Сквозь туман

      Франческа хихикнула, прикрыв рот рукой, когда увидела, с каким шоком на лице на неё посмотрел Адриан. Покрасневший, он резко подскочил, словно мама застукала нас за чем-то непристойным.       — Здравствуйте, мадам Деламар! Это не то, о чем вы подумали! — затараторил он, отходя к столу.       — Расслабьтесь, дорогой гость, я шучу, — проговорила мама, сверкнув глазами. — Я просто рада, что впервые за долгое время Мишель привела друга в гости.       Я неодобрительно посмотрела на Франческу и снова повернулась к роялю.       — Мишель, представь нас, пожалуйста.       — Мама, Адриан Агрест, мой одноклассник, который помогает мне с историей. Адриан, моя мама — Франческа Деламар, дизайнер интерьера, — проговорила я, демонстрируя отсутствие интереса ко всему происходящему. — Мама, будь добра, не смущай моего бедного гостя и прекрати заходить в мою комнату в обуви.       Женщина снова хихикнула.       — Конечно, Мишель, извини. Вы не голодны? Я могу что-нибудь быстро сделать или подождете ужина?       Я подавила желание тяжело вздохнуть и закрыла крышку рояля, краем глаза замечая, как взгляд немного ошеломленного Адриана бегает от Франчески ко мне и обратно.       — Не переживай, мы перекусили. Если проголодаемся, то скорее ближе к ужину.       — Хорошо, — легко согласилась женщина. — Тогда не буду мешать.       Дверь хлопнула. Я тяжело вздохнула, стараясь не обращать внимание на начавшие бушевать внутри крупицы гнева.       — Прости за неё.       — Все хорошо, — поспешил успокоить меня Адриан, махая руками, но так и не присаживаясь рядом. — Это наоборот здорово, что она беспокоится.       — Её агрессивная забота порой выходит за рамки, но она отличная мама.       Парень слабо улыбнулся, вспомнив о чем-то своём.       — Что ж, — тихо сказала я. — Тогда история?       — История, — согласился Адриан, знакомым жестом почесав затылок.       После обсуждения старой и новой тем парень, получив сообщение от секретаря отца о том, что в гостях он порядочно задержался (не ожидала, что его отпустили ко мне, а не он сбежал), поспешил уйти, даже не дождавшись ужина. Франческа из-за этого немного взгрустнула, но я, напомнив о занятости младшего Агреста, поспешила её успокоить, что она тут совершенно не при чем.       Уже сидя за столом, мы ужинали по-семейному и делились последними новостями.       — Ах, Марк, он такой милый! — улыбнулась мама и подмигнула мне. — Мы были бы совершенно не против такого приятного и красивого зятя, верно же?       — Ха-ха, мама, — укоризненно проговорила я, с силой сжимая вилку.— Рановато обсуждать подобное, ты так не думаешь?       Марк хохотнул.       — Ты же знаешь, доченька, в высших кругах зачастую дети помолвлены с пеленок, и в этом нет ничего такого.       Я укоризненно стрельнула глазами в его сторону. Отец Мишель чуть не выронил вилку.       — Мы уважаем твой выбор, Мишель! Не подумай!       — Надеюсь на это, папа.       — Но все же, — добавил он, стараясь скрыть усмешку. — Думаю, было бы неплохо.       — Дорогой! — воскликнула Франческа.       — Все! Молчу!       Я с легкой искренней улыбкой демонстративно закатила глаза.       — О, я совсем забыл! Намечается благотворительный рождественский бал, — проговорил отец Мишель, улыбаясь жене и взяв ее руку в свою. — Ты просила меня предупреждать заранее, чтобы успеть подготовить наряды.       Франческа хлопнула в ладоши.       — Чудесно! За оставшиеся почти два месяца мы обязательно должны успеть! — воскликнула она и, посмотрев на меня, спросила. — Ты же пойдешь с нами, дорогая?       Я состроила страдальческую мину, кладя вилку с нанизанным на нее салатом на тарелку.       — А надо?       — Было бы неплохо — все же ты моя наследница, но ты в праве отказаться, — сказал Марк, с надеждой смотря на меня.       Я скосила взгляд на Франческу. Та слегка опечаленно сжимала руку мужа. Вздохнув так, словно иду на плаху, я быстро выдала, пока не передумала:       — Я пойду.       Мама снова радостно хлопнула в ладоши, а отец счастливо улыбнулся.       — Но! — предупредила я. — В таком случае я хочу больше личного пространства! Месье Жансен не обязан меня возить из школы каждый день.       Марк поджал губы и слегка нахмурился.       — Мы беспокоимся о твоей безопасности, дорогая, — начала Франческа.       — Я понимаю, мама, но если ты хочешь, чтобы я завела больше друзей, придется пойти на подобные уступки.       Мама вздохнула. Марк нахмурился еще больше. В воздухе повисла напряженная тишина, несмотря на недавнюю расслабленную атмосферу. Спустя пару минут, отец Мишель выдал:       — Два раза в неделю. Это все, что я могу тебе дать. Но отписывайся, где ты и как ты обязательно!       Не заметив, как до этого я задержала дыхание, я вдохнула.       — Спасибо, папа.       — И споешь мне мою любимую песню, — смешно вздернул нос отец. — Без этого договор не будет считаться заключенным!       Я хихикнула. Для меня было тем еще удивлением, когда Франческа мне рассказала об этом (и о том, что прошлая Мишель умела и любила часто петь), но, к счастью, я её успела выучить.       — Хорошо, папа.

***

      На химии бороться со сном было легко, несмотря на то, что я знала её на уровне куда выше, нежели мои одноклассники. Но слушать, что происходит вокруг, мне было не интересно, поэтому зачастую я терялась в собственных мыслях, не обращая внимания ни на что.       — Отвратительный ответ, месье Куртцберг, можете садиться. Низший балл, — с легким презрением в голосе проговорила мадам Менделеева.       Спустя пару секунд Натаниэль печально плюхнулся рядом. Поджав губы, я попыталась приободрить парня:       — Хэй, — пихнула я друга в бок. — Как насчет позаниматься? Я помогу тебе разобраться в материале, но придется начинать с того момента, когда ты перестал понимать.       Нат грустно усмехнулся.       — Значит придется начинать с начала.       — Ничего страшного, я отлично…       — Мадмуазель Деламар! — воскликнула учительница. — Раз у вас есть время болтать, значит вы изумительно выучили тему?       Я вздрогнула.       — Конечно, мадам.       — Тогда прошу.       Выдохнув, я почувствовала, как Нат ободряюще потрепал меня по спине. Я слабо улыбнулась и поплелась к доске. А какая тема-то?       — Вопрос все тот же, мадмуазель Деламар, — сказала учительница, когда я повернулась к классу.       — Прошу прощения, не могли бы вы повторить вопрос? — спросила я, состроив невинное выражение лица, пока в груди медленно начинал давать знать о себе накопленный за долгое время гнев.       Со стороны одноклассников послышались смешки. Мадам Менделеева опасно сверкнула глазами сначала в их сторону, заставляя затихнуть, а потом в мою.       — Конечно, вам же не нужно обращать внимание на то, что происходит на уроке: намного интереснее болтать с месье Куртцбергом и заниматься своими важными делами, — язвительно выдала она, нахмурившись. — В таком случае, может кто-нибудь из класса поможет очень занятой мадмуазель Деламар?       Хлоя с ленцой подняла руку.       — Да, мадмуазель Буржуа, — кивнула женщина в её сторону.       Блондинка хищно ухмыльнулась и надменно выдала, заранее заглянув в конспект:       — «Понятие кислот. Классификация, взаимодействие с другими веществами, применение».       — Ну, мадмуазель Деламар?       Я подавила желание насмешливо хмыкнуть и начала отвечать.       