В осколках прошлого

03:46, 04.12.2006 В горле пересохло, мне безумно хотелось пить. Как только босые ноги коснулись пола, по телу прошел табун мурашек. Холод пробовал до костей. Я чувствовала каждую деревянную дощечку осторожна наступая, двигаясь к кухне. Глаза сощурились в темноте пытаясь разглядеть путь. Руки выставленны вперёд, ощупываю шершавые стены дома. Наконец дохожу до кухни. Тусклый свет медленно разъедает темноту и я вижу фигуру отца заглядывающего в холодильник. – Твою ж мать! Я неуверенно делаю пару шагов к папе, сонно протираю опухшие веки после сна. – Прости, что испугала...–голос немного дрожит. Мужчина медленно поворачивает голову в мою сторону и я вижу два темных глаза внимательно рассматривающих мое лицо. Черные брови морщатся, он отворачивает от меня лицо. – Лера, иди спать. Живо. Губы начинают дрожать, я сжимаю руки в кулаки пытаясь не дать волю слезам, слышу как сердце отдает в висках. – Пап... Я резко вздрагиваю, когда отец со всей силы бьёт кулаком об стол, повышая голос, смотрит куда-то в сторону. – Ты не моя дочь. Я не могу быть отцом урода. Я резко отшатываюсь, ноги подкашивает, сердце стучит так сильно что кажется вот-вот вырвется из груди. Урода...Урода...Урода...Урода...Урода... Губы искривляются в улыбке. Я осторожно провожу по зеркальной глади, не веря в свое отражение. Из зеркало на Леру смотрела до боли красивая девушка. Светлая, фарфоровая кожа, прямые темные брови, маленький вздёрнутый носик, синие глаза, длинные ресницы... От прежнего отражения не осталось ничего...Будто бы его и не существовало никогда... Я осторожно провожу по длинным тёмно-коричневым волосам, пытаясь расчесать их. Они снова путаются, образуя тугие узлы, с короткой стрижкой определенно было удобнее. С грустью вспоминая прежнюю жизнь, заплетаю их в косу. Обычно днём я могла спокойна разгуливать по окрестностям дворца, не боясь случайно наткнуться на хозяина дворца. Было в нём что-то не то... Я закусила губу, идя по тропинке к озеру. С восторгом вдохнула свежий воздух. Вокруг дворца раскинулся прекрасный сад. Особенно прекрасно в нём было ранним утром. Повсюду алая заря разбрасывала блестящие капельки росы, которые могли внезапно упасть за воротник платья с дерева и приятно, хоть и неожиданно, похолодить кожу. К тому же соловьи в это время ещё не умолкали, и можно было гулять по дорожкам, наслаждаясь их пением, или свернуть на одну из узеньких тропинок которых в саду было множество. Каких цветов там только не было...Эти растения словно манили своей нежностью, красочностью, неподдельной красотой. Сад был гигантским. Там было множество тропинок и дорожек выложенных бледно-жёлтым кирпичом. Цветы росли то тут, то там без всякого порядка, поддерживая живую атмосферу сада. Мягкая, изумрудно-зелёная трава так и манила пробежаться по ней босиком, бабочки, летавшие всюду, тоже удивляли. Раскраска крыльев завораживала любого. Но все же прекраснее всех на мой взгляд был тот самый цветок... И вправду было в нём что-то будто бы и не с нашего мира, что-то таинственное, слишком привлекательное... Я присела на корточки, я с удовольствием прикасаясь к нежным лепесткам цветка. Сквозь странное ощущение забвения, чувствую как реальность снова начинает ускользать от меня... Я слышу шум, резко подскакиваю, растерянно смотрю кругом. Темно-дубовые стены, деревянный пол, расписанные окна не понятным орнаментом да и мебель какая-то старая...