Вальс с Ромашкиной

      Дверь в квартиру громко захлопнулась. Маша, скинув на пол кроссовки, — чёрные и «тоскливо-классические», которые в итоге купила, несмотря на драматические взгляды и вздохи Вани, — буквально впорхнула в прихожую.       — Умка, я дома! Где мой лучший мальчик?       В ответ из глубины коридора донёсся топот когтистых лап по паркету, и через секунду на Машу, виляя хвостом-метлой, налетел пушистый ком. Умка бодро принялся тыкаться мордой в сумку, явно надеясь найти там хоть крошку еды.       — Не там ищешь, обжора, — засмеялась Маша, почесав пса за ухом. — Сегодня у нас не бутербродный, а романтический день! Ты не представляешь!       Маша плюхнулась на кровать, всё ещё не в силах стряхнуть с себя очарование прошедшего дня. В голове проносились кадры самого весёлого и немного дурацкого фильма: томные взгляды Миланы и Эльдара над одним стаканом капучино, их синхронные улыбки на фоне дурацких носков и финал — они вдвоём на лавочке в мягких сумерках.       «Сводничество высшей лиги, Ромашкина!», — похвалила себя Маша и, перевернувшись на спину, уставилась в потолок.       Нужен был партнёр, единомышленник, соучастник преступления. Тот, кто поймёт без лишних слов. Маша схватила телефон и пролистала список контактов, остановившись на «Ваня Птицин (школа/танцы/сосед по несчастью)». Нет, надо что-то посерьёзнее. Она с хитрой улыбкой отредактировала имя: «Птицин (Роза Сябитова)». Идеально.       Пальцы побежали по клавиатуре, выстукивая сообщение, полное восклицательных знаков и стратегического задора: «Птицин, приём! Ты ещё не вырубился? Гении не спят — они планируют! Только что прокрутила в голове сегодняшний день и поняла: мы не просто гении, мы Моцарты в мире сводничества! Моцартам нужен новый хит. Слушай сюда план на понедельник. В школе после уроков мы «случайно» организуем мозговой штурм по… э-э-э… по экологическому проекту для фестиваля! Приглашаем, естественно, наших подопытных голубков. А потом — внимание! — я «вспоминаю», что мне СРОЧНО нужно забрать из ремонта наушники в ТЦ через дорогу (я их, кстати, и правда сломала, так что не вру). Мы с тобой срываемся туда, а им поручаем дописать тезисы. Оставляем их в полной тишине и уединении библиотеки! Гениально? Гениально. Отвечай, не молчи!».       Маша отправила сообщение и, отбросив телефон, закрыла глаза, но вместо образа Миланы и Эльдара всплыли собственные ощущения... Вспомнился не возмущённый крик по поводу одеяния Птицина в кровати, а странное тёплое чувство, когда она проснулась и несколько секунд просто смотрела на него: на расслабленное лицо и глупую улыбку, которая появлялась даже во сне. «Признайся, я суперкрасавчик», — сказал он потом и, чёрт возьми, был прав.       Затем в голове вспыхнул спор в магазине по поводу розовых кроссовок. Горящие азартом глаза парня, когда он размахивал ими, словно флагом сумасшедшей страны под названием «Ваня Птицин». Его смех — громкий и заразительный, от которого на губах Маши непроизвольно расплывалась улыбка, даже когда она пыталась хмуриться. Умение Вани перейти от дурашливости к внезапной неловкой заботе: «Ромашкина, давай сюда пакет: негоже леди таскать тяжести — я как твой партнёр по танцам запрещаю физические нагрузки до наших тренировок».       Партнёр. Это слово зацепилось в сознании и зажгло маленькую тревожную лампочку. Они были партнёрами. По танцам. А танцы — это близость. Это доверие. Что, если все дурацкие планы, перешёптывания и общие секреты — просто… продолжение танца? Только уже не в зале, а в жизни. И куда ведёт этот танец? Стоило ей подумать об этом, и по спине пробежали мурашки, странные и щекотные. Маша открыла глаза и уставилась в потолок. Умка на лежаке сладко посапывал.       «Что я чувствую к нему?», — тихо спросила она себя и вместо чёткого ответа получила калейдоскоп: раздражение от его бесцеремонности, восторг от его поддержки в их безумной миссии… и непонятная сосущая пустота под ложечкой, когда они разошлись у её подъезда по домам.       