Чисто гипотетически

— эй, Индиго. у меня есть глупый вопрос, — зовёт Кристина, когда они вдвоём сидят у неё дома, зависая над фильмом. на улице барабанит ливень, окна зашторены, в комнате приятная темнота, неплотной дымкой туманящая взгляд. уроки сделаны, обе заебались, особенно Лиза, которой пришлось заново объяснять девушке, какого хуя в математике, где по воспоминаниям Крис всегда были исключительно цифры, появились какие-то блядские буквы, ещё и английские. поэтому в данный момент можно расслабиться. — давай, — кино оказывается настолько скучным, что тупые расспросы одноклассницы кажутся не такой уж плохой идеей. в конце концов, иногда Захарова способна действительно удивлять своими неожиданными предложениями. как, например, однажды завалившись к Лизе в квартиру в три ночи со словами «давненько мы не устраивали соревнования по битбоксу, скажи?». тогда она получила пизды и пошла спать в чужую кровать под возмущённые возгласы Андрющенко, но было весело. девушка вспоминает подобные моменты с искренней, тёплой улыбкой и уверенностью, что никто никогда так до конца и не поймёт, что творится в русоволосой башке. скорее всего, даже сама Крис. — чисто гипотетически, — произносит голубоглазая, сама ахуевая от знания подобных заоблачных слов. но это всё положительное влияние подруги, так сказала даже мама Кристины. — если бы тебя сейчас поцеловали… — неожиданно мямлит, ловя на себе ошарашенный взгляд (оно и справедливо), поэтому спешит объясниться: — нет, ну гипотетически! как бы ты отреагировала? а ещё у Крис язык без костей. это Лиза уже поняла. потому что ну что это за хуйня? кажется, кто-то насмотрелся вчера порнухи и теперь проецирует эту поеботу в жизнь. но это не мешает Андрющенко нервно сглотнуть и замяться перед ответом, случайно засмотревшись, как подруга прикусывает свою нижнюю губу, выглядя при этом непривычно задумчивым и сосредоточенным. — смотря кто, — как-то отрешённо изрекает Лиза, отводя взгляд в сторону, тоже закусывает губу. отзеркаливать действия близкой подруги уже вошло в привычку. — но, думаю, я была бы не слишком против. «смотря кто», — повторяет про себя брюнетка, делая акцент на второе слово. она не тупая, да и не понять настолько очевидный намёк способен только пещерный человек или сама Кристина. не в обиду ей. — здорово, — она облегчённо выдыхает и откидывается на спинку дивана, приковывая к себе внимание девушки. но, поразмыслив ещё немного, решает продолжить: — чисто гипотетически, если бы это сделала я? — и, сука, смотрит так искренне, что расценивать её слова как шутку уже не получается. у Захаровой вообще, если можно так выразиться, глаза «говорящие». у них и словарный запас будет побольше чем у их обладателя. они знают, что такое надежда, радость, сожаление, злость, разочарование, презрение, а теперь, видимо, и симпатия. наивная, глупая, но та самая. ибо сейчас голубые очи искрятся неподдельным интересом, что же ответит её подружка. Андрющенко теряется, прокручивает в голове события текущего вечера и приходит к выводу, что лучше совсем перестать думать, как это, судя по всему, делает Кристина. хотя какой-то ход мыслей у неё всё-таки есть, ибо Лиза чувствует, что та ускользает в непонятное ей русло, и проклянает чужую способность составлять слова в предложения. ну правда, Захаровой нужно запретить разговаривать, может и количество побитых ребят тогда снизится, если не к нулю, то хотя бы к двузначной цифре. — не знаю, — ухмыляется кареглазая, ощущая, как у неё перехватывает дыхание. — можешь попробовать, — смеётся, добивая и себя, и предложение девушки, дабы хоть немного успокоиться, потому что сердце сейчас стучит чересчур громко, а ей не нужно, чтобы длинноволосая дурочка — по совместительству её близкая подруга и гопница их района — услышала это. хотя может