Где я? Ничего не понимаю... Дохожу до двери, дёргаю за ручку, разглядывая высокие потолки и причудливые узоры вдоль дубовых стен. Резко вздрагиваю, слыша звонкие женские вопли с другой комнаты. – Батюшка родной! Счастье то какое! Медленно подхожу к полуоткрытой двери, смотрю в щель. Сердце тут же забилось в унисон с учащённым дыханием. По ту сторону я вижу невысокого светловолосого мужчину в красном бархатном костюме, рядом с ним ещё четверо человек с осторожностью заносят в комнату тяжёлые сундуки. Меня похитили? Где я нахожусь? Голова начинает кружиться, сердце казалось сейчас выпрыгнет из груди, я прислушиваюсь к странному разговору: – Батюшка, милый наш! Любименький, самый милейший! – проговорила низкая белокурая девица, целуя и обнимая мужчину, зовя к себе другую девушку, высокую, худощавую брюнетку. Обе начали обнимать и целовать его, продолжая верещать.Я поморщилась. На спине выступил холодный пот. Больные что ли? Мужчина лишь отрешённо отвечал благодарностью, отстраняясь от них, смотря куда-то задумчиво в пол, погружаясь в себя. Светлые брови нахмурились, образовывая новые морщинки, губы сомкнулись в узкую нить. –Батюшка, богатство что ли потерял свое великое? – брюнетка с радостью открыла тяжёлый сундук, усеянный серебряными нитями, стала с восторгом перебирать разноцветные ткани, разглядывая шёлковые платья ушитые золотистыми узорами. Я придвинулась ближе, сощурилась, с недоверием разглядывая как белокурая девица, доставала из второго сундука золотое колье, усыпанное изумрудными камнями. Перевела взгляд на мужчину, он все так же стоял на своем месте, не обращая внимания на радостные возгласы дочерей, вдруг поднял голову. Сердце забилось быстрее. Наши глаза встретились и он с удивлением проговорил: – Настенька... Я с ужасом посмотрела в серо-голубые глаза, отшатнулась от двери, отчаянно оглядываясь по сторонам, думая куда сбежать. – Настенька, что ж это ты? Родного отца не признаёшь? – сказал мужчина, но на этот раз уже громче и твёрже. В комнате воцарилась тишина, все разом повернулись к двери. Две женские руки взяли меня по бокам, бесцеремонно ведя в комнату. Я начала обрыкаться, пытаясь освободиться от них, но на удивление хватка была прочной. Я тихо зашипела когда одна из девиц впилась ногтями мне в плечо. – Что ты, доченька моя милая, видеть батюшку родного не хочешь? – голос его смягчился. Я почувствовала себя полной дурой. Что за дурдом? Кто все эти люди? Что за цирк, твою мать? – Вы меня с кем-то путаете. – прошептала я, разглядывая деревянные половицы дома. – Что ж это делается то? Дочка отца своего не признаёт? Всё, батюшка, не нужен ты Настьке. – самодовольно промурлыкала белокурая девица, прикладывая к шее серебряную цепочку с красным камушком. Я с презрением покосилась на неё как на больную. Чьи-то руки вздёрнули меня за подбородок вынуждая посмотреть прямо. Я резко зажмурила глаза, уже готовясь к отвращению на их лице и крикам ужаса. "Уродина". "Чудовище". "Монстр". Вот кто я... Но на удивление, криков ужаса и отвращения я не услышала от них. Все тело пробил озноб когда меня резко прижали к груди, я распахнула глаза от удивления. Слабо почувствовала соленый запах моря и чего-то кислого. Когда меня выпустили из "объятий" я недоумением уставилась на мужчину. Лицо мужчины было покрыто лёгкой щетиной, седые волосы слабо развевал сквозняк исходивший от двери. Я зацепилась за его взгляд, он словно смотрел в пустоту, затуманенный не лучшими мыслями, виновато посмотрел на меня. Сердце ёкнуло от этого взгляда, мне показалось что я даже на секунду прониклась сочувствием к этому сумасшедшему. – Доченька, моя милая, я привез тебе его...