Тысячи злых духов выстраиваются в очередь, чтобы признаться мне

Увидев, что остальные игроки объединили свои силы против «слуг», и соотношение сил сейчас стало примерно равным, Гу Уцзи вздохнул с облегчением. Юноша мог не отвлекаться на посторонние факторы, к тому же теперь у него появилось гораздо больше времени, чтобы завершить магический массив. В разгар царящего вокруг хаоса и всеобщей неразберихи никто не заметил, как Жун Цинмань размеренным шагом направился к дверям. Гу Уцзи чертил одну колдовскую руну за другой, размазывая кровь по паркету. Кончик прокушенного пальца онемел и теперь неприятно покалывал, но Гу Уцзи предпочёл игнорировать болезненные ощущения. Сейчас первоочередной задачей было выбраться из этого места, а с излишней потерей крови он мог разобраться и позже. Недаром у него всё ещё оставалась его незаменимая способность к исцелению. Однако этот магический массив оказался не таким простым, как он себе представлял. Хотя Гу Уцзи был уверен, что тщательно запомнил узор сложных линий, пока юноша рисовал, его не оставляло ощущение, что по мере создания магический массив высасывал из него жизненные силы — на висках выступили капельки пота, а лицо сильно побледнело. Если бы не чудотворная способность к исцелению, к использованию которой Гу Уцзи то и дело возвращался, он вероятно уже бы давно свалился без чувств. Осознав, сколько люди тратили сил и здоровья на создание магических массивов, Гу Уцзи невольно ощутил укол совести. А он-то всё это время с такой лёгкостью разрушал чужие заклятия, даже не подозревая, сколько колоссальных усилий было вложено в их создание! Остановившись на мгновение, чтобы перевести дух, Гу Уцзи почувствовал, как его руки продолжают двигаться сами по себе, словно ими управляла какая-то невидимая сила. Похоже, зловещий бог очень уж сильно хотел появиться в этом мире. Даже сквозь руны юноша чувствовал чужое нестерпимое желание пересечь границу времени и пространства. Если бы не эта незаметная помощь, Гу Уцзи сомневался, что смог бы точно воспроизвести рисунок колдовских рун. Поначалу он подумывал о том, чтобы использовать магический массив отца Фэй Лиси в качестве прототипа... Но решил, что справится и своими силами, поэтому отбросил подальше эту мысль. Фэй Лиси издал тихий вздох. — Как бы ты ни старался, ты всё ещё далёк от цели, — с этими словами молодой человек подошёл к небольшому книжному шкафу и достал с полки фотоальбом. Гу Уцзи сразу узнал его — именно этот фотоальбом он видел в самый первый день, когда только попал в эту локацию. Несмотря на то, что предмет в руках Фэй Лиси выглядел, как самый обычный альбом с плотной обложкой, все игроки ощутили исходящую от него опасность, электрическим разрядом пробежавшую по коже. Похоже, кожаный переплёт скрывал нечто бóльшее, нежели обычную папку с фотографиями, а тонкие страницы впитали в себя чужую скорбь и безутешную горечь, приманивая призраков. Фэй Лиси широким движением распахнул фотоальбом, и на паркет осенними листьями высыпалась целая кипа чёрно-белых изображений. Не успев коснуться пола, фотоснимки обернулись призраками. Посеревшая кожа и неестественно застывшие позы не оставляли сомнений в том, что перед ними предстали мертвецы. Поборов желание отвести взгляд от жуткого зрелища, игроки присмотрелись и ощутимо вздрогнули, разглядев знакомые черты… Все эти призраки были игроками из их команды, которые пропали без вести. Замерших людей окатило волной ужаса. Несмотря на то, что в глубине души все подозревали, какая трагическая судьба постигла их товарищей, воочию увидеть, что те стали обезумевшими от горя призраками, подчиняющимися чужой воле, стало настоящим потрясением! — Вперёд, — мелодично прозвенела команда Фэй Лиси. — Не дайте ему нарисовать магический круг. Если выполните приказ, я