она этого и добивается. Крис хуй поймёшь. и Лиза ловит ещё одну волну нервного смеха, когда убирает последнее слово: «Крис хуй» — отличное сочетание, которое неплохо бы дополнило ещё пару таких же на её школьной парте. — правда можно? — как-то слишком радостно спрашивает голубоглазая, делая ситуацию ещё абсурднее. в этом вся неоднозначность Кристины: пиздит людей с улыбкой, а в серьёзные моменты такое потерянное ебало скорчить может, что аж не по себе становится, будто какие-то контакты в мозгу разъехались и она на пару секунд стала овощем. это в ней одновременно поражает и интригует. «блять, умоляю, быстрее» — думает Андрющенко, но произносит менее импульсивную версию данной фразы: — да. «пизда» — орёт внутренний голос, пока настоящий начинает хрипеть, и ей кажется, будто лицо сейчас сгорит к хуям и поплывёт вместе с телом, лужицой растекаясь на полу. щёки багровеют быстрее, чем до девушки доходит, что она, блять, несёт. но это всё влияние подруги. так никто не сказал, Лиза сама догадалась. — я правда могу? — голос Кристины тоже садится, заставляя брюнетку вздрогнуть. хочется пиздануть ту, чтоб не тянула резину, но вместо этого сглотнуть получается слишком шумно, и Лиза остаётся только молиться всем богам, лишь бы Крис этого не услышала. но русоволосая и сама готова свозь землю провалиться: на бледной коже выступает позорный румянец, а пульс и температура тела подскакивают до наивысшей точки, обнажая её слабость по имени «Лиза, или Индиго» — причину её недосыпа, недотраха и натренированных пальцев. и никому ведь не скажешь блять. её ебанутые кореша только поржут, а Кристине нихуя не смешно. иногда девушке вообще кажется, что среди всех ее знакомых, Индиго самая понимающая и адекватная. со своими тараканами, конечно, но с этим ещё можно мириться. как без них, в конце концов? — да, быстрее, — зачем-то шёпотом произносит девушка, надеясь, что ее панику не слишком заметно. заметно. и даже слишком. но голубоглазая то ли игнорирует, то ли упускает из виду, потому что сама сейчас выглядит не лучше. Крис сжимает между пальцев всю свою решимость и всё-таки подсаживается ближе, пару секунд пялясь в глубокие шоколадно-карие глаза напротив, которые Лиза благополучно закрывает, пряча их красоту под веками, дабы не волноваться ещё больше. сердца бьются в унисон, пока Захарова наклоняется к чужим губам, и Индиго, блять, чувствует её дыхание: горячее и рваное. осознание холодной волной окатывает Андрющенко, и она на секунду распахивает очи, желая сказать хоть что-то, но замирает, ибо девушка подаётся вперёд и целует. касание губ вызывает у Лизы растерянность, она вздрагивает и хватает Кристину за плечо, сжимая почти до побелевших костяшек. та понимает без слов: берёт её за руку, переплетает пальцы, одновременно с этим прикусывая зубами нижнюю губу и сразу же зализывая. «приятно» — единственное, о чём может думать кареглазая девушка. руки у гопницы тёплые, грубые, но её — Индиго — ладонь держит нежно и с трепетом, губы мягкие, слегка влажные, такие пиздецки желанные и правильные сейчас, что Лиза просто тает. однако кислород — ебучий предатель, таких, как он, позорно выгоняют, сначала хорошенько отпинав — кончается, и девушки, задыхаясь, хватаются друг за друга и, к сожалению обоих, отстраняются. на тело накатывает внезапная усталость и вся тяжесть сегодняшнего дня ощущается с двойной силой. дождь, от которого у погодозависимых ломит всё тело, кажется, усиливается и переходит в грозу, но в данный момент становится таким неважным, что звучит одним из белых шумов где-то в отдалении. восстановление дыхания занимает время, которое они тратят на объятия, потому что разрывать физический контакт не хочется. компания друг друга настолько приятна, что ни о чём другом думать не получается. Лиза утыкается в чужое, — хотя