– мужчина поспешно протянул мне нечто, от чего исходил бледно-рубиновый свет. Я уставилась на цветок не веря своим глазам, как настолько прекрасное растение может вообще существовать? Мысли сразу растворились в голове и я словно завороженная тяну руку к цветку. – Аленький цветочек...–шепчу я с ужасом понимая где нахожусь и какова моя роль в этой истории. Словно возвратившись от сна я снова с недоумением оглядываю цветок. Интересно, почему именно он? Так много вопросов и так много ответов... Сможет ли хозяин дворца поговорить со мной или он разговорчив только ночью? Вчера я первый раз услышала его. Его голос. Тело сразу накрыло мурашками от навеянных воспоминаний. Хоть я находилась тут уже неделю я все не могла привыкнуть к мысли о том что теперь я живу бок о бок с...ним... Язык не поворачивается назвать его монстром, сомневаюсь чтобы в их привычку входило кормить и давать лучшие условия для проживания своим пленникам. Но все же мысли о том что я не первая девушка здесь и что он сделал с остальными не даёт мне покоя...Я снова чувствую озноб от мыслей о скорой смерти и осеннего ветра, растрепавшего кончики волос. Поднимаю голову вверх и вижу как небо начинает медленно, но верно затягиваться тучами. Даже время тут летит по другому. Казалось только было утро, а внутренние часы подсказываю что сейчас уже далеко за полдень. Я чувствую что скоро начнется дождь, перевожу взгляд на цветок, ярко светящийся алым светом. Чувствую как что-то мокрое падает мне за шиворот, съёживаюсь от резкого холода, подымаю голову вверх и вижу как капельки дождя постепенно скатываются с тёмных туч осторожно набирая темп. Спустя пару минут начинается настоящий ливень, деревья ломятся от внезапного ветра, а я подобрав подолы красного сарафана, прячусь в небольшой беседке. Воздух быстро становится влажным от чего моя прямые волосы начинают слегка завиваются, а я не сразу замечаю отсутствие ленты в волосах, от чего коса начинает медленно расплетаться. Я с наслаждением слышу как шум дождя затмевает все пространство вокруг... затмевает воспоминания о прежненей жизни... Но одно воспоминание все же проскальзывает и я по привычки начинаю тихо напевать мелодию, что напевала мне мама каждый раз во время грозы и сильного дождя. Ветер укутывает меня приятно трепля волосы, унося тихую песню в глубь сада. Я резко вздрагиваю когда в саду раздается раскат грома, птицы с щебетаньем улетают в высь, где-то с права слышится хруст веток. – Боишься-я грозы? Сердце бьётся так сильно что кажется выпрыгнет из груди когда я слышу знакомый голос, оборачиваюсь, но никого не вижу поблизости. Я отворачиваюсь и лишь тихо отвечаю: – Немного. – Почему? – хриплый голос исходит будто ото всюду и я теряюсь а догадках где может быть его хозяин. Игнорируя его вопрос, инстинктивно оборачиваюсь, капли дождя ветром все же попадают в беседку и чувствую как мокрые волосы уже прилипли к телу. – Как вас зовут? Невидимый собеседник умолкает и тишину разрушает лишь монотонно стучащие капли дождя. – У меня-я нет имени. Я вскидываю темные брови и с недоверием складываю руки на груди, пытаясь внять страх и нервно колотящееся сердце в груди. – У всех есть имя. Но вы ведь были человеком, так? – стараюсь говорить так чтобы в голосе не был слышен страх, но обрываюсь на последнем слове. – Ты задаёшь слишком много вопросов, не отвечая на мои. – на этот раз голос звучит сухо, с тенью раздражения. Я резко замолкаю, прислушиваясь к шуму дождя. С неба доносится тяжёлый раскат грома и я снова вздрагиваю, начинаю теребить кончики волос. – Это произошло пару лет назад... 