Бедный миллиардер

Антон с трудом разлепил глаза и еще пару секунд лежал, уставившись на белый потолок с желтыми разводами, пока рядом трезвонил мобильный. О какой продуктивности дня может идти речь, если ему было лень дотянуться до телефона? Хотелось проигнорировать звонок, укрыться одеялом и продолжить спать, но он не мог себе подобное позволить. Как бы сильно он не вживался в роль простака Тохи, он был и остается Антоном Андреевичем, у которого были свои порядки и обязательства. Поэтому Антон принял сидячее положение и потянулся к телефону. — Слушаю, — сонный голос никуда не делся, хотя Антон максимально постарался скрыть утреннюю хрипотцу. — Ты что спал? — моментально вычислил Дима, сам же удивляясь со своего предположения, — Не понял. Ты не на работе? Антон на секунду отлепил от уха телефон, чтобы посмотреть на дисплее время. Надо же, полдень… — Мне нет смысла туда больше ходить, — продолжил разговор Антон. Вся эта затея с работой была организована только с одной целью — найти себе пару. Жаль, что Дима не учел, что в турагентстве, куда он его трудоустроил, работала лишь одна омега. Конечно, Антон ей очаровался, но вчерашнее свидание в лишний раз доказало правдивость пословицы: «Не всё то золото, что блестит». Оксана на деле оказалась настоящим разочарованием. — О! — радостно воскликнул Дима, — А то я думаю, почему ты не позвонил, чтобы рассказать, как все прошло. Мне готовить документы в ЗАГС? — в шутливой форме произнес он. А вот Антону было не смешно… — Лучше подготовь обратный билет в Москву, — уставшим голосом попросил он. — Один? — удивленно переспросил Дима, — Что произошло? — он тут же сменил свой тон на более серьезный, деловой. Антон знал, что Дима о нем искренне беспокоился, но сейчас он был не в том расположении духа, чтобы рассказывать пережитое неудачное свидание. Тишину в трубке Дима расценил, как ответ. — Хорошо, — протянул он, не став больше утомлять расспросами. — Я звонил, чтобы сказать, что завтра утром буду в Питере. Документы готовы, с юристами все обсуждено — осталось лишь поставить подпись и завершить сделку. — Отлично, — включился в разговор Антон. Как говорится: не везет в любви, повезет в работе — или там не так? В любом случае, о делах говорить приятнее — особенно, когда те приносят ему миллиарды. Антон задал несколько дежурных вопросов, только чтобы в лишний раз убедиться в профессионализме Димы и на этом звонок был завершен. Завтра он встретится с Димой лично, подпишет контракт и спокойно улетит бизнес-классом домой. Он попытался — не получилось. Что уж тут поделать? Он, честно говоря, с самого начала от этой затеи ничего не ожидал. Да, было интересно выйти из зоны своего комфорта, но такой опыт ему вряд ли когда-то еще пригодится. Антон пролистал уведомления в телефоне. Один пропущенный звонок от Сергея Борисовича, три от Макара и пятнадцать сообщений от остальных коллег в личке. Что удивительно, Оксана с ним не связывалась. Интересно, успела ли она всем разболтать, что никакой он не «Шаст», а на деле являлся серьезным бизнесменом? Даже, если «да» — плевать. Антон в любом случае больше не собирался возвращаться в офис и хоть как-то контактировать с остальными ребятами, включая Сергея Борисовича. Тому, кстати, повезло, что он не успел оформить Антона официально, а значит мог не платить за работу. Что ж, как пела Любовь Успенская: «это был увлекательный аттракцион…». За эти дни чего он только не попробовал — будет, чем удивить Диму. С другой стороны, город он так толком и не посмотрел. Метро, работа, ближайший супермаркет — это весь его распорядок дня, не считая тех приключений, проведенных с Арсением. Антон откинул телефон в сторону и поднялся на ноги. Каждый раз мысли об Арсении вызывали у него буйство всевозможных чувств, и он не мог объяснить причину этого. Он точно знал, что Арсений его раздражал, но… такое ли это раздражение, которое испытываешь при общении с неприятелем? Конечно же, нет. В этом и была