Я не могу...

— Блядь! Чёртова полка! — не обращая внимания на грязную ругань, голубоглазая девочка готовит на кухне, но на лице еë видна еле заметная улыбка, ведь такое утро для неë стало привычным ещё две недели назад, когда они с Заком только начали жить в этом старом доме некогда принадлежавшем пожилому мужчине, приютившему юного Айзека. Ка это ни странно, но именно Фостер решил взяться за ремонт этого дома, поэтому теперь в его руках чаще всего оказывались именно строительные инструменты. Например, вчера он решил починить полку, упавшую под тяжестью книг. Полдня потратив на то, чтобы узнать как это делается (не без помощи Рей, конечно), а вторую часть дня угробив на поиск инструментов и уборку сарая, в котором эти самые инструменты лежали, Зак послал всё и вся в одно место и лëг спать, дав Гарднер обещание, что всё сделает завтра. Ну вот это завтра и настало. Впрочем, полку его попросила прибить светловолосая, потому что книги удобнее брать с полки, а не с пола, не так ли? Вынурнув из своих мыслей, светловолосая аккуратно накрыла сковородку крышкой, и уменьшив огонь плиты, неспеша направилась к киллеру. — Сука! — нервы парня явно на пределе: полка никак не хотела нормально висеть. — Ну почему она постоянно падает! — Зак, — спокойно зовёт его Рейчел, параллельно дергая рукав его кофты. — Чего тебе? — недовольно, но сдержанно проговорил бывший маньяк. — Завтрак готов, — приулыбнулась Гарднер, увидев в его глазах проблески радости и благодарности. — Спасибо, Рей, — с улыбкой благодарит еë темноволосый после еды. — Было очень вкусно. — Зак, — несмело улыбнувшись ему в ответ, начала девушка. — Да? — недоуменно спросил бывший хозяин этажа В6. — Тебе помочь с полкой? *** — Вот так удобно? — раз наверное в пятый интересуется парень, примеряя полку под рост голубоглазой. — Теперь да, — кивает она, а после придерживает эту несчастную полку, чтобы Фостер мог еë нормально прибить. *** «Кажется, это и есть то, что люди называют идиллией… " — думает Рей, аккуратно накрывая уставшего и уже спящего на диване Зака старым тёплым пледом, найденным в одном из шкафов. «Если вся жизнь будет, как этот день, то и умирать даже уже не хочется», — проносится в еë мыслях, а еë саму прошибло током от этого осознания. Она хочет жить, хочет, но только с одним лишь условием: чтобы эта идиллия не кончалась никогда…