Три на счастье

      В доме пахнет обожаемыми Юнги мандаринами, настраивая на рождественскую атмосферу. Хосок лениво моет посуду, мурлыкая незатейливую мелодию себе под нос. Завтра Рождество, со дня на день в его семье должно случиться пополнение, почему бы и не радоваться?       Он насухо протирает стаканы бумажным полотенцем и ставит их на верхнюю полку шкафа. На кухне чистота и порядок, в доме спокойно, и всё горит разноцветными красками, лишь слышно тихое радио, играющую всеми любимую Jingle bells.       Мимо кухонного проема проскальзывает тень, шлепая босыми ножками по паркету.       — Юн~и, солнце моё, сколько раз тебе говорить, что нельзя ходить босиком по полу. Заболеешь. — альфа уходит в спальню и открывает шкаф, выискивая на нижних полках махровые белые носочки с оленями.       — А сколько раз тебе было сказано, что надо сделать тёплый пол или как там это называется. — омега закрывается в ванной, а Хосок останавливается ждать возле двери.       Через несколько минут Юнги выходит, сразу же оказываясь в объятиях супруга. Хосок любовно оглядывает мужа, задерживая внимание на уже большом животике. Он улыбается, прижимая омегу к себе и целуя его в лоб.       Беременность Юнги к лицу. Хосок говорит сам себе это каждый день и не по разу. Омега немного поправился, его милые щёчки увеличились, вызывая желание у альфы их кусать и целовать круглые сутки. Бедра у младшего стали мягкими, альфа просто обожает их жамкать перед сном.       Хосок подхватывает супруга на руки и несёт на диван.       — Боже, Хосок! — взвизгивает младший. — Я тяжёлый! Ты спину надорвешь. — он возмущённо дует губы и бьёт своего альфу кулачком по плечу. Хосок усмехается, думая о том, что, не будь Юнги беременный, он ударил бы не так мягко, а со всей дури, чтоб точно не смел на руки поднимать.       — Самая ценная ноша. И буду носить тебя на руках хоть каждый день. И пылинки с тебя сдувать. — альфа сажает Юнги на диван и целует в носик-кнопку, от чего младший морщится и фырчит, как ёжик. Хосок достает из кармана спортивок носочки и одевает их на мужа. — Фыр Фыр Фыр. — передразнивать он, и снова получает по плечу. — Ты чего-нибудь хочешь? — интересуется старший, укладывая свою голову на колени омеги. Он забирается под футболку младшего руками, мягко оглаживая животик и получая лёгкий пинок в ладошку. — Футболист, — шепчет, ярче улыбаясь.       — Хосок~и, — нежно тянет омега, зарываясь в волосы старшего. — Чимин сегодня у Чонгука… — младший проигрывает бровями, смотря на альфу. Тот непонимающе смотрит в ответ. — Ну… Значит дома никого нет. — Юнги прикусывает свою пухлую губу, играя пальчиками с локонами мужа.       — Дорогой, ты же знаешь, что нельзя. Тебе скоро рожать.       — Но мы немножечко, — скулит омега, дуя губки.       — Это как, немножечко? — хихикает старший, разглядывая хмурящегося мужа. — Я могу только тебя вылизать, не больше.       — Не хочу так! — Юнги наигранно вздыхает и бьёт ладонью по коже дивана.       — А что тогда ты предлагаешь?       — Мы с малышом хотим тебе отсосать. — мурлычит Юнги, ярко улыбаясь, заставляя альфу закатить глаза.       — Боже, ты опять за свое? — возмущается Хосок. — Во-первых, не вмешивай в свои грязные фантазии нашего ребенка. А во-вторых, нет.       — Да пожалуйста. Почему ты не хочешь? Я же не присунуть тебе предлагаю! — Юнги правда не понимает в чём дело. Его мужу предлагают профессиональный минет, а тот носом воротит. Но альфа продолжает отрицательно мотать головой. — Чон Хосок. Я сейчас обижусь.       — А вот это весомый аргумент. — Чон уже видит маленькие кристаллики слез на глазах младшего.       — Я подам на развод и заберу детей себе. Ты больше их не увидишь. — альфа вздыхает и поднимает руки вверх, полностью капитулируя.       — Боже, милый. Это всего лишь отсос, почему ты так рвёшься его делать?       — Ну ты же любишь, когда я объезжаю твое лицо! Мне нравится твой вкус, я кайфую блять от того, как твой член пульсирует в моей глотке. Тебе тут предлагают, а он отказывается! Сейчас допиздишься, вообще никакого тебе секса до конца жизни! — омега сбрасывает Хосока со своих колен и показательно уходит в спальню, громко хлопая дверью.       Хосок хихикает, следуя за супругом в соседнюю комнату, и застаёт того небольшой кучкой в одеяле в углу кровати       — Ну и как ты себе это представляешь, Юн~и? Я не позволю тебе вставать на колени. И если ты сядешь мне в ноги, тебе тоже будет мешать животик. — он садится к мужу, задирая одеяло вверх и наблюдая за омегой, глаза которого наполнились слезами. Он шмыгает и хмурится, пытаясь обратно спрятаться. — Ты как дитё малое. — он вытягивает супруга из-под одеяла и сажает к себе боком на колени, вытирая слезы. — Ну и как ты хочешь это сделать?       