Тысячи злых духов выстраиваются в очередь, чтобы признаться мне

Когда двое слуг подхватили «обессилившего» Гу Уцзи под руки, тот сразу почувствовал — что-то не так. Их руки обжигали могильным холодом, а тела казались настолько жёсткими наощупь, что чужое прикосновение ощущалось так, словно Гу Уцзи зажало в каменные тиски. Эти слуги совсем не походили на обычных людей. Да и людьми их назвать язык бы не повернулся. Богатый опыт в общении с призраками подсказывал Гу Уцзи, что эти двое давным-давно мертвы. Для сверхъестественных миров это считалось обычным делом, так что не было ничего удивительного в том, что в локации может повстречаться немало мёртвых людей. Тут каждый второй неигровой персонаж – покойник. Гу Уцзи даже почувствовал горький запах гари, характерный для призраков, встретивших свой конец в пожаре. Невольно в голове юноши промелькнула мысль: «А эти трупы на удивление хорошо сохранились». По дороге к жилым комнатам Гу Уцзи улучил минутку и осмотрелся. Здание особняка даже на первый взгляд казалось довольно ветхим. Возможно, сказались последствия когда-то случившегося здесь пожара, которые не удалось скрыть даже после капитального ремонта дома. Отчего-то в таких местах люди подсознательно чувствовали себя неуютно, а в глубине души поднимался иррациональный страх, который не поддавался никакому логическому объяснению. Но осмотреть дом как следует так и не удалось, спустя всего несколько минут они остановились перед одной из дверей, которая, судя по всему, вела в комнату Фэй Лиси. Убедившись, что Гу Уцзи вошёл, слуги, всё так же не проронив ни звука, его покинули. Сам Фэй Лиси до сих пор так и не появился. Судя по всему, роль хозяина дома и правила этикета не позволяли ему так скоро оставить своих гостей, поэтому Гу Уцзи смог перевести дух в одиночестве. — Полагаю, он не заставит себя ждать, так что не стоит излишне расслабляться, — мысленно приготовившись, Гу Уцзи глубоко вздохнул. Было бы неплохо за это время изучить обстановку, иначе, когда Фэй Лиси вернётся, ситуация может принять худший оборот. С недопониманием со стороны игроков ещё можно смириться, но если сам хозяин дома заподозрит его в предательстве, ничто не помешает ему расправиться с лжецом на месте с самой что ни на есть изощрённой жестокостью. Строго говоря, это задание уже сейчас представлялось ему гораздо сложнее, чем все предыдущие. Разумеется, Гу Уцзи не сомневался, что отточенные годами актёрские навыки не позволят ему так легко выдать себя. Спальня хозяина дома оказалась довольно просторной, большая кровать стояла возле широкого окна, через которое открывался вид на небольшую поляну, покрытую ковром из аккуратно постриженного газона. Сквозь белёсые хлопья тумана проглядывал гранитный камень могильной плиты, и ветки танцующих на ветру деревьев кидали на каменную гладь причудливые кружевные тени. Гу Уцзи решил не терять времени даром и как следует осмотреться вокруг. К счастью, поиски не заняли много времени. Он почти сразу отыскал на книжной полке небольшую записную книжку в потёртом кожаном переплёте, и, бегло пробежав глазами по строчкам, потрясённо застыл. Текст записной книжки по своему содержанию во многом совпадал с записями дневника, который он видел во время прохождения квеста на круизном лайнере. Тогда капитан тоже пытался призвать злого духа, но, похоже, сами церемонии во многом отличались, поскольку изложенный в записях процесс ритуального призыва даже на первый взгляд казался довольно сложным, да и сами записи, судя по всему, оставили относительно недавно. Все заметки были оставлены хаотичным, неаккуратным почерком, отчего было сложно сказать, в чём же именно заключался сам