дарую вам свободу. Когда звук голоса Фэй Лиси стих, призраки как по команде поднялись с пола жуткой армией мертвецов и тёмным вихрем бросились к Гу Уцзи с таким рвением, словно не боялись смерти… Хотя они и так были мертвы, а вечное забвение, очевидно, сильно притупило инстинкт самосохранения. Остальные игроки оцепенели от ужаса. И всё же, несмотря на страх, им не терпелось увидеть, как будут развиваться события. Все они уже успели увидеть Гу Уцзи в деле и оценить его истинные способности, но в этот раз предстоящая стычка грозила обернуться битвой с такими же игроками, как и он! Сам Гу Уцзи, казалось, совершенно не обращал внимания на то, что происходило вокруг него, оставаясь спокойным и сохраняя предельную концентрацию. Юноша полностью сосредоточился на изображении магических рун, после чего громко крикнул: — Пора! Жун Цинмань, который всё это время оставался для всех незаметным и пытался отпереть запертые замки, наконец, распахнул двери. Гу Уцзи благодарно кивнул — если бы не помощь друга, вряд ли он смог бы справиться со своей задачей. В следующий момент воздух в церемониальном зале сгустился, стал тяжёлым и душным, пригибая игроков к земле, и бесчисленные духи хлынули откуда-то извне. Ведомые призраком они внезапно пересекли пространство, переступив порог комнаты. Призрак, возглавляющий эту потустороннюю армию, был никем иным, как духом, который в течение всего этого времени оставался подле Гу Уцзи. После того, как юноша выяснил всё правду об этой локации, он попросил призрака попытаться договориться с остальной нечистью, обитающей на острове. Как ни посмотри, а только сообща они могли противостоять поистине инфернальному злу. Не считая верующих культа, которые встретили свою смерть на этом острове, все обитатели особняка были давно уже мертвы. Некоторые из них когда-то жили в этом поместье или работали, остальные – уже игроками пришли в этот мир, чтобы разгадать его тайну. В любом случае, все они слишком долго провели в этом прóклятом месте, скованные чужой волей и теряя остатки собственной души. Гу Уцзи сознательно пошёл на риск, решив открыть всю правду встретившим в особняке свою смерть изувеченным душам. Разумеется, он ни к чему их не принуждал, просто использовал особый метод, чтобы всколыхнуть чужие воспоминания, напомнить им о том, что на самом деле здесь произошло, и, наконец, пообещал, что после того, как всё закончится, всех их ждёт очищение и долгожданное освобождение. Возможно, эти призраки и сами догадывались, что если не остановят церемонию, то этим вечером станут источником силы Фэй Лиси. Это могло означать лишь вечное забвение, и даже мёртвые не желали терять крупицы дарованной им после смерти свободы. Основная проблема заключалась в том, что Гу Уцзи до сих пор так и не смог узнать у этих призраков ничего о том, кем же был тот человек из прошлого, похожий на него как две капли воды. Единственное, в чём Гу Уцзи не сомневался, так это в том, что он – хороший человек. Но даже попытайся он объяснить призракам, что именно его интересует, это бы ничем не отличалось от полной бессмыслицы. Призраки, стремительным речным потоком хлынувшие в церемониальный зал, ожесточённо схлестнулись с духами, которых выпустил из фотоальбома Фэй Лиси. Давление обрушившейся тьмы оказалось столь велико, что заставило окружающее пространство трепетать, будто бревенчатый пол под копытами сотни танцующих в аду демонов. Если до этого момента всё происходящее напоминало сцену из фильма ужасов, то теперь события совершенно перевернулись с ног на голову, больше напоминая эпическое сражение. Остальные игроки оказались настолько захвачены разворачивающейся перед ними картиной, что чуть было не упустили из вида очередную атаку приспешников Фэй Лиси. И всё же мыслями люди уже находились далеко