Decalcomania

      Это был один из тех дней, когда Питер спал без кошмаров, а у ЭмДжей отец ушел в очередной загул на пару дней, предоставляя дочери передышку, так что день был хороший, лучше, чем в обычные дни. Питер лежал головой на коленях своей девушки, лопатками ощущая не очень приятную твердость уличной скамейки, но это было не важно до тех пор, пока его волосы с особой мягкостью перебирали тонкие пальцы Мишель, принося легкое спокойствие и расслабление. Солнце светило прямо ему в глаза, просачиваясь сквозь кудрявые каштановые волосы девушки, что склонила над ним голову.       — Ты очень красивая, — шепчет Питер, касаясь кончиками пальцев ее щеки.       — Знаешь, ты тоже ничего, — в своей манере отвечает ЭмДжей, улыбаясь кончиками губ. — Мы так и проведем весь день на этой скамейке?       — Тебе не нравится? Мы могли бы сходить куда-нибудь, если ты хочешь. Что бы ты хотела? Парк аттракционов? Кафе? Океанариум? Научная выставка?       — Притормози, — останавливает она его, накрывая своей ладонью его губы. — Я просто спросила, хочется ли тебе самому что-нибудь. Меня устраивает и то, что мы вот так сидим и греемся на солнышке. На удивление чудесный день, — Мишель поднимает лицо вверх, подставляя его под теплые лучи солнца.       Это хороший день, просто замечательный, — думает Питер, на пару секунд отводя взгляд вбок от лица девушки. — И все же я хочу сводить тебя куда-нибудь, — произносит он и с легким кряхтением поднимается с ее колен, но когда он вновь смотрит на ЭмДжей, его сердце в страхе замирает. — ЭмДжей, — неуверенно зовет он ее по имени, всматриваясь в пожелтевшие от безумия, глаза. — Что такое?       Она медленно поворачивает голову в его сторону и потрескавшимися губами шепчет снова и снова:       — Почему? Почему, Питер?       — Я не понимаю, — он хватает ее за плечи, притягивая к себе, стараясь рассмотреть что-то в ее глазах.       — Почему ты спас всех, кроме меня, Питер?       Его сердце стучит так быстро, словно еще миг и оно взорвется от перегрузки. Дрожащими руками он стискивает худые плечи и тянет на себя, пытаясь обнять так сильно, как только может, но все что остается от нее — это разлетающийся пепел.       — Что?.. Что происходит? — он чувствует слезы на своих щеках и грязный пепел на языке. — ЭмДжей! — кричит он в пустоту. — Мишель, где ты? — но вокруг оглушающая тишина.

