Где-то среди многоэтажек

В небольшой, но уютно обставленной квартире веет прохладой и так не хочется покидать тёплый чертог постели, выходя из теплого объятия одеяла. В целом, можно было бы полежать ещё немного, но звук электронного будильника разрезает слух, и всё же приходится открыть глаза и протянуть руку холодному утру. Хотя, судя по тому, что будильник показывает уже пол двенадцатого, утром не шибко и пахнет. Конечно, сегодня выходной и можно было бы не делать над собой усилий, чтобы покидать теплую постель, но если Чжун Ли не встанет и не начнёт хоть что-то делать, то по прошествию выходных его будет терзать совесть. Ноги свешиваются с кровати, переходя в объятия мягких тапочек, и Чжун Ли привычно идёт на кухню. Звук кипящей воды в чайнике и запахи чайных трав, заставляют немного взбодриться. Чжун Ли немного отличался в своём выборе бодрящего напитка, ведь вместо кофе, предпочитаемого многими людьми, он выбирал чай. Особенно бодрящим ему казался преславутый османтусовый чай, имеющие золотистый оттенок, такой же как и у самих цветов. Уже с кружкой в руках Чжун Ли смотрит в окно с высоты своего этажа. На улице ничего нового. Конец осени приносит только одни ливни, сменяющиеся на мелкие покрапывания дождя, которые так неприятно ощущаются на лице. Пейзаж постоянно идущего дождя будто вовсе застыл в окне среди тумана, напоминавшего о фильме "Сайлент Хилл", что был популярен у молодёжи и пасмурного неба. В такую погоду вариант выйти на прогулку отпадает, остаётся разве что устроить уборку в квартире, да загрузить стирку немногочисленных вещей. И то это дело будет довольно быстрым, ведь займёт не более двух, а то и вовсе всего лишь полтора часа. Неспешно Чжун Ли совершил уборку, и как он предполагал, времени это заняло немного. Где-то в ванной всё ещё достирывала вещи стиральная машина тихо жужжа мотором, но и она в скором времени закончит, что оставит за собой только развешивание вещей. Обед уже стоял готовым в холодильнике, так что о готовке можно было не заботиться. И прямо сейчас Чжун Ли стоял среди зала своей квартиры, думая чем бы ещё можно было бы себя занять, кроме чтения книг, многие из которых были уже по несколько раз пересчитаны им. Тут же взгляд Чжун Ли упал на нижнюю полку комода, в конечном счёте заставившую обладателя подойти к ней и открыть. Внутри был проигрыватель и коробка со старыми виниловыми пластинками, которые пахли пылью и которые были бережливо протерты тряпкой для пыли. Эти пластинки повидали многое: и слезы печали хозяина, и моменты его радости. Сердце ныло от теплой настольными, что пробуждало воспоминания. Достав из стопки пластинку Divine Comedy он ставит её в приемник. Пластинка, немного потрещав, начинает играть, слышатся текст песни и мелодия, а воспоминания нахлынули рекой, как эту пластинку он слушал ещё со своими товарищами, нынче которые были далеко от него. Слушать их одному было не самым лучшим вариантом. Хотелось создать новое воспоминание, связанное с такими дорогими ему вещами, как пластинки, и совсем не хотелось быть одному в этот момент. У Чжун Ли не было много знакомых, да и что тут думать, когда он уже знал кого пригласить. Он встал, направляясь в спальню, где оставил свой телефон. Разблокировав его, глаза ищут необходимый контакт в списке. И его охватывает легкая радость и предвкушение, когда он его находит. Пальцами он уверенно печатает сообщение. ”Здравстуй, Чайльд, если ты сегодня не занят не хочешь зайти сегодня ко мне?„ отправлено в 14:52 Ответа долго ждать не пришлось почти сразу раздался звук оповещения. ”Конечно, Сяньшэнь, ко скольки вы хотите меня видеть и для какого дела?^^ Скучаете без меня что ли?))„ отправлено 14:53 Чжун Ли пропустил лёгкий смешок, начав печатать новое сообщение. ”Можно сказать и так. Приходи как тебе будет удобно, я нашёл коробку своих старых пластинок, хотелось, чтобы ты их тоже послушал, если не против.„ отправлено 14:54 ”Я никогда не слышал и не видел пластинок вживую, так что я обязательно приду ближе к вечеру, как завершу с работой^^~” отправлено 14:54 Чжун Ли знал, что Аякс довольно много работает, особенно для молодого человека. Хотя, нынешнее молодое поколение переполняет энергия и они готовы хоть горы свернуть, да и возможностей сейчас больше, не то что раньше, в его молодость. Оставалось только ждать гостя. Можно заварить свежий чай, поставить так любимые им благовония и, в конце концов, подобрать пластинки, которые хотелось дать послушать Аяксу в первую очередь.