проблема — Антон сам не мог разобраться в себе. Наверное, даже к лучшему, что он собрался возвращаться в Москву. Можно было проветрить голову и забыть уже наконец эти голубые глаза. А запах? Антон после секса проветривал квартиру, но казалось, что даже стены успели пропитаться природным ароматом Арсения. И вот как при мысли об этом не подрочить? Антон настроил воду в душе, приближая ее к максимально комфортной, и прикрыл глаза, стараясь воспроизвести в памяти каждую секунду вчерашней близости. Вот об этом он точно никогда бы не хотел забывать… То, как Арсений тянулся к нему, как царапал кожу ногтями и как громко стонал. Антон бы не назвал этот секс самым лучшим в своей жизни, но он определенно вошел в топ пять. Антон неспешно стал водить рукой по члену, представляя того рядом — на коленях. А ведь вчера Арсений предлагал ему отсосать — сейчас это предложение было бы весьма кстати… Интересно, хорош ли он в этом деле? Антон вчера понял про Арсения одну забавную вещь. Тот был воплощением фразы: «Хозяйка на кухне, шлюха в постели». В доме поддерживал идеальную чистоту и вкусно готовил, но это не сравнивалось с тем, каким раскрепощенным и голодным на ласки он умел быть. В итоге Арсений сочетал в себе не сочетаемое — куда еще идеальнее? Антон брызнул спермой на кафельную плитку, так что после «смакования» наслаждения, пришлось брать лейку в руки и все отмывать. Как никак, завтра придется выселяться и не хотелось бы смущать будущих жильцов подозрительными пятнами. Антон вытирался полотенцем, размышляя о своих дальнейших планах на день. Было необычно не ходить на работу, даже если она ненастоящая — он привык вечно быть в делах, в движении. А тут такая непривычная размеренность с самого утра. Еще и тишина стояла — Арсения явно не было дома. Он побрился, позавтракал остатками пиццы и старался не смотреть лишний раз на диван. Его бы, по хорошему, сжечь, но хозяйка квартиры точно не поняла бы причины такого решения. Ей не объяснишь, что он сходит с ума от омеги, который вгоняет его в состояние: то холодно, то жарко. Вчера вечером он десять минут шатался по району, стараясь обуздать непонятно откуда взявшуюся злость. Антон был уверен, что умел хорошо себя контролировать — не идеально, но достаточно для того, чтобы выходить в общество. Но рядом с Арсением он превращался в какого-то пещерного человека: все его чувства и эмоции выкручивались на максимум. Могло ли это быть связанным с синдром Улисса? Конечно, он не переезжал в другую страну, но стресс от подобной «шоковой терапии» испытал полнейший: новая среда, минимальный бюджет и сомнительное окружение. Антон надеялся, что по возвращении в Москву все станет как прежде: он любил контролировать все, включая самого себя. Неохотно справившись с мойкой посуды, Антон понял, что в последний свой день в Санкт-Петербурге желал бы посмотреть на город. Хотелось запомнить пребывание здесь хоть чем-то положительным. Тем более, ему все равно нечем было заняться. Сумку с вещами он соберет за считанные секунды, учитывая, что большинство приобретённых вещей пойдут в мусорное ведро. Для прогулки он не стал особо наряжаться. Погода вроде позволяла, так что он надел простенькую футболку, в которой предпочитал находиться дома и, уже ставшие любимыми, треники. Кепка, кроссовки, и вот он собрался выходить, как в дверь принялись громко стучать. — Антон, я слышал, что ты дома. Открывай! — послышался чересчур жизнерадостный голос Арсения. Антон же прислушался к своим ощущениям и удивился тому факту, что приход Арсения вызвал у него чувство радости. Это точно не та реакция, которую нужно испытывать при встрече с тем, кто тебя раздражает… Антону стоило переосмыслить свое отношение к Арсению, но это потом. В данный момент он шел открывать дверь. Арсений ворвался в квартиру чуть ли не подпрыгивая на месте. — Ты не представляешь, что произошло! — светился Арсений, кружа вокруг него. — Во-первых, остановись, — попросил Антон, у