ритуал. — Как я и подозревал, эта локация напрямую связана с квестом круизного лайнера, — Гу Уцзи закрыл записную книжку, затем со следующей полки достал увесистый фотоальбом. Тонкие листы были заполнены фотографиями Фэй Лиси, но все снимки оказались чёрно-белыми и нечёткими. — Интересно, каков уровень развития технологий в этом мире? — задумчиво протянул Гу Уцзи, переворачивая страницу за страницей. Просматривая альбом, он сумел воочию убедиться, что Фэй Лиси с самого детства отличался удивительной красотой. Ребёнок, изображённый на фотоснимках, обладал тонкими и правильными чертами лица и нежным, задумчивым взглядом. Но, похоже, с самого детства у наследника было слабое здоровье, и в фотоальбоме нашлось не так много фотографий, сделанных снаружи дома. Самое большее, мальчик мог выйти на крыльцо особняка, но, казалось, никогда не покидал пределов поместья. С этими мыслями Гу Уцзи перевернул ещё одну страницу. Бегло пробежав глазами по очередной череде снимков, юноша собирался уже было перейти к следующей странице, когда что-то вдруг привлекло его внимание. Задержав взгляд на одной из фотографий, он, наконец, понял, что с самого начала показалось ему странным — каким-то образом на этом фото оказался запечатлён один из игроков их команды. Снимок сам по себе был расплывчатым и зернистым, но даже смутно можно было разглядеть мужчину, неловко замершего за широким панорамным окном на фотографии, и гримасу ужаса, навечно застывшую на его лице. Несмотря на плохое качество снимка, не оставалось никаких сомнений в том, что это был мужчина, которого он только что видел за общим обеденным столом. — Ерунда какая-то... Как это возможно? Совершенно очевидно, что эта фотография была сделана далеко в прошлом. В таком случае, как на ней могло проявиться лицо игрока? Мог ли он оказаться персонажем квеста, замаскированным под члена их команды? Гу Уцзи неоднократно читал о таких случаях на форуме, поэтому подобное не казалось чем-то из ряда вон выходящим. Но отчего-то в данном случае такой вариант казался маловероятен, ведь лица всех остальных неигровых персонажей этой локации оставались скрыты под масками. — Надо подумать, что-то здесь не так. Занятый своими мыслями и хмуро сведя брови к переносице, Гу Уцзи быстро перевернул следующую страницу, но в этот момент вдоль его позвоночника прошла внезапная дрожь, будто электрический разряд. Юноша поднял взгляд и увидел безмолвно стоящего возле входной двери хозяина дома. Даже если тот шагал совершенно бесшумно или же плотный ворс ковра скрадывал звук чужих шагов, Гу Уцзи не сомневался, что непременно услышал бы скрип открывающейся двери, не говоря уже о том, что он точно помнил, как слуга запирал дверь на замок. Фэй Лиси всё так же неподвижно стоял возле двери, замерший, словно холодное каменное изваяние, и вид у молодого аристократа был такой мрачный, будто в нём не осталось ничего человеческого. Натолкнувшись на чужой настороженный взгляд Гу Уцзи сразу почувствовал, что альбом, который он всё ещё держал в руках, похоже, являлся какой-то весьма важной подсказкой, и, возможно, своими действиями он даже изменил сюжет квеста. К счастью, ему хватило предусмотрительности обращаться с фотоальбомом крайне осторожно, а иначе неизвестно, какие последствия могли его ожидать. — Что ты там рассматриваешь? Гу Уцзи немедленно захлопнул фотоальбом, обратив всё своё внимание на хозяина особняка, и уважительно его поприветствовал: — Наконец-то вы здесь. Фэй Лиси медленно подошёл ближе, и, когда вновь заговорил, тон чужого голоса оставался ледяным. — Раньше ты не обращался со мной, как с незнакомцем. Гу Уцзи обомлел. А как же мы, в таком случае, общались