Садилась за свою парту я с «двенадцать» в журнале и под удивленными взглядами одноклассников и злым Хлои. Но то, как на меня смотрела мадам Менделеева… Я узнаю этот взгляд из тысячи — именно так на меня смотрели учителя в школе и преподаватели в университете, когда хотели отправить на тысячу олимпиад и заставить писать миллион научных работ.       В груди не успокаивался обжигающий внутренности гнев. Я слишком давно коплю негативные эмоции, чтобы прекратить обращать на это внимание.       После проверки домашнего задания, мадам сухо объяснила новую тему и задала новое, разделив нас на группы.       — Месье Ляиф, месье Агрест и мадмуазель Сезер — первая группа. Вторая — мадмуазель Буржуа, мадмуазель Дюпен-Чэн и мадмуазель Деламар, третья…       Я грязно ругнулась на русском себе под нос, почти до треска сжимая карандаш в руке. Еще чего не хватало — готовить проект с девочкой, ненавидящей меня и с Ледибаг, у которой из-под носа увели любовь всей жизни. Великолепно. Аж в дрожь бросает от восторга.       Практически сразу после последних слов учительницы прозвенел звонок, и ученики поспешили поскорее выйти из класса.       Я выходила практически последней, когда до меня донесся голос мадам Менделеевой:       — Задержитесь, мадмуазель Деламар.       Сжав кулаки, я вдохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться, развернулась на сто шестьдесят и подошла к учительнице.       — Да, мадам, — чуть ли не прошипела я.       Мадам Менделеева посмотрела на меня сверху вниз.       — Как погляжу, ты достаточно хорошо разбираешься в предмете. Я отправляю тебя на олимпиаду, — не соблюдая субординацию, проговорила она, даже не удосужившись узнать моего мнения.       В груди сильнее заклокотал гнев, переходящий в ярость, а руки затрясло. Это слишком сильно напоминало мне предыдущую жизнь, когда из-за этих олимпиад моя психика чуть не была подорвана.       — Нет, — выдавила я из себя, стараясь сдерживаться.       — Нет? — мадам приподняла брови в удивлении. — Ты идешь на олимпиаду и это не обсуждается!       — Нет. Я имею право отказаться от участия.       — Да как ты смеешь, — зашипела учительница словно драная кошка. — Это честь!..       — Я отказываюсь. На этом все, — перебила я женщину, чуть ли не шипя как она.       Развернувшись, я направилась к выходу из класса, пытаясь сдержать гнев, что уже чуть ли не бился в триумфе от близкой возможности выйти наружу. Дрожащая рука напряженно сжимала лямку рюкзака, пока я чуть ли не летела к туалету.       Неожиданно мое запястье кто-то схватил, от чего я резко выдернула руку и чуть ли не рыча, сказала:       — Не трогай меня!       Ошалевший Натаниэль испуганно расширил глаза.       — Мишель, ты чего?       Не отдавая себе отчет, я гневно прорычала:       — Больше никогда не прикасайся ко мне!       — Мишель, успокойся! — пытался вразумить меня друг, нервно оглядываясь вокруг.       — Успокаивать будешь свою любимую Маринетт, а ко мне даже приближаться в таком состоянии не смей! — яростно крикнула я чуть ли не на весь этаж и влетела в туалетную комнату.       Сжав кулаки, я несколько раз ударила плиточную стену, не замечая собственную кровь.       — Мишель! Мишель! Успокойся или сейчас прилетит акума! — запричитал вылетивший из рюкзака Нокта. — Мишель, мать твою, уймись! Хочешь, меня побей, но успокойся, прошу!       Все еще дрожащая от гнева, я запустила пальцы в волосы и до боли сжала их корни. Ярость циркулировала по венам вместо крови, заставляя меня распаляться еще больше и больше.       — Мишель, давай дыши! Четыре-семь-восемь, Мишель! Ты же знаешь, давай со мной!       Практически не соображающая, я делала дыхательные упражнения под счет Нокты, пока наконец не успокоилась и не осела на пол.       — Спасибо, — тихо проговорила я слегка дрожащим от эмоций голосом, откидывая голову назад со стуком об холодный кафель.       — Заставила ты меня, конечно, понервничать, — так же тихо ответил квами, присаживаясь мне на плечо.       Я начала поправлять волосы, от чего совёнок снова взлетел и на этот раз приземлился мне на колено.       — Сколько времени прошло?       — Минут пятнадцать. Чего ты не предупредила, что такое может случиться?       Я вздохнула, окончательно успокаиваясь, и начала переплетать косу, не обращая внимание на кровоточащие руки.       — Не ожидала, что такое может произойти в школе. Дома бы я разбила что-нибудь, начала играть или просто полетала в небе…       — Мишель, твои руки, — перебил меня квами.       —…Но не взяла в расчет то, что я сейчас словно бочка с гормонами, — продолжала я, игнорируя слова совёнка.       Нокта покачал головой.       — Дьявол, я сильно испугался… Успокоительное тебе что ли выписать…       Я хохотнула и зашипела от боли, когда отдельные волоски зацепили разбитые в кровь костяшки. Даже не завязав волосы, я откинула их назад, ища аптечку в рюкзаке.       Спустя пару минут я обработала обеззараживающим раны и забинтовала их. Опомнившись, я тихо спросила:       — Почему до сих пор никто не зашел?       Нокта изумленно огляделся.       — Точно… Уже довольно много времени прошло…       Резко услышав шум за дверью, квами нырнул в рюкзак. Закрыв его на молнию (и как он только до этого выбрался?) и повесив за лямку на плечо, я выглянула из двери туалета. Уборщица, опираясь на швабру, подняла с пола упавшее ведро. Я выдохнула, выходя. Надо идти в библиотеку, наверняка там девочки меня ждут.       Открыв дверь в хранилище знаний, я осмотрелась, пытаясь найти взглядом одноклассниц. Маринетт, найдя какие-то книги на полке, подошла к столу, за которым сидела недовольная Хлоя.       — Деламар заучка, пусть она это делает, — донеслось до меня, пока я шла к ним.       — Без проблем, дорогая, — проговорила я, присаживаясь рядом. — В таком случае, ты можешь идти.       Хлоя тряхнула своим роскошным хвостом и победно усмехнулась, поднимаясь, пока Маринетт шокированно смотрела на меня, все еще сжимая в руках книги.       — Желаю удачи, лузеры, — фыркнула блондинка, выходя из библиотки.       Маринетт, чуть не выронив книги, воскликнула:       — Мишель, зачем? Она же потом заберет все лавры себе!       — Не заберет, — сказала я, выхватывая у нее одну из книг.       — Но как же мы справимся вдвоем?       — Я поработаю за нее, если нужно. Все равно толку от нее, как от декора — красивый и стоит на месте без дела.       Маринетт сдавленно хохотнула, потом тряхнула головой.       — Знаешь, ты права. Но поделим тогда её работу пополам!       Я слегка удивленно взглянула на нее, подперев подбородок рукой.       — Ой! — воскликнула брюнетка, присаживаясь рядом. Я с удивлением заметила, что её волосы действительно отливают синим. — Это как ты так поранилась? Из-за этого не получилось волосы переплести, да?       — Не обращай внимание, Мари, давай лучше…       Внезапно на моём запястье оказалась широкая грубая веревка, стягивающая руку до боли, от чего я зашипела.       — Что такое, дорогая Мишель? Ты же сказала не прикасаться к тебе, вот я и ищу альтернативы, — донесся голос со второго этажа библиотеки.       Изумленно оглянувшись, я увидела акуманизированного Натаниэля в черно-белом костюме с беретом на голове, странной фиолетовой кожей и острой маской на лице. Внутри что-то сжалось. Неужели это я?..       — Тебе даже так не нравится, подружка? Тогда придется придумать что-то другое!       