которого успела закружиться голова от этих хаотичных плясок, — а во-вторых, рассказывай, хватит интриговать. Арсений запрыгнул на диван, закинув ногу на ногу и хлопнул в ладоши. — В общем! — принялся рассказывать он. — Сегодня у меня должны были списать деньги с карты — ежемесячная оплата, ничего более, — пожал Арсений плечами, — а тут с утра никакого уведомления не приходит. Я, естественно, захожу в приложение на телефоне, а там сумма неизменная — думаю, лагает что-то. Несусь с утра в Сбер, проверяю, а там говорят, что никакого бага нет и вся сумма на месте! — эмоционально выдает он. — Первая мысль: ничего хорошего не жди. Поэтому решаю сходить в эту контору, чтобы выплатить все наличными — мне проблемы не нужны, — сам помнишь, как те два ублюдка приперлись сюда и мне угрожали, — Антон кивнул, понимая того опасения. — Так вот! — Арсений вскочил на ноги, не сумев и двух минут усидеть на месте, — Что ты думаешь? Вся территория огорожена! Начинаю интересоваться, а оказывается к ним то ли налоговая нагрянула, то ли дяденьки посерьезнее, ибо они всё позакрывали, кого надо посадили и, самое главное, все долги списали. Представляешь? Теперь Антон начал понимать, откуда у Арсения такое праздничное настроение. Что ж, молодец, Дима, хорошо поработал — ни одна ниточка не вела к нему. — Я до сих пор не верю! Столько лет я ебался с этими кредитами, откладывал каждую копеечку, брался за любую работу и боялся коллекторов, а в итоге все так просто решилось! Бог есть! Антон улыбнулся и вместо каких-либо слов притянул Арсения к себе, заключая в объятия. Того аж всего трясло от испытываемых эмоций. — Ущипни меня, чтоб я убедился, что не сплю, — попросил Арсений. К слову, из объятий он не спешил выбираться, поглаживая широкую спину Антона. Тот шанс не упустил и отпустив руку на округлую ягодицу с удовольствием по ней шлепнул. — Придурок, — засмеялся Арсений. — Сам попросил, — ответил Антон. Чуть отстранившись, чтобы суметь заглянуть в глаза Арсению, он искренне произнес: — Я рад, что ты освободился от долгов, — и самому на душе стало так тепло, когда Арсений ему счастливо улыбнулся. Секунда, две, три… Антон снова завис глядя на него. Глаза блуждали по лицу, замечая каждую деталь: расположение родинок, длину ресниц, небольшую ранку на нижней губе, полученную им вчера в моменте страсти. В мозг поступил сигнал о том, что следует дышать, и он жадно наполнил легкие ароматом спелой вишни. Если бы он не подрочил полчаса назад, то член бы встал лишь от этого запаха — настолько он был желанным! — Ты куда-то собирался уходить? — спросил Арсений, возвращая Антона в реальность. Тот освободился от объятий и занял руки тем, что стал корректировать идеально лежащие волосы. Антон понял, что Арсений отошел от него намеренно — еще б секунда, и они точно бы поцеловались. — Да, решил посмотреть на Питер, — ответил Антон, упуская много фактов. Незачем Арсению знать, что он завтра улетает в Москву. Антон не любитель прощаться, для него проще всего было уйти по-английски. — Отлично, у меня как раз на первую половину дня ничего не запланировано, — неожиданно сказал Арсений, словно Антон ему что-либо предложил, — я знаю очень крутые места в городе! Что ж, Арсению явно неизвестен такой глагол, как «навязываться». С другой стороны, если Антон скажет ему о том, что хочет побыть один — тот уйдет. Проблема заключалась в том, что Антон этого делать не собирался… — Пойдем, — поправляя свою кепку, произнес Антон. — Кстати, чуть не забыл! — уже у самого выхода сказал Арсений, привлекая внимание Антона. Тому пришлось остановиться, придерживая дверь, и терпеливо дожидаться, пока Арсений что-то усердно пытался отыскать в своей поясной сумке. — Уж думал, потерял! — озвучил свои мысли Арсений, вытаскивая что-то зажатое в кулаке, — протяни руку, — попросил он, чем напряг Антона. Тот, в недоумении уставился на Арсения, но просьбу выполнил, однако не понимал для чего. Антон вытянул правую руку, и не смог