Холод и вкус теплой пищи

Ши Цинсюань уже понял, что демон не собирается его мучить, хотя бы в физическом плане, иначе не стал бы присылать прислугу с лекарством. И все равно странное ощущение не покидало грудь мужчины, поэтому он продолжал недоверчиво вглядываться в каждое движение, ожидая подвоха. Но пока Хэ Сюань не проявлял излишней враждебности, лишь словами иногда кололся. Хэ Сюань осмотрел флакон с жидкостью и снова нахмурился, показательно выдохнув. — Ты не принял лекарство? — спросил он, подходя к ближе к сидящему на краю кровати Цинсюаню, держа в руках флакон и ложку. — Да, — прикусив губу, ответил он. — Я… Я не хочу быть тебе обузой… В общем, я все-таки думаю, что мне тут не место. Мне стоит уйти. — Ты говоришь так потому, что действительно так думаешь, или тебе неприятно находиться со мной? Цинсюань действительно задумался. Несмотря на то, какую боль ему причинил Хэ Сюань, даже после осознания этого он не мог ненавидеть его так сильно, чтобы чувствовать отвращение при взгляде на демона. Мысленно он его даже простил, хоть Хэ Сюань забрал единственное, что у него было. Ши Уду не был белым цветком, что легко гнется под дуновением ветра. Если бы его и можно было с чем-то сравнить, то с клинком, в один момент защищающим самое сокровенное, а в следующем бою безжалостно забиравшем чужие жизни, не имевшие никакого отношения к перепалке. Такое представление о брате он получил в тот день, и до сих пор оно казалось ему слишком ненастоящим. Поэтому он решил, что, раз брата с ним рядом больше нет, то он будет помнить лишь все хорошее, связанное с Повелителем Вод. В любом случае, вся ситуация, в которой оказался главным персонажем именно Ши Цинсюань, к своему глубокому сожалению, оставила на нем неизгладимое впечатление, из-за чего он до сих пор испытывал некоторый страх рядом с Хэ Сюанем. До такой степени, что Цинсюань сначала испугался демона, боясь, что он захочет продолжить мстить. Но, так как Черновод пока не дает поводов для излишнего беспокойства, то Ши Цинсюань может расслабиться. Получается, что дискомфорта он рядом с Хэ Сюанем, как такового, не испытывает. И поэтому… — Я правда думаю, что не нужен здесь, — твердо ответил Ши Цинсюань. — Хорошо, — Черновод ответил на удивление спокойно, — тогда уйдешь после того, как избавишься от ран. «Так просто?», — подумал Повелитель Ветров, не на шутку изумившись. Получается, что Демон Черных Вод просто привел его к себе, чтобы залечить рану и отпустить?.. — Но это обязательное условие, понял? — четко произнес демон, откупоривая бутылочку и наливая в ложку жидкость. Он поднес ее ко рту Ши Цинсюаня, и тот послушно проглотил. На вкус сладко, что было странным, учитывая, что это лекарство. — Почему ты хочешь меня вылечить? — спросил Цинсюань, неотрывно наблюдая, как Хэ Сюань кладет предметы обратно на столик. — Для чего? — Много болтаешь, — ответил ему он, развернувшись спиной и собираясь уходить. — Спи лучше. — Молодой господин Хэ! — внезапно воскликнул Ши Цинсюань, заставляя его обернуться. — Что? — Черновод посмотрел через плечо и словил милую квадратную улыбку Цинсюаня. — Спокойной ночи. — Ага, — сказал ему Хэ Сюань, закрывая за собой дверь. На утро Ши Цинсюань правда почувствовал себя легче, а обычная утренняя боль перестала быть невыносимой, так что он сам решил отправиться умыться. У двери его перехватил демоненок, очередной молодой умерший, которого он видел вчера. — Молодой господин Ши, вот и вы, — сказал он приветливо, хотя улыбка не трогала его губ. — Хозяин просил вам передать, что вы можете свободно передвигаться по его владениям. К сожалению, сам он сейчас занят, поэтому я помогу вам и проведу, куда пожелаете. «Ох, достаточно предусмотрительно. Спасибо, молодой господин Хэ!», — про себя поблагодарил Черновода Повелитель Ветров, и сразу же лениво улыбнулся. — В таком случае, могу я попросить вас показать мне, где я могу искупаться? — Да-да! — быстро выпалил демон, и начал шагать вперед по коридору так, чтобы у Ши Цинсюаня не было проблем его догнать. — Мы ждали, пока вы проснетесь, и думали, что вы первым делом захотите искупаться, поэтому все уже почти готово. — В отличие от молодого господина Хэ вы более энергичные и разговорчивые, — вслух подметил парень, рассматривая