Необыкновенное чудо

— Дорогой, — Одетта мягко гладила тëмные взъерошенные волосы, небрежно лежащие на лице — просыпайся. Сегодня первый рабочий день. — Нет. — Мерант взвыл как ребëнок — Не хочу, не надо. — Милый. — Одетта мягко поцеловала его в висок — Я знаю, ты бы хотел ещë отдохнуть, но учебный год начинается сегодня. — Это несправедливо! — он перевернулся на другой бок — Почему отпуск так быстро закончился? Я требую ещë по меньшей мере месяц. — Поговори с Огюстом на эту тему. — Я итак знаю, что он скажет. «Луи без тебя ни шагу ступить нельзя ты что!» — он выразительно спародировал друга. — Тогда выключай ворчуна и просыпайся, даже Фелис уже в ванной. После нежного поцелуя мужчина нашëл в себе силы открыть глаза. Одетта уже стояла у двери. — Поторопись, а то без тебя всë съедят. Завтрак проходил в сонном царстве. К сожалению, в театре и правда короткие каникулы, особо не отдохнëшь. Ближайшие только в Рождество, и то не факт. Фелис с Мадлен уплетали тосты, обсуждая планы на день. С началом нового учебного года младшая более прицельно возьмëтся за балет. Она будет тренироваться ежедневно, чтобы весной успешно сдать экзамены. — Доброе утро, папа. — сказали сëстры хором. — Доброе утро, девочки. — Па, а можно я сегодня с тобой пойду на урок? — Мадлен помешивала чай ложкой. — Конечно. — Я думала, ты захочешь посмотреть на подготовительную группу. — Одетта села рядом с мужем. — Можно. — согласилась Мадлен. — А к ним нельзя присоединиться? — Нет. — Фелис покачала головой — Ты ещë не сдала экзамены. — Но группа подготовительная. — Да, — подтвердила Одетта — но она так называется потому что детей только учат азам. Они только подготавливают ноги к пуантам и прочим нагрузкам. — Понятно. Серые глаза выглядели расстроено, но девочка не собиралась падать духом. В конце концов у неë оба родителя преподаватели, а старшая сестра одна из лучших балерин.

***

Занятия ещë не начались, а Меранту уже хотелось обратно домой. — Удачи. — Одетта поцеловав его в щëку, вышла из кабинета. — И тебе. — сказал он в пустой проëм. — Хей, хей, дружище! Вокорбей как и всегда свойственно его оптимистичной натуре, широко улыбался и с радостью встретил друга-тучку. — Гляжу, ты неплохо настроен! Торжественный тон с убийственным взглядом Меранта никак не сочетались, но едва ли это беспокоило Вокорбея. — После обеда зайдите ко мне с Одеттой, надо кое-что обсудить. Величайший балетмейстер всех времëн сделал фирменный жест — закатывающиеся глаза на недовольном лице. Только первый день и уже что-то понадобилось. Боже, ну почему нельзя отматывать время назад?

***

Мадлен с большим интересом поглядывала на учениц. Конечно, наиболее сильное впечатление производили выпускницы. Невысокие, стройные, утончëнные девушки, всегда готовые продемонстрировать свою танцевальную технику. Кажется, к ним не дотянешься, но успокаивает мысль, что при должном усердии есть шанс стать такой же и даже лучше. Молодая учительница вывела первую подготовительную группу. Около пятнадцати девочек стояли по парам, внимательно слушая указания. Мадлен тихонько пристроилась к ним и весьма удачно, новым ученицам собирались провести экскурсию. — Привет. — услышала она позади себя. Невысокая девочка с насыщенно зелëными глазами и угольно-чëрными волосами выглядела приветливо. — Привет. — Волнуешься перед занятием? — А, — Мадлен поджала губы — я не пойду. — Почему? — Я ещë не сдала экзамены. — девочка виновато опустила глаза. — Как тогда ты здесь оказалась? — зелëные глаза смотрели заинтересовано. — Мои родители работают здесь. — Кем? — Балетмейстерами. Девочка на пару мгновений задержала взгляд на новой знакомой и затем добродушно улыбнулась. — Я Эйприл. — Я Мадлен. Они улыбнулись друг другу. Голос учительницы направил их на второй этаж, к балетным классам для старших. Для Мадлен всë это совершенно не ново. В те далëкие времена, когда они с мамой только вышли на работу, она облазила весь театр за две недели. Теперь ей известен каждый уголок не хуже самого месье Дюфура будь он неладен. Она шëпотом рассказывала новой подруге подробности о каждом месте, естественно опуская личные истории. Добравшись до кабинета директора Мадлен тихо попрощалась с Эйприл и тихо ныркнула к крëстному. — Дядя Огюст! — Мадемуазель Мерант! После жарких объятий девочка посмотрела в окно. Кажется, новым ученикам показывают внутренний двор. — Через год и ты там окажешься. — Скорее бы, дядя Огюст. — Уже не терпится? — Да. Я хочу стать как Фелис или мама, я стану успешной балериной! — Несомненно!