побороть удивление, когда Арсений застегнул ему на запястье браслет. Совсем простенький: плетеный вручную из черного, кажется, кожзаменителя. Выглядело красиво. — И как это понимать? — спросил Антон, рассматривая со всех сторон новый аксессуар. — Подарок, — лучезарно улыбнулся Арсений. — Я часто закупаюсь в одном месте. Сегодня на радостях зашел, чтобы купить себе клипсу, но как увидел этот браслет, то сразу подумал о тебе. Видел пару раз, что ты носишь похожие браслетики — вот и решил подарить еще один. Шокирован ли был Антон? Однозначно… Теперь он взглянул на браслет по-новому, чувствуя, как в груди распространяется тепло. Ему никогда не дарили подарки просто так, без повода. Конечно, родители и их игрушки в детстве это одно, но речь сейчас шла о другом. У Антона было достаточно отношений, и он не мог вспомнить ни одного случая, когда бы ему безвозмездно сделали приятное. В основном его пассии мыслили одинаково: зачем покупать что-то человеку, у которого и так все есть? Может поэтому Ира по праздникам любила дарить секс и не заморачиваться? Она зачастую покупала себе дорогое нижнее белье и преподносила это, как подарок ему. — Нравится? — спросил Арсений, выжидающе уставившись на него, ожидая реакции, — там были и другие расцветки, но я не стал рисковать. Антон считал, что его сложно смутить и еще сложнее поставить в тупик, но сейчас он стоял истуканом и не мог оторвать взгляда от простого, плетеного браслета. Ему плевать было на стоимость и на качество — сам факт такого жеста внимания что-то, да тормошил внутри. — Земля вызывает Антона, — захихикал Арсений, щелкая пальцами перед его лицом, — что-то не так? — Нет, я… — Антон поднял взгляд на Арсения, — не понимаю к чему это. Может Арсению что-то нужно от него, и тот таким способом хотел расположить к себе? Антон пытался проанализировать все варианты, хотя понимал, что звучал абсурдно. Если во всех людях искать подвох, то легко сойти с ума. — Просто так, — пожал плечами Арсений, — разве для подарка нужен повод? Арсений думал о нем, покупая этот браслет — приятно. — Нет, не нужен, — улыбнулся Антон, — пошли? *** Арсений вел их по каким-то дворам и улочкам уже примерно десять минут, желая показать невероятно крутое место, способное удивить его. При этом он хранил интригу, не разглашая более никакой информации. Сперва было забавно, ведь Арсений сам путался в маршруте, часто останавливался, пытаясь вспомнить дорогу и непрерывно о чем-то говорил, а потом раздался звук входящего сообщения… Арсений достал телефон из своей поясной сумки и просто растворился в нем, изредка издавая смешки. Теперь они шли молча. Арсений иногда отводил взгляд с телефона, чтобы убедиться в правильном направлении и вновь утыкался в него. И вроде бы ничего такого — они жили в век технологий, где мобильники давно стали обыденностью, но Антон медленно закипал от гнева. Хотя, казалось бы, что не так? Вон Оксана вчера большую часть свидания проходила в обнимку с телефоном, и Антон ей ни слова об этом не сказал. По большому счету ему было плевать с кем она там переписывалась. С Арсением же все по-другому… Он кому-то активно писал, при этом улыбаясь, как идиот — это непомерно раздражало! — Послушай, если ты вызвался составить мне компанию, то может уделишь мне внимание? — прозвучало резко и грубо, но сдержаться Антон не смог. — Черт, прости, — Арсений, казался пристыженным. Он моментально убрал телефон обратно в сумку и примирительно улыбнулся ему. — Просто Сережа написал, и я увлекся. Антону понадобилось ровно десять секунд, чтобы понять, о ком шла речь. — Сережа? — удивленно переспросил он, — Еще вчера он был «Сергей Викторович». — Вячеславович, — поправил его Арсений. «Да похую!», — в мыслях озвучил Антон, но вслух произнес другое: — Что изменилось? — Ну, да-да, я не удержался и ночью ответил ему! — драматично произнес Арсений. Неужели он думал, что именно это смущало Антона? Плевать, когда это произошло, главное: зачем? — Ясно, — сухо произнес Антон, не желая развивать и дальше эту тему. Арсений вправе был общаться с кем ему хотелось. Ну появился этот альфа и что с того? Разве что-то изменится в их отношениях? Конечно, нет, ведь они просто друзья. К тому же он завтра собирался улетать обратно в Москву… Антон все это понимал, проговаривая про себя, но легче ему не становилось. Эгоистично хотелось, чтобы Арсений уделял время лишь ему, и эти мысли пугали. Раньше он за собой подобного иррационального собственничества не замечал. Как это понимать? — Раз долг погашен, то что теперь? — спросил Антон, лишь бы отвязываться от навязчивых мыслей, — Будешь искать для себя новую профессию? Арсений поднял на него задумчивый взгляд. — Я об этом не думал… — растерянно произнес он. — Сейчас для тебя открыты все двери: ты можешь получить любое образование или изучить какие-то специализированные курсы, — продолжил рассуждать Антон. — Вот вспомни, куда ты хотел поступать после выпуска? — Нам налево, — рукой указал направление Арсений, не сразу отвечая на вопрос. Видимо, Антон его серьезно озадачил… Что ж, он не торопил. Если Арсений не хотел размышлять на эту тему, то ладно. Антон не настаивал. — Я планировал поступать на журналиста, — через какое-то время ответил Арсений, — но сейчас об этом даже странно думать, — хмыкнул он, стараясь казаться безразличным. — А что странного-то? — не отставал Антон, пытаясь понять в чем проблема Арсения. — Разве я не слишком старый для студента? — усмехнулся Арсений, пытаясь звучать шутливо, но глаза выдавали беспокойство. Ну уж нет, Антон так просто эту тему не закроет. Он дернул Арсения за рукав, прося того остановиться и серьезно на него посмотрел. — Что тебя пугает на самом деле? — спокойно спросил Антон, давая понять, что готов слушать. Поддержать. Он помнил, как Арсений рассказывал о своем прошлом и как стеснялся того, что вынужден был пойти иным путем — не так, как другие подростки в восемнадцать лет. Ему пришлось выстроить приоритеты не в угоду себе, думая в первую очередь о благополучии семьи. Это вызывало у Антона уважение — собственно, по этой причине он и пожелал ему помочь. — Я… — замешкался с ответом Арсений, отводя взгляд. Было видно, что он собирался с мыслями, поэтому Антон терпеливо дожидался. — Мне страшно, что я могу не справиться, — признался Арсений, — никогда не был хорош в учебе… Конечно, если приложить массу усилий, но… что если не получится? Вдруг я не смогу поступить на бюджет? А платное обучение, сам понимаешь, не потяну. И снова все уперлось в деньги… Антон понял, что беспокоило Арсения, и хотел помочь, но не знал как. Он не преподавал курсы личностного роста, чтобы сейчас втирать о том, как важно не бояться трудностей и уметь идти на риск. Лично Антон считал, что нет ничего зазорного в том, чтобы бояться неизвестного. К тому же, любые трудности преодолеть легче, если рядом есть кто-то, готовый поддержать и помочь. — Если у тебя действительно есть желание выучиться на журналиста, то я помогу, — искренне заявил Антон, сохраняя с Арсением зрительный контакт, — позволь найти и оплатить хороших репетиторов. Я мог бы… — Арсений резко вытянул руку вперед — ладонью вверх, прося тем самым замолчать. — Я не возьму у тебя денег, — строго произнес он, чем сильно удивил Антона. Тот не думал, что Арсений откажется от финансовой помощи, учитывая желание выйти замуж за богача и жить припеваючи. — Почему? — спросил Антон, желая разобраться в ситуации. — Прости, но ты не тянешь на миллионера, — Арсений улыбнулся ему, пытаясь правильно донести свою мысль, — и эти тысячи, которые бы ты потратил на меня, тебе самому нужны — не в обиду сказано! К тому же существует правило: не бери в долг у друзей, если не хочешь испортить с ними отношения. — Я не говорил про долг, — спокойно пояснил Антон, зацепившись за главное. Скорее всего, Арсению сложно было довериться кому-либо, учитывая, сколько всего ему пришлось натерпеться из-за нечестных