раньше? Несмотря на то, что и до этого в квестах ему приходилось сталкиваться с людьми нетрадиционной сексуальной ориентации, он никогда заранее не обдумывал, встретит ли он ещё кого-нибудь. В глубине души юноша всё же надеялся, что в этой локации удастся избежать таких проблем. Он твёрдо решил сохранять позитивный настрой до поры до времени. Вероятно, хозяина дома и его сообщника просто связывали давние дружеские отношения, и это могло сыграть Гу Уцзи на руку. По крайней мере, от него не избавятся сразу же, как от разыгранной в неудачной партии шахматной фигуры. Гу Уцзи тотчас же нашёлся, что возразить: — Просто мне казалось, что не следует демонстрировать нашу близость перед посторонними. Это может раскрыть мою личность раньше времени. Фэй Лиси к этому моменту уже подошёл совсем близко и накрыл своей ладонью руку юноши, которой тот всё ещё сжимал фотоальбом. Молодой человек поднял на Гу Уцзи нечитаемый взгляд. — Ты действительно настолько беспокоишься о раскрытии своей роли? Вопрос застиг Гу Уцзи врасплох. Его что, на самом деле читают как раскрытую книгу? — Во время ужина я наблюдал за тобой. И кое-что заметил... Пара янтарных глаз цепким взглядом впилась в лицо Гу Уцзи. На его месте любой бы потерял самообладание, в глубине души опасаясь разоблачения самых тайных мыслей и помыслов. Тем не менее, Гу Уцзи, пережив уже множество взлётов и падений за свою жизнь, сосредоточился на своей актёрской игре и, войдя в роль, смело встретил прямой взгляд Фэй Лиси. О чём бы ни спросил его молодой господин, Гу Уцзи мысленно поклялся себе, что будет готов дать ответ, он должен выкрутиться из этой щекотливой ситуации во что бы то ни стало. Даже если речь пойдёт о призыве злого духа, он найдёт что ответить. — Тебя заинтересовал этот мужчина? — всё так же холодно спросил Фэй Лиси. Гу Уцзи на мгновение показалось, что он ослышался. — Не понимаю, что ты имеешь в виду, — с трудом взяв себя в руки, через силу выдавил из себя Гу Уцзи. И это была чистая правда! Он действительно хотел знать, что вдруг нашло на молодого господина! Что это был за странный вопрос, и какое отношение он имеет к сюжету квеста? Будь это действительно настоящая онлайн-игра, впору заподозрить, что сценарист валяет дурака, незаслуженно получая причитающуюся ему зарплату. Но это ведь сверхъестественный квест... Возможно, молодой господин просто подозревает, что его сообщник в самый ответственный момент их замысла переметнётся на другую сторону. Не зря ведь говорят: предавший однажды — предаст не единожды. Хотя всё же казалось весьма странным, что в такой ситуации, когда на кону стоят ни много ни мало мировое господство и абсолютная власть, кому-то в голову действительно приходят мысли об интрижке между двумя мужчинами. — Лучше не пытайся ничего от меня скрыть, — Фэй Лиси грубо выхватил фотоальбом из чужих рук и бросил его на пол, придавив к отполированному паркету ступнёй в лакированном ботинке. — Я прекрасно видел собственными глазами, как на протяжении всего ужина ты без остановки о чём-то шептался с тем мужчиной. Думал, я этого не замечу? Растерянный Гу Уцзи молчал, совершенно не зная, как реагировать на такой неожиданный выпад. Одновременно он почувствовал, что гнетущее давление, незримо витающее в комнате и нависшее над ним в тот момент, когда хозяин дома вошёл в двери, рассеялось. Похоже, он совершенно зря испугался того, что его раскроют. Однако же Гу Уцзи понимал, что расслабляться пока рано, ему надо придумать какое-то достоверное оправдание, иначе он неминуемо навлечёт на себя гнев хозяина дома, и ещё неизвестно, чем это для него обернётся. — Мы всего лишь обменялись парой ничего не значащих фраз о поданных