Телефон на одеяле вздрогнул и замигал, разрывая ход мыслей девушки.       Птицын (Роза Сябитова): «Ромашкина, мы разошлись буквально полчаса назад, а ты уже мне пишешь. Неужто настолько сильно я запал в твою душеньку, что совсем не можешь прожить без меня? Ладно, ближе к делу. Библиотека + срочный уход = классика жанра! БЕРЁМ НА ВООРУЖЕНИЕ. Одно «но»: если мы сбегаем за твоими наушниками, нам нужно будет вернуться с КОФЕ для всех, чтобы закрепить результат и посмотреть на их смущённые рожицы, пока они сидят вдвоём среди пыльных фолиантов. Я в деле. Иди отдыхай, главный стратег, в понедельник нам светить на олимпе сводников!».       Маша прочитала сообщение, и глупая неконтролируемая улыбка снова расползлась на лице. Она прижала телефон к груди, чувствуя, как по щекам разливалось тепло.       «Куда ведёт этот танец? — снова подумала она, глядя на светящийся экран. — Пока не знаю, — мысленно призналась себе. — Но, кажется, я очень хочу это выяснить».       На лежаке Умка, словно одобряя и планы, и смятение, громко и блаженно вздохнул во сне.       Воскресное утро ворвалось в комнату Маши резко и неожиданно. Проснулась она не от будильника, а от того, что Умка, считая, что пора начинать день, прыгнул на кровать и начал с бешеной любовью облизывать лицо хозяйки.       — М-м-м… ещё пять минут, — пробурчала Маша, зарываясь лицом в подушку, от которой всё ещё пахло… им?..       Она резко открыла глаза. Нет, ей это показалось. Пахло просто чистотой и шампунем.       «Стоп! — мысленно крикнула она себе. — Воскресенье. День анализа и стратегии. Фокус на миссии!».       Первым делом — связь с «объектом наблюдения номер один». Маша потянулась к телефону, который мирно заряжался на тумбочке, напечатала сообщение: «Милка, солнце, ты жива? Проснись и пой! Мне срочно нужен детальный отчёт по вчерашнему мероприятию. По шкале от «мило поболтали» до «я уже выбрала имя нашим первенцу» — и, немного подумав, отправила подмигивающий смайлик.       После этого Маша устроилась поудобнее, приготовившись к подробному и, как она надеялась, полному смущённых смайликов ответу, представляя, как Милана, краснея, описывает галантность Эльдара и их идеальную совместимость.       В это время на другом конце города Милана уже давно не спала. Сидя на балконе с чашкой какао, она пыталась разорваться между двумя чатами: с Машей и новым контактом «Эльдар (Сообщник по добрым делам)».       В чате с последним кипела работа стратегического штаба.       Эльдар: «Итак, коллега, я провёл разведку. Ваня только что прислал мем про двух пингвинов, которые толкают друг друга в лужу, с подписью «Это мы с Ромашкиной завтра в школе». Настроение боевое. Они точно что-то задумали на завтра».       Милана: «Отлично, значит, наше контрнаступление как никогда актуально! У меня созрела гениальная, немного коварная, но очень романтичная идея. Завтра у них тренировка. Что, если мы… обеспечим им приватную обстановку после неё? Спортзал к семи вечера пустеет. Охранник — дядя Витя — в это время всегда пьёт чай в будке и смотрит сериалы. Если кто-то — например, мы — «случайно» прикроет дверь, а потом — совершенно ненамеренно — щёлкнет выключателем на щитке в коридоре…» *стикер с бесёнком*.       Эльдар: «Ты хочешь запереть их в тёмном спортзале?! Милана, это гениально! Во-первых, атмосфера. Выключенный свет, тишина… Прямо готовые декорации для признания. Во-вторых, практическая польза: Ваня почувствует себя обязанным её защищать/успокаивать/не дать умереть от страха. А это… сближает».       Милана: «Именно! И есть ещё один нюанс… Маша панически, до дрожи в коленках боится темноты с детства. Она этого стесняется, и никто об этом не знает, кроме меня. В полной темноте Маша цепенеет. Ей нужен будет кто-то, за кого можно держаться. Или кто-то, кто будет держать её...» *стикер с невинными глазами*.       