людей, любивших повышать проценты и запугивать своих должников. — Мы почти дошли, — сменил тему Арсений, — осталось свернуть за угол дома, — мягко улыбнулся он ему. Что ж, Антон свое предложение сделал, а принимать его или нет решать Арсению. *** Свернув за угол, Антон сперва не понял, что Арсений желал ему показать. Они уперлись в тупик. Небольшая площадка, задняя часть фасада какого-то здания, кирпичная кладка — ничего необычного, за исключением того, что все стены здесь были разукрашены граффити. — Круто, да? — восторженно отозвался Арсений. — У меня здесь как-то проходила фотосессия. Ах, так они пришли посмотреть на эти каракули? То есть из всех достопримечательностей Питера, Арсений решил ему показать вот это, мягко выражаясь, уличное искусство? Что ж, Антон даже не старался сыграть какую-то вовлеченность или восхищение. Он огляделся по сторонам и всем своим видом дал понять, что ему не нравится здесь находиться. — Здорово, — сухо бросил он, — идем дальше? — торопливо предложил он, готовый прям сейчас развернуться. — Подожди, у меня здесь кое-что припасено, — заинтересовал Арсений. Он подошел к каким-то доскам, кучей брошенных прямо на земле, и стал в них копаться, раскидывая все по сторонам. Лишь бы сейчас их не увидели полицейские, а то действия Арсения очень напоминали поиск закладки. К слову, место подходящее для таких деяний. Спустя минуту усердных поисков, Арсений достал хорошо припрятанную коробку. Антону пришлось подойти поближе, чтобы заглянуть внутрь — интерес брал свое. Внутри оказались несколько баллончиков краски — собственно, чего он еще ожидал увидеть? Скучно. Компания Арсения немного разбавляла атмосферу, ведь взгляд то и дело прилипал к нему и к его утонченной фигуре с плавными линиями, но в целом от прогулки Антон ожидал большего. — Какой цвет выберешь? — спросил Арсений, раскрывая коробку и протягивая ее к Антону. — Ты предлагаешь самим тут порисовать?! — прозвучало больше испуганно, чем возмущенно. Просто Антон не ожидал от Арсения такой активности. — Ага, будет весело, — ответил Арсений, подначивая его взять баллончик. — Это незаконно! — отмахнулся Антон, категорично махнув головой. Он не был приверженцем хулиганства и не считал порчу чужого имущества чем-то, что могло оказаться веселым досугом. В отличие от Арсения, у которого аж глаза горели от предвкушения. Тот положил коробку обратно на землю и закатил глаза. — Не будь ворчуном, — фыркнул Арсений, вытаскивая из нее баллончик с краской. Антон нахмурился, поджимая губы. Не нравилось ему, когда кто-то придумывал ему прозвища. К тому же, он совсем не ассоциировал себя с каким-то ворчливым дедом. И что с того, что он не горел желанием поддаваться этому ребячеству со стороны Арсения? Антон просто не находил смысла во всем этом. Разве граффити не было придумано, как заявление всему миру? Кто-то оставлял на стенах свое послание, а для кого-то это был способ выразить свои чувства — Арсений же хотел подурачиться. — Я не стану уподобляться всяким маргиналам, — твердо произнес Антон, желая завершить этот бесполезный диалог. — А теперь ты говоришь, как сноб, — фыркнул Арсений, взбалтывая в руке баллончик с краской. Антон учился в окружении истинных снобов, так что мог с уверенностью заявить, что это не так. Жаль, Арсению об этом не расскажешь… — Это глупо, — закатил глаза Антон. — Это весело! — продолжил настаивать Арсений. — Нет. — Да! — упрямо произнес тот и одновременно с этим, в порыве эмоции, нажал на спусковую кнопку. — Ой! — испуганно вскрикнул Арсений. А Антон пребывал, мягко говоря, в шоке, а грубо говоря, в ахуе. На его лицо и шею брызнула краска и это ему еще повезло, что в глаза не попало! Зато нос заложило от неприятного и токсичного запаха аэрозоля. — Черт, прости, пожалуйста! — тут же начал извиняться Арсений. И, возможно, его слова имели бы вес, если бы следом он не стал смеяться. Ах, да, это же весело… Итак, какие итоги? Антон плелся в это место по старым