Владыка Чёрных Песков: История Одного Автора

Копытца чёрно-белой кобылки погрузились в духовную псевдоплоть дракона, намертво фиксируя её на его спине, после чего чешуйчатый и крылатый монстр прыгнул вверх и взмахнул крыльями, стремительной стрелой возносясь в небеса. Силиция почувствовала как её начало давить вниз, грива и хвост стали развеваться на потоках встречного ветра, а глаза зажмурились в попытке защититься от мелкого мусора, что мог попасться на пути её своеобразного скакуна. "К такому меня в храме не готовили", - промелькнула мысль в голове шаманки, мышцы которой буквально задеревенели от напряжения, но благодаря напитке тела духовной силой всё же выдержали неожиданную перегрузку. - Ты не мог бы предупреждать о таком?! - выкрикнула зебра, сердце коей забилось в бешеном ритме, а желудок попытался покинуть положенное ему место, но был вовремя остановлен и сопровождён обратно. - Ра-ха-ха-ха! - непонятно чему обрадовался призрак дракона, после чего с намёком на издевательские нотки заявил: - Приготовься, сейчас будет немножко трясти и укачивать! Зависнув на высоте нескольких сотен метров, откуда даже огромная огненная птица смотрелась не столь невероятной, крылатый ящер устремился вниз ускорив своё падение резким взмахом. Распахнув пасть, он заставил начать концентрироваться в ней духовную силу, что приобрела свойства молнии, сплошным потоком обрушившейся на голову новорожденного зверобога. К удивлению Силиции, её собственный запас сил из-за этого действия опустел не столь уж и значительно, но задаться вопросом о том, откуда же напарник взял недостающее - она не успела. Получивший чувствительный, но явно не слишком сильно ему повредивший удар, огненный монстр закричал и взмахнул крыльями, отправляя навстречу обидчику некое подобие пылающих пламенем перьев. Только вот летучий великан не пожелал проверять свою прочность и начал раскачиваться из стороны в сторону, словно неуловимый лист, что был сорван с ветви дерева осенним ветром, с издевательской лёгкостью уклоняясь от всех попыток себя поджарить. А затем он и вовсе издал рёв, заставивший сам воздух пойти рябью, от чего феникс и вправду вздрогнул всей своей сущностью. - Мы его разозлили! - самодовольно объявил призрак, на что был дан однозначный ответ противника, взмывшего в небеса вслед за ящером, протуберанцами живого огня пытаясь захватить начавшую улепётывать жертву. - Отлично... - пробормотала Силиция, наклонившая голову так, чтобы встречный ветер бил ей в лоб и макушку, а не глаза. - Постарайся увести его в море. Там у нас будет хоть какой-то шанс! - Не сдавайся раньше времени, маленькая зебра: я не показал ещё и десяти процентов того, на что способен по-настоящему! - пророкотал напарник в ответ, а затем шаманка почувствовала себя так, будто бы её зрение раздвоилось (одна она продолжала смотреть на чешуйчатую спину дракона, в то время как вторая видела бесконечные небеса, далёкий горизонт, проносящуюся внизу землю). - Разве этот мир не достоин, чтобы за него сражаться? Разве он не достаточно хорош, чтобы желать владеть им?! "Как ты это сделал? Я же не применяла техник единения!", - мысленно воскликнула полосатая кобыла, передавая свои мысли напрямую через духовную силу, циркулирующую между ней и призраком. "Мне не нужно чьё-то там разрешение, чтобы применить одно из собственных умений, маленькая зебра. Не забивай себе голову разными глупостями, а лучше наслаждайся видом и готовься к битве, как если бы это было важнейшим событием в твоей жизни", - ответил старый дракомант, впервые за очень много лет чувствующий пьянящую свободу и мощь, а также азарт схватки с пусть глупым, но крайне могущественным соперником, покусившимся на его право зваться Владыкой Неба. ...Феникс пытался ускоряться, чтобы сомкнуть свой огромный клюв на теле крылатого ящера, но тот играючи нырял вниз, уходил в сторону, совершал головокружительные виражи, от которых внутренности наездницы пытались вырваться то через рот, то через противоположное отверстие. В то же время, чтобы не дать преследователю потерять интерес, он выдыхал струи ледяного воздуха, плевал молниями, создавал звуковой резонанс... пусть всё это и казалось не более чем пчелиными укусами, скорее раздражающими и злящими, нежели вредящими пламенной птице. Наконец внизу промелькнула береговая линия, а затем вместо полей и холмов, с вкраплениями небольших рощ, под Силицией и её напарником развернулась водная гладь (оказавшаяся не такой уж и гладкой, что краем сознания отметила зебра). И именно здесь дракомант решил прекратить убегать, а вместо этого дать решающий бой новорожденному зверобогу, при этом заражая шаманку собственными чувствами азарта и счастья. Сперва они вознеслись ввысь, откуда дух огнедышащего ящера обрушил на огненную птицу сформированную глыбу льда, разогнанную как собственным весом, так и дополнительным кинетическим импульсом, после чего прошмыгнул мимо разъярённого феникса, почти проскользив животом из духовной