18:09, 24.04.2007 Я растерянно перевожу взгляд с матери на отца. На их лицах застывает ужас. Некогда ярко-синие глаза матери, покрылись какой-то бледной пеленой, щеки красные, лицо опухшие от слёз. Она сидела там, возле двери, растерянно перебирала складки на юбке, губы сомкнулись в тонкую нить. Отец сидел неподвижно со всей силы сжимая руку в кулак, смотря в одну точку, как неживой, словно так и было...на лбу появились морщины, он нервно сглотнул. Я со страхом прятала лицо в шарф, пытаясь успокоиться, обняла себя руками. За окнами гудел ливень. Аня...Аня... Только и слышу как снова прокручиваю в мыслях имя родной сестры. Бах! Я резко вздрагиваю, услышав в небе новый раскат грома. Руки быстро потеют, а сердце та сильно колотиться в груди что кажется вырвется наружу. Мысли беспорядочно крутятся в голове, я шмыгаю носом, сжимаю руки крепче. В больнице пахнет лекарствами, наверное именно тогда я и возненавидела этот запах. Людей особо нету, только женщина с ребенком лет пяти, тихо сидит в углу показывая мальчику новую раскраску. Я с завистью смотрю как белокурый ребенок улыбается, пролистывая разноцветные странички. Морщусь от нахлынувших воспоминаний и отворачиваюсь от них. Все случилось так быстро, что я до сих пор не могу поверить в произошедшее. Это случилось несколько часов назад. Аня – так звали мою родную сестру, ей было около 16 на тот день. Она всегда была отличницей, красавицей, в общем в ней было лучше все. Она была лучше меня. Прилежно закончив 10 класс, она шла на золотую медаль, в отличии меня. У меня с учёбой никогда не получалось. Родители часто ставили ее в пример, что изрядно бесило меня, не буду скрывать, что я всегда завидовала ей. Её прекрасному фарфоровому личику, светло-коричневым блестящим волосам, большим карим глазам, которые словно светились при лучах золотистого солнца, обворожительной улыбке... Я ненавидела ее до кончиков пальцев. Ненавидела за то что родители никогда не уделяли столько внимания и любви ко мне... Но не в тот день... Сейчас, тихо сложив руки перед собой и опустив голову я начала тихо молится о том чтобы сестра осталась жива. Где-то в подкорке создания я услышала раздраженный голос матери. – Это всё из-за тебя! Не будь ты такой дурой с Аней ничего бы не случилось! Это ты виновата, безмозглая дрянь! – бледно-синие глаза матери быстро наполнились краснотой от лопнутых нервов, она зло выплёвывала слова, смотря на меня, как на чудовище. Я задрожала. Сердце стало пропускать башенные ритмы и я слышала как они отдаются в висках. С тяжестью зажмурилась, думая что это может спасти меня от этого мира. – Нет, смотри мне в глаза, когда с тобой разговаривают! – мать с силой повернула меня к себе, заставляя открыть опухшие от слёз глаза. Женщина, что сидела в углу, с тревогой обернулась на нас. – Я н-не в-винов-вата...– я задрожала ещё сильнее от приступа паники накинувшего меня. Судорожно делаю вздох, но не чувствую воздуха, с ужасом понимаю что начинаю задыхаться. – Какого хрена тебя не было дома?! – мать зло посмотрела на меня, с ненавистью сжимая ткань черной юбки. Вдох. – М-меня-я зад-держали...к-контрольная... Я слышу как сердце бешено бьётся, как горячие слёзы стекают с опухших щёк. Делаю ещё один вдох. Тело все ещё дрожит. Вздрагиваю от грубого голоса отца. – Из-за твоих оценок, тебя скоро исключат нахрен из школы. Из-за твоей глупости твоей сестре пришлось возвращаться в школу, какого хрена ты не позвонила ей что ключи от дома у тебя?! Я задрожала ещё сильнее, вжавшись в холодную сидушку. Вдох. Снова вдох. Ещё. – Т-телефон-н раз-зряд-дился-дился...