Он быстро что-то нарисовал на своем планшете, закрепленном на правой руке. Веревка на моей руке пропала, но вместо неё появился браслет с небольшими шипами внутрь, который слегка впился мне в руку. Я снова зашипела, сжимая вторую руку в кулак.       Нат хохотнул.       — И это тоже? — он перекатился с пятки на носок, сложив руки за спиной. — Тогда как насчет…       — Не так быстро, парень, — воскликнул Кот Нуар, появившийся словно из неоткуда. Он ударил жезлом туда, где буквально секунду назад стоял злодей.       Натаниэль, не растерявшись, снова нарисовал что-то на своем планшете. Только бросившегося на него Кота резко остановила стеклянная стена. Из соседнего стеллажа с книгами выскочила Ледибаг, но и её Нат остановил тем же приемом. Отлично девчонка шифруется, я даже не заметила, как она ушла, чтобы перевоплотиться.       Оглушенные герои затрясли головами.       — Куда же он делся? — выпалила ошарашенная Маринетт. Я нахмурилась — у меня тоже не получилось проследить, куда делся злодей.       — Не знаю, — ответил Нуар, почесывая лоб. — Но он наглядно иллюстрирует свою позицию.       Забыв о своём новом «аксессуаре», я тряхнула распущенными волосами и с досадой опустила руку на стол. В кожу впились шипы, и я снова с шумом вдохнула воздух от боли.       — Осторожнее! — воскликнула Ледибаг, оказавшаяся рядом. Она аккуратно взяла мою руку, стараясь не задеть браслет. — Кажется, он охотится на тебя.       — Есть где спрятаться? — продолжил за нее Адриан.       Я покачала головой, поджав губы.       — Разве что у меня дома. Не думаю, что он знает, где я живу.       — Все хорошо, мы тебя защитим! — воодушевленно сжала руку в кулак Леди, все еще придерживая второй моё поврежденное запястье.       Грустно усмехнувшись, я проговорила:       — Это я виновата в том, что в него… — я осеклась. — Что он стал злодеем.       — Не переживай, госпожа, — легко сказал Кот, подмигнув мне. — Мы тебя замуртим и избавимся от него.       Я снова грустно усмехнулась, доставая свободной рукой телефон из кармана.       — Тогда я вызываю водителя?       Герои переглянулись.       До моего дома я добиралась у Кота Нуара на спине.

***

      — Есть идеи, как это снять? — спросила я, обеспокоенно смотря на уже начавшее кровоточить запястье. Если поврежу связки… Я тряхнула головой. Все будет хорошо.       Маринетт, до этого с легким интересом рассматривающая мою комнату, быстро приблизилась ко мне.       — Я не такая сильная, как Кот, — начала она, рассматривая мой новый «аксессуар». — Если аккуратно… думаю, у него может получится.       Нуар встал со стула и подошел ко мне, сидящей на кровати. Я протянула руку запястьем вверх.       — Только осторожнее, пожалуйста, — попросила я, нахмурив брови. — Я бы не хотела повредить связки.       — Конечно, госмуржа, не переживай, — легко заверил он, со скрытым беспокойством рассматривая браслет.       Он протянул руки.       — Может Катаклизм? — резко обернулся на Ледибаг Кот. В ответ она покачала головой.       — Злодей может появиться в любую минуту.       — У меня есть еда!       — Кот!       Адриан вздохнул.       — Я понял-понял.       Он снова протянул руки к браслету.       — Ах, где Ноктюрнал, когда она так нужна! — выпалил парень, всплеснув руками. — Она бы могла меня заменить!       — Кот! — грозно воскликнула Маринетт, нахмурившись.       Я судорожно вдохнула, напоминая о том, какую боль я ощущаю.       — Прости, госпожа! — резко опомнился Кот, осторожно хватаясь за браслет. Он вдохнул. — Сейчас может быть немного больно… заранее прощу прощения.       Я кивнула, хмуря брови. Ледибаг стояла рядом с готовой аптечкой, которую нашла на самой верхней полке стеллажа.       