они с Кли направились к лестнице. – Сладость или гадость, щеночек? – тихий смешок практически над ухом было сложно пропустить и Дилюк вздрогнул от неожиданности. Он резко развернулся, встречаясь взглядом с Кэйей. Тот ослепительно улыбнулся, демонстрируя в свете свечей клыки. Сейчас можно было не скрываться, особенно в костюме демона. Дилюк окинул взглядом белоснежную рубашку и черную жилетку с галстуком. Взгляд задержался на плаще с пышным черным мехом и на черных, в тон повязке, рогах. Дилюк постарался не обращать внимания на брошенную фразу, но Кэйю это лишь раззадорило. – Отказываешь нечисти? Значит не боишься гнева потусторонних? – от этих слов по коже побежали мурашки. И перед Альберихом на стойке оказались пара конфет. Тот усмехнулся, скользя взглядом по фигуре Дилюка. Для фестиваля тот особо не наряжался, выбрав для себя неброский образ оборотня. Простая рубашка, специально порванная у воротника, ободок с ушами в тон волос, да собственный сюртук без украшений. – Будь добр, Полуденную Смерть. Рагнвиндр молча смешал напиток и поставил бокал перед Кэйей, не глядя ему в глаза. Казалось, что с появлением капитана кавалерии атмосфера накалилась, хотя это было иронично, ведь тот обладал Крио Глазом бога. Выдохнуть виноделу удалось, когда Кэйю окликнули рыцари и тот ушел к ним за столик, оставляя Дилюка одного. Напоминанием служили лишь конфеты на барной стойке, которые мужчина брезгливо отодвинул в сторону. Работа вновь закипела с наплывам новых посетителей и времени думать про Кэйю не было. Дилюк старался удерживать в голове все рецепты и заказы, благодаря Чарльза за подспорье. Ближе только к полуночи основная масса заказов закончилась и большинство посетителей начали расходиться. А когда и вовсе пришла пора закрывать таверну, Рагнвиндр кивнул Чарльзу, что тот может сегодня уйти пораньше и что он сам все приберет. Закрыв за мужчиной дверь, Дилюк уперся в нее лбом, устало выдыхая. Каждый подобный вечер праздника всегда был изматывающим. И хорошо, что всегда была возможность открыть таверну лишь вечером на пару часов. Вооружившись тряпкой, винодел направился к столикам, начав с первого этажа. Всегда можно закрыть лестницу на второй этаж и скрыть неубранное помещение, а вот оставить на первом этаже грязь означало прослыть неряшливым владельцем. Постепенно убираясь, Дилюк краем глаза заметил мелькнувшую сзади тень. Но обернувшись, он никого не увидел, а потому списал все на стресс и усталость. Собрав грязные бокалы, он отнес их к стойке, где вновь увидел темный силуэт, на этот раз отобразившийся в стеклянной бутылке. Мужчина попытался резко обернуться, но его руки оказались перехвачены. – Не рыпайся, щеночек. – тихий смешок Кэйи над ухом заставил замереть. – Какого черта?! – Дилюк дернул руками, но запястья оказались в стальной хватке. – Пусти! Тебя здесь вообще быть не должно! – Сладость или гадость, Дилюк? – голос насквозь пронизывала опасность, исходящая от вампира. И кажется это не было простым розыгрышем. – Твои конфеты лежат на стойке. Пусти! – Рагнвиндр предпринял еще одну попытку вырваться. – Мне не нужны конфеты. Я уже не ребенок. – горячее дыхание у шеи напрягало. – Но я бы очень хотел урвать свою сладость. Глаза Дилюка расширились, когда он почувствовал, что Кэйя придвинулся ближе, нахально прижимаясь к нему бедрами. В голове невольно всплыли слова Итэра, что вампиры могут получать жизненную энергию иначе, чем через кровь. – К..