***

Фелис вернулась домой вся в слезах. — Дорогая, что случилось? Девушка не ответила. Она вошла в свою комнату и хлопнула дверью. Одетта посмотрела на Луи с Мадлен, оба были в недоумении. — Я успокою еë — сказал Мерант. — Позволь мне — возразила Одетта — тем более сегодня твоя очередь укладывать Мадлен. — Да, папа ты обещал — подтвердила младшая дочь. — Ладно — Луи перевëл взгляд с двери Фелис на Мадлен — пойдëм — он подхватил маленькую непоседу на руки — Что будем читать сегодня? — Ничего. У меня есть к тебе пара профессиональных вопросов. — Так скоро? — удивился Мерант — Конечно. Мне надо знать о своей профессии всë. — Хорошо, хорошо, идëм. Они удалились в соседнюю комнату. Одетта улыбнувшись им в след, пошла к двери старшей дочери. — Милая, можно войти? Женщина ничего не слышала кроме всхлипов. Она осторожно открыла дверь и вошла. Девушка сидела на кровати, плача в подушку. Одетта присела рядом и обняла еë. Фелис уткнулась ей в грудь отчего блузка быстро намокла. Бывшая прима гладила еë по спине, изредка целуя в макушку. Постепенно истерика стала отступать — Они считают, что у меня маленькая грудь и постоянно смеются. Женщина в удивлении изогнула бровь. — Это же догадаться надо было. — Одетта вздохнула — Милая, не слушай их. — она приподняла лицо девушки, чтобы видеть еë глаза — Они просто завидуют тебе. Ты делаешь столько невероятных элементов, да и начала то всего шесть лет назад, а они с семи лет не могут сделать так хорошо как можешь ты. — Но ведь это не моя вина! — возмутилась Фелис. — Конечно, не твоя. — заверила женщина, убирая прядь волос с лица дочери — К сожалению, есть такие люди, которые вместо того, чтобы работать над собой начинают придираться к другим, пытаясь ослабить их морально. Хуже, что их много, и им это удаëтся. — она положила ладони на щëки Фелис и поцеловала еë в лоб — никогда, слышишь ни-ко-гда не слушай этих дураков-завистников. Они пытаются вывести тебя из равновесия, не позволяй им этого, иначе все усилия будут за зря. — Хорошо — девушка нервно вздохнула — как можно было придраться к маленькой груди? — Видимо, больше не за что зацепиться. — Одетта ухмыльнулась — В следующий раз скажи им, что большая грудь для балета не нужна. У маленькой много преимуществ, например, не нужно еë перебинтовывать перед выступлением и репетициями; при тренировках ничего не скачет туда сюда привлекая лишнее внимание и так далее. — А для обычной жизни? — И для обычной она не нужна больших форм. Строго говоря она необходима, чтобы ребëнка выкормить и всë. — Одетта пожала плечами, поглаживая Фелис по волосам — В вопросах красоты всë относительно. Некоторым мужчинам нравится большая, некоторым не очень большая. В любом случае у них это прямая ассоциация с мамой, поэтому они так и падки на эту часть тела. — Странно. — Фелис нахмурилась. — Так уж природа решила: они любят глазами, мы ушами. Поверь мне если любой женщине сказать искренне ряд комплиментов она быстро расцветëт. Мужчине важна внешность, из-за чего временами они смотрят чересчур оценивающе. — Поэтому ты ведëшь юношеский кордебалет, а папа девичий? — Не знаю, дорогая. — Одетта задумалась — Наверное из этичных соображений, так солидарности будет меньше. Мужчине ни одна воспитанная мадемуазель не скажет о своих болях внизу живота. С юношеским кордебалетом, мне кажется, исходят из того же принципа. Красивой женщине они не скажут о проблемах и будут работать на пределе своих возможностей. — Скажи, — Фелис зевнула, почти засыпая от притяных поглаживаний по голове — тебе тоже завистницы говорили гадости? — Конечно. Мне тоже говорили про грудь, но это как-то быстро ушло. Зато потом стали твердить какой у меня ужасный нос. — Нос? — глаза девушки удивлëнно возрились на мать. — Да. — просто ответила Одетта — Якобы он слишком велик для девушки и никто на такую не посмотрит всерьëз. — Мне нравится твой нос, он очень красивый. — Спасибо. — женщина улыбнулась. — Как ты решила эту проблему? — сонно спросила Фелис. — Сначала я огрызалась, потом мне это так надоело, что я пошла к доктору. Он сказал: «Девушка, успокойтесь. С вашим носом всë в порядке. Он нормально функционирует, а форму не вы же выбирали это не исправить. Не слушайте этих дур набитых, лучше найдите себе такого же кривоносого парня и радуйтесь с ним». — Одетта засмеялась — кто же знал, что врач ещë и прорицателем окажется? Фелис тоже засмеялась, ухватившись за живот. — Надо же, как в воду глядел! — И не говори… Самое интересное, что парни никогда мне про мой нос ничего не говорили. — Чего смеëтесь? — в проëме стоял Мерант. От его чуть потрëпанного вида они стали смеяться ещë больше. — Так что не переживай. Женский язык зол и завистлив во многом, найди в себе силы его не слушать. — Фелис крепко-крепко обняла женщину — Ладно, прекращаем. Завтра всем на работу. — Одетта, поцеловав Фелис в лоб, поднялась с кровати — Спокойной ночи, дорогая. Мерант обнял девушку и тоже пожелав спокойной ночи вышел вслед за женой. Они прошли в спальню. — Так что случилось? — Снова завистники, теперь всë отлично. Как Мадлен? — Спит без задних ног. Познакомилась с новой ученицей, Эйприл. Она побольше рассказала ей о театре, разумеется, без особых подробностей откуда ей это известно. — Отлично. — Мне кажется, ты не очень рада тому, что Мадлен хочет в балет. — Внезапно я осознала, что ей будет сложнее всех нас. — Откуда такие выводы? — Ей постоянно будут напоминать, что она наша дочь. Может ей взять фамилию Фелис? Мужчина бережно взял еë лицо в ладони и мягко поцеловал. — Давай решать проблемы по мере их поступления. Уверен, Мадлен справится, мы в любом случае поддержим еë и поможем. — Я знаю. Серые глаза всë равно выглядели грустно. — Вспомни Розитту. Она племянница именитой Этель Маури, но это не помешало ей построить свою блистательную карьеру. — Ты прав. Отвлекаясь от неприятных раздумий, Одетта страстно поцеловала мужа, обнимая за шею. — Люблю тебя. — прошептала она сквозь поцелуй. — Я люблю тебя больше. — ответил Мерант, стягивая с неë блузку. — Не думаю. — возразила она, растëгивая пуговицы на его рубашке. — Не думай, — он стал целовать еë в области шеи, спускаясь всë ниже — просто знай. — Ладно, — Одетта томно вздохнула, чувствуя крепкие мужские руки на талии — сдаюсь. Ты любишь меня больше, — она прильнула к его губам — но я сильнее. — Вот ведь вредная — заворчал Мерант. — Зато вся твоя. Величайший балетмейстер всех времëн будто ждал этих слов, поднял горячо любимую женщину и переместил на кровать.