*****

      Он просыпается, закрывая себе рот ладонью, как делал это уже много раз. Закусывает костяшки пальцев, пытаясь привести себя в чувство, но лишь сильнее скатывается в безумие. Он пытается что есть силы ущипнуть себя за бедро, расцарапать до крови, но чьи-то твердые руки прижимают его ладони к телу, не дав такой возможности. Питер поднимает мутный взгляд, не до конца понимая где он и что происходит и натыкается на серьезное лицо Старка, что с нескрываемым страхом смотрит ему в лицо.       — Эй, малыш, это я, — шепчет он, медленно отпуская его руки с захвата, как только чувствует, что тот слегка успокоился. — Дыши. Что бы тебе не снилось, сделай глубокий вдох и отпусти это из головы.       Пальцы Питера медленно расслабляются, оставляя после себя кровавые полумесяцы на внутренней стороне ладоней.       — Что я здесь делаю? — хриплым голосом спрашивает он, но резная боль в боку дает о себе знать и все воспоминания медленно возвращаются к нему. — Вы были там, — не вопрос, утверждение.       — Был, — кивает Тони, поднимаясь с корточек, выбирая себе более удобное место для разговора. — Не против, если я сяду на край твоей кровати?       — Это ваша кровать, — морщится Питер, предпринимая попытку встать.       — Эй, мистер, не двигайся! — Старк грозной тучей нависает над ним, принудительно толкая его обратно на подушку. — Твой лечащий врач сказал соблюдать постельный режим, так что ты ближайшие пару дней даже не сдвинешься с этого места.       — Слушайте, я благодарен вам за помощь, но дальше я справлюсь сам, — Питер говорит чуть громче, высказывая свое недовольство. — Раз уж вы теперь знаете мой секрет, могу сказать прямо, как бы сильно вы не крутились вокруг меня со своей псевдоопекой, я не подпишу заковианский договор и не вступлю в ваши ряды. Мне плевать на Мстителей, — он снова пытается встать, но терпит неудачу.       — Слушай, парень, все, что меня сейчас волнует — это вопрос твоей безопасности. Не приди я в тот переулок и ты истек бы кровью и умер. Признаю, моя одержимость Человеком-пауком сыграла свою роль, но ты так же мой стажер, а я защищаю свои кадры. Естественно вопрос подписания договора еще поднимется, но я не собираюсь раскрывать твою личность без твоего согласия. Так что пожалуйста, будь добр, вернись в постель и отдохни.       Питер недоверчиво смотрит на него, сжимая ладони от гнева.       — Я хочу уйти, — продолжает он гнуть свою линию, на этот раз удачно выбираясь с кровати. Он грубо выдергивает катетер с руки, отбрасывая мешающиеся провода в сторону. Все тело ломит от боли, а ноги едва держат его на полу, но он упорно продолжает двигаться в сторону двери. — Где мой костюм, — оглядывая себя, интересуется он, — Почему на мне ваша одежда?       — Не мог же я оставить тебя в тех кровавых ретузах, — ухмыляется Старк, — Пятница, милая, заблокируй все двери и окна, — он улыбается, видя замешательство на лице подростка. — Ты же не думал, что я действительно позволю тебе уйти отсюда?       — Вы не можете держать меня здесь, — шипит Питер. — Я не ваша подопытная крыса, не ваш эксперимент.       — Я этого и не говорил, — замечает Старк, плавно двигаясь в его сторону. — Послушай, я уже объяснил тебе, что пытаюсь помочь. Твои раны еще не зажили, посмотри на себя, — машет он рукой, — ты еле на ногах стоишь. Я знаю, что ты потерял близкого человека и теперь пытаешь найти виновного, но Питер, думаешь, это сделает ее счастливой? Думаешь, ей нравится наблюдать как ты мучаешься? Ты должен мыслить трезво, чтобы отомстить и должен понимать все риски, а не истощать свой организм и натыкаться на ржавые ножи! Как я и сказал, не будь там меня, ты бы умер.       — Да какое вам дело?! — сквозь зубы цедит Паркер, чувствуя, как в глазах все плывет.       — Ты хороший парень, Питер и умный, к тому же супергерой, хороший кандидат мне в помощники, разве нет?       Питер трясет головой, прогоняя мутную рябь с глаз, но и это не помогает, в дополнение приходит звон в ушах. Он морщится, стараясь сосредоточиться на словах мужчины, стоящего перед ним.       — Эй, Питер, все хорошо? — обеспокоено спрашивает Старк, подступая ближе. — Я говорил тебе оставаться в постели, — ворчит он. — Пятница, вызови Хелен, скажи, что наш маленький пациент взбунтовался и навредил себе, — Тони подходит как раз в тот момент, когда Питер теряет сознание и успевает его подхватить. — Малыш, ты еще такой малыш, — качает он головой, укладывая его обратно на кровать.

*****

      Все знают, что у Тони проблемы со сном. Ладно не все, только Пеппер, поэтому нет ничего удивительного, что он бродит среди ночи по мастерской, даже особо ничем не занимаясь, просто бесцельное хождение. Но и не это было причиной его появления в комнате Питера. Вообще-то он попросил Пятницу следить за мальчиком, что подразумевало даже его учащенное дыхание или сердцебиение. Нет, он не гиперопекающий папаша, он вообще еще не папаша, просто пока этот ребенок находится здесь — он его ответственность. Так он себя убедил. Поэтому когда он входит в его комнату, после слов пятницы о том, что «сон мистера Паркера стал прерывистым, а сердцебиение учащенным», он не видит в этом ничего странного. Абсолютно.       Как и предполагалось, парню снился кошмар, но он не мог просто вырвать его оттуда, он должен сам проснуться, иначе Тони причинит ему еще больший вред. Поэтому он просто ждет, когда глаза Питера слегка приоткроются, мягко похлопывая его по плечу, тем самым слегка успокаивая.       Тони впервые сталкивается с этим. С тем, что нужно кого-то успокаивать после плохого сна, обычно все наоборот. Он совершенно точно не мастер в этом деле, лишь знает какого это — чувствовать всепоглощающий страх и ужас, когда открываешь глаза и хочется кричать.       Разве этот ребенок еще не слишком мал для этого? Задается он вопросом, замечая как струйки горячих слез скатываются по щекам Питера, затекая куда-то в уши. Он осторожно вытирает их тыльной стороной ладони, наблюдая как неуверенно открываются его глаза.       Конечно же все, что может этот ребенок, причинить себе еще большую боль, чтобы выбраться с кошмара. Тони тоже через это проходил. Так что он осторожно, но настойчиво отнимает руки Питера от его бедра, не давая впиться ногтям в кожу.       — Тише, тише, — шепчет он, даже не уверенный, что подросток слышит его. — С тобой все будет хорошо, это пройдет.       Он не знает, что хуже: уверенность ребенка, что Тони держит его здесь только из-за договора или чувства Тони, когда он видит как Питер в очередной раз теряет сознание.       Этот ребенок определено точно должен ему новое сердце.