какое там, — в самое родное крепкое плечо, пока Кристина обвивает руки вокруг её талии. Андрющенко лишь с виду кажется хилой, на деле же у неё мышц больше, чем у некоторых хороших борцов. она отнюдь не хрупкая, как думает большинство, и может с лёгкостью отпиздить тех, кто на это напрашивается. размышляя об этом, Кристина, невзначай проходится своей рукой по поджарой спине, вынуждая подругу тяжело вздохнуть, отчего поток горячего воздуха опаляет оголённые ключицы Крис, заставляя ту проклясть свою любовь к тупым растянутым майкам. чтобы отогнать непристойные мысли, ей приходится закрыть глаза и досчитать до десяти (благо здесь нет ебучих иксов, на том спасибо). если она сейчас не успокоится, то вся их дружба полетит к хуям. хотя уже летит, но пока что у них есть парашюты, которые Захарова держит перед открытой дверью, пытаясь балансировать на самом краю метафорического самолёта. — ахуеть, — наконец произносит Лиза, не удерживаясь от нервного смешка, который Крис тут же подхватывает, ну потому что по-другому реально не скажешь. у них всегда всё было общее: и неприятные знакомые, которых они готовы пообсуждать вместе, и еда одна, и проблемы с математикой одни, и эмоции на двоих, и поцелуй тоже взаимный. как в сопливых драмах, ей-богу. фильм, который всё ещё шумит на заднем плане, перестаёт иметь всякое значение, когда слышишь сердцебиение любимого человека. Кристина и Лиза слышат прямо сейчас. и такое до боли чёткое, немного сбитое от чувств и новых ощущений, что единственное, что теперь хочется сделать, — это прильнуть к чужой вздымающейся груди, чтобы услышать его чуть лучше, чуть звонче, запечатлеть этот прекрасный звук на подкорке сознания и быть уверенной, что он никогда не забудется. — Индиго, — неформальное обращение, которое использует только Крис, сейчас звучит так трогательно, что у названной девушки перехватывает дыхание. внезапно снова становится невыносимо жарко, кажется, у неё начинает кружиться голова. — м? — говорить не хочется вообще, но в то же время хочется сказать столько всего, однако у Лизы получается выдавить из себя только многозначительное мычание. впрочем, её бы поняли и без слов. — чисто гипотетически, — смеётся Кристина, потому что ситуация ебать нелепая, надо разряжать. — твои гипотетические вопросы приводят к практическому пиздецу, — Андрющенко хихикает тоже, сама берёт одноклассницу за руку, слышит её ускорившееся сердцебиение, улыбается, проезжаясь носом по выпирающим ключицам, и утыкается в чужую шею, вдыхая свежий аромат парфюма. Кристина так невъебически хорошо пахнет мятой, что Лиза не удерживается и оставляет лёгкий поцелуй где-то около ключиц, чувствуя, как девушка буквально сразу же сглатывает, заставляя адамово яблоко дёрнуться. — без доёба, — русоволосая прикрывает глаза, пытаясь в полной мере насладиться моментом и чувствует, как по спине пробегает толпа мурашек. — но а всё-таки? — всё-таки что? — шёпотом интересуется Индиго, снова, блять, задевая горячим воздухом чувствительную кожу. будто на зло, словно специально. — давай ещё раз? — Крис прогоняет вязкую слюну и закусывает губу, пытаясь сосредоточиться на том, что она хочет сказать, и на реакции девушки. и понимает, что Лиза для неё пиздец особенная: только перед ней Крис так пресмыкается, находит компромиссы, идёт на уступки, да и много чего ещё. в общении с ней от слегка эгоистичной девушки и следа не остаётся. увидь его сейчас со стороны та же Кира — заржала бы в голос, уворачиваясь от метких ударов. — ага, — выдыхает Андрющенко, и Кристина чувствует, как её руку сжимают сильнее. касаний в их дружбе настолько много, что это кажется чем-то незначительным, однако табун мурашек на спине обеих думает иначе. — если ты не хочешь, я не… — пытается закончить, оправдаться, объяснить, что она не