псевдоплоти по телу из живого пламени, чем вызвал ещё один крик негодования. В результате этого противник, перед самым клювом коего мельтешила раздражающая жертва, не обращая внимания ни на что вокруг, попытался упасть на вновь ускользающего дракона... Встреча двух стихий сопровождалась оглушительным хлопком, шипением и болезненным воем. Вверх устремились тучи пара, в стороны разошлись волны бурлящей воды, а дракомант, закладывая вираж за виражом, закручивая потоки ластящегося к его крыльям воздуха в настоящие смерчи, изрыгал из пасти рычащий рваный хохот. Находящаяся на его спине зебра чувствовала обжигающий жар, окутывающий будто одеяло и вместе с дыханием врывающийся в лёгкие, но её концентрации и навыков всё ещё хватало для того, чтобы минимизировать последствия для своего организма. Феникс недолго плескался в воде, причиняющей ему ощутимую боль и реальный вред: не прошло и дюжины ударов сердца шаманки, а он уже вновь взмыл в небеса, разгоняя пар и иссушая воздух вокруг себя. Долго искать обидчика ему тоже не пришлось, так как дух крылатого ящера продолжал закручивать потоки ветра, совершая стремительные виражи и кульбиты, от чего сама Силиция порой терялась в пространстве совершенно не стесняясь того, что всё же не сдержала естественные порывы организма. ...Огненная птица ярилась, исторгала волны жара, струи и пламени, швыряла перья, но никак не могла достать слишком вёрткую цель. А тем временем небеса заволокли чёрные тучи, вот-вот грозящие пролиться дождём, чем и воспользовался дракомант, в очередной раз ставший набирать высоту. "Мои силы на пределе", - сообщила напарнику чёрно-белая кобыла, уже и не помышляющая открыть собственные глаза, да и вообще сомневающаяся, что сможет это когда-нибудь сделать. "Осталось совсем чуть-чуть, маленькая зебра", - заверил её ящер, вновь собирающий энергию в пасти, чтобы исторгнуть из неё очередное воздействие на природу. Глазами призрака шаманка видела то, как практически чёрные тучи расцветают яркими вспышками молний, которые невероятно быстро, но в то же время и пугающе медленно устремились вниз единым столбом, обрушившись на не ожидавшего подобного зверобога. Атака, куда более мощная чем всё то, что дракомант применял ранее ослепила и его самого, оглушая одарённую напарницу и лишая последних крох энергии, от чего духовная псевдоплоть стала распадаться хлопьями. "Вот и всё, маленькая зебра. Это была славная битва и мне жаль, что мы не смогли одержать в ней победу. Спи: я сумею сберечь твою душу, чтобы её не пожрал наш враг...", - это были последние мысли, которые прозвучали в голове Силиции, тело которой падало навстречу бушующему океану безвольной куклой. В то же время феникс, размеры коего уменьшились до состояния трёх-четырёхэтажного здания, всё ещё могущественный и смертельно опасный, но раненный и доведённый до безумия причинённой болью... продолжал искать своего врага. Его разум был ещё слишком слаб, чтобы осознать поражение дракона, ну а зебру, душа коей потускнела из-за сильнейшего истощения, зверобог попросту не заметил. Если бы существо, созданное поражёнными грехом гордыни и высокомерия шаманами, жаждущими власти и могущества было старше, то, вероятно, когда внизу возник новый очаг разрушительной силы - оно предпочло бы отступить, а не вступать в новую схватку не оправившись от предыдущей. Однако же история не знает сослагательного наклонения, а гнев огненной птицы окончательно затмил зачатки осторожности, из-за чего небеса разорвал новый воинственный крик. ...А тем временем из глубин океана поднялась ледяная бело-голубая раковина устрицы, размеры которой были не менее полусотни метров в ширину и длину, а также двадцати метров в толщину. Пламя, исторгаемое фениксом во время стремительного пикирования отражалось бликами на зеркальных гранях створок, распахнувшихся словно пасть неведомого гиганта, усеянная сотнями острых как бритвы, длинных треугольных зубов, за рядами которых ярко сияла магией и жизнью крупная жемчужина, пульсирующая в такт биению сердца. Зверобог, нацеливший свою атаку в подставленное для удара средоточие сущности нового врага сам влетел в капкан, словно пресс для утилизации вышедших из строя зе-ботов сжавшийся на его теле из живого огня. Невзирая на причиняемые жаром разрушения, ледяная устрица сомкнулась и стала погружаться на дно, чтобы вскоре на поверхности океана не осталось и малейшего следа её существования. ...