кусай и проваливай. – ему стоило огромных трудов удержать себя от позорного скулежа и проявления страха. – Кажется мы повторяем наш диалог. – Кэйя усмехнулся. Он развернул мужчину и толкнул его к барной стойке, заставляя опереться на нее ладонями. – Но в этот раз я намерен взять желаемое. От этих слов Дилюк не смог удержаться от дрожи. Он попытался пустить феникса, но звон падающего предмета отвлек его и мужчина запоздало понял, что это был его Глаз бога. – Ты уже получил конфеты. Убирайся. – он попытался взбрыкнуть, когда ощутил на своей талии ладони. – Мне нужна другая сладость. – голос Альбериха сочился сладким ядом. – Та, что сейчас храбрится и ерзает подо мной. – он перехватил запястья мужчины, стаскивая с шеи галстук и стягивая им руки Дилюка. Тот дергался, пытаясь выбраться, но усталость брала свое и трепыхания становились с каждым разом слабее. Кэйя окинул взглядом фигуру мужчины под собой. Рубашка плотно прилегала к телу и сквозь ее дешевую ткань можно было различить каждый мускул и шрамик на коже Дилюка. Тишину нарушил треск ткани под пальцами мужчины. – Пожалуйста.. Не надо.. – Рагнвиндр вновь попытался уйти от прикосновений, но вампир был крайне настойчив. – Будешь паинькой и про нападения не будут говорить еще около недели. – Кэйя надел на голову Дилюка снятый до уборки ободок с ушками и, наслаждаясь этим зрелищем, прижался грудью к его спине. – Ты такой очаровательный в этом виде, щеночек. Не хватает только.. – он провел ладонью по его шее, вынуждая Дилюка поднять голову. – Ошейника. Потянув за свисающий с запястий галстук, Кэйя вынудил Дилюка распластаться на стойке. Тот уже не сопротивлялся, понимая, чем быстрее вампир насытится, тем быстрее его отпустят. Но в планы Кэйи входило другое. Он медленно повел ладонью вдоль спины Дилюка, задерживаясь на пояснице. – Ты такой очаровательный, когда не сыпешь проклятиями. – усмешка, казалось не сползала с лица Кэйи. Его ладонь скользнула под живот, расстегивая ремень на брюках. Дилюку захотелось удариться головой об стол, лишь бы отключиться и не чувствовать того, что с ним делает вампир, но ладонь на шее опасно сжалась, когда он попытался это сделать. – Даже не думай. Пришлось замереть, чтобы не сделать хуже. Кэйя прислушался к бешеному сердцебиению и загнанному дыханию, прежде чем вновь вернуться к стаскиванию с Дилюка одежды. Но для того, чтобы освободить жертву из брюк, ему понадобилось две руки и он убрал ладонь с горла Дилюка. Чем-то и воспользовался. Буквально за мгновения он подтянул к себе руки и зубами ослабил узел галстука, а после.. Раздался звон битого стекла и Кэйя отшатнулся. Он медленно поднес ладонь к саднившему виску, чтобы стереть с него смесь вина и собственной крови. Ошарашенный собственными действиями Дилюк кинулся к брошенному Глазу бога, не замечая метнувшуюся за ним тень. – Ах ты сученыш, как ты посмел?! – Кэйя повалил Дилюка на пол, не позволяя дотянуться до артефакта. – Тварь, отпусти меня! – казалось, что от выброса адреналина появились силы на сопротивление, но это не помешало сильному априори вампиру скрутить руки Дилюка у него за спиной. Он рванул ремень мужчины, вырывая его вместе со шлевками брюк и надежно стягивая им руки Рагнвиндра. – Хотел я быть с тобой нежным, но не выйдет. – оказавшись на спине, винодел встретился с диким и злым оскалом. Кровь стекала из разбитого виска Кэйи, заливая повязку и затекая под ворот рубашки. А сменив положение, она начала звонко капать на пол рядом с головой Дилюка. – Приди в себя, Кэйя! – попытался воззвать к совести Альбериха Дилюк. – Ты же был другим! – А мне надоело держать ту маску. – Кэйя вновь схватил Дилюка за горло, в этот раз перекрывая доступ кислороду. – Надоело быть паинькой и делать вид, что мне есть дело до всех. Я хочу быть настоящим. – он наслаждался хрипом мужчины, который изо всех сил пытался глотнуть воздуха. – Хочу выполнять свои желания, а не желания д ругих. И сейчас. – он наклонился к почти потерявшему сознание Дилюку. – Я хочу выебать тебя.