***

— Мадлен, ты скоро? Все уже собрались — позвал младшую Мерант. — Бегу, папа! — девочка вышла с мишкой в руке, села рядом с Фелис и протянула ей игрушку. — Это тебе. Балерина захлопала глазами, беря мишку себе. — Зачем? Это же твой любимый мишка. — Я подумала, что, когда мне плохо, он всегда помогает. Уверена, он и тебе поможет. Забери себе. — Но это же твоя любимая игрушка — пыталась отказаться Фелис. — Мне для сестры не жалко. — просто ответила Мадлен — Тем более — она невинно улыбнулась — мама может связать мне нового. — Вот хитрюга! — наигранно обиженно посмотрела на неë Одетта. — Это всë твои гены! — глаза бывшей примы расширились. Мерант и Фелис громко засмеялись. — Да-да. — не отсупала маленькая непоседа — Всë равно — она приблизилась к женщине и посмотрела с укором — кто-то обещал научить меня вязать. — Но — Одетта растерялась — мишку вязать сложно, нужно начать с чего-то попроще. — Тогда начнëм с простого. А потом я и сама себе мишку свяжу. — Она залезла маме на колени — Фелис, а Виктор сегодня придëт? — Собирался. — девушка прищурилась —А тебе он зачем? — Он обещал меня покатать. Он, конечно, не такой большой как папа, но тоже классно катает. — Мы хотели прогуляться… — Фелис задумалась — а впрочем можем и тебя взять с собой. — Правда? Ура! Ура! Мама — она положила ладошки на скулы Одетты — отпусти меня, пожалуйста, с ними! — Не надолго можно — Одетта поцеловала дочь в лоб — но потом сразу спать. — Ладно, — девочка насупилась — но тогда я тебк расскажу про Эйприл. — Договорились. Мерант посмотрел на часы, завтрак пора заканчивать. — Пора собираться. Все дружно встали из-за стола навстречу новому дню.