И лишь продолжающийся шторм, спровоцированный сражением могущественных существ остался свидетелем свершившегося события. Но, как и любое стихийное явление, не имеющее воли и разума, он никому не мог ничего рассказать (ведь даже свободные духи предпочитали держаться подальше, дабы не стать топливом для ожившего воплощения стихии). ... - (Что мы будем делать дальше, отец?), - спросил у меня Гермедос, провожающий взглядом всё ниже и ниже погружающуюся ледяную тюрьму, в которой неистовствовал феникс, едва не ставший причиной масштабного катаклизма. "Хотя, я и не уверен, что спровоцированный шторм не станет для кого-нибудь настоящей катастрофой", - пронеслась мысль в моей голове, что в эти секунды казалась очень тяжёлой и будто бы раздувшейся изнутри. - (Фалломорфировать, разумеется), - отвечаю своему потомку со всей возможной серьёзностью, на которую вообще сейчас способен. - (Что с пострадавшей?). - (Диодос её поймал до встречи с волнами и погрузил в кому), - бело-жёлтый морезони внимательно осмотрел меня, после чего задал гениальнейший вопрос: - (Пасейдос, ты в порядке?). "Он даже откинул своё извечное "отец". Хм... Похоже, что я и вправду выгляжу неважно", - чтобы не сорваться на в общем-то ни в чём не виноватом помощнике, основой личности которого я же и послужил, стараюсь очистить сознание от всего постороннего и взять себя под более плотный осознанный контроль. ...Когда до меня дошла новость, что к нам словно ревизор, как снег на голову решил нагрянуть огненный зверобог, то на какие-то секунды я растерялся. В конце концов Дос никогда не являлся опытным боевым шаманом, чего совершенно не исправили ни воспоминания Гривуса, ни память Зарии. Кроме всего прочего знания, сохранившиеся о когда-то написанной книжке утверждали, что данные существа очень хорошо относятся к духам... в гастрономическом плане. К счастью для всех нас, я - не оригинал, а основой для моей души послужил как раз водный дух. Именно благодаря этому у меня возник план, который должен был помочь если не уничтожить, то хотя бы отогнать взбесившуюся жар-птицу, устроившую игру в салки с драконом, продемонстрировавшим владение стихийной магией на уровне, заслуживающем уважения. Нет, вероятно, если бы мы продолжали сидеть тише воды и ниже водорослей, то зверобог мог нас и не заметить. И, если бы неизвестный шаман, силой которого веяло от крылатого ящера, показывающего фигуры высшего пилотажа с не совсем подходящим для этого телосложением не сумел значительно ослабить ожившую стихию, то так бы я и поступил (и мне совсем не стыдно в этом признаваться). Однако же упустить шанс расправиться с одной из четырёх угроз, способных стереть с лица земли крупный город в одиночку, упускать было попросту преступно... "Пока феникс и дракон устраивают невероятное по уровню эффектов сражение, скромный начинающий бог сидит в стороне и ждёт момента, чтобы добить победителя. Пожалуй, в легендах о себе я опишу это более героично. Например... назовусь героем, который всегда приходит в последний момент, даже если до этого смело сидел в засаде и наблюдал", - почти физически чувствую, как напряжение минувших событий наконец-то начинает меня отпускать, вместе с чем на разум стала наваливаться сонливость, вызванная нервным переутомлением. ...Чем отличается Великий Шаман от обычного? Первый, минуя всяких посредников, может своей волей обращаться к стихии и просить её совершить те или иные действия, не предлагая никакой оплаты. Второй же вынужден использовать контракторов вроде стихийных духов, ну или же призраков, сроднившихся с природой в достаточной степени. При этом стоит заметить, что о Великих мне известно лишь то, что они когда-то были, но их уже давно никто не видел (возможно - ушли в другие миры?). Самому мне до титула хотя бы магистра ещё очень и очень далеко, но моя природа помогает обойти некоторые углы, чтобы по итогу "прыгнуть выше головы". Таким образом выйдя из тела, которое было оставлено на лапы Гермедоса, я слился со стихией и отправил зов обитателям водных глубин. Замечу, что зарождение зверобогов ударило и по океану, пусть и в меньшей степени чем по менее плотной среде обитания. В результате духи, ранее в изобилии водившиеся на отмели, словно звери от огня кинулись на глубину... ну или же сбежали на стихийный план существования. В момент же, когда возникла возможность отомстить, некоторые из обладателей разума откликнулись, даже не требуя оплаты за свою помощь... "И всё же оригинал многое теряет из-за того, что даже выходя из тела остаётся материальным существом, с его закостеневшим восприятием", - в очередной уже раз прихожу к одному и тому же выводу, обещая себе при встрече (когда Доса удастся найти), поделиться своим опытом. ...Нам повезло, что зверобог так легко поддался на провокацию и попал в пасть устрице. Благодаря этому не пришлось использовать остальные заготовки, из-за чего за мной осталось право ещё раз позвать на помощь (не факт, что придут, но хотя бы выслушают). В качестве же награды за вовремя совершённые действия, сейчас в моих лапах находятся зебра-шаманка, которую нужно лечить от внешних и внутренних повреждений, а также жар-птица, попавшая в ледяную тюрьму. И честно говоря, ценность кобылы, которая потрепала зверобога один на один, лично мне кажется выше чем сильного, но безмозглого монстра. "В изначальной истории, написанной оригиналом, Кризалис записала себя на душу огненного зверобога. Можно ли попробовать при помощи шаманизма передать в разум существа информацию о другой личности?".