от схватки с призрачными слугами поместья. Они никак не могли взять в толк, как их товарищу удаётся с такой лёгкостью управлять другими призраками? Ему известен какой-то секрет? Фэй Лиси при виде происходящего выглядел лишь отчасти удивлённым. Когда молодой человек посмотрел на Гу Уцзи, изумление в его взгляде уступило место другим, более однозначным эмоциям. Фэй Лиси исступлённо прошептал: — Ты… Ты действительно способен на подобное, что в очередной раз доказывает, что ты достоин… Вновь и вновь ты заставляешь меня испытывать ни с чем не сравнимый восторг. Хочу, чтобы ты полностью принадлежал мне… Гу Уцзи предпочёл сделать вид, что не расслышал этого пылкого признания, сосредоточившись на изображении магического массива, завершая круг отрывистыми короткими штрихами. — Но ты когда-нибудь задумывался, — Фэй Лиси неторопливым шагом направился к юноше. — О том, что тебе всё ещё не хватает чего-то очень важного, чтобы по-настоящему завершить ритуал призыва. Движения Гу Уцзи замедлились, и теперь ему оставалось нанести лишь последний штрих. — Если хочешь призвать бога, ты должен принести жертву. Но здесь, очевидно, нет никого, подходящего на эту роль. Если ты вызовешь могущественное божество, полагаясь только на свою силу, всё закончится тем, что этот магический массив лишь поглотит твою душу, — со вздохом объяснил Фэй Лиси. — Неужели это действительно то, чего ты хочешь? Просто остановись, я не хочу видеть, как ты умираешь. В ответ Гу Уцзи лишь покачал головой и прошептал: — Тебе ведь прекрасно известно истинное предназначение жертвоприношения. Жертву приносят только для того, чтобы Бог услышал голоса взывающих к нему... Но что если Бог всегда прислушивается к кому-то? Когда Фэй Лиси понял, кого именно юноша имел в виду, взгляд молодого человека потух. В следующий момент пальцы Гу Уцзи скользнули по земле, и, наконец, магический массив оказался полностью завершён, линии витиеватых рун вспыхнули ослепительным золотым светом, словно полевая трава, объятая буйным пламенем. В золотом сиянии комната стала такой яркой, почти белой, что глазам было больно смотреть. Фэй Лиси дёрнулся, но внезапно застыл, будто окаменев, а затем медленно, неуверенными шагами, словно чья-то послушная марионетка направился к Гу Уцзи. Игроки затаили дыхание. Любые их попытки призвать злых духов всегда оканчивались сокрушительной неудачей, и сейчас люди впервые стали свидетелями успешного призыва. Фэй Лиси действительно ошибался в своих суждениях – никакие жертвы не способны были привлечь внимание божества. Бог явится только к тем людям, к которым сам испытывает интерес. Однако даже в этом случае призвать бога нелегко. Но, похоже, Гу Уцзи стал исключением. Он просто нарисовал магический массив по памяти, и божество откликнулось на его зов! И весь процесс занял всего несколько минут! Призраки, столпившиеся в церемониальном зале, побледнели во сто крат сильнее, чем прежде. Постаравшись стать как можно незаметнее, оробевшие духи съёжились, прижавшись к стенам. Даже призраки погибших игроков, которых Фэй Лиси выпустил из фотоальбома, не стали исключением. Духи в панике заметались по залу в поисках возможного укрытия от чужих вездесущих глаз. Но церемониальный зал не мог похвастаться большими размерами, к тому же, он был совсем пустым, здесь было совершенно негде спрятаться. Избавившись от контроля Фэй Лиси, его слуги, похоже, окончательно лишились воли и теперь стояли неподвижными манекенами, безвольно уронив руки вдоль окаменевших тел. Оставшиеся в живых игроки полными суеверного благоговения глазами взирали на вспыхнувший в комнате священный свет. В их сердцах, наконец, забрезжила давно потерянная надежда на то, что сейчас они смогут совершить последний рывок и обрести невероятную силу. [Основная миссия: успешно