стены и украшения. — Скажи, как тебя зовут? — Разве заслуживаю я быть названым вами по имени? — Я хочу подружиться с тобой, поэтому настаиваю на том, чтобы ты сказал мне свое имя. — Раз молодой господин Ши желает… Называйте меня Вэй Фан. — Что ж, сяо Вэй, — Цинсюань нагнал его и шел нога в ногу, — приятно познакомиться поближе. — Я очень рад этому, молодой господин Ши. «Опять молодой господин!», — разочарованно выдохнул Повелитель Ветров, — «Ладно, пусть уж зовет так, как ему заблагорассудится». Они остановились у очередной двери. Демон остановился, показывая, что они достигли пункта назначения и дальше Ши Цинсюань идет один в купальню. Пока Ши Цинсюань сидел в бочке с теплой водой, волосы его распределялись по воде, намокая, тяжелея и погружаясь, чуть темнели. Волноваться об одежде не пришлось — Хэ Сюань позаботился и об этом. Удивительно, но Цинсюаню казалось, будто Черновод пытается выстроить с ним прежние отношения. Такие же, как у Повелителя Ветров и Повелителя Земли, только теперь демон может показать свое могущество во всей красе. От этих мыслей Цинсюань посмеивался. Он считал это неправдой, глупостью, стыдился того, что посмел подумать так о том, кто собственноручно убил его родного брата. Самое неприятное из всего этого был факт того, что Ши Цинсюань действительно хотел, чтоб это стало правдой. Чтоб Хэ Сюань был неравнодушен к нему. Хотя мужчина не хотел этого признавать, он очень дорожил теми взаимоотношениями. И даже сейчас, после всего, что сотворил Хэ Сюань для мести, он не может желать повторной смерти демону, который должен быть его врагом номер один. Ши Цинсюань не такой человек. Он не был похож на Линвэнь, постоянно работающую, вознесшуюся благодаря не самым правильным действиям. Он не был похож на Пэй Мина, ловеласа, по которому страдают многие женщины. Он не был похож на Се Ляня, чистого, как драгоценные камни, вознесшегося благодаря своим способностям. Он не был похож даже на своего брата. Ши Цинсюаню всегда казалось, что он прекрасно вписывается в компанию остальных небожителей, и лишь после того, как он сошел в мир смертных, он понял, как далек был от других небесных чиновников. И таким же оказался Хэ Сюань. Он не вписывался среди других, но прекрасно понимал, почему. А Ши Цинсюань не понимал. Это было их главное различие как небожителей. Надев приготовленный наряд, Ши Цинсюань нашел в той же комнате зеркало и осмотрелся. И, хоть черный не был его самым любимым цветом, все-таки что-то в новом образе Повелителя Ветров было манящее, и он решил, что поблагодарит хозяина Черных Вод за такую заботу. Облаченный в черное, он медленно скитался по широким пустынным коридорам, ища, чем занять себя. Ши Цинсюань решил не тревожить остальных слуг и отослал их прочь. Долгое время он бесцельно блуждал по поместью и заглядывал во все комнаты, надеясь отыскать хоть какое-то развлечение, пока не наткнулся на помещение, в котором не было света. Ни одной свечи не было зажжено, а дверь открыта. «Раз уж молодой господин Хэ позволил мне изучить каждый уголок, то я воспользуюсь этим разрешением в полную силу», — подумал Цинсюань, медленно отворяя дверь. Он зажег остальные свечи при помощи тех, что стояли в коридоре по дороге, и с первым огоньком сразу стало понятно, что это за комната. «Покои хозяина», — подумал Повелитель Ветров, окидывая взглядом широкую кровать. Шкафы, сверху донизу набитые различными предметами — книгами, артефактами, украшениями, — были из темного дерева, как и вся мебель. Комната Черновода была подстать его титулу. Ши Цинсюань провел рукой по изящному изголовью кровати, вспоминая свои собственные покои. Он тихонько вздохнул и уже решил было уходить, кинув взгляд в последний раз на полки стеллажей, как одна маленькая вещица полностью приковала его внимание к себе. Заколка. Точь-в-точь как у него раньше! Она была скрыта из виду со стороны двери, и рассмотреть ее можно было лишь со стороны кровати, особенно у изголовья она цепляла взгляд. Не думая, Ши Цинсюань подбежал и взял ее в руки. Не веря своим глазам, он вертел ее туда-сюда, но не нашел никаких отличий. Все свои украшения Ши Цинсюань, на удивление, помнил в мельчайших деталях, потому как они были невероятно искусными и красивыми. «Это ведь точно