переулкам и улочкам минут двадцать, только для того, чтобы лицезреть ублюдские граффити на стенах, а когда решил уйти, его просто обрызгали краской? Что ж, вот сейчас он был злой, и смех Арсения лишь добавлял масло в огонь. — Она легко смывается обычным мылом, так что ты не переживай, — все еще хихикая, пытался как-то урегулировать ситуацию Арсений. Спойлер: у него не получилось. — Ага, — безэмоционально кивнул Антон, нагибаясь, чтобы выхватить из коробки первый попавшийся баллончик. Его холодный взгляд не сулил ничего хорошего. Это понял и Арсений, раз стал пятиться назад. — Антон, только давай без глупостей. На мне новый свитшот, — больше он не смеялся, а выставил руки вперед, пытаясь тем самым урегулировать момент. — Что ты, Арсений, это же весело, — размеренный и спокойный голос навел больше ужаса, чем если бы Антон кричал. При этом он не спеша тряс баллончик в руке. Арсений отступил на еще несколько шагов назад, а после завопил и бросился бежать. А Антон, испытав азарт, кинулся за ним, распыляя краску — та почти мгновенно окрасила рукав нового, по словам Арсения, свитшота в синий цвет. — Ну, все! Пощады не жди! — разозлился Арсений, и теперь убегать стал Антон. Началась какая-то безумная игра в догонялки, где каждый старался как можно больше «разукрасить» соперника. Красный цвет, синий… Антон в ходе «сражения» поменял баллончик на зелёный, а Арсений вытащил чёртов розовый. Сперва задача была отомстить и нанести, как можно больше «ударов», но буквально через пару минут, Антон сам не понял, как подхватил заливистый смех Арсения, получая удовольствие от этой беготни. Он шутливо говорил: «Ну, погоди, заяц!», когда Арсений ловко уворачивался от него, а тот победно напевал песню Тату — «Нас не догонят». Территория была небольшой — сильно не разбежаться, но так даже интереснее. Арсений явно в детстве был победителем игры в вышибалы, раз умел так шустро отскакивать из стороны в сторону, не позволяя краске себя коснуться. Однако даже он через пару минут весь стал разноцветным — что уж говорить про Антона, у которого, кажется, даже волосы стали поблескивать розовым оттенком. — Ну, все, заяц, ты попал! — торжественно объявил Антон, подхватывая на руки Арсения. Тот завопил, захохотал, цепляясь руками за шею Антона, чтобы не упасть. — Сдаюсь! Сдаюсь! — смеялся Арсений, болтая ногами в воздухе. Антон для пущего дела покружил его несколько раз, при этом он не мог перестать радостно улыбаться. Особенно было приятно, когда Арсений крепче прижался к его груди. — То-то же, — довольно произнес Антон, осторожно ставя Арсения обратно на ноги. Выглядели они оба, конечно, далеко не презентабельно: вспотевшие, взлохмаченные, с головы до ног опрыснутые разноцветными красками. Кто увидит — испугается, но им все равно. Они стояли, переглядывались между собой и продолжали глупо хихикать, в точности как пятиклассники на скучном уроке в школе. — Нужно здесь привести все в порядок и можем выдвигаться домой, — сказал Арсений, приступая собирать разбросанные баллончики. Антон незамедлительно стал ему помогать. *** Дорога до дома была тем еще испытанием на стрессоустойчивость. Каждый прохожий на них таращился, а одна сумасшедшая пожилая дама и вовсе их обматерила, но тут, признаться, не без повода. Дело в том, что на каждый такой взгляд Арсений обязательно вставлял свою остроумную реплику, объясняющую их внешний вид: «Нечего так смотреть, мужчина, или вы никогда не праздновали традиционный фестиваль красок Холи?»; «Да, мы поддерживаем ЛГБТ-движение. И что вы нам сделаете?»; «Ой, ну стошнило на нас единорога — с кем не бывает? Лучше не стойте столбом, а дайте пройти!»; «На нас напала толпа разъярённых клоунов, но мы отбились, не переживайте!». Антон с трудом сдерживал свой смех, ведь с каждым разом Арсений выдавал все более абсурдные варианты произошедшего. Удивительно, как все это рождалось в его голове! Сам же Антон в словесных потасовках не участвовал. Ему было