завершить церемонию. Завершена.] [Запущена новая задача: покиньте остров.] [Наконец, вам стала известна вся правда о ритуале, и сейчас бегство с острова, который полностью находится под контролем призрака, — ваш единственный выход и надежда на спасение.] Системное уведомление прозвенело в ушах каждого игрока. В голове Гу Уцзи механическим голосом прозвучала отдельная фраза: [Секретная миссия: исполнить желание хозяина дома. Выполнена.] [Его желание во все времена было одинаковым: привести Бога в этот мир.] [С этого момента игрок вправе не соблюдать особые требования к линии поведения, установленные в локации.] Гу Уцзи украдкой вздохнул с невыразимым облегчением, он и сам не ожидал, что эта рискованная затея завершится успехом. Однако самой большой неожиданностью для него стало то, что хозяином поместья, чьё желание ему предстояло исполнить в рамках секретной миссии на самом деле окажется отец Фэй Лиси... Разумеется, если бы задача заключалась в исполнении желания самого Фэй Лиси, Гу Уцзи чувствовал, что никогда не смог бы выполнить порученную ему миссию. При звуках системного уведомления игроки встрепенулись, словно очнулись от затяжного сна, но при этом никто не торопился покидать прóклятый особняк. В конце концов, кто знает, вдруг им ещё удастся произвести на призванного Бога благоприятное впечатление, и тот одарит их невиданными чудесами. С самого начала их целью было не просто успешно пройти этот квест – на кону стояло нечто гораздо бóльшее. Гу Уцзи поднялся с колен, ладонью смахнув проступившую от затраченных усилий на лице влагу. Уже готовый броситься бежать из церемониального зала, он вдруг заметил Фэй Лиси, стоящего напротив в столпе золотого света и пристально смотрящего на него. Бóльшая часть лица Фэй Лиси утопала в тени, отчего черты казались неузнаваемыми. Золотистый цвет чужих глаз обагрился языками янтарного пламени, и зрачки заволокло кровавым маревом. С уст молодого человека сорвался чуть охрипший от долгого молчания, немного искажённый временем и пространством голос божества: — Ты всё ещё должен уйти? — Именно. До свидания. — прошептал Гу Уцзи, постаравшийся остаться полностью равнодушным к надрывным ноткам в чужом голосе. — Извини, ты на самом деле хороший человек, но... Это не то место, где я должен остаться. Будь ты обычным человеком, я бы забрал тебя с собой, но сейчас я должен уйти. С этими словами Гу Уцзи повернулся и бросился к выходу из церемониального зала. Юноша явно не планировал задерживаться в этом странном мире, чтобы продолжать более тесное общение со злым духом. Жун Цинмань от него не отставал. Фэй Лиси слепо посмотрел вслед Гу Уцзи, затем сдержанно улыбнулся. — Так это всё? Что ж, я всё понимаю, всё в порядке. Даже если мне предстоит пожертвовать своей жизнью ради тебя, я не буду жаловаться на судьбу... — Но действительно ли ты сможешь уйти? Голос Фэй Лиси становился всё тише, пока не потонул в протяжном гуле, обрушившимся со всех сторон. Настойчивый звон становился оглушительным, почти невыносимым, а затем на мгновение отступал, подобно грозно обрушившейся на скалы волне. Атмосфера в комнате ощутимо изменилась, и давление потусторонней энергии заставило игроков преклонить колени. Ставшие свидетелями истинной мощи божественной силы, потрясённые люди с обожанием взирали на божество снизу вверх. Неистовая преданность в чужих взглядах вытеснила из разума голос логики, оставив после себя лишь полубезумную веру. Ради обладания всего лишь крупицей такой силы можно было позабыть о необходимости возвращаться в реальный мир и остаться здесь навсегда. Гу Уцзи ощутил смутно знакомое чувство дежавю, но не осмелился даже обернуться... Сквозь полчище призраков он бросился к выходу, во что бы то ни стало стремясь покинуть прóклятое поместье. — Я должен выбраться!