Кот снова вдохнул воздух и попытался аккуратно разжать браслет. Пару шипов вцепились в мою руку сильнее, заставляя меня скривиться от боли. Заметив это, он резко убрал руки.       — Прости-прости! — жалостливо сказал он, с беспокойством заглядывая мне в глаза. Маринетт рядом шумно вдохнула. Я покачала головой, игнорируя боль.       — Давай поскорее покончим с этим.       Со слегка трясущимися руками Адриан снова немного разжал браслет, но недостаточно, чтобы снять. Шипы снова впились мне в руку, но кивком головы на вопросительный взгляд парня, я попросила продолжать. Еще одна попытка и Ледибаг с Котом в четыре руки обрабатывают мне запястье и заматывают его в бинт, обеспокоенно смотря на рану.       — Прости, я не уверена, что Чудесное исцеление исправит это, но я очень на это надеюсь, — проговорила сидящая справа от меня Маринетт, заботливо завязывая милый бантик.       — Все хорошо, — ответила я, внутри радуясь, что связки почти не задело. — Я сама виновата, что так получилось.       — Да уж, ты теперь словно госпожа мурмий… еще и костяшки забинтованы, — тихо проговорил Кот, грустно рассматривая мои руки. — Почему ты считаешь себя виноватой в том, что он стал злодеем?       Я вздохнула.       — До этого я повела с ним грубо из-за собственных излишних эмоций, — скованно проговорила я, рассматривая собственные костяшки. После лечения нужно будет снова усердно разрабатывать пальцы для лучшей игры. — Ну, знаете, накричала на него, на весь этаж прокричала имя девочки, в которую он влюблен и все такое…       Дьявол. Ощущение, словно перед старшими оправдываюсь.       — Я знаю, что поступила отвратительно по отношению к нему, просто… довели.       Кот растрепал рукой мои волосы.       — Все муррошо, госпожа, все мы люди.       — Не стоит переживать о том, что уже прошло, все равно ничего не изменишь, — добавила Леди с ободряющей улыбкой на лице.       Я глупо хихикнула, избавляясь от стресса.       — Вы отличные герои.       Ребята мило засмущались, отводя взгляды.       — И что будем делать теперь? — спросила я, возвращаясь к серьезному настрою. — Нат точно не знает, где я живу.       — Тогда нужно устроить для него ловушку, — задумчиво проговорила девушка. — В кого влюблен Натаниэль? Мы попросим её помочь с тем, чтобы словить его.       Я показательно нахмурилась.       — Вы же не скажете ей, почему втягиваете её в это дело? Если даже скажете, что Нат влюблен в нее, то пусть хотя бы сделает вид, что ничего не знает.       — Конечно, — замахала руками Леди. — Никто не узнает!       — Честное мурмяуское! — добавил Нуар.       Я нахмурилась еще сильнее, изображая внутреннюю борьбу.       — Ладно, — «сдалась» я. — Её зовут Маринетт Дюпен-Чэн.       Ледибаг удивленно посмотрела на меня, пару раз моргнув. Нуар одновременно с ней заморгал. Спустя минуту девушка выдала:       — Хорошо, тогда я пойду найду её и попрошу… о содействии, — решительно выпалила она и строго посмотрела на Кота. — Береги Мишель! Чуть что сразу связывайся со мной или с Ноктюрнал, если она появится.       — Боюсь, наша птичка выходит только ближе к ночи.       — Через час закат, поэтому проверяй переодически датчик.       Кот встал и отдал честь.       — Так точно, моя Леди. Глаз с Муршель не спускать.       Маринетт улыбнулась и быстро ускакала, зацепившись йо-йо за что-то на противоположной от моего дома крыше. Нуар обернулся ко мне.       — Ну? Чем займемся? — усмехнулся он, плюхаясь рядом на кровать.       Я пожала плечами.       — Проектом по химии?       — Не-е-ет, — страдальчески протянул Адриан. — На него же еще целые выходные!       Поднявшись с кровати, я усмехнулась и направилась к столу. Никакой конспирации. Для полноты картины ему лишь не хватает размахивать красным флагом с надписью «Я Адриан Агрест!».       — У тебя есть идеи получше? — спросила я, присаживаясь за стол и находя в рюкзаке учебник по химии. Нокта, сидевший внутри, смешно выпучил глаза, как бы говоря «Выпроводи его!», но я лишь на секунду нахмурила брови, отвечая «Не сейчас».       — Конечно! — выпалил Кот. — Мы можем поболтать о чем-нибудь! Ты расскажешь о себе, я о себе. Узнаем друг друга получше, познакомимся.       — Ты и так обо мне вроде знаешь, — протянула я. — Если не ошибаюсь, то мы учимся в одном коллеже, разве нет?       Кот ухмыльнулся, словно чеширский.       — Если не ошибаюсь, ты новенькая, разве нет? — парировал он. — Поэтому я непозвомуртельно мало знаю о тебе, госпожа.       — Крыть нечем, — пожала плечами я. Все равно придется ждать, пока Маринетт не устроит какую-нибудь ловушку для поимки Натаниэля. — Что именно ты хочешь узнать?       Адриан задумался, начав мерить комнату широкими шагами.       — Даже не знаю… Что обычно спрашивают, когда знакомятся?       Я снова пожала плечами.       — Я редко знакомлюсь с людьми.       — О, точно! — резко остановился Кот. — Сколько у тебя друзей?       — Один. Натаниэль.       Нуар удивленно заглянул мне в глаза.       — И все? Точно?       Он что? Рассчитывает, что я назову его имя?       — Ну, возможно скоро появится ещё один, но мы не так много общаемся на какие-то темы, кроме учебы.       Кот довольно улыбнулся и слегка озадаченно постучал пальцем по подбородку, ненадолго уходя в свои мысли.       — А девчонки какие-нибудь?       — Они все в разряде простых знакомых, — быстро ответила я.       — О, понятно, — проговорил Адриан, немного задумавшись. — Тогда следующий вопрос: когда у тебя день рождения?       Я нахмурила брови, подавив желание ругнуться вслух. Я не знала, когда у Мишель день рождения и абсолютно не помнила дату из прошлой жизни.       — Следующий вопрос, — невозмутимо ответила я, пытаясь скрыть замешательство.       — Эй, почему? — обиженно протянул Кот.       — Я… — вздохнув, я призналась. — Я не помню, когда у меня день рождения.       Нуар резко стал серьезным, обеспокоенно заглядывая мне в глаза.       — У тебя… — нерешительно начал он. — амнезия?       Я пожала плечами.       — Я помню многое: как рассчитать пропорцию, решить задачу, писать, читать, в какой руке и как держать ложку. Я помню законы Ньютона, стихи, песни и композиции наизусть, но что-то такое из своей автобиографии не помню совершенно, — проговорила я, немного грустно рассматривая собственные израненные руки.       — Но как это?..       Неожиданно его прервала вибрация. Парень достал жезл, одним пальцем отодвинул верхушку, словно это был телефон-слайдер, и прижал к уху.       — Да, моя Леди, — невозмутимо выдал он, отходя от меня.— Нет, не появлялась. Я понял, на реке. Сейчас буду.       Нуар спрятал сложенный жезл на поясе и снова обернулся ко мне.       — Тебе больше ничего не угрожает — Леди установила ловушку, поэтому отдыхай. Я… — он осекся. — Можно я приду как-нибудь поболтать? Мне интересна твоя история.       Я хмыкнула, быстро взвешивая все «за» и «против».       — Боюсь, я мало чего смогу рассказать.       Уши Кота печально опустились.       — Если я не буду занята, то приходи, — вздохнула я.       Кот лучезарно улыбнулся и отошел к балкону.       — Тогда до встречи, госмуржа. Береги себя!       И прыгнул с него. Я моментально схватила рюкзак и забежала в гардеробную. Вылетевший из рюкзака Нокта сразу перешел к делу:       — Я не обещаю, что полностью уберу боль, но хотя бы немного точно смогу. Будь осторожнее, Мишель.       Я кивнула.       — Нокта, крылья!       Комнату на секунду осветила желтая вспышка.