к столу блюдах. — Пфф, не смеши меня! Неужели для того, чтобы обсудить меню, необходимо наклоняться друг к другу так близко? Если уж настолько интересно, он мог бы спросить у меня. Больше похоже на то, что этот разговор не был предназначен для чужих ушей, — судя по всему, зрелище, которому он стал свидетелем за обеденным столом, привело Фэй Лиси в настоящую ярость. Не справившись с охватившим его гневом, молодой человек с силой ударил по столешнице письменного стола ладонью, отчего кипа аккуратно сложенных стопкой листов и записей взлетела в воздух и в полном беспорядке разлетелась по комнате. В ворохе торопливо начерченных схем и беспорядочных записей внимательный взгляд Гу Уцзи выхватил знакомые имена и фотографии — похоже, в этом досье можно было найти подробную информацию о личности всех игроков. Юноша немедленно сделал шаг в сторону, краешком глаза пытаясь что-то рассмотреть, при этом не прерывая разговора: — Легко сказать! Все присутствующие слишком сильно боятся тебя и опасаются разозлить своей навязчивостью, чтобы первыми завязать беседу. С успехом отвлекая молодого господина разговорами, Гу Уцзи успел прочитать несколько записей на разбросанных по столу листах бумаги. Информация об игроках оказалась чрезвычайно подробная, охватывающая почти все этапы жизненного пути, опыт и достижения. Судя по всему, кто-то дотошно и кропотливо собирал материал, потратив на это уйму времени. Можно было сделать краткий вывод, что эти люди не были ни особенно богаты, ни знамениты, но в их жизни случалось всякое. В какой-то момент жизненного пути они кардинально менялись, и, как правило, это происходило после какого-то одного судьбоносного события, угрожающего их жизни. Если же в том, как сильно изменились чужие судьбы, были замешаны злые духи, оставалось только догадываться, насколько же влиятельны злые божества этого мира. В этот момент внимание Гу Уцзи привлёк один листок, лежащий в самом низу стопки. Похоже, это было запечатанное письмо. Интуиция подсказывала, что если удастся достать его, он непременно сможет выяснить нечто важное, а может и вовсе разгадает загадку всего квеста. На протяжении всего разговора Гу Уцзи говорил искренне, поэтому гнев Фэй Лиси со временем утих, однако, похоже, угольки ярости ещё продолжали тлеть в душе. — Но даже после того как я решил отвести тебя в комнату, этот мужчина посмел схватить тебя, что он себе позволяет! Когда ты покинул столовую, он даже осмелился во всеуслышание заявить, будто вас с ним связывают близкие отношения. И если тебе вдруг стало нехорошо, ты можешь отдохнуть в его комнате. Подумать только, какая неслыханная дерзость! Он намеренно выводил меня из себя, демонстрируя ваши отношения! Гу Уцзи окончательно утратил дар речи. Вероятно, Жун Цинмань действительно подошёл к Фэй Лиси и, заподозрив, что товарищу угрожает опасность, попытался спасти его таким нехитрым образом. Несмотря на то, что Гу Уцзи был благодарен другу за проявленное беспокойство и потраченные усилия, достигнутый в итоге эффект, похоже, сильно отличался от того, что изначально было на уме у Жун Цинманя. В гневных словах Фэй Лиси сквозило неприкрытое чувство оскорблённого до глубины души собственника. Вполне возможно, подумал Гу Уцзи, что на самом деле их связывали гораздо более сложные отношения, нежели простая дружба… Может быть — существовала маленькая вероятность! — что у них даже романтические отношения... В голове Гу Уцзи промелькнула шальная мысль, что такое положение вещей могло сыграть ему на руку. Главное, правильно это использовать. Бросив короткий взгляд на всё ещё сердитого Фэй Лиси, юноша искоса посмотрел на краешек конверта, виднеющегося под стопкой