Причины не общаться с Ференцом Листом

— Мэм, мы не можем вернуть вам деньги, вы досмотрели фильм до конца, — лепетал уже который раз подряд Фредерик, сложив руки за компьютером стойки с билетами. Женщина напротив него скривилась в недовольной улыбке, театрально вздыхая и закатывая глаза, продолжая стоять на своем. — Я Мари Д’Агу, прекратите, пожалуйста, я не настолько стара, — «а по манере поведения еще как», цыкнул про себя Фредерик, стискивая зубы. Первое правило работы с клиентами: не давай эмоциям захлестнуть тебя. — Что-то произошло? Здравствуйте, мэм, — толкнув Фредерика в плечо, отчего тот сморщился, улыбчиво спросил Ференц — друг управляющего и по совместительству лучший работник кинотеатра за последние… Лет пять. Женщина нахмурила брови настолько, что стала похожа на старую бабусю, и это вдвойне смешило бедного Шопена, с усилием стискивающего руки в кулаках за стойкой, чтобы не захихикать открыто. — Да, — сквозь зубы плюнула Мари, повернув голову в сторону Фредерика и глубоко вдохнув. — Этот молодой человек ущемляет мои права, — на что Шопен, кинув просящий, молящий о спасении взгляд в сторону Листа, все так же улыбавшегося теперь уже на юношу, лишь выдавил что-то вроде «это не так», но оказался прерван рукой Листа, выставленной перед его лицом. — Да, спасибо. Я купила билет на фильм, и на нем было написано, что рейтинг 12+. Женщина покопалась в сумке, доставая билет и чуть ли не тыкая им прямо в глаза Ференцу. — Но, несмотря на это, какой вздор! — она подняла руки в разные стороны, хватаясь за голову и качая ей в разные стороны так сильно, что, казалось, та ненароком отлетит. — Мат так и пер из всех щелей! Это невозможно! Я требую возврата денег за билет, он не соответствует прописанному положению! Это незаконно! Ференц еще раз глянул на растерянного Шопена, поправляющего бейджик со своим именем, и, слегка отодвинув его от компьютера, перевел «внимательный» взгляд на Мари, уже покрасневшую от такого негодования. — Я полагаю, все осложняется тем, что вы досмотрели фильм до конца? — мило выдал он спустя несколько минут молчания, когда Мари, подавая признаки жизни, убрала билет в сумочку и облокотилась на стойку, видать, позабыв о своем намерении и строя Ференцу глазки. — Да, это так, но лишь из благих соображений, — ворковала Мари, кидая презрительные взгляды на стоящего рядом с Ференцом Шопена, что так же смущенно потупив глаза в пол. — Понимаю, — посмеялся Ференц, присаживаясь за стул, прикаченный им же от стены, и облокачиваясь на спинку, пытаясь уйти от назойливой женщины. Фредерик попытался вмешаться в разговор, но его руки оказались схвачены еще под стойкой, и он вновь замолк. — Ну так что? — женщина крутила локон на пальце, облизывая губы, отчего Фредерика чуть не стошнило. — Простите, повторю. Вас не устроило то, что в фильме были маты, но вы досмотрели до конца, невзирая на них, и теперь требуете возвращения денег, при том, что в правилах написано: «только если человек вышел из зала раньше, чем через тридцать минут»? Я прав? — Ференц расслабил лицо, что для Фредерика выглядело чертовски мило, хоть и предзнаменовывало беду, а вот для Мари — отвратительно. Второе правило: если те все же захлестнули, не груби. Она рассердилась, топнув ногой и отойдя от стойки, но вернулась назад, видимо, из-за красивых светлых глаз. — Да, это так, — чуть не не стоном вылетело с ее губ. «Пизда», мысленно ответил Фредерик, вращаясь вокруг своей оси. Зря это дело было поручено ему, Ференц все равно добьется своего, чего бы он ни хотел сейчас. Около стойки начали собираться и толпиться люди, развеселившиемся от интересного зрелища: рассерженная дама и пара за стойкой, пытающаяся не вскипеть… Или же?.. — Ну так это пиздец, милочка! — выкрикнул он на весь холл, вскакивая со стула, хлопая Фредерика по плечу и убегая в зал под истошные вопли: «Вызовите управляющего». Но другу управляющего, кажется, плевать на все правила.