Эльдар: «О, это уже не просто гениально, это стратегический шедевр! Ты соединила уязвимость и героизм. Берём на вооружение. Мой вклад: я знаю, где щиток и как отвлечь дядю Витю. У него слабость к пирожкам моей мамы с капустой. Завтра я буду как раз с порцией. План «Тёмный зал» вступает в силу. А теперь иди успокой бедную Машеньку: она мне уже прислала три сообщения, полные материнской заботы о наших мнимых чувствах».       Милана, едва сдерживая довольный смех, переключилась на чат с Машей. На её лице мгновенно появилось выражение растерянной, слегка взволнованной девочки. Она даже прикусила губу для пущего эффекта, хотя рядом никого не было.       Милана: «Маш… ты не поверишь. Я сама до сих пор не верю. Вчера… это было что-то нереальное. Мы с Эльдаром… мы так много говорили. Обо всём. Оказывается, он тоже обожает старые фильмы, ненавидит оливки и мечтает увидеть северное сияние. Это же… знаки судьбы?».       Маша, прочитав это, аж подпрыгнула на кровати, чем разбудила задремавшего было Умку.       Маша: «ЗНАКИ!!! Это не просто знаки, это целая азбука Морзе, вышитая крестиком на фоне северного сияния!!! Милка, я так счастлива! А что он? Он что-нибудь говорил? Намекал? Смотрел томно?».       Милана: «Не знаю, Маш… Я вся в сомнениях. Может, он просто очень воспитанный и милый со всеми, а я тут с внезапно нахлынувшими чувствами... Что мне делать-то? Я даже не знаю, как себя с ним вести завтра в школе… Боюсь показаться навязчивой» *стикер с грустным котёнком, закутанным в плед*.       Маша ощутила прилив почти материнской — а точнее, опытной свахи — заботы. Её подруга была в смятении! Влюблена! И так трогательно беспомощна! Это был идеальный момент для руководства и поддержки.       Маша: «Милка, успокойся! Во-первых, он не смотрел томно просто так. Ни один парень не будет томно смотреть на девушку, если она ему безразлична. Это биология, я читала! Во-вторых, ты — огонь! Какая навязчивость?! Завтра в школе мы всё организуем! У нас с Птициным уже есть план: мозговой штурм в библиотеке и наш тактический уход. Это даст вам время и пространство. Главное — будь собой. Ну, можешь быть на 15% загадочнее и на 20% чаще улыбаться. Всё будет ОК, я тебе обещаю!».       Отправив ободряющее послание, Маша откинулась на подушку с чувством полного удовлетворения. Её подруга на крючке! Миссия почти выполнена! А в голове пронеслась крамольная мысль: «Интересно, а что Птицин сейчас делает? Может, тоже строит коварные планы? Или спит, растрёпанный и милый…». Она тут же прекратила размышления, похлопав себя по щеке. «Фокус, Ромашкина, фокус! Ты — мотор и мозг операции «Сердечный синхронос»!»       А Милана, получив её сообщение, с трудом сдержала хохот, скопировала последнее сообщение Маши и скинула его Эльдару.       Милана: «Видишь? Наша овечка наслаждается ролью пастуха. Она полностью купилась. Говорит, у них с Ваней уже есть план на завтра: библиотека и их уход. Ха! Пусть себе думают, что это их идея. А мы тем временем приведём в действие НАШУ».       Эльдар: «Ирония судьбы: они неожиданно оставляют нас в библиотеке, а мы тем временем загоним их в тёмный спортзал. Красота. Команда «Ложные влюблённые» работает безупречно» *стикер в солнцезащитных очках*.       Милана: «Встречаемся завтра в школе и для видимости томно вздыхаем, а на деле — координируем удары. Пирожки не забудь для дяди Вити!».       Эльдар: «Не забуду. И фонарик на всякий случай для нас, чтобы потом их «спасти» в самый кульминационный момент. Удачного дня, соучастник преступления».       Милана: «И тебе, соратник!».       Милана отложила телефон и сделала глоток остывшего какао, глядя на утреннее небо. На душе было необычайно светло и весело. Впереди был день, полный секретов, притворства и — она была в этом уверена — настоящей романтики. Только не для неё и Эльдара, а для двух упрямых, талантливых и совершенно слепых идиотов, которых они так искренне пытались свести.       «Держись, Ромашкина, — пожелала она подруге. — Завтра твой страх перед темнотой может обернуться самым ярким светом в твоей жизни».       А Умка у ног Маши сладко посапывал, всем своим собачьим нутром чувствуя, что пахнет не просто воскресеньем. Пахнет большой авантюрой.