она!», — недоумевал Повелитель Ветров, положив заколку на раскрытую ладонь, — «Но зачем же она здесь? Почему у Хэ Сюаня?». Он хотел было примерить ее, но тут же опомнился — а ведь он берет ее без разрешения! — и положил на место. Терзаемый сомнениями насчет безделицы, он, потрясенный, в спешке вышел из комнаты. Он совсем перестал понимать, что к чему, и погрузился с головой в мысли. Лишь когда демон потянул его за рукав, он откликнулся. — Молодой господин Ши, завтрак уже давно готов, — Цинсюань огляделся и попытался вспомнить, как именно сделал целый круг, — хозяин ждет вас. — Меня? — переспросил Ши Цинсюань, в удивлении широко распахнув глаза. — Д-да, пойдем тогда скорее. Пройдя в зал, он встретился глазами с Хэ Сюанем, мирно сидящем на своем месте. Лицо его ничего, кроме сдержанности, не выражало, и Ши Цинсюаню было отнюдь нелегко разгадать ход мышления Черновода в нынешних условиях. Он до сих пор мысленно находился в той комнате и в памяти разглядывал заколку. В какой-то момент Повелитель Ветров даже усомнился в своих воспоминаниях, полностью отвергая идею того, что Хэ Сюань сохранил или нашел заколку специально для него. Сев на отведенное ему место, Цинсюань какое-то время хранил молчание, прежде чем заговорить. — Молодой господин Хэ, вы ждали меня? — слегка равнодушно спросил он, пытаясь не подавать виду. — Для чего? — Ты мой гость, я выказываю тебе уважение, — медленно ответил Хэ Сюань, взглядом блуждая по только что принесенным блюдам. — Тебе что-то не нравится? Хэ Сюань вскинул бровь, заставив Цинсюаня чувствовать себя неловко. Цинсюань улыбнулся, отведя глаза, лишь только чтобы потом вернуться к разглядыванию Черновода. Тот уже начал есть. Хотя его манеры за столом были прекрасны со стороны, но поедал он неимоверно много, чем часто раньше удивлял своих коллег на Небе. Младшие чиновники всегда знали, что чтобы угодить Повелителю Земли, надо преподнести ему подарок в виде угощения. — Я даю разрешение на то, что ты можешь начинать трапезу без меня, — сказал Ши Цинсюань, накладывая себе в тарелку еды. — Ты необязательно должен ждать меня. Хэ Сюань метнул косой взгляд в сторону Цинсюаня, но тот уже тоже занялся блюдами, поэтому Черновод решил не тратить время на болтовню и спокойно поесть. Стоило всем тарелкам опустеть, как гость и хозяин медленно поднялись со своих мест и направились к двери. Повелитель Ветров шел следом за Черноводом, потому как идти ему, по сути, больше было некуда, тем более, что Хэ Сюань сказал, что свободен после обеда и составит компанию своему гостю. Дойдя до еще одного зала, находившегося на достаточно приличном расстоянии от столовой, Хэ Сюань распахнул дверь, и Ши Цинсюань, до глубины души потрясенный, неотрывно смотрел вглубь комнаты, не смея даже дышать. Комната была примерочной. Все бы ничего, но примерочная была забита ханьфу, а преобладающим цветом был отнюдь не черный. Одежда цвета цин была аккуратно разложена, радуя глаз. Хэ Сюань все ждал хоть какой-то реакции от Повелителя Ветров, но тот стоял, недвижимый. Тогда Черновод осторожно подвел его под руку ближе. Ши Цинсюань, не думая, повиновался движениями демона и пошел вместе с ним, бегая глазами от одного ханьфу к другому. Стоило Хэ Сюаню отпустить его руку, как Цинсюань нежно прижал ее к своей груди, не веря в происходящее. — Молодой господин Хэ… — сглотнув, начал Повелитель Ветров. — Что это…? — Ты сказал, что только с красивой одеждой можно носить те украшения, — тепло улыбнувшись, ответил Хэ Сюань. — Поэтому с утра я отправился за ней. Эта улыбка пробудила неведомое чувство в Ши Цинсюане. Сердце обдало до боли знакомым жаром, как будто тихое пламя свечи, все время стремящееся потухнуть, незримо колыхнулось и подожгло весь особняк мыслей Цинсюаня, пытаясь сжечь его до тла. Парень, переводя взгляд от нарядов к Хэ Сюаню и обратно, продолжал безмолвствовать, лишь слезы медленно покатились из его глаз. Все это было слишком запутано, пугающе привычно и неправильно. Ши Цинсюань, более полутора лет живущий новой жизнью, отрицал любые мысли по поводу Хэ Сюаня. Он тосковал по нему безмерно, так же, как и по родному брату. Если бы кто-то заставил его выбирать между этими двумя, Цинсюань предпочел бы самоубийство. Но Черновод всегда был особенным для него. Он