***

На часах уже почти пол восьмого и именно в это время раздаётся дверной звонок с мелодичным звуком. Хозяин спешит открыть дверь. На пороге стоит тот самый долгожданный гость, чьи сапфировые глаза сияют от счастья встречи с любимым человеком. — Сяньшэнь, я так соскучился, — сказал рыжеволосый, приобняв и потянувшись за поцелуем к любимому. Чжун Ли лишь улыбнулся, мягко поцеловав в его в губы: —Разувайся и иди в гостиную, чай скоро будет готов. Оставив обувь и верхнюю одежду с зонтом в коридоре Чайльд, пошёл за Чжун Ли на кухню, поставив небольшую коробку на стол. — Что внутри?—спросил обладатель квартиры. — Зашёл по дороге купил торт. Всё же не каждый день ты меня к себе приглашаешь, да и с пустыми руками идти не хотелось, — с воодушевление проговорил рыжий, начав распаковывать коробку. Когда торт был нарезан и разложен на тарелки, а чай налит в кружки, оба направились в зал. Чжун Ли усадил гостя на диван, а сам, поставив чай с тортом на чайный столик из темного дуба, подошёл к проигрывателю. —Может ты что-то хотел бы услышать определённое, вот, например, могу поставить Морриси, —задумчиво поинтересовался брюнет у гостя. —Я в пластинках ничего не смыслю, Сяньшэнь,так что положусь на ваш выбор. Брюнет кивнул сам себе и поставил ту самую пластинку, заставившую его настольгировать. Divine Comedy были немного унылыми, но не настолько, чтобы пробить слушателя на слёзы, впрочем, самое то под дождливую погоду, как сегодня. Брюнет с рыжеволосым сидели на диване, ведя диалог об обыденных вещах, которые ничем особо не отличались от их обычных разговоров. Аякс рассказал как всегда про свою работу, конечно, говорил не очень много, всё таки распространение о его работе могло ему сулить не очень и хорошими вещами, так что в конце концов он просто перешёл на рассказ о том, как он выбирал торт. Чжун Ли его как обычно слушал, но потом всё же вытеснил из разговора Аякса, превратив их беседу в свой собственный монолог. Рассказывал и о пластинках, и о былых временах, конечно, не обделил внимание и тему тортов, впрочем, почему бы и нет, не про чай же постоянно рассказывать. Пластинка перестала уже играть альбом песен, что Чжун Ли ставил до этого, поэтому он встал, чтобы сменить пластинку. Пока брюнет перебирал пластинки, Чайльд его незатейливо спросил: —Сяньшэнь, а у вас есть какая-нибудь музыка для танцев? Вам ведь наверняка приходилось танцевать под музыку из ваших пластинок. —Знаешь, Чайльд, из меня не самый лучший танцор, поэтому и не танцевал почти, пластинки я храню так, для души. Мне дороги воспоминания, связанные с ними. Из перебираемых пластинок в руки Чжун Ли попалась пластинка, навевавшая тоску на его сердце. Это была пластинка, которую любила Гуй Чжун. Сейчас её не было в живых, погибла от рук какого-то головореза, чьё имя Чжун Ли так и не удалось узнать, так как для Гуй Чжун он не числился кем-то значимым по бумагам и все дела, связанные с этим инцидентом оставались в кругу её семьи, которой у Гуй Чжун не было, увы. Её родители умерли ещё когда она была ребёнком, причину их смерти она сама не желала говорить, и опекала её лишь бабушка, которая, вероятно, к её смерти уже была на том свете. Чжун Ли не хотел особо вспоминать те эмоции, что он испытал, когда узнал о её кончине, поэтому просто бережливо положил пластинку обратно в коробку, более он не хотел её трогать, как дань уважения своего близкого друга, который нынче от него далеко и которого он не сможет увидеть, как бы этого не хотел. Он наткнулся на почти новую пластинку, и вспомнил, что это была его последняя покупка перед тем, как он забросил проигрыватель и сами пластинки в дальний ящик. Это была идеальная пластинка, у которой не было никакой истории, пластинка, которая готова стать свидетелем счастливого момента встречи и хранить её долго. По счастливой случайности это была пластинка Девина Бирна, музыка этого исполнителя в целом проходила для танцев. — Чайльд, ты ведь хотел танцев, не так ли? —Конечно, но вы же не особо умеете танцевать, как я понял. — Хах, знаешь, учиться никогда не поздно, — ответил Чжун Ли, ставя пластинку в проигрыватель, и поворачиваясь к своему гостю, — или ты уже передумал? — Быстро же вы изменили своё решение, Сяньшэнь, давайте тогда с вами потанцуем,— сказал Чайльд, подымаясь с дивана. И так они закружились в танце, то сходясь, то расходясь по разные стороны маленького зала. Обоим было весело. Конечно, не обошлось и без того, что кое-кто кое-кому пару раз наступил на ногу, но это ничего. Оба наслаждались моментом и ничто не могло его нарушить, даже дождь за окном.

