Письма для Олафа

Я знал, что беременность – это нелегко, но я бы сказал, что в моём случае всё как-то очень уж сложно. Наверное, первое изменение, которое я ощутил – изменение настроения. Ещё толком не имея очевидных признаков беременности (вроде заметного через одежду живота), я стал очень тревожным. Это было что-то подсознательное, я не мог определить точную причину своих волнений. Уснуть становилось всё сложнее, теперь я мог спать только в присутствии одного из моих альф. Когда я стал просыпаться посреди ночи и потом безуспешно пытался уснуть, было решено выписать мне успокоительное. Травмированные моим несостоявшимся самоубийством, альфы тщательно контролировали приём всех лекарств. Я мог бы обидеться на такой их тотальный контроль, но они переживают не меньше моего. В нашей спальне теперь постоянно царил бардак, в особенности на кровати. Поскольку случалось так, что мне приходилось остаться на какое-то время одному, в попытках успокоиться я инстинктивно пришёл к своеобразному гнездованию. Моё желание окружить себя запахом любимых было настолько огромным, что я терялся на кровати среди одежды альф. Никогда не забуду их первую реакцию на моё такое поведение, это было крайне мило и забавно. А на следующий день мне принесли побольше подушек и пледов, вот теперь получилось совсем гнездо. Я так счастлив спать в нём, устроившись между двумя тёплыми сильными телами. Чем больше становился мой живот, тем чаще я замечал Корнафа, методично изучающего материал о беременности и детях. Как самый спокойный и рассудительный из нас троих, он старался всегда быть готовым по максимуму и не показывать своё беспокойство. Пока один будущий отец был занят книгами и статьями, меня всячески тискал и развлекал Авила. Он часто разговаривал со мной о будущем ребёнке и я ни разу не заметил в нём зависти или грусти. Я ничуть не сомневаюсь, что этого ребёнка он будет любить как своего собственного, но всё же мне очень хотелось бы подарить малыша и ему. А ещё я стал сильнее хотеть его метку, вторую. До этого так и не дошло и у Авилы я не замечал признаков наступающего гона. Надеюсь, с его здоровьем всё хорошо. Мой срок уже достаточно большой, чтобы из-под свободной одежды выпирал животик. Альф это умиляет, а мне от себя самого некомфортно. Точнее, от моего тела. Я стал очень ленивым и неповоротливым, мои бёдра достаточно сильно округлились, в то время как плечи стали ещё костлявее, грудь немного увеличилась и стала значительно мягче и чувствительнее, что порой доставляет мне не малый дискомфорт в повседневности. Молчу уже про свой вечно уставший и замученный взгляд и спутанные волосы. Не понимаю что со мной. Я полностью окружён заботой, по большей части ничего толком не делаю и сплю, откуда такая усталость? Я бы хотел, чтобы альфам не казалось, что мне очень тяжело, я хочу показать им всю свою радость, но все улыбки получаются вымученными. Хоть я и беременнен от Корнафа, мне катастрофически мало их обоих. Все новые вышеперечисленные сомнения в своей привлекательности не помешали мне стать одержим поцелуями. Я серьёзно, мне так приятно и стыдно, и неловко каждый раз, но без них я просто не могу. Хочу и всё. Стыдно говорить, но наверно на моём теле не осталось мест, которые не поцеловали минимум раз десять. И каждый наш такой сеанс сопровождается непрерывным нежным наглаживанием моего пуза. Никто из них не хочет пропустить ни одного пинка нашего маленького чада, который уже вот-вот будет готов к рождению. Моя тревога от беременности сменилась новой – как мне теперь стать хорошим родителем? В мыслях и статьях нет никаких особых сложностей, на первый взгляд, но на самом деле это огромная ответственность. Во всяком случае, сначала мне предстоит пройти очень тяжёлый и важный этап – само рождение ребёнка. Я боюсь не справиться, боюсь, что что-то пойдёт не так, боюсь расстроить альф (и мне не важно чем: ребёнком, не императорской внешности, или несчастным случаем). Я давно уже понял, что ничем не могу расстроить их, особенно в мало чем зависящих от меня обстоятельствах, но всё равно сейчас страшно. Осталось не так много, скоро моя новая жизнь кардинально изменится.