Омега ничего не говорит, лишь отсаживаясь от альфы на край кровати и указывая на пол перед собой. Хосок послушно встаёт перед ним. Омега недолго думая, стягивает с мужа штаны и облизывается, представляя, как возьмёт этот ещё пока не эрегированный член в рот. Челюсть тут же сводит от предвкушения, а рот полностью заполняет слюной. Омега сглатывает и тянется рукой к мягкому члену, начиная его поглаживать.       — Ты выглядишь так, будто хочешь его съесть. — альфа прячет лицо в руках. Он всегда смущается, когда омега проявляет такую инициативу.       — Было бы славно, — отвечает ему младший, на пробу мазнув языком. Член заинтересованно дёргается, вызывая ухмылку на лице Юнги. Он полностью заглатывает полувставший орган, начиная яростно посасывать. Хосок давится воздухом, когда чувствует юркий язычок под крайней плотью.       — Блять, малыш… — произносит он, укладывая руки на голову омеги. Тот продолжает свою работу, посасывая и облизывая головку. Он бьётся языком в крохотную дырочку, переминая яички в своих руках. Омега удовлетворённо стонет, чувствуя, как его собственный член наливается кровью. Широко мажет языком к основанию и растирает алую головку ладошкой. Альфа в его руках дёргается, гортанно стонет и пытается уйти от прикосновения, граничащего с болью. Вот оно. Именно то, что Юнги так обожает в минете. То, с каким лицом принимает мужчина его ласки, каким нуждающимся и покорным он выглядит. Да, в данной ситуации всегда доминирует омега. Именно он задаёт темп, с каким будет заглатывать, лишь позволяя альфе иногда его направлять.       Он снова присасывается к головке, а после берет член на половину, обводя его язычком и не забывая ни про одну венку. Этот член он знает как свои пять пальцев. Юнги знает, где ему нужно лизнуть, тронуть или присосаться, чтобы его мужчина потерялся в эйфории. Младший упирается носом в лобок, вдыхая феромон своего мужчины с примесью пота и мускуса. Охуеное чувство.              Юнги хочет больше.       Омега отстраняется от Хосока, вытирая рукой рот от слюны и смотрит на своего мужа. У того взгляд поплывший, а радужка полностью потемнела. Он непонимающе смотрит на мужа. Юнги ничего не говорит, лишь поворачиваясь к альфе спиной и отсаживаясь чуть подальше. Он ложится, голову слегка опуская с кровати. На спине не всегда удобно лежать. Но сейчас он потерпит.       — Я хочу почувствовать тебя в своем горле, как можно глубже. — объясняет он альфе, что широкими глазами смотрит на него. — И, пожалуйста, поглаживай мой животик, это очень приятно. Да и малыш должен чувствовать, что мы рядом и, он в безопасности.       — Но Юн~и, — Хосок снова хмурится.       — Хосок. Трахни. Мою. Глотку. Я даю тебе волю действий. Пожалуйста.       Альфа ничего не отвечает, лишь послушно подходит ближе и кладёт руки на животик, мягко поглаживая.       — У тебя будет болеть горло. — предупреждает он, толкаясь пока лишь головкой. Омега снова лижет и посасывает головку и стонет, намекая на продолжение. Хосок послушно толкается глубже.       Юнги тянется руками к яичкам альфы, мягко их переминая. Он расслабляет горло и открывает рот шире. Старший толкается, чувствую, как головка проходит в теплое горло. Юнги удовлетворённо мычит и стонет, посылая вибрацию по плоти Хосока. Альфа продолжает толкаться, отмечая, какие же мягкие стеночки в глотке его мужа. Он не замечает, как начинает увеличивать скорость и входить по самые яйца. Он громко стонет, наблюдая за тем, как его головка двигается под кожей мужа. Он проводит по горлу мужа пальцами, касаясь выпуклости и сглатывает.       — Пиздец. — произносит он, чувствую скорую разрядку от такого вида и запрокидывая голову назад.       Ещё мгновение, и омега чувствует, как теплое семя заполняет его горло. Альфа спешит выйти и помочь младшему сесть, чтобы тот не подавился.       — Боже, солнце, прости. — просит он, вытирая слюну с щёк и выцеловывая лицо омеги. Юнги тяжело дышит, блаженно закатывая глаза, и бьётся в конвульсиях. — Милый, ты что кончил? — он переводит взгляд на пах мужа, замечая быстро расползающиеся мокрое пятнышко. — Только от того, что делал мне минет?       — Я же говорил, меня пиздец заводит тебе отсасывать. — шепчет омега, не в силах говорить громче. Он проситься на ручки и в душ, совсем не возникая, когда альфа исполняет его просьбу и уносит на своих руках.