настаивает и не принуждает, но как-то не успевается, потому что Лиза сама притягивает её за футболку ближе и впивается в приоткрытые губы. Кристине кажется, что она умерла, и сейчас находится в раю, ибо как объяснить такую Лизу? и Крис теряется, потому что целоваться с девушкой, оказывается, в сто раз круче, чем рассказывали её друзья, попутно обсуждая «лесбиянок», которые этим занимаются. и будь они чуть-чуть повнимательнее, заметили бы многозначительные взгляды Киры и сидящей рядом с ней, в непростительной близости, мелкую Юлю, которая целый вечер до этого вешалась на беловолосую. и здесь в голос стоило бы ржать уже самой Кристине, но она отомстит Медведевой позже, чуть более изощерённо. уж тут-то её воображение сработает как надо. но сейчас становится так похуй на все стереотипы, на мнение каждого из её друзей, на то, что они подумают и скажут, потому что Индиго в разы пиздатей каждого из них. у неё такие красивые глаза, мягкие волосы, приятная на ощупь кожа, классные татуировки, нежные губы, на удивление горячий язык, который сильно контрастирует с ледяными руками, когда Кристина кладёт на них свои и чувствует приятную прохладу. она где-то читала, что люди, у которых вечно холодные руки, очень добрые и привыкли делить своё тепло с другими. и прямо сейчас Захарова готова поверить в этот нелепый факт, ибо как ещё объяснить существование Андрющенко? русоволосая чувствует себя самой счастливой, потому что рядом с ней прекраснейший человек, которого ей довелось встретить: искренняя, милая, умная, понимающая, честная, отзывчивая, внимательная, бескорыстная, верная, добрая, ответственная, справедливая. Кристина не глупая, когда дело касается того, кто ей нравится, поэтому эпитеты, характеризующие Лизу, так и роятся в голове, пока чужие губы сминают её собственные. Захарова вздрагивает от ощущений и чувствует слюну, стекающую с подбородка, руки, сжимающие её домашнюю футболку, и ногу, что случайно оказывается в районе между ног. или не случайно. — блять, — всё-таки озвучивает девушка, когда им приходится остановиться, дабы подышать. — не то слово, — констатирует Андрющенко, пытаясь восстановить сбитое дыхание. — пиздец, — Кристина пробует сделать то же самое, но с треском проваливается, ибо Индиго слишком громко, для тишины пустой комнаты, сглатывает слюну. её — Крис — слюну, блять, вперемешку с собственной. — вот это то слово, — смеётся Лиза, но резко выдыхает, когда чужие руки касаются её напряжённого живота. крепкость упругих мышц на секунду выбивает из колеи, потому что воображение безудержно разыгрывается, заставляя нервно дёрнуться. в памяти невольно всплывают все моменты, когда она видела брюнетку с оголённым животом: и на какой-то из посиделок их мини-компашки, когда было чересчур жарко (прямо как ей сейчас), и на пляже летом, и в раздевалке в школе, и просто у неё дома с утра. «кто ж знал, что у неё такой ахуенный прессак?» — именно так подумала девушка с голубыми глазами, впервые увидев подругу без футболки, моментально жалея, что вообще способна мыслить. прямо сейчас очень хочется коснуться и Крис спрашивает, ибо у них всегда всё взаимно и обязательно по обоюдному согласию. и это, пожалуй, единственный человек, для которого Захарова готова поменять свои принципы со «сделать — подумать — пожалеть» на «сначала думать, потом делать». — хочешь? — искренне интересуется длинноволосая, проводя рукой вверх по направлению к груди и выбивая из девушки напротив несдержанный выдох. — чисто гипотетически? — вопрошает Лиза, пока Кристина смеётся, прикрывая глаза и обнажая зубы. — 8x+5х×2? — внезапно, совсем не в тему атмосфере, и у девушки появляется желание грызнуть ее от обиды. — блять, ну Индиго — стон разочарования вырывается из уст Захаровой, когда на её кисть ложится чужая рука, останавливая.