записей на углу письменного стола, и у него внезапно возникла одна смелая идея. — Я всё же придерживаюсь мысли, что мне стоит установить с нашими гостями хорошие отношения, чтобы не вызывать подозрений. К тому же, всё, что я делаю, я делаю исключительно ради молодого господина, — вкрадчиво заговорил Гу Уцзи, медленно приближаясь к Фэй Лиси и не отрывая взгляда от чужих янтарных глаз. Глубокий голос юноши растекался тягучей сладкой патокой, и, как ни посмотри, никто в целом свете не заподозрил бы его в неискренности. — Но, что бы ни происходило, в моём сердце молодой господин всегда остаётся на первом месте. Всё, что я делаю — я делаю только для тебя. Отвлекая Фэй Лиси своими льстивыми речами, Гу Уцзи наощупь попытался дотянуться до спрятанного под стопкой бумаг письма. Прекрасно понимая, что в ближайшем будущем вряд ли ещё представится шанс попасть в личные покои хозяина дома, он не желал упускать такую редкую возможность. — Дело не в том, что я тебе не доверяю, просто мы слишком долго не виделись, и вся эта ситуация вывела меня из себя. Возможно, я действительно надумал себе лишнего, — ответил Фэй Лиси уже заметно тише, его тлеющий гнев исчез без следа, и теперь казалось, что молодой человек был немного смущён. Чужие плечи заметно напряглись, словно он в любой момент был готов повернуться и посмотреть на Гу Уцзи, но тот уж точно не мог этого допустить, вовсю шаря рукой по столу в поисках письма. За мгновение до неминуемого разоблачения Гу Уцзи вдруг порывисто обнял молодого человека, прислонившись к нему всем телом. Ощущалось это сродни тому, что обнять глыбу льда, но юноша не отстранился. Несмотря на обжигающий даже сквозь слои одежды холод, тело Фэй Лиси всё же было живым. Казалось, перед Гу Уцзи стоял обычный человек, который просто обладал немного низкой температурой тела по сравнению с другими людьми. Этим молодой господин разительно отличался от слуг своего дома, которые действительно походили на поднявшихся из могил мертвецов. Когда кончика носа Гу Уцзи достиг тонкий запах гари, юноша поймал себя на мысли, что со времён случившегося в доме страшного пожара прошло больше столетия. Эти события ведь никаким образом не могли оказать влияния на нынешнего наследника семьи, верно? — Как внезапно... — голос Фэй Лиси чуть подрагивал от охватившего его волнения. Молодой человек был явно потрясён, он замер, выпрямившись, будто натянутая струна, и, к счастью, больше не делал попыток повернуться. Очевидно, хозяин дома совсем не ожидал оказаться в чужих объятиях, и, похоже, никак не мог взять в толк, отчего минуту назад растерянный юноша вдруг сам решил проявить инициативу. Несмотря на то, что его безрассудная затея увенчалась успехом, Гу Уцзи не испытывал особой радости по этому поводу. Похоже, что по задумке Системы их с хозяином особняка всё-таки связывают более близкие отношения, чем ему бы того хотелось. Что ж, по крайней мере, Система не присвоила ему статус хозяйской подстилки. Гу Уцзи был благодарен уже хотя бы за то, что условия квеста не предусмотрели необходимость согревать молодому наследнику постель. Конечно, вряд ли это бы имело хоть какое-то отношение к продвижению сюжета, но сейчас юноша уже ничему бы не удивился, и очень сомневался, что готов был пойти на такие жертвы... Не успел Гу Уцзи с облегчением перевести дух, когда почувствовал, как руку до самого предплечья обожгло — метка морского божества вспыхнула на тыльной стороне ладони и теперь, казалось, горела огнём. В следующий момент знакомое ощущение какой-то полузабытой смутной тревоги обрушилось на него, накрыв с головой, подобно стене тропического ливня, и юноша невольно напрягся. Что это такое?