☃️🎄☃️

      Утро Хосок встречает в холодной постели. Он шарит по второй половине кровати, на которой вообще-то должен сейчас сладенько так посапывать его муженёк. Но та пуста, ни намека на омегу. В соседней комнате слышится шорох, а после в спальню заходит сам омега, уже полностью одетый к выходу.       — Сладость моя, ты куда намылился с утра пораньше? — интересуется Хосок, рассматривая на омеге его новую толстовку на два размера больше.       — Вставай, поехали.       — Куда?       — В больницу, куда же ещё. — Юнги смотрит на мужа как на умственно отсталого, выуживая из шкафа заранее собранную сумку со всем необходимым.       — Милый, что случилось. У тебя что-то болит? — альфа соскочил с кровати, принимаясь быстро одеваться.       — Всего лишь воды отошли. Не торопись так. — омега все так же спокойно ставит сумку в прихожей и идёт на кухню. — Я тебе кофе сделал и в термос перелил, после выпьешь. Некогда.       — К-как воды? Уже? — альфа в панике шарахается по дому, выискивая телефон и ключи от машины. Все это он находит в руках своего мужа.       — Уже, — отвечает младший, надевая свой пуховик и выходя на улицу. — Успокойся ты, как будто первый раз. Все хорошо будет.       — Я не волнуюсь, это ты слишком спокойный.