абсолютно плевать на все косые взгляды и едкие слова, брошенные в их адрес. Он недавно танцевал на людной площади — такое ничто не переплюнет! Хотя, возможно, его уверенность брала истоки в другом… Антон всю дорогу держал Арсения за руку. Так само собой вышло: он в шуточной форме, в мужском реверансе, поклонился Арсению, как-то принято было у высшего общества, и протянул ладонь, будучи убежденным в том, что тот отмахнется от нее. Однако Арсений взял его за руку и на протяжении всего пути так и не отпустил. — Ты видел, как она перекрестилась? — спросил Арсений, когда они смеясь ворвались в квартиру Антона. В подъезде они столкнулись с соседкой с первого этажа, которая вдогонку назвала их оборванцами. — Мне будет уже не до смеха, если эта краска не отмоется, — предупредил Антон, смотря на себя в зеркало, что висело у входа. Ну и видок… теперь становилось ясно, почему их на улице все шугались. Арсений же бесцеремонно развернул его передом к себе. Забавно, что ему пришлось встать на носочки, чтобы быть с ним одного роста. — Если не поможет мыло, то у меня найдется бутылёк с ацетоном. Я его использую, чтобы снять лак для ногтей, но и для твоей мордашки сгодится, — явно нарывался Арсений. Антон бы точно хлестко ему ответил, если бы не был отвлечен: Арсений мягко касался его лица, кончиками пальцев нежно проходясь по щекам. Делал ли он это осознано? — Издеваешься? — тихо спросил Антон и намерено шагнул ближе. Сейчас между ними миллиметры дистанции. — Если только самую малость, — сглотнул Арсений, нервничая. Зрачки его глаз были расширены, а сердцебиение ускорилось — Антон сам пребывал в похожем состоянии. Словно весь мир сузился до размеров этой комнаты и не было ничего важнее человека напротив. Антон шумно вдохнул в себя усилившийся запах Арсения, зная, что находясь в такой близости, тот не удержался тоже, незаметно обнюхивая его. Взгляд упал на губы, которые Арсений ненароком облизнул. Это был знак? В любом случае, Антон умирал от желания вновь поцеловать его. Снова почувствовать мягкость губ, услышать тихий стон… Он наклонился, готовый в следующую секунду податься в объятия страсти, но все пошло не по задуманному сценарию. Видимо, Арсений в последнюю секунду передумал, раз резко отвел голову в сторону. Поцелуй пришелся в щеку и Антон в недоумении отстранился. — Не надо, — тихо прошептал Арсений, даже не поднимая взгляда. — Вчера ты разрешал себя целовать. Что изменилось? — пытался понять Антон, растерянно глядя на Арсения. Он сделал что-то не так? Неправильно расшифровал посланные знаки? — Вчера я не получал приглашения на свидание, — признался Арсений. Растерянность вмиг сошла с Антона. Он отошел на приличное расстояние и хмыкнул, понимая о ком идет речь. — Сергей? — Да, — подтвердил опасения Арсений, — сегодня в семь вечера он заедет за мной. — Альфа зря время не теряет, — едко подметил Антон, даже не стараясь скрыть пренебрежение в голосе, — И что, он подходит под твои запросы? — продолжил наседать Антон, чувствуя нехватку никотина. Сейчас бы сигаретным дымом вывести из легких запах вишни… — Мои запросы? — переспросил Арсений, наконец, соизволивший поднять взгляд. — Богатый, щедрый, тупой… — стал перечислять Антон, понимая, что переходит границы, но яд внутри кипел и желал вылиться наружу. Обида душила, и сердце так непривычно сжалось в груди. Почему-то стало так больно… — Он кажется милым и добрым, — сообщил Арсений, вставая на защиту своего новоиспеченного бойфренда. — Кажется? — фыркнул Антон. — Да ты о нем ничего не знаешь! — Вот поэтому люди и ходят на свидания: чтобы узнать друг друга получше! — в тон ему ответил Арсений. Оба замолчали, нахмурившись, чувствуя напряженную атмосферу в воздухе. — Я пойду к себе, — в итоге произнес Арсений, разрывая зрительный контакт, — а то чую, проторчу в душе больше двух часов, оттирая краску. Антон ему не препятствовал. Он дождался, когда за Арсением захлопнется дверь, чтобы стянуть браслет с запястья.