Сколько стоит любовь?

      У Ульяны Рейнбоу было всё и даже больше. Деньги, машины, дома, отпуска, собственная компания, чёрт подери! Ульяна была из тех слоёв общества, которые не будут думать о выгоде при выборе между большой пачкой чипсов или маленькой. Она из тех, кто не раздумывая купит весь магазин, прекрасно зная, что это никак не повлияет на её финансовое состояние.       Понимание того, что за деньги можно купить всё сложилось у девушки довольно рано. Ещё в самом-самом детстве, когда произошёл не самый приятный для неё случай. Тогда она и решила, что станет человеком, который сможет купить мир при желании. И она такой стала.       Жить в особняке, попивая текилу и провожая солнце за горизонт, смотря на него через панорамное окно, в свои двадцать пять было… Весьма и весьма успешно. Понимание того, что не нужно самой драить полы, вытирать пыль, а лишь достаточно вызвать людей для этого… Было прекрасно. Прекрасно понимать, что завтра можно встать и никуда не спешить, а просто сделать кофе, сесть за компьютер и начать дистанционную работу на благо своей фирмы. Всё просто очаровательно.       Правда, всё-таки одно «но» было. И это самое «но» представляло из себя эхо собственных слов и шагов, вопросы, заданные в пустоту, и пустующий стул за обеденным столом напротив Ульяны.       Раньше Рейнбоу была уверенна, что отношения ей не нужны, и вообще они будут мешать ей зарабатывать деньги. Отчасти это было правдой. Долгое время ничто не интересовало её так, как запах купюр и увеличение нулей на счету банковских карт. Но когда у тебя не одна машина в гараже, что под твоим особняком, а вот прокатить на них некого, то невольно понимаешь, что деньги… Не так уж и радуют.       Нет, деньги — это чёртово счастье! Чем их больше, тем лучше. За деньги можно купить всё, а когда у человека есть всё, что он хочет, то он счастлив. Серьёзно, что в нашем мире может не решиться парой стопок пятитысячных? Разве что смерть не подкупишь, но если отваливать огромные деньги за поддержание здоровья, то старуха с косой и в капюшоне не должна придти раньше положенного.       Ульяна любила деньги всей душой. Любила их запах, любила вертеть в руках, любила смотреть на них… И деньги любили её тоже, ведь иначе бы в руки не пошли. Но всё-таки… Как бы обидно это не было признавать, но… Видимо, человек, который готов выслушать тебя и дать добрый совет нужен нам всем. И Рейнбоу не стала исключением. Иногда хотелось просто устало выдохнуть и, уткнувшись лицом в ладони, говорить о переживаниях и трудностях часами, выпивая очередной бокал виски.       Подобные мысли возникли не из воздуха. Помимо личного неудовлетворения, Ульяну то и дело преследовали шуточки на работе, перешёптывание деловых партнёров и нравоучения этого грёбаного гуляки.       Стив Оувел. Троюродный, возможно, четвероюродный брат Рейнбоу, ни Стив, ни Ульяна так и не поняли, кто они друг другу в плане родословной. Надежда теплилась, что никто из них друг другу не тётя или дядя, а то весело выйдет. Но вообще… Стив был из тех, кто встречался чуть ли не со всем районом. В отношениях, ухаживаниях, соблазнениях, сексе в конце-то концов он знал толк. И очень любил учить Ульяну амурным делам, зная, что девушка хранила девственность до… Особого случая, если не навсегда. Тот, кто младше её на два года, смеет её поучать! Удар по её самооценке, не иначе.       Встретились они спонтанно. На дне рождения какого-то из родственников, которого оба не знали, но знали, что принесут огромный торт. Ульяне было всего восемь, а ему вообще шесть. С тех пор общение не прекращалось. Стив тоже стал дельцом, но не такого размаха как сестра. Он открыл жутко популярный бар. Несмотря на неоднократные предложения сделать целую сеть заведений, Оувел вечно увиливал от ответа, приговаривая, что в случае расширения потеряет индивидуальность. На деле же ему было просто лень возиться с этим. Ему хватало прибыли с его нескромного заведения, где он часто подменял многих сотрудников, но не чтобы облегчить им жизнь, а чтобы повеселиться самому.       Его слабостью был его характер гуляки, который вечно склонял его к приключениям, флирту и сотым отношениям. Ульяна остановилась считать неудавшиеся отношения брата на десятом парне. Девушек даже не пыталась перечислить…       Стив говорил ей: «Найди уже кого-нибудь, а то так и помрёшь не потрахавшись!». Но ей не нужен был «кто-нибудь». Ей нужны были деньги. А выслушивающий и понимающий человек… Как-нибудь позже.       Девушка отпила из бокала, взбалтывая его содержимое. Солнце заставляло светиться янтарную жидкость, а кубики слепить глаза. Коньяк Martell Creation Cognac In Handcarved Baccarat Decanter… Ценою более семи тысяч долларов… Раритет, не иначе. И так прекрасно понимать, что можешь себе такое позволить. Телефон на столе завибрировал, разливаясь приятной музыкой по кабинету.       — Алло? После семи вечера я не говорю о работе, так что если это касаемо акций, то прошу простить. — Отточенно проговорила Ульяна, делая глоток. Сколько раз она сказала это за последний год?       — Приве-е-ет! Хе-хе-хе! Опять не смотришь, кто звонит? — раздался голос Оувела в трубку.       — Господи! Стив, я через телефон чувствую запах алкоголя, которым от тебя несёт! Ты опять нажрался?       — Да-а-а-а… Знаешь… Я тут расстался и запиваю горе! У меня очень весомая причина. Да.       — Стив. Ты знал его полторы недели. А встречался с ним три дня. Не говори, что ты ещё и под травкой…       — Не-е-е! С этим я завязал! Да. Я больше не употребляю! Хе-хе-хе… В любом случае, я у тебя под дверью… Откроешь, а?       Рейнбоу тут же сбросила трубку, подходя к окну. У калитки, что отгораживала её территорию, стоял нажравшийся низенький паренёк, что слегка пошатывался и глупо хихикал. Через мгновение написал охранник, задавая вполне логичный вопрос о пропуске гуляки. Ульяна дала добро и попросила довести его до беседки в саду.       Накинув на себя сверху джинсовку, Ульяна натянула кеды и вышла через заднюю дверь в личный сад. В небольшой белой беседке посреди маленького озерца сидел Стив, развалившись на всю скамейку. Его каштановые дреды до плеч были распущены, белая толстовка в бордовых пятнах от вина, а красный шарф вот-вот норовил сорваться. На столике уже стояло парочка бутылок дешёвого коньяка. Он стоил не больше пятиста рублей… Назвать это хорошим алкоголем можно было только с натяжкой, если прикрыть один глаз, а вторым видеть плохо.       — Хе-хе-хе! У-у-уля! Ха-ха-ха! Ты пришла… — тёмно-карие смеющиеся глаза Оувела туповато уставились на девушку, что села напротив.       — Ты же обещал завязать…       Ветер начал путать длинные нежно-розовые волосы с редкими вкраплениями пастельных синих, жёлтых и зелёных цветов. Голубые глаза, прямо-таки ярко-голубые, осматривали напившегося друга. Тот с трудом мог смотреть прямо, ведь его взгляд то и дело что «съезжал».       — Ну? Зачем ты тут?       — Да так… Поболтать о жизни и смерти…       — К делу.       — Как там на личном фронте? — усмехнулся парень, нарочно раздражая подругу.       — Проваливай. — Поднимаясь, указала в сторону выхода девушка.       — Эй-эй-эй!.. Я же пошутил, подожди, я…       Рейнбоу развернулась, собираясь уйти, но парень с трудом поднялся и обхватил её плечо, останавливая. Ноги у него дрожали, но взгляд наконец сосредоточился. Рейнбоу остановилась, окинув Оувела взглядом.       — Ну?       — Помнишь дядюшку Роджера? Ну который неродной дядя, но я у него подрабатывал, он дружил с твоими родителями, а ещё там друг у него был и…       — Я знаю дядюшку Роджера. Дальше.       — Ну и вот… Он вчера умер.       Рейнбоу хмыкнула. Откровенно говоря, ей было плевать на этого скупого скрягу, который то и дело, что гонял и её, и Стива, и тех двоих в детстве. Но она прекрасно знала, какое место в сердце Оувела занимает этот старик. «Ладно. Сегодня у тебя есть причина напиться…» — про себя сказала она, тяжело вздыхая.       — Мне жаль. Но на похороны я не поеду. Сам понимаешь…       — Я не про то. Он… Оставил мне в наследство… Пару лямов и… Чемоданчик с голубой маркой в углу.       Ульяна приподняла брови, шумно вздыхая. Чемоданчик… То, зачем она гоняется уже не один год. И вот… Он оказывается у её самого лучшего друга. Теперь-то у неё точно отляжет и больше волноваться не придётся никогда в жизни.       — Оу… Полагаю, ты отдашь мне его? — ухмыльнулась она.       — Ну-у-у-у… При некоторых условиях.       На секунду Ульяна опешила. Чтобы её лучший друг, который всегда за неё ставил ей условия и шантажировал? Чёрт! Такого ножа в спину не очень хотелось бы получить. Или он просто слишком пьян?       — В каком плане? Ты… Ты прекрасно знаешь, что это за чемоданчик и почему он мне нужен! Давай без твоих приколов, а?       — Да ладно… Я клянусь, что буду хранить его и оберегать. И ни глазком!       — Да мне похуй, Стив! Просто отдай чемодан!       — Неа! Я отдам тебе его только… Если ты найдёшь себе пару за месяц!       Несколько секунд Рейнбоу пыталась вдуматься и понять слова, которые ей плеснули. На её лицо упала тень, а глаза помрачнели. Она рвано выдохнула, понимая, что Стив, а тем более пьяный Стив, от своего не отступит. Со всего размаха она влепила ему пощёчину, и парень вскрикнул от неожиданности.       — Ты ебанутый?! Ты хоть знаешь, как этот чемодан важен мне?! Либо отдашь по хорошему, либо…       — Ульяна. Ты никогда, повторюсь, никогда и ни за что не сможешь заставить себя причинить мне боль. Ни за этот чемодан, ни за деньги… Согласись и признай, что ты не бесчувственна. Ты привязана к людям, а ни к ноликам на счету.       Он был прав. Чертовски прав. Как бы Ульяна ни пыталась убедить себя, что деньги для неё важнее всего, но… Стив, те двое… Они единственные, кто мог бы заставить её пойти на те методы, которые не принесут ей денег, но принесут пользу им.       — Пф-ф-ф… Иногда ты такой мудак, Стив. Ладно. Поиграю в твои дурацкие игры. Но если я не найду пару? Причинишь ли ты мне боль в ответ? — усмехнулась она, давя на чувства.       — Нет. Я сожгу этот чемодан. И всё.       Ульяна замолчала. Стив трезвел на глазах. Со вздохом она написала охраннику, чтобы выпроводил нежданного гостя на порог и медленно пошла домой. Настроение испорчено и в её стабильной, беззаботной и просто охрененной жизни появились новые проблемы. «Ублюдыш. Придушу ведь!» — про себя рыкнула Ульяна, прекрасно зная, что в итоге не сделает этого.       В любом случае… Теперь ей придётся решать эту немаленькую проблему.