– с силой пытаюсь выговорить слова, но мысли путаются в голове и я резко замолкаю, хватаюсь за шею, начинаю судорожно глотать воздух как рыба, что выбросили на сушу. – Ты дрянь! Ты знала что на улице была непогода! Это всё из-за тебя! Ты во всём виновата! Если бы не ты, моей дочери не пришлось бы возвращаться обратно через поле во время грозы! – мать говорила что-то ещё, но я уже не слышала её в ушах зазвенело. – Моя дочь может умереть из-за тебя, а эта дрянь притворяется что ей плохо. Просто чудовище. – отец резко оссекся, увидев открывшемся дверь, за которой показался мужчина лет 40 в белом халате. Все резко замолчали с тревогой смотря на врача. – Что с ней случилось? Я задрожала, присела на корточки оперевшись об арку беседки, с болью прошептала: – Она умерла. Тишина окутала сад. Не знаю сколько времени прошло с того момента, но я только сейчас поняла что дождь давно перестал идти. Мокрые волосы волнами прилипли к телу, от чего я съёжилась с тоской посмотрела на небо. Сколько мне ещё торчать в этом месте? – Ты замёрзла-а Я вздрогнула услышав приглушённый голос за спиной. Чёрт, забыла что он ещё тут. – Нет. – я ещё сильнее обхватила себя руками, не хотя признавая что он прав. – Это был не вопрос. – на этот раз я уловила нотки серьёзности в его голосе. К моим ногам резко упала алая лента. Я с презрением покосилась на неё, затем в сторону. Что за приколы? – Завяжи глаза. – сзади снова послышался приглушённый голос. Я нервно сглотнула. Осторожно взяла ленту в руки, снова обернулась, разглядывая кромки деревьев. – Нет. – мой голос прозвучал холодно, но хозяина дворца это лишь позабавило. Он тихо рассмеялся, от чего по моей спине пробежалась мурашки. Я резко вздрогнула когда услышала шёпот прямо над ухом: – Упрямая-я какая... Резко распахнув глаза я снова обернулась, но к счастью или сожалению снова никого не увидела. Боже, я скоро с ума так сойду... Снова посмотрела на алую ленту, задумчиво перебирая её в руках. – Я не причиню тебе вреда. – голос замолчал, – Пока ты будешь делать то что я прошу-у, а прошу я не часто. – Это угроза? – я с раздражением вскинула брови, слыша в его голосе издёвку. Не нравится мне это всё. – Будем считать что да-а... Я снова с недоверием уставилась на ленту нерво сжимая её в руках. Что он придумал? Ну не потащил же он меня в лес и сожрёт? Или потащит? Словно прочитав мои мысли, я снова услышала как он усмехается. – Я не люблю повторять дважды, Ана-аста-аси-ия... – Я тоже не люблю повторять дважды и мой ответ по прежнему отрицательный. – уже раздражённо отозвалась я. – Если бы я хотел убить тебя, я бы давным давно сделал это-о, разве не так? – замолчала, раздумывая над его словами, – Разве тебе есть что теря-ять? Терять мне и вправду было нечего, этот мир был чужим мне, а мир который должен был стать для меня родным, никогда им не был...Я словно была чужая там...и тут тоже. – Как вас зовут? – снова задаю вопрос, не дождавшись ответа в первый раз. – Завяжи глаза и я отвечу...Я не причиню тебе вреда, будь спокойна. – уже раздражённо повторяет он. Не знаю, почему но его слова вызывают странную уверенность во мне, я опять словно под гипнозом, закрываю глаза алой тканью, растворяюсь в темноте... Не могу понять откуда, но слышу чёткие шаги в мою сторону, руки инстинктивно тянуться к повязке, но я во время контролирую себя, лишь неуверенно встаю, облокотившись об арку беседки. Я чувствую запах металла и хвои, чувствую его дыхание совсем близко со мной. Сердце колотиться так сильно, что кажется я не доживу до заката. Я вжимаюсь в холодную поверхность, стараясь быть как можно дальше от него, но не сбегаю. Я слышу пару шагов в мою сторону, чувствую его хриплый голос на влажной коже от дождя. – Меня зовут Александр.