🎄☃️🎄

      Хосок хочет выйти в окно. Он устал слышать эти душераздирающие вопли своего мужа уже битый час. Он хочет сейчас быть там, рядышком. Но омега сам лично его за шкирку выкинул из помещения, наказав ждать в коридоре.       — Ах ты ж блять ебанная сука! — разноситься по всему коридору, пугая мимо проходящих медсестёр. — Да чтоб я ещё раз согласился рожать. Чон мать твою Хосок! — зовёт омега, срываясь на ещё один крик. Старший от волнения стискивает кулаки до побеления, а в конце коридора к нему идут Чонгук со своей семьёй и Чимином.       Маленький альфочка пугается криков, его глаза сразу же заполняются слезами.       — Малыш, ты чего, не плачь. — успокаивает Хосок, прижимая сына к себе. Мальчик утыкается в шею отца и закрывает ушки ладошками. — Зачем вы привели его сюда?       — Чими очень просился к тебе. Он сильно разволновался, когда мы ему сказали, что едем к его папочке в больницу. — отвечает Тэхен, держа на руках свою трехгодовалую дочку Соён. Омежка рассматривает окружающих, зажимая ушки маленькими ладошками. — Чимини, детка, пойдем вниз. Вы не завтракали, я там видел небольшое кафе. — омега тянет альфочку за руку и они уходят с этажа, оставляя альф вдвоём.       — Как ты это терпишь? — интересуется Гук, смотря на дверь, за которой раздаются болезненные вопли. — Я ещё от первых родов Тэ не отошёл. Не знаю, смогу ли согласиться на ещё одного ребенка, зная, как ему больно.       — Юнги говорит, это того стоит. А я не спорю. — крики заканчиваются, и через некоторое время в коридор выходит медсестра, впуская Хосока внутрь. — Солнышко моё, — шепчет альфа, присаживаясь возле постели омеги и замечая в его руках маленький свёрточек в простынке.       — Это альфочка, — шепчет Юнги, разглаживая бровки ребёнка. — Моя маленькая Дженни. — он целует малышку в лобик и передаёт ее в руки отца.       — Погоди, — альфа берет крошку на руки, расплываясь в широченной улыбке. — Это девочка? Да ещё и альфочка?       — У кого-то прекрасные гены, — комментирует Чонгук из коридора, впуская в комнату Чимина. Альфочка бежит обнимать папу, а после заинтересованно рассматривает кулёк в отцовских руках.       — Ей можно платьишки покупать! — пищит Хосок, приседая перед сыном и показывая ему сестрёнку. Альфочка широкими глаза смотрит на малышку, легонько касаясь пальчиками ее головы.       — А почему она такая страшненькая? — интересуется Чимин, вызывая смех у старших. — Я хочу взять ее на ручки.       — Подожди немного, она подрастет и мы будем охранять ее от ухажеров, — шутит старший альфа, аккуратно передавая малышку сыну и рассказывая как правильно ее держать. Он придерживает кроху, чтобы Чимин ее не уронил, наблюдая, как альфочка покачивает малышку, начиная что-то напевать.       — Так не честно. — подаёт голос Юнги, наблюдавший за всей картиной в тишине. Хосок берёт малышку обратно, передавая ее папе. — Я хочу маленькую омежку. — он дует губки, обиженно смотря на Хосока, как будто он в этом виноват. — Как только я восстановлюсь, мы будем работать над омегой. Слишком много альф в моей жизни.       — Хер тебе, я не переживу третий такой концерт. — возмущается альфа, рассматривая свою такую большую семью.

☃️🎄☃️

— Папочка, — зовёт Дженни, помогая пятилетнему Сынмину вешать игрушки на ёлку. Маленький омежка тянется к макушке высокой ёлки, пытаясь повесить звёздочку, но у него не получается. Дженни хихикает и приподнимает брата на руках. Девочке должно на днях исполниться уже тринадцать, она усердно помогает украшать дом, зная, что они не только Рождество справляют, но и ее день рождения. - А как вы с отцом познакомились?       — Нууу, — Юнги чешет затылок, поглядывая на Хосока и не зная, что ответить. — Мы познакомились в парке. Я тогда катался с друзьями на велосипеде…       Где-то на фоне громко падает со стула восемнадцатилетний Чимин, умирая со смеху и зная правдивую историю знакомства его родителей.