никогда не покидал его сердца, даже после того, что сотворил. И несмотря на то, что Повелитель Ветров безмерно скучал по Ши Уду, внутри он настолько же сильно страдал из-за отсутствия уже такого близкого Хэ Сюаня. Ши Цинсюань, уже после того, как вскрылся обман «Мин И», всегда считал, что Черновод не совсем притворялся. Он не притворялся, когда общался с Повелителем Ветров и давал советы, когда держался с ним за руку, когда ходил в женском обличье, когда разрешал нежно гладить и расчесывать свои волосы, когда проводил с ним время. Он был таким же слегка отстраненным, холодным и грубоватым, но с теплотой заботящимся о тех, кто был ему небезразличен. Потакая почти каждой прихоти Повелителя Ветров, он его, казалось бы, разбаловал. Черновод осторожно подошел к Цинсюаню. — Что-то не так? — в его голосе слышалась чистая тревога и замешательство. Ши Цинсюань еще ни разу не плакал с того момента, как Черновод принес его в свой дом. — Молодой господин Хэ, — парень резко повернул к нему голову, красивые пряди покачнулись в сторону, открывая заплаканное лицо. — Я не достоин. Я глубоко ценю твою заботу, но она порождает странные мысли. — Тогда нам следует поговорить, — Черновод взглядом пригласил Ши Цинсюаня следовать за собой и прошел вглубь комнаты. Парень сжал кусок его рукава и направился следом, опустив красное лицо вниз. Усадив Цинсюаня на кресло, Хэ Сюань сел напротив. Демон смотрел прямо на него. — Я не понимаю, — Ши Цинсюань начал говорить, небрежно вытирая рукавом слезы. — Почему ты делаешь это? Почему так хорошо ко мне относишься? — Потому что я забрал то, что ты любил, — без колебаний ответил Черновод и стыдливо спрятал глаза, как будто бы он испытывал угрызения совести. — Но ты ведь сам этого хотел, — Ши Цинсюань наконец нашел в себе силы взглянуть на Хэ Сюаня. — Зачем жалеть о желанном? — Потому что оно свершилось, но я не почувствовал должного облегчения. Сейчас они разговаривали друг с другом, как старые друзья. Никто на Небесах и не мог бы предположить, что Повелитель Ветров так легко возобновит общение с убийцей брата. Они говорили слишком непринужденно для тех, кого ничто больше не должно было связывать. На самом деле они оба бесконечно тосковали друг без друга, но что сделано, то сделано. Хэ Сюань ненавидел Ши Уду, Ши Уду ненавидел Хэ Сюаня. И лишь Ши Цинсюань считал их обоими близкими, родными. Свою любовь к Ши Уду он мог легко объяснить — брат был с ним с самого рождения, одаривал его вниманием и всячески баловал. А вот свои чувства к Демону Черных Вод Повелителю Ветров сложно было принять. Особенно из-за того, что он их не понимал. Должен ли он его ненавидеть? «Да» — скажут Пэй Мин, Лин Вэнь, Му Цин, Фэн Синь и остальные. Но что бы ответил, например, Се Лянь? И сам Ши Цинсюань раньше ответил бы «да», но прямо сейчас, смотря на нежное, обеспокоенное лицо Хэ Сюаня, ответ застрял бы у него в горле. Он должен, но не может. Не может, потому что что-то внутри мешает. Что-то изначально преградило путь ненависти, которая так и не зародилась в хрупком сердце Цинсюаня. — Тебе чего-то не хватает? — озадаченно спросил мужчина, наконец перестав всхлипывать. — Отчего ты не можешь быть счастлив? — Конечно не хватает. Я думаю, тебе тоже чего-то не хватает, да? «Тебя» — вертелось на языке, но Цинсюань не озвучил мысли вслух. Ему было стыдно, потому что он не был уверен в мотивах Черновода до конца. Но как объяснить поведение Непревзойденного Князя Демонов? Отчего ему захотелось приютить мужчину у себя, дать ему лекарство, одеть и накормить? Разве можно делать это из одних угрызений совести? Ши Цинсюань считал, что можно. — Может, ты примеришь ханьфу? — Черновод попытался вернуться к прошлой теме. — Они все твоего размера. — Да, пожалуй, — Ши Цинсюань встал вслед за Хэ Сюанем и рука об руку побрел рядом. Он решил, что неважно, чего хочет Черновод, он ему это даст. Даже если ему захотелось таким образом поиграться, а потом разбить надежду мужчины окончательно вдребезги, он ему позволит. Он станет кем угодно, только бы помочь заполнить недостающую часть Хэ Сюаня, незаделанную дыру, оставшуюся после мести его брату. Ши Цинсюань до своего побега и низвержения никогда бы не смог поверить в то, что такие мысли будут заполнять его голову.