***

На часах уже было почти одиннадцать ночи, когда Аякс собирался домой. Куртка за это время полностью высохла, что была мокрой от дождя. Сегодня они хорошо провели время и это помогло скрасить дождливый выходной. Надо бы чаще устраивать такие встречи думал каждый из них. — Ну что ж, Сяньшэнь, до встречи. —Да, конечно, береги себя. Аякс вышел из квартиры, закрыв за собой дверь. Хозяин квартиры вернулся в зал, и, раскладывая пластинки на места, вновь окинул их взглядом, так много разных воспоминаний в каждой из них и он будет хранить их всегда. Теперь у него будет на одно воспоминание больше. Вновь попался на глаза Divine Comedy и пластинка Стинга, что напоминала о Гуй Чжун. Увидев любимую пластинку Гуй Чжун, его охватило некое беспокойство, её ведь вроде убили поздно вечером на улице, когда фонари плохо работали и прохожих на было мало. Чжун Ли недолго думая хотел потянуться за телефоном, как в дверь позвонили и хозяин квартиры поспешил к двери. В глазке была видна знакомая фигура и, отворив в дверь, эта фигура зашла. —Сяньшэнь, извините, что тревожу вас, но я у вас зонт забыл, пришёл забрать, —проговорил вернувшийся Аякс, начав откидывать взглядом небольшую прихожку. —Ах, конечно, забирай, — еле выдавил из себя слова брюнет, пока Чайльд начал шарится по полкам в поисках своего зонта. В сердце всё больше закрадывалось беспокойство, что Аякс может уйти и больше не вернуться, как в своё время Гуй Чжун, и он вновь останется один. Один будет пить османтусовый чай, один будет слушать пластинки, и не будет никого, кому он мог бы позвонить, чтоб пригласить к себе скрасить этот вечер. —О, вот он! — воскликнул Аякс, забирая из под слоёв одежды, прикрывающих зонт, который был также почти высушен за время прибывания в квартире. — Ну что ж, я пойду, ещё раз до свидания, простите, что лишний раз потревожил, — он уже развернул и было вышел в продолговатый тамбур, как в руку вцепились крепкие фарфоровые пальцы, прося не уходить и не оставлять одного хозяина квартиры. — Не уходи, Чайльд, на улице уже поздно, переночуешь у меня, мало ли что может случиться. — Сяньшэнь, что может случится такого? Сейчас всего одиннадцать часов ночи и я не маленький ребёнок. Фонари работают, машины ездят, в конце концов люди ходят, хотя их и мало на улице в это время, но всё же вам не о чем переживать, — Аякс хотел расцепить пальцы Чжун Ли, что уже так прилично сдавливали руку, но как только он прикоснулся, чтобы расцепить чужие пальцы уловил их дрожь. Сапфировый взгляд смотрел на любимое лицо, в котором ясно читалась обеспокоенность. Похоже это не просто прихоть, есть причина на такое поведение. —Ладно, я останусь как вы просите, не хочу, чтобы вы ещё волновались за меня и не спали всю ночь, пусть будет по-вашему, — и Аякс закрыл за собой дверь, вновь снял куртку, рукав которой недавно сжимали с рукой, а лицо Чжун Ли прояснилось, отразив облегчение.

***

Уже перед сном они вместе лежали в одной кровати в обнимку, слушая дождь за окном. Конечно, Чайльд поинтересовался, что послужило причиной такой реакции, но Чжун Ли ничего не ответил, просто молчал, будто тяжело думал о чем-то, но это ничего, может настанет день, когда он ему расскажет. Может быть расскажет и завтра, когда они вновь будут слушать пластинки. Пока два близких